Богатства Салдинского края. Полезные ископаемые. Археологические находки (стр. 13 )

СТАРКОВ Вадим Федорович (род. 1936 г.), археолог, доктор исторических наук (1987).

родился 22 февраля 1936 года в г. Нижние Серги Свердловской обл. Окончил исторический факультет МГУ (1963).

Аспирант, младший, старший научный сотрудник, зав. группой Института археологии РАН. Специалист в области каменного века Урала и Западной Сибири, освоения русскими землепроходцами Арктики, древней картографии северных территорий планеты. Открыл и исследовал ряд неолитических памятников в лесном Зауралье. Разработал культурно-историческую периодизацию эпохи неолита региона.

В 1964 году работал в Салдинском районе, обследовал Кокшаровский курган.

Занимается изучением первых русских острогов. Ведет активные исследования в циркумполярной зоне (архипелаг Новая Земля, Земля Франца-Иосифа, Шпицберген).

С 1978 года – начальник Шпицбергенской экспедиции Института археологии РАН. С 1992 – член научного совета РАН по изучению Арктики и Антарктики.

80

Сочинения : «Мангазея. Мангазейский морской ход»; «Материальная культура русских полярных мореходов и землепроходцев XVI–XVII вв.»; «Мезолит и неолит лесного Зауралья»; «Русские морские экспедиции XVIII века»; «Очерки истории освоения Арктики».

ВИКТОРОВА Валентина Дмитриевна (род.1933 г.), археолог, старший научный сотрудник Института истории и археологии УрО РАН, кандидат исторических наук.

родилась в 1933 году в Москве. В 1951-1955 училась на историческом факультете УрГУ (УрФУ).

На становление ее научных интересов оказала большое влияние работа в философском кружке (рук. ) и в археологических экспедициях (рук. ). Преподавала историю в ШРМ № 11 и продолжала вести археологические разведки и раскопки уже по своему Открытому листу.

С 1960 по 1963 училась в аспирантуре УрГУ (науч. рук. доц. ). С 1963 по 1981 работала на каф. философии УПИ.

Кандидатская диссертация «Население эпохи энеолита лесной полосы Среднего Зауралья». С 1981 – с. н.с. в отделе истории Института экономики УНЦ АН СССР, с 1988 – с. н.с. в ИИиА УрО РАН. С конца 80-х – один из инициаторов создания историко-ландшафтного парка «Истоки Исети» (не реализован).

Основная проблематика исследований в 1960-1980-е – древняя история Зауралья, методология археологических исследований, с 1980-х – духовная культура ранних обществ Урала. Спецкурс «Археология и мифология».

Член Сибирской ассоциации исследователей первобытного искусства. Опубликовала 80 научных работ.

81

В 1995 и 1997 гг. принимала участие в раскопках Кокшаровского холма.

В 2007-2008 годах группа археологов под руководством провела шурфовые исследования уральских дольменов, открытых в начале 2000-х гг.

По сегодняшний день, Шарташ с его каменными палатками, храмовыми мегалитическими комплексами и ритуальными жертвенниками привлекает стойкое внимание краеведов, любителей необычных загадочных мест, туристов – искателей тайн Урала.

По материалам «Народной энциклопедии

известных салдинцев», книги 1-4.

Литературное приложение

САЛДИНСКАЯ

ЗОЛОТАЯ ЛИХОРАДКА

Сегодня мало кто знает, что на территории Свердловской области, а точнее Екатеринбургской губернии в начале ХIХ века случилась самая настоящая золотая лихорадка. Одним из уральских «клондайков» был и Салдинский край, где по берегам реки Тагил и ее притоков тагильскими и местными рудознатцами было обнаружено более 30 месторождений золота, серебра и платины, не считая тех, что удалось скрыть от казенных людей и разрабатывать тайком, на свой страх и риск. Поскольку, если сей грех был бы обнаружен, в лучшем случае провинившихся секли до полусмерти розгами, в худшем - рвали ноздри и отправляли на каторгу. Что и говорить, время тогда было суровое, крепостное…

По самым приблизительным подсчетам до 1917 года на салдинских приисках было добыто более 40 пудов золота (один

82

пуд равнен 16,3804964 кг) или более 650 килограмм.

В начале девяностых, во времена «Большой титановой лихорадки», многие салдинцы переквалифицировались в титаноискателей. Кто-то, не мудрствуя лукаво тащил титан с завода, кто-то по старинке копался в земле.

Но «титановая лихорадка» закончилась, а значит, настало время рассказать о ремесле, оставленном нам в наследство нашими предками. На днях мы решили попробовать себя в качестве золотоискателей. И вот что из этого получилось.

Прежде чем приступить непосредственно к нашему «проекту», мы основательно проштудировали историческую литературу, где хотя бы частично упоминается о местных старателях и месторождениях золота, расположенных на территории двух салдинских городов и прилегающих к ним районов. Признаться честно, интересующей нас информации нашли мы не много, но достойной нашего внимания. Так, по одной только «Тагильской летописи» мы выяснили, что салдинская земля просто сплошь усеяна самородками и золотой россыпью. По крайней мере, за два столетия на нашей земле открыты месторождения золота на речках Шайтанка, Исток, Иса, Ломовка, Нолька, Надпорожная, Тагил, Березовка, Телянка, Озерка. Если посмотреть на карту двух районов, то практически все салдинские речки и ручьи таят в себе открытые и пока ещё не открытые богатства.

От такого ошеломляющего открытия у любого голова пойдет кругом. И уже не суть важно, сколько лет назад читал ты бессмертные произведения Фенимора Купера. Дело за малым: выбрать подходящую речку, собрать инструмент и соблюсти все необходимые предосторожности.

Дело-то нешуточное, золото идём искать! О том, куда его потом деть, голова как-то не болела, а зря. Добыча золота в нашем государстве контролируется и регулируется самим же государством. Да и последняя контора по скупке старательского

83

золота закрылась в Салде как минимум полвека назад. Но об этом в тот момент и не думалось. Главное было – найти ЗОЛОТО! Подобрать настоящий инструмент золотоискателя оказалось делом невыполнимым. О том, чтобы попросить его в музее или занять у чёрных старателей, промышляющих золотишко и в наши дни, и речи идти не могло. Вопросов будет столько, что сразу можно будет забыть о своей идее. Поэтому пришлось обходиться тем, что было под рукой. Старый таз и совковая лопата, конечно, неважная замена старательскому инструменту. Но разве это может остановить настоящих золотоискателей?

Попутно мы стали разговаривать на интересующую нас тему с салдинскими старожилами, которые по простоте душевной и ради внимательного собеседника готовы рассказывать вам о том, что было, а больше – чего не было. Вот из их рассказов мы и узнали о том, что ещё перед самой войной добывали золото на Озерском истоке, что на северо-западе Верхней Салды. Работала там целая артель, стояла промывочная драга, и был посёлок, в котором жили старатели. Сегодня ни поселка, ни старателей там уже, естественно, нет. Сколько ими было добыто золота – тоже государственная тайна. Добычу прекратили, по всей видимости, потому, что стало невыгодно добывать. И всё же золото, как мы думаем, там осталось, и оно вместе с водами речки Озерки движется в сторону Салдинского пруда. Таковы были незатейливые мысли доморощенных золотоискателей. Но где начать поиск? Озерка бежит через частный сектор, где полно посторонних глаз. А выше по течению коллективные сады – человеческий муравейник, особенно в выходные дни. Тем не менее место нами было определено, хотя время года всё меньше располагало к началу экспедиции.

О труде старателей мы знали только из книг, в которых было больше романтики и приключений, чем истинного описания

84

событий. В первых числах октября наша нога наконец-то ступила на выбранный участок тихой речки. Редкие кусты скрывали нас от ненужных свидетелей нашей работы, которая, судя по всему, предстояла нелёгкая. Сгруженный инструмент лежал возле ног, но брать его в руки мы не спешили. Вначале нужно было освободить устье от различного хлама, железа и бытового мусора. Вскоре на бережке образовалась заметная кучка отнюдь не благородного металла. И вот первая лопата с вязким илом опускается в старый медный таз. Пробую его поднять и начать промывать водой. Получается не очень, точнее, вовсе не получается. С горем пополам промываю первую пробу. На дне таза под неярким осенним солнцем чистый песок. А где же золото? Вожу рукой по дну таза в надежде, что блеснёт хоть малая бусинка золотого самородка, но тщетно. Я ещё раз гружу в таз песок и ил со дна речки. Руки окоченели от холодной воды, а золота всё нет. И вдруг… В песке что-то блеснуло, и сердце забилось в радостном ожидании. Не гнущимися от холода пальцами осторожно разгребаю песок, и вот уже у меня в руках… моё обручальное кольцо. Оказывается, промывая песок, я не заметил, как оно соскользнуло с моего пальца.

Нас хватило на пару часов адской работы. Перемыв не один десяток тазов песка, мы, замерзшие и уставшие, отправились домой. Настроение было препаршивейшим. Но если перевести на спортивный язык, то все равно получилась ничья. Золото мы не нашли, но и своё не потеряли. Так что всё ещё впереди. Если, конечно, наши последователи не ринутся в массовом порядке копать родную землю в поисках богатства.

Только вот хочется им пожелать искать не богатство, а то, что ценилось у наших предков больше золота – искреннюю дружбу, благородство и честность. Эти богатства никогда не обесценятся!

Из книги «Записки провинциального журналиста», О. Журавлев.

85

ПОЛЕЗНЫЕ ИСКОПАЕМЫЕ

ПОД НОГАМИ

В повседневных заботах мы даже не предполагаем порой, какие несметные богатства таятся прямо под нашими ногами…

Тальковый камень в Верхней Салде добывали в карьере, расположенном между речками Чернушка и Ломовка, по левую сторону шоссейной дороги, идущей в Нижнюю Салду.

Первое время, когда построили прокатный цех, завод применял этот камень для направляющих в нагревательных печах «Сименса» для нагрева слитков перед прокаткой. Скольжение слитков по ним было хорошее, но они очень быстро изнашивались, и поэтому от такого камня быстро отказались. Стали применять чугунные направляющие, а потом отказались и от чугунных, и стали применять стальные. Карьер этот сейчас завален всевозможными отходами и мусором.