Планирование урока для 7 класса. Предмет: история Казахстана (стр. 8 )

96. Даже если предположить, что заявитель был проинформирован о конституционном праве не свидетельствовать против себя до дачи признательных показаний, что было определено национальными судами, нельзя сказать, что он действительно отказался от своего права не свидетельствовать против себя в рамках заключения Суда о том, что он дал признательные показания в результате бесчеловечного и унижающего достоинство обращения в его отношении со стороны правоохранительных органов. В любом случае нельзя полагаться только лишь на тот факт, что заявителю напомнили о его праве на отказ от дачи показаний, и что он подписал соответствующий документ (см. вышеупомянутое постановление по делу «Салдуз против Турции», пункт 59; и постановление Европейского Суда от 01.01.01 года по делу «Плонка против Польши» (Pіonka v. Poland), жалоба № 000/02, пункт 37), особенно потому что документ с указанием статьи 51 Конституции остался без объяснения значения. Кроме того, поскольку отсутствие доступа к адвокату в данном деле было обусловлено систематическим применением правовых положений, как это толкуется национальными судами, и заявитель не был проинформирован о праве на юридическую помощь до подписания заявления о явке с повинной, вопрос об отказе от права на юридическую помощь является неуместным.

97. Суд приходит к выводу о том, что использование национальными судами в качестве доказательства заявления о явке с повинной заявителя, полученного в результате жестокого обращения в нарушение статьи 3 и в отсутствие доступа к адвокату, обусловило несправедливый характер судебного разбирательства заявителя.

98. Следовательно, по настоящему делу было допущено нарушение пункта 1 и подпункта «c» пункта 3 статьи 6 Конвенции.

III. ПРОЧИЕ ПРЕДПОЛАГАЕМЫЕ НАРУШЕНИЯ КОНВЕНЦИИ

99. Наконец, заявитель жаловался, ссылаясь на статью 13 Конвенции, на прочие предполагаемые нарушения его прав в ходе разбирательства по уголовному делу против него, например, на задержки в вынесении приговора и назначении слушаний в апелляционном порядке, изменения в составе судей и отклонение его жалоб на пересмотр дела в надзорном порядке. Принимая во внимание все имеющиеся в его распоряжении материалы и в той степени, в которой данные жалобы относятся к его компетенции, Суд считает, что они не раскрывают каких-либо признаков нарушения прав и свобод, закрепленных в Конвенции или в Протоколах к ней. Следовательно, данная часть жалобы подлежит отклонению как явно необоснованная в силу подпункта «а» пункта 3 и пункта 4 статьи 35 Конвенции.

IV. ПРИМЕНЕНИЕ ПОЛОЖЕНИЙ СТАТЬИ 41 КОНВЕНЦИИ

100. Статья 41 Конвенции гласит:

«Если Суд приходит к заключению, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутригосударственное право Высокой договаривающейся стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне.»

А. Ущерб

101. Заявитель требовал 30 000 евро в качестве компенсации морального вреда.

102. Власти посчитали заявленную сумму чрезмерной.

103. Производя оценку на справедливой основе и принимая во внимание характер выявленных нарушений, Суд присуждает заявителю компенсацию в размере 20 000 евро плюс сумма налога, которая может быть начислена на данную сумму.

B. Расходы и издержки

104. Заявитель также требовал 150 000 рублей в качестве компенсации судебных расходов, понесенных им в ходе предварительного следствия и в национальных судах в ходе производства по уголовному делу против него, и 3 000 евро — в качестве компенсации расходов и издержек, понесенных им в ходе разбирательства в Суде.

105. Власти оспорили данные требования на том основании, что не было никаких доказательств того, что они были действительно понесены.

106. Согласно прецедентной практике Суда заявитель имеет право на возмещение судебных расходов и издержек лишь в той мере, в какой было показано, что они были действительно понесены по необходимости и были разумными в своем размере. Суд убедился в том, что договор оказания юридических услуг, касающийся производства в национальных судах, и договор оказания юридических услуг, касающийся разбирательства в Суде, которые заключены между заявителем и его адвокатом, создали юридически исполнимые обязательства по уплате сумм, указанных в них. Однако он отмечает, что, невзирая на то, что устранение нарушений статьи 6, установленных Судом по настоящему делу, составляло большую часть правовой работы в рамках разбирательства в национальных судах, сумма, указанная в вышеупомянутом договоре, также охватывала иную правовую работу, не относящуюся к выявленным нарушениям Конвенции. Он также отмечает, что не все жалобы, представленные заявителем, были признаны приемлемыми Судом. Принимая во внимание вышеизложенные соображения, имеющиеся в распоряжении документы, а также критерии его прецедентного права, Суд считает разумным присудить сумму в размере 2 500 евро по судебным расходам в рамках разбирательства в национальных судах и сумму в размере 2 800 евро в рамках разбирательства в Суде плюс любой налог, который может быть начислен на общую сумму, которая подлежит непосредственному перечислению на банковский счет представителя заявителя.

C. Проценты за просрочку платежа

107. Суд считает целесообразным установить процентную ставку за просрочку платежа в размере, равном предельной учетной ставке Европейского центрального банка плюс три процентных пункта.

ПО ЭТИМ ОСНОВАНИЯМ СУД ЕДИНОГЛАСНО:

1. Объявил жалобы, касающиеся предполагаемого жестокого обращения при нахождении в правоохранительных органах, неэффективности последующего расследования и использования в судебном разбирательстве по делу признательных показаний, полученных под принуждением и в отсутствие адвоката, приемлемыми, а остальные требования по жалобе неприемлемыми;

2. Постановил, что имело место нарушение статьи 3 Конвенции в ее материально-правовом аспекте;

3. Постановил, что имело место нарушение статьи 3 Конвенции в ее процессуальном аспекте;

4. Постановил, что имело место нарушение пункта 1 и подпункта «с» пункта 3 статьи 6 Конвенции в связи с использованием в качестве доказательства признания заявителя, полученного в результате бесчеловечного и унижающего достоинство обращения в его отношении, а также в отсутствие доступа к адвокату;

5. Постановил,

(a) что государство-ответчик обязано в течение трех месяцев со дня вступления постановления в законную силу в соответствии с пунктом 2 статьи 44 Конвенции выплатить заявителю следующие суммы, конвертированные в валюту государства-ответчика по курсу, установленному на день выплаты:

(i) 20 000 (двадцать тысяч) евро в качестве компенсации морального вреда, включая любой налог, которым может облагаться данная сумма;

(ii) 5 300 евро (пять тысяч триста евро) плюс налог, который может взиматься с заявителя, в отношении судебных расходов и издержек;

(b) что с момента истечения вышеуказанного трехмесячного срока до момента выплаты компенсации с вышеуказанных сумм выплачиваются простые проценты по ставке, равной предельной учетной ставке Европейского центрального банка в течение периода просрочки платежа, плюс три процентных пункта;

6. Отклонил остальные требования заявителя о справедливой компенсации.

Совершено на английском языке, и уведомление о судебном постановлении направлено в письменной форме 6 октября 2015 года в соответствии с пунктами 2 и 3 правила 77 Регламента Суда.

       Сорен Нильсен        Андраш Шайо
       Секретарь        Председатель