Да и нет - не говорить (стр. 5 )

Весь рассказ обе девочки не отрывали глаз от Книги. Одна следила, не выкажет ли он недовольства. Другая – смотрела горящими глазами, как на огромную невидаль. Роман реагировал спокойно, хмурился периодически, перелистывал страничками, но все молча. Похоже, против Мельниковой он ничего не имел.

Глава 6, в которой Милана узнает Романа получше

Вступительную речь дедушки Милана пропустила. Но уж пропустить заключительную часть – не могла. Иван Алексеевич поблагодарил всех гостей, что они пришли. Похвалил за фантазию, упомянул многие создания. Даже пригласил на сцену Васю Журавлева с его Чудищем. Мальчишка застеснялся. А вот его мохнатая фантазия, напротив, совершенно забыл о своей недавней истерике и начал громко декламировать стихи Пушкина и радовался, когда ему захлопали.

- А твой дедушка так до сих пор и не знает о Романе? – шепотом поинтересовалась Тася.

- Нет.

- Почему?

Милана взглянула на Книгу. Но тот до сих пор все молчал.

- Роман не хочет, чтобы я о нем рассказывала.

- Ой! – взвизгнула Мельникова. – Так я единственная, кроме тебя, кто знает?

Она запрыгала и захлопала в ладоши, как маленькая девочка. Впрочем, никто на нее особого внимания не обратил, потому что все делали примерно тоже самое, только по другому поводу.

- А как ты думаешь, как Роман выглядит? – не унималась Тася.

- В смысле? – Милана помахала книгой перед носом собеседницы. – Ты до сих пор не разглядела?

- Нет, я не о том. Вот как бы он выглядел, если бы был мальчиком? Цвет волос, глаз, рост?

Милане даже стало стыдно, как ей самой это не приходило в голову, а Мельниковой пришло. Она погладила Книгу пальцем, он сморщился, словно от щекотки, потом развернулся на первую попавшуюся страницу. Девочка подумала было, что там написано что-то важное, и хотела почитать. Однако у Романа были другие планы. Сначала шрифт стал лихорадочно менять свой размер. А потом вообще точки-буквы сложились в картинку: беловолосый темноглазый мальчик, чем-то неуловимо похожий одновременно и на Маленького Принца, и на Ледяного Джека, сидел на траве и смотрел прямо на Милану. Неужели это сам Роман? Или кто-то из его любимых персонажей?

В ответ на невысказанные вопросы, иллюстрация открыла рот и вполне внятно произнесла:

- Привет! - разумеется, знакомым голосом.

- Привет! Это же ты? - ошарашенно поинтересовалась девочка.

- Наверное, - пожал плечами Роман. - Как-то прежде не задумывался об этом. Но, наверное, я.

- Прожил десять лет и ни разу не смотрелся в зеркало? - попыталась не поверить Милана, но потом осекла сама себя, внезапно вспомнив, что, возможно, до вчерашнего дня мальчика вообще не существовало.

Тася же все не унималась:

- А кто-нибудь еще внутри тебя имеется?

- А внутри тебя? – парировал Роман.

Милане стало смешно. Действительно, что за глупый вопрос задала Мельникова. Хотя, на ее-то картине было изображено многообразие всяких разных пирожков. Впрочем, кто их знает, может, все они на один вкус?

- Внутри меня, думаю, только я. Ну, не исключено, что могут быть глисты, - отшутилась Мельникова, заставив поморщиться и Романа, и Милану. – Просто я люблю возиться с разными зверушками в Зоозоне Питомника.

Книга тут же набросал корову в широкополой шляпе, которая грациозно вальсировала, поднявшись на задние лапы, одна, посреди поля с ромашками. Девочки рассмеялись. И похвалили художника.

- Но, с настоящими зверушками я как-то не очень, - признался бумажный мальчик. – Особенно с крысами, мышами. История знает немало примеров, когда они могли попортить целые библиотеки!

- У меня питомцев дома нет, и заводить мы никого не будем, - пообещала Милана. – Хотя до того, как у меня появился ты, я очень хотела рыбку: золотую, чтобы желания исполняла и разговаривать умела.

- Это поэтому у тебя стоял на полке аквариум?

- Ну, как бы, да…

Дети настолько заболтались, что не заметили, завершения бала. Вокруг них начали расходиться по домам люди, а они все разговаривали обо всем на свете. Смеялись, хихикали. Пока не подошел Журавлев со своими зеленым Чудищем на руках.

- Летописцева, тебя дедушка везде ищет, - проговорил, а сам как лебедь шею вытянул, во все глаза разглядывая Книгу. – Чего это у тебя? Гаджет?

- Сам ты, Журавлик, гаджет! – пропищала Тася. – А это Миланина фантазия – Роман!

Проговорилась! Вот и доверяй секреты! Правильно Милана где-то читала, секрет, рассказанный хотя бы одному, перестает быть настоящим секретом!

Но Журавлев, казалось, мало удивился. Вздохнув, глянул на своего мохнатого и похвалил:

- Круто! И сколько книг в него закачено?

- Ну, и балда ты, Василий! – не выдержал Роман. – Ничего в меня не закачено. Я сам по себе. Но могу показать все, что когда-то было напечатано.

Журавлик застыл, как истукан. Девочки не стали ждать, пока он придет в себя, и засобирались к выходу. У дверей Милана встретила дедушку. Тот как раз выслушивал от Кощеева о едва не случившейся неприятности в вольере с мохнатыми фантазиями.

- Вот как раз, если бы не ваша внучка, Иван Алексеевич, - заметил подошедших Кощеев, - не знаю, как бы мы успокаивали того истерика. Представьте себе, Пушкина он любит. Только не «Зимнее утро». А кто же сходу вспомнит что-то, кроме «Мороз и солнце, день чудесный»?

- А Милана вспомнила?

- Да, нет, в книге прочитала.

Дедушка удивленно уставился на внучку. А она грозно глянула на Тасю, чтобы та опять не проговорилась ненароком. После достала Книгу и повертела перед Иваном Алексеевичем, слишком быстро, чтобы можно было выцепить обложку, а потом убрала.

- Оригинально, - отозвался дедушка, - на бал и с книжкой.

- Кто как, - пожала плечами Милана. – Никто же не запрещал.

Однако когда дедушка и Тася вышли, а она замешкалась, Кощеев задержал ее легким касанием за плечо:

- Это же не простая книга, я не ошибаюсь?

- Конечно, - вскинула глаза девочка, - это Пушкин!

- Когда надо, - прозорливо дополнил мужчина, - а когда не надо, не Пушкин.

Милана, разумеется, ничего не поняла. Но впервые обратила внимание, что дядя Кощеев до ужаса похож на Кощея из народных сказок: худой, лысый, с глубоко посаженными глазищами. Того и гляди, сейчас начнет толковать про иглу в яйце. Пока этого не случилось, девочка быстро выскользнула в дверь.

На пути к дому Летописцева, Милану и Тасю догнал Журавлев с Чудищем на руках. То мирно дремало, утомившись после бала. Девочки дружно нахмурились, когда Вася упомянул книгу. Тот понял, что расспросить не удастся и замолчал. Но всю дорогу бросал любопытные взгляды на клатч Миланы.

У подъезда с Тасей пришлось распрощаться: она жила в другом доме. Журавлев проводил Летописцевых до их квартиры, а сам поднялся этажом выше. Милана посидела с дедушкой несколько минут за вечерним чаем, а потом ушла в свою комнату. Поставила аквариум с миром на полку и достала Книгу.

Теперь Роман уже сидел на обложке, не прячась среди черно-белых страниц. Девочке вспомнилось, что это Тася сообразила, что у него может быть своя внешность. Догадливая! Однако было немножко обидно, что не Милане самой пришло это в голову. В конце концов, не Мельникова же придумала Книгу. А может вообще никто ее не придумывал?

Милана села. Взяла Книгу в руки. Дождалась, пока Роман на нее посмотрит.

- Чего? – спросил нетерпеливо.

- Ты вообще помнишь, как у меня появился?

- Помню, - кивнут он.

- А что с тобой было до появления у меня? – какие-то неосознаваемые мысли мелькали в голове у девочки, она словно брела в тумане, интуитивно, не понимая, куда может прийти.

- Не знаю, - мотнул головой Роман.

- Ну, а если вспомнить?

Он задумался надолго. Хмурился, кусал губы, теребил уши. Обложка ходила ходуном, словно внутри поднялся самый настоящий ветер. Но потом только шепнул немного испуганно:

- Не могу.

- Совсем-совсем?  - Милана не то, чтобы хотела, чтобы Роман что-то вспомнил, просто немного обижало, что не ей пришло в голову, что у бумажного мальчика может быть какая-то внешность, так хоть его прошлым взять реванш у Мельниковой.

- Я пытаюсь… Но передо мной, словно чистый лист.

- Так, может, надо на нем что-то нарисовать? Или написать? – не сдавалась девочка. – Если ты уверен в том, что тебе десять лет, то где-то ты эти десять лет должен был жить?

- Не знаю, - протянул Роман. – А как же литературные герои? Нам сообщают, сколько им лет, и приходится верить писателю на слово.

- Однако у каждого из них есть свое прошлое. Просто писатель не посчитал нужным все описывать, - резонно возразила Милана. – Я лишь придумала твою форму. Да, и то, совершенно неосознанно: вспоминала, что люблю читать ты и получился. Журавлик, вот, для своего зеленого все придумал, до мелочей.

- Кроме мочалки.

- Да, мог и мочалку придумать! Только признаться стыдно было! В общем, ты попытайся еще раз.

Роман попытался. На этот раз застыл в полной неподвижности, прикрыв глаза.

В комнате уже царили сумерки. От Книги же исходило легкое свечение. Впрочем, это могло только показаться. Светлая обложка, фонарь с улицы - вполне способствовали иллюзии.

- Заснул что ли? - шепнула Роману девочка через несколько минут, когда уже совсем раззевалась.

- С чего бы это? Время детское, - пробурчал он.

- А не в детское - спишь?

- Сплю, - после некоторых раздумий отозвался Роман. - У меня вообще такое ощущение, что я и сейчас сплю. А когда проснусь, то буду где-то в другом месте.

Он, прошелестев страницами, развернулся на середине. Милана глянула - на развороте точно скопированный интернетный мем - смайлик с закрытыми глазами и облачком с буковками «Z-z-z»

- Да? - это было уже интересно. - Значит, я сон?

- Я не знаю, - признался честно Книга.

- Если бы ты был мальчишкой, я бы тебя ущипнула, чтобы разбудить, - нахмурилась Милана.

- Себя ущипни, - фыркнул Роман.

- Вот ещё! Я в отличие от тебя не сомневаюсь, что в данный момент вполне себе бодрствую. Ладно, - махнула рукой, - проехали. Сейчас ты живёшь тут. И я должна знать о правилах ухода за тобой.

- Правилах ухода? - брови Романа поползли наверх. - Ну, они общие для всех книг. Смахивай пыль временами, защищай от грызунов, береги от воды и огня. Всё просто.

- Обычные мальчики нуждаются во многих вещах: еде, воде, прогулках, общении, - начала перечислять Милана, загибая пальцы.

- Да-да-да, ещё в учёбе, развлечениях, мытье ушей и рук, - в тон ей продолжил Роман. - Всё это мне известно, но для этого, как минимум, надо иметь уши и руки. А у меня обложка, форзац, листы. Как видишь, другая комплектация.