Эффективное управление арктическими территориями. Опорные зоны. Инвестиционный потенциал регионов (стр. 6 )

А. Цыбульский:

Спасибо большое, Игорь Анатольевич, мы много раз и те идеи, которые вы сейчас предлагали, в целом с вами обсуждали, и те проекты, которые вы сейчас презентовали, но вот от себя одну вещь замечу. Мне кажется, что компания «Макдональдс» после сегодняшнего вашего выступления должна уже региону платить роялти, потому что вы только что патриотически настроенную часть населения вернули в рестораны этой сети, поскольку теперь, когда мы берем картошку, мы понимаем, что основа этой картошки из Архангельской области. Я предлагаю перейти от западной части Арктической зоны в восточную, менее на сегодняшний день развитую. Роман Валентинович, я хочу спросить, понятно, что Чукотский Автономный Округ входит, по сути, в два приоритетных сегодня макрорегиона, это Дальневосточный федеральный округ, а развитие Дальнего Востока президентом уже давно обозначено в качестве такого регионального территориального приоритета развития России. Сейчас у нас таким же приоритетом уже сформировавшимся становится развитие Арктической зоны Российской Федерации. Как, по вашему мнению, совмещение этих двух макрорегионов или нахождение субъекта в этих двух макрорегионах добавит дополнительно эффект или дополнительную синергию придаст вашему развитию?

Р. Копин:

Спасибо, Александр. Нахождение в двух стратегических на сегодняшний день зонах развития как Дальний Восток и Арктика, поначалу, если честно, внесло некоторую сумятицу, но потом мы разобрались, и будем использовать те возможности, которые открываются перед регионом. Строго говоря, если говорить о северном, восточном или западном, строго говоря, Чукотка является и самым западным регионом страны, здесь географически половина Чукотки находится в западном полушарии, но это так, небольшой экскурс. Да, еще одна зона развития. Александр, я согласен с вашим первым тезисом, если говорить об управлении арктическими регионами, о точечном развитии в Арктике, формировании опорных территорий, узлов и прорывных экономических решений. Собственно, модель развития Чукотки, стратегия развития на этих принципах и основывается, опирается. Изначально разрабатывая стратегию развития региона, мы также изучали опыт других стран, других территорий со схожими условиями и нашли там много общего. Кроме того, считаю, что это не отменяет и межрегиональное сотрудничество, о чем говорили сегодня наши коллеги, коллега из Архангельска и из Якутии. В частности, если говорить о Чукотке, то прежде всего межрегиональное сотрудничество — это близлежащие территории. Так с Якутией мы обсуждаем проекты в сфере недр и логистики, с Магаданом энергетику, и так далее. И еще про недра я, наверное, хотел сказать. Мне кажется, что в последнее время принято стыдиться сырьевого развития в приоритете в сфере недропользования, предлагать другие проекты. Безусловно, это важно, но я считаю, что прятаться и стыдиться здесь точно нечего, нужно использовать тот ресурсный потенциал, те возможности, которые есть, и правильно ими распоряжаться. Несколько слов об опыте Чукотки. Чукотка полностью входит в состав арктической зоны, это огромная территория, транспортно изолированная, абсолютно дискомфортные условия проживания с кучей других ограничений, прежде всего, конечно, инфраструктурных. Однако, мы считаем в настоящее время, что это скорее достоинство, чем недостаток, поскольку открывает совершенно новые возможности для развития. Безусловно, он богат ресурсами, о чем я уже говорил. И это при том, что изученность территории составляет всего до 10% ее территории современными методами. Кроме того, это, возможно, один из самых главных аргументов, одно из самых главных преимуществ, это прямой выход к Тихому океану, помимо того, что это север, и близость к самым большим и перспективным рынкам на сегодняшний день, и которые в ближайшее время будут существовать в мире — Япония, Китай, Корея и Северная Америка. Это, с нашей точки зрения, дает такой фундамент для дальнейшего развития. В регионе разработана и реализуется стратегия, она у нас изначально была сделана до 2020 года, в 2015 году мы ее обновили, упор сделан на развитие добывающих отраслей промышленности и определено приоритетное развитие двух опорных территории Чаун-Билибинский узел, его специализация недропользование, добыча драгоценных металлов и вообще полиметаллическая специализация. Анадырский специализируется в сфере углеводородов, нефти и газа.

