Сессия «Состояние инвестиционного климата в субъектах Российской федерации» (стр. 3 )

Оксана Деревянко:

Спасибо большое.

Сергей Иванович, ну вот, послушав Сергея Юрьевича, получается, что по эффективности ручного управления Ульяновско йобласти можно смело поставить «пятерку» в области привлечения инвестиций. Но понятно, что конкуренция все-таки среди регионов растет, и, наверное, нельзя оставаться на месте. Вот что вы планируете делать для того, чтобы совершенствоваться дальше и не упускать полученные позиции, скажем так.

Сергей Морозов:

Спасибо огромное.

Я бы хотел, конечно, искренне поблагодарить Сергея. Когда он работал в Министерстве, да и сейчас, очень много приходится по работе общаться с ним. И всегда получаешь достаточно хороший и внятный ответ о том, что нужно учесть в своей практической деятельности. Вызовы следуют постоянно один за другим, и это не только связано с санкциями, но и с внутренними какими-то ограничениями. И без этого, конечно, хватает вызовов. Можно, конечно, самоуспокоиться, — мы достаточно хорошо известны не только в России, но и в мире. У нас нет недостатка в привлекаемых инвестициях, мы уже на протяжении порядка девяти лет имеем устойчивый рост привлекаемых инвестиций, имеем рост привлекаемых инвестиций и за 2014 год, и за сложный и, несомненно, тревожный 2015 год, и за первый квартал 2016 года. Но, с другой стороны, мы понимаем то, что и другие не стоят на месте, что плотность нашей работы возрастает, поэтому мы приняли решение, знаете, продолжить идти по двум все равно стратегически важным направлениям. Прежде всего, это, конечно, ликвидация вот этого ручного управления (оно, конечно, хорошо, но до поры до времени), а если завтра не будет губернатора в Ульяновской области, то что будет в Ульяновской области? Будет опять возвращение вот этих депрессивных времен? Мы прошли эти времена в конце 90-х, начале 2000-х годов. Именно поэтому мы приняли решение в течение 2015—2016 гг. в качестве приоритетного направления поставить на первом месте реформирование контрольно-надзорной деятельности. Это вообще крайне репрессивная функция, которая нам досталась, наверное, в наследство еще от самых худших советских времен. Поэтому мы сегодня являемся единственным пилотом для Российской Федерации, который сегодня на региональном уровне очень активно реформирует все, что принадлежит муниципалитету или региону. Хотя Сергей, конечно, совершенно прав, что никому не хочется иметь конфликт интересов с федеральными структурами, которые есть на территории. Нам удается, в общем-то, возможно, благодаря тому, что я уже двенадцатый год работаю губернатором, и этот сегмент нашего влияния на инвестиционный климат менять. Ну, например, мы сейчас в 2015 году сформировали реестр функций и полномочий всех контрольно-надзорных органов. Мы увидели самые простые вещи, выявили огромные зоны дублирования контроля. Получается, на этого бизнесмена, который еле-еле встает на ноги или, наоборот, очень активно развивается волны ревизоров разного уровня, которые одновременно, не объясняют ему причину выявления у него нарушения, а сразу штрафует.

Вторым пунктом мы изменили систему принятия решений. После каждой проверки у нас заседает специальная конфликтная комиссия, которая разбирает каждое нарушение, которая выявляет причины, которая понимает, насколько сейчас это несет большую угрозу. Если нарушение не несет большой угрозы, то мы изменили административное законодательство у себя в регионе, ввели такую меру, как предупреждение, и на этом ставим точку. Мы предупредили, дали срок на устранение, и можно дальше двигаться.

Второе направление — это повышение качества государственного управления регионом. Я еще раз повторю — нас не устраивает система ручного управления, мы действительно очень активно сейчас изучаем опыт (у нас в Российской Федерации, кстати, не с кого взять пример), изучаем все, что есть лучшее в мире по проектному управлению. Поэтому сегодня, допустим, региональное правительство в Ульяновской области — это три крупных проектных офиса. Это все, что связано с развитием человеческого потенциала, все, что связано с развитием технологического предпринимательства (потому что для нас это крайне важно) и это все, что связано с новой индустриализацией (то есть некая модернизация действующих предприятий). Поэтому мы перешли или переходим не только к проектному управлению, но и сокращаем число уровней управления. Наверное, мы являемся единственным регионом в Российской Федерации, который официально утвердил глобальный приоритетный проект, который называется Региональная управленческая инициатива.

И третье направление: мы, конечно, не забываем и о бизнесе. Мы продолжаем совершенствовать его деятельность, понимая, что прошло то время, когда просто нужно было о нем заботиться, как о священной корове. Это не значит, конечно, что его можно теперь по «мордасам» бить. Нет, конечно. Мы просто считаем, что у бизнеса сейчас есть уникальная возможность встроиться в цепочку либо крупных российских, либо крупных мировых компаний, таким образом, мы взращиваем национальных чемпионов, и таким образом мы добиваемся высокой добавленной стоимости.

