Да и нет - не говорить (стр. 3 )

Милана покосилась на учебник на краю парты. Кто его знает, может, лежит, думает про свою хозяйку, а она и не догадывается об этом. На всякий случай подтерла ластиком рожки на черно-белом портрете, не ею, кстати, нарисованные. И поправила закладку. Учебник ничем не выказал своего довольства. Хотя, наверное, библиотечные книги вообще многотерпеливы и бесстрастны, ведь на их долю выпадает столько, что домашним и не снилось. Те то что – стоят себе на полочке, наслаждаются жизнью.

Милана хмыкнула над своими мыслями. Сидит, взрослая девица, рассуждает об учебнике и его чувствах.

А надо бы прикинуть, во что наряжаться вечером. Если прислушаться, одноклассницы только и хватаются, кто что наденет. Но ни одна не признается, что принесет в качестве пропуска. Мальчики тоже пыжатся друг перед другом, заранее предвкушают павлиньи расцветки и будущие прозвища. Однако можно не сомневаться, каждый втайне мечтает, что притащит самое оригинальное и невероятное.

Милане же взгрустнулось. Наверное, была бы у нее мама, она бы придумала наряд повеселее, чем джинсы и яркий свитшот с мультяшным принтом. А дедушка в моде совершенно не разбирался. Да, и сама Милана тоже.

Обычно, когда девочка вырастала из своих вещей, они шли в магазин, где ее заставляли перемерить, наверное, все, что подходило по размеру. Милане приходилось выходить из примерочной и делать круг почёта перед креслом, где восседал дед. Продавщицы при этом восхищенно закатывали глаза и едва ли ни падали в обморок. Хотя сама девочка считала, что ни один из нарядов ей не подходил. Она уставала от бесконечных одеваний-раздеваний, часть кудряшек прилипала ко лбу, а часть разлетелась в одном им ведомом порядке. Очки вечно съезжали с носа. А веснушки казались еще ярче, чем обычно. Ну, как поверить в собственную неотразимость?

Нет, лишний раз проходить это мучение Милана готова не была. Лучше джинсы и свитер!

Придя домой, девочка поделилась своими огорчениями с Романом. Выплеснула их на него, совершенно забыв, что он мальчик, и, наверное, это ему совершенно не интересно. Однако Книга слушал внимательно, морщился обложкой, туда-сюда перелистывал странички, словно вспоминал что-то, но никак не мог вспомнить. А потом он раскрылся на заднем переплете, где карандашом были накарябаны несколько телефонных номеров.

- Читай, кто там, - скомандовал Роман.

- Шимолин, Гелла Марковна, - медленно разбирая непонятный почерк, продекламировала Милана, не понимая, зачем это нужно - не собирается же она звонить незнакомым людям.

- Вот! очно! Тебе надо обратиться к ней!

- Даже не подумаю, - нахмурилась девочка. – Зачем я должна звонить какой-то чужой тетеньке? Тем более, у меня телефона нет.

- Это, между прочим, не чужая тетенька. Эти номера из записной книжки твоего дедушки. А деньги на телефон я тебе вчера давал, ты сама не взяла, - ворчливо отозвался Роман. – Не хочешь звонить сама, попроси дедушку.

- Да, зачем?

- У нее магазин модной одежды буквально в паре шагов от Питомника. Думаю, со вкусом у нее все отлично, и она сможет тебе помочь выбрать подходящий для бала наряд.

- С чего ты решил?

- Ты читала книгу Памелы Трэверс про Мэри Поппинс? – ответил вопросом на вопрос Книга.

Неужели? Вот так Роман! Милана и не знала, что думать!

Добежать до работы дедушки было делом недолгим. Проскользнув мимо охранника, девочка сбивчиво сообщила, что кроме фантазии, которую она принесет на бал, туда бы неплохо нарядиться, и не в черное или белое, как и положено. А еще сказала, что, порывшись в старой записной книжке, выудила номер

- Это же Мэри Поппинс, да? – восторженно поинтересовалась Милана.

Иван Алексеевич рассмеялся, но не ответил.

- Точно! Как же я вчера не подумал, что тебе бы неплохо принарядиться!

Быстро созвонившись со своей знакомой, он повел внучку в магазин. Милана с удовольствием воспользовалась возможностью выйти в город – очень уж редко она выпадала. А вот дедушка внимательно наблюдал за внучкой. Зачем-то постоянно интересовался, как она себя чувствует, тревожился.

Магазин, и правда, находился неподалеку от Питомника. Небольшой уютный бутик со светлыми витринами и изящными манекенами в них.

Мэри вышла навстречу, едва звякнул колокольчик на двери. Нескладная, совершенно непримечательная, с большими руками и ногами и крохотными синими глазками, которые едва окинув обстановку, определили самую суть проблемы.

- Добрый день! - склонив голову набок, бархатным тихим голосом произнесла молодая женщина. - Рада видеть вас в нашем салоне. Милана выросла.

Слава богу, обошлась без лести!

- Предпочтения в одежде есть? - поинтересовалась как бы между делом.

- Растянутый свитер и джинсы, - ответил дед.

- А куда собираемся.

- На весенний бал, - пискнула Милана. – И как водится - черное с белым не носить.

- Помню, - кивнула Мэри. – Кажется, у меня есть кое-что именно для вас.

- Да? - вытаращил глаза Иван Алексеевич.

Ответа он не дождался. Хозяйка салона уже медленно шла между рядов и стеллажей. Изредка касалась длинным пальцем какого-то наряда, но, подумав, уходила дальше.

Милана не могла избавиться от ощущения, что магазин всё увеличивается и увеличивается в размерах. Сами собой появлялись новые полки. Вешалки заполнялись невидимым прежде ассортиментом. А манекены дефилировали туда-сюда, как модели на показе.

С одного из них Мэри и позаимствовала платье в очень мелкую сине-зеленую клетку со строгим лифом, английским воротничком и короткой пышной юбкой, из-под которой заманчиво выглядывали несколько рядов широкого кружева.

- Примерь, - протянула девочке.

Милана быстро переоделась, глянула на себя в зеркало и поняла, что хозяйка салона - настоящий мастер. Наряд сидел, словно сшитый специально для девочки, по ее меркам и желаниям. Ничего аляпистого и чрезмерного. Со вкусом.

И Иван Алексеевич, и Мэри удовлетворенно переглянулись и кивнули друг другу. А салон тем временем быстро преобразился обратно: бесконечные коридоры уменьшились, лишние ряды растворились, а манекены стали вполне обычными, прикреплёнными к своим постаментам.

На обратном пути Летописцевы еще забежали в салон сотовой связи. Оказывается, дедушка уже давно приглядывал для внучки телефон. Планировал купить ко дню рождения. Но раз уж она свой разбила, решил приобрести сейчас. Красивый, новенький, ягодного цвета.

- Ну, что? Нравится? – поинтересовался Иван Алексеевич.

- Конечно! Спасибо! – кивнула довольная девочка.

- Тогда я еще на работу. Встретимся во Дворце Искусств.

Первым делом, что сделала Милана, вернувшись домой, это проверила, на месте ли книга и мир, созданный дедом. Почему-то показалось, что всё это могло привидеться, так же, как и превращения в салоне. Однако Роман спокойно лежал на том месте, где она его оставила. А творение Ивана Алексеевича благополучно развивалось в аквариуме. Это очень порадовало! Она капнула в мир несколько капель воды, а Книгу ласково погладила по теплой обложке.

- Привет! - поздоровалась девочка. - Не скучал?

- Могло бы быть и веселее, - проворчал он.

- В следующий раз возьму тебя с собой, - пообещала Милана. - Если, конечно, не побрезгуешь теснотой моего рюкзака.

- Наверное, это лучше, чем валяться на столе и наблюдать за облаками? - предположил Роман.

Девочка не знала, что ответить. Ей ни разу за всю жизнь не выпала возможность провести несколько часов в полном безделье. Здоровьем она обладала отменным, поэтому даже никогда не болела. А отдыхать предпочитала в компании с книжкой, что все-таки не одно и то же, что просто лежать на одном месте. С многочисленными героями и их приключениями не заскучаешь.

Кстати, внутри же Романа - столько персонажей! Неужели ему может быть одиноко? Милана полистала книгу. Выцепила несколько имен, даже особо не вчитываясь.

- Что-то конкретное ищешь? - поинтересовался Роман. - Или любопытство замучило?

Видимо, не очень-то ему нравилось такое быстрочтение.

- Да, нет, не конкретное, - протянула девочка. - В тебе столько людей. Даже, вот, с ходу: Алиса, Дядя Федор, Маруся, Том. Уверена, есть и другие.

- Есть, - он захлопнулся с шумом. - Но я ещё не в том возрасте, когда собственный богатый внутренний мир превозносится выше интересной компании!

Милане подумалось, что если бы Книга был обычным мальчиком, сейчас бы он обиженно отвернулся. Прямо представилось: надутая физиономия, скрещенные на груди руки. Даже стыдно стало от случайно бестактности.

- Извини, - вздохнула девочка. - А сколько тебе лет? Ну, я, конечно, понимаю, что ты только вчера появился. Но…

- Думаю, столько же, сколько и тебе.

- Почти одиннадцать? - воскликнула Милана. - Супер!

Потом ей стало очень интересно, на основании чего Роман сделал такой вывод.

- Ну, ты же знаешь, сколько тебе лет, - проворчал Книга. - Почему я не должен знать этого?

Ответить на вопрос оказалось затруднительно. Но у девочки почему-то возникло стойкое ощущение, что её собеседник просто сам не знает, как объяснить факт насчёт возраста.

- А сколько под твоей обложкой произведений? - осторожно поинтересовалась Милана.

- Под моей обложкой все существующие книги! - немного хвастливо ответил Роман.

- Это как это? - удивилась она.

- Честно говоря, не знаю. Но думаю, что когда ты меня создавала, то не вспоминала какую-то книгу конкретно, а мечтала сразу о многих, поэтому так и вышло.

Милана восхитилась.

- А есть у тебя любимая книга?

- Не знаю. А вот какая у тебя – мне известно! - Роман распахнулся, и девочка увидела до мельчайших подробностей перекопированную обложку.

- Вот это да! - вырвалось восхищенное. - И даже с картинками?

- Иллюстрациями, - важно поправил Книга.

Становилось все «Чудесатее и чудесатее», как говаривала Кэрроловская Алиса. Создание Миланы гораздо круче всего интернета, где надо рыться, чтобы выкопать что-то действительно стоящее! А в нём сразу всё, и ещё что-нибудь неопознанное для кучи.

В голове замелькала тысяча вопросов, на которые прямо сейчас можно было получить ответы. Словно картинки в игровом аппарате. Но открыв для первого рот, Милана тут же его и захлопнула. Вот ещё, давать Книге повод думать, что он попал в руки глупой и доверчивой хозяйки. Надо сначала вообще проверить, что ему на самом деле известно, а что лишь видимость знания. А то, может, просто хвастается по-мальчишечьи, а она уши развесила.