Важно отметить, что проекты экспортоориентированные, в настоящее время реализован первый этап развития нашей стратегии, в округе работают крупные участники мирового и российского рынка золота, такие компании как «Кинрас голд», «Полиметалл», «Базовые металлы», «Хайленд голд», «Полюс золото» и другие. Практически все крупные игроки в этой сфере в той или иной степени присутствуют на Чукотке. Они либо уже работают, у них работают фабрики, и существует производство, либо у них есть лицензионные участки, которые они, в соответствии со своими планами, в настоящее время реализуют. Золото было выбрано первым приоритетом, поскольку оно дает довольно быстрый эффект, при том, что условия суровые, вход довольно сложный, тем не менее, все равно это, по сравнению с другими проектами, довольно быстро реализуется и дает хороший эффект. Общий объем инвестиций с 2008 года по настоящее время составил более 3 миллиардов долларов, создано около 2500 рабочих мест, соответственно, бюджетные последствия для региона и для Российской Федерации в целом тоже очевидны. Сейчас, что считаю важно, что это новые технологии, это современное производство, и в настоящее время более 95% драгоценных металлов региона добываются на круглогодичной основе, это современное абсолютно производство, которое похоже на космические станции, потому что работает в арктической зоне с суровыми климатическими условиями, с самыми высокими экологическими стандартами. В настоящее время, опять же, в диапазоне 2008—2016 год регион стабильно добывает 28—30 тонн золота и более 150 тонн серебра, что дает определенную стабильность. Но вместе с тем, это дает и расчет только на одну отрасль, добыча несет слишком большие риски. Отсюда необходима диверсификация их деятельности, в нашем случае полезных ископаемых. Как я уже говорил, стратегия развития предусматривает формирование двух зон, Чаун-Билибинской, где располагается Баимское рудное месторождение, это приоритетный проект высокой степени готовности. Проведенные геологические работы позволяют оценить ресурсный потенциал территории в более 27 миллионов тонн меди и 2000 тонн золота, что делает его одним из первоклассных мировых активов. Горизонт работы месторождения составляет более 100 лет. Таким образом, если запустить этот проект, формируется полиметаллический кластер. И второй ключ — это освоение месторождений коксующегося угля у Беринговского бассейна, которое реализуется совместно с австралийскими партнерами. С нашей точки зрения, это драйверы роста, способные качественно изменить экономику региона и, если хотите, взорвать ВРП региона и сильно повлиять на ВРП всего Дальневосточного региона и в целом Российской Федерации. Я бы хотел, наверное, несколько слов сказать о том, что сдерживает развитие этих проектов. Безусловно, это инфраструктура, это прежде всего энергетика и дороги, точнее сказать, их отсутствие, крайне высокая стоимость электроэнергии и чрезмерные транспортные затраты. Мария Васильевна пожаловалась на высокие тарифы в Мурманской области, безусловно, их нужно снижать, но хочу сказать, на Чукотке тариф составляет на высоком напряжении для крупных промышленных потребителей в диапазоне 15—16 рублей за киловатт, что, безусловно, не способствует текущему развитию. Мы, по сути, развиваемся, наверное, вопреки, чем благодаря вот той инфраструктуре, которая есть. Поэтому вижу, что наша основная задача как правительства региона снимать эти ограничения и формировать условия для реализации новых проектов. Что мы для этого делаем? Поскольку энергетика для нас самый важный ограничитель, у нас есть четкий план по реорганизации энергетики в регионе, он прежде всего связан с двумя такими фундаментальными вещами, это размещение и ввод в эксплуатацию в городе Певеке атомной теплоэлектростанции, которая должна там появиться в 2019 году, она позволит заместить Билибинскую, будет более эффективна и более экономична. Она позволит, по сути, обеспечить текущее потребление с небольшим ростом, часть подкрепит новых промышленных потребителей, о которых я говорил. Второй блок предусматривает, опять возвращаемся к межрегиональному сотрудничеству, объединение энергосистем Магаданской области и Чукотского АО, он работает на перспективу, мы можем получать от соседей дешевые гидрогенерации в размере более 200 мегаватт, что позволит загрузить, собственно, те медные и золотые проекты, которые формируются в Чаун-Билибинской зоне. На слайде этот энергомост, можно так его, наверное, назвать. С конца прошлого года мы приступили к структурированию этого проекта, в настоящее время определены источники финансирования по проектированию, мы рассчитываем результаты получить уже в августе, пройти все необходимые экспертные, технические и другие решения, получить их к сентябрю-октябрю этого года, и планируем, что с конца 2016, начала 2017 начнем уже фактически реализовывать эту энергетическую стратегию региона, которая позволит раскрывать нам наш ресурсный потенциал. Оцениваем объем инвестиций в энергетику, но только назовем энергетику, ЛЭП и генерацию, более 40 миллиардов рублей, соотношение частных и государственных инвестиций 1:5 по таким консервативным оценкам, но единица, конечно, от государства, 5 частные инвесторы предполагают больше.

Основные перспективы угледобывающей отрасли, как я говорил, связаны с недавно открытым месторождением коксующихся углей, которое выходит прямой выход к морскому порту. Тоже предполагается некоторая этапность. Первый этап — использовать действующую инфраструктуру, старую такую, сложную, тяжелую, но если ее модернизировать, то в принципе можно экспортировать на перспективные рынки до 1—2 миллионов тонн углей, это в горизонте 2017—2018 год, до миллиона тонн угля. Конечная цель — формирование угольного кластера в этом месте и строительство карьеров, обогатительной фабрики с возможностью экспорта до 10—12 миллионов тонн товарного угля. Он подразумевает еще и формирование транспортной инфраструктуры, и что самое главное, круглогодичного морского порта, еще одного, кроме Мурманска, дополнительно к Мурманску, в Арктической зоне Российской Федерации. Он будет способен принимать суда типа «панамакс» и «кейпсайз». Конечно, для угля сейчас, наверное, не самое лучшее время для инвестиций, там это коллеги тоже отмечают, но удобное расположение и низкий порог для входа, близость ко всем рынкам в целом позволяют его оценивать достаточно перспективно, я думаю, что здесь у нас все получится.