Считаю, что это правильное направление, также я считаю, что тот огромный мировой опыт, который у нас есть, позволит Ульяновской области удержаться на высоких местах рейтингов.

Оксана Деревянко:

Извините, а можно уточнение по поводу технологии взращивания национальных чемпионов? Чем вы их удобряете? Что конкретно вы делаете? Маленький пример какой-нибудь приведите.

Сергей Морозов:

Ну, во-первых, мы помогаем компаниям. Допустим, есть компания «Металлоконструкция». Когда я избрался и стал губернатором в 2004 году, это была компания чуть больше десятка человек. Это было малое предприятие, которое находилось практически в предбанкротном состоянии. Мы помогли им, дали на первом этапе возможность вместе с нами, при поддержке региона поучаствовать в достаточно большом количестве выставок, оплатили это все, мы достаточно активно помогали им получить лучшую практику, простажироваться, мы пролоббировали первые заказы (в том числе и со стороны регионального правительства). Мы дали им возможность встать, мы дали им возможность почувствовать вкус, мы дали им возможность не бояться общаться с иностранными партнерами, мы их потом технично встроили в деятельность одной крупной международной компании, и сегодня эта компания является номером один в Российской Федерации, и открыла за последние несколько лет производство и свои офисе не только в странах СНГ, но уже и в Восточной Европе.

Оксана Деревянко:

Спасибо огромное. Мне кажется, что именно вот на таких примерах и создается вот тот самый инвестиционный климат и инвестиционная активность в регионах.

Алексей Петрович, мы все знаем, что Калужская область была, наверное, одной из первых в Российской Федерации, в Центральном федеральном округе, которая начала создавать индустриальные парки, основная идея которых состояла в создании инфраструктуры. Вот этот тренд для вас по-прежнему остается актуальным в Калужской области? В свое время это ведь принесло большие benefits для региона именно с точки зрения привлечения инвестиций.

Алексей Лаптев:

Ну, да, вы правы. Но, на самом деле, сегодня возможности для маневра у регионов изменились. И, наверное, главная проблема сегодня — не столько снижение активности самих инвесторов, сколько в удержании темпов развития, которые мы взяли, и в необходимости задавать и развивать ту инвестиционную структуру, которая была создана. И, наверное, как многие знают, мы свои индустриальные парки стали создавать где-то десять лет назад. В 2006 году мы открыли первый большой индустриальный парк «Грабцево», в котором разместился Фольксваген, и на тот момент это был большой успех для Калужской области. Но сегодня у нас уже двенадцать таких парков — это 7 800 Га площади, и на них реализуется около ста инвестиционных проектов. Вообще, в области около 150 новых инвестиционных проектов. Это было сделано за счет средств Внешэкономбанка, то есть, за счет кредитных средств. Для нас эта тема была очень актуальна — это тема эффективности использования заемных средств. Но, как показала практика, она себя полностью оправдала, и привлекли мы около 207 млрд рублей инвестиций в наши индустриальные парки, создали около 25 тысяч новых рабочих мест в регионе, и на 1 рубль вложений в инфраструктуру привлекли 14 рублей инвестиций. То есть, это была достаточно эффективная для нас мера. И в этих индустриальных парках были созданы кластеры: автомобильный, фармацевтический, металлообработка, производство строительных материалов, сельскохозяйственный и т. д. Но в реальности сегодня Калужская область завершает первый этап индустриализации и переходит ко второй фазе — это реформирование среды для развития бизнеса. И здесь мы решаем несколько сложных для себя вызовов: это, как я уже сказал, в первую очередь, возможность эффективно развить уже созданную инфраструктуру. Мы на федеральном уровне достаточно долго лоббировали Постановление 11/19, которые было принято, и которое в этом году, я надеюсь, заработает, — это возмещение затрат регионам, которые построили уже инфраструктуру, и в парках которых заработали предприятия и принесли какие-то налоги в федеральный бюджет. Мы посчитали у себя эту цифру, в федеральный бюджет наши предприятия из парков перечислили 230 млрд рублей. Это, получается, 11,5 рублей налогов на 1 рубль затрат, это достаточно эффективные меры, и мы надеемся, что вот это постановление, которое было принято даст нам возможность дальше развивать инфраструктуру и вложить те деньги, которые мы получим от правительства, в инфраструктуру, — реинвестировать их таким образом. Ну, мы, конечно, не стоим на месте, мы развиваем свой следующий проект — это Особая экономическая зона Калуга, который у нас уже существует второй год. И там уже есть инвесторы, и мы надеемся, что к 2020 году по нашему бизнес-плану там уже будет тринадцать предприятий, и создадим шесть тысяч рабочих мест, и объем инвестиций составит порядка ста миллиардов рублей. Также мы развиваем логистику. Недавно мы запустили достаточно большой логистический проект, который соединяет Корею, Китай, Калугу, и сейчас ведутся переговоры продлить этот путь до Люксембурга и Роттердама. И я думаю, что мы это сделаем.

Оксана Деревянко: