Да и нет - не говорить (стр. 8 )

- Если бы я знал, как это сделать! – тоскливо пробормотал Иван Алексеевич. – Но, возможно, мы сможем придумать вместе? Я расскажу тебе сказку.

Милана не была уверена, что сейчас есть время для сказок. Но спорить, терять его ещё больше. Поэтому приготовилась внимательно слушать.

- Жил на свете один юноша, назовем его Ваня, - сказка Ивана Алексеевича начиналась самым обычным образом. - Он умел многое, но лучше всего у него получалось придумывать: истории, образы, героев. Юноша просто жил этим. И работу он нашел себе самую подходящую: директор Питомника Идей. День за днём он выпускал в свет проросшие и окрепшие идеи. Их использовали писатели, поэты, художники - и становились известными. Ещё у юноши был старший друг - Веков. А у друга, хотя он был совсем взрослым, намного старше Вани - мечта стать знаменитым. Только вот беда - никаких особых талантов, в которых ему мог помочь Ваня, у Векова не имелось: ни писать, ни рисовать, ни выдумывать. Хотя надо отдать ему должное, он очень хорошо считал деньги, и они у него всегда водились. Но вот с Ваниными способностями это не вязалось. Веков обижался. Юноша отвечал, что ничего страшного, тысячи, миллионы людей живут без того, чтобы пользоваться идеями Питомника. Тогда Веков попросил Ваню просто рассказывать обо всех интересных идеях. И тот рассказывал: увлеченно, с вдохновением и фантазией. Каждый день. Пока не узнал, что Веков записывает все идеи и продает за деньги, очень большие деньги, а не отдает просто так. Некоторым же платит сам, чтобы они сочинили роман, написали картину, но подписались не своим именем, а его. Юноша разругался с другом. И тот отлучил его от дома. Это было огромным несчастьем, потому что с Вековым жила его дочь, Милана. И юноша собирался на ней жениться. Они мечтали о семье, о малышке Алене, умнице и красавице. Свадьба расстроилась. Мечты развалились карточным домиком. Несчастный юноша перестал выходить за пределы Питомника. И если бы не появление совсем юной девушки Алёны, ему пришлось бы туго. Она появилась в доме юноши, выглядя лет на восемнадцать, но абсолютно ничего не умея, как младенец. Ваня понял, что Алена - идея! Обретшая тело! Живая! И это он создал ее. Хорошо, что Алена очень быстро всему училась. Гораздо быстрее, чем люди. И довольно скоро она знала все, что знал юноша. Его Алена стала называть папой.

Став папой, Ваня запретил дочке выходить за пределы Питомника. Ведь там идея становилась свободной, ее мог захватить кто-то другой. Не слишком талантливый. Или бесчестный. И погубить. А это было очень страшно.

Но Алёне казалось все интересным. Особенно ей было интересно как раз за пределами Питомника. Хорошо, что она всегда возвращалась. Иначе бы папа сошел с ума! Правда, однажды Алена вернулась очень задумчивой. Сообщила папе, что скоро у нее будет ребёночек. И перестала уходить из Питомника.

В положенный срок у нее родилась дочка. Счастливая мама назвала малышку Миланой. Новоиспеченный дедушка летал на седьмом небе от радости. Пока однажды Алена не вышла прогуляться и не пропала. Ваня искал ее: и в Питомнике, и за его пределами - но не смог найти! На его руках осталась крохотная внучка, - дедушка замолчал, пытливо глядя на Милану.

Она кивнула, давая понять, что все поняла, что внимательно слушает. Сказка была не только про юношу. Она была про саму Милану. И ее маму. Но, к сожалению, нисколько не объясняла, куда та пропала. И уж тем более, куда исчез Роман, когда его бросили в огонь.

- А в полицию ты обращался?

- Как бы я им объяснил, кто такая твоя мама. Меня бы просто приняли за сумасшедшего! У Алены не было никаких документов. Она же просто появилась у меня. Сразу взрослой.

Милане показалось, что она шла-шла, и вдруг в знакомом месте уперлась в тупик. Почему до этого момента девочка не задумывалась о природе многих вещей. Идеи подразумевали наличие персонажей, будь то книга, картина, фильм. Героем мог оказаться кто угодно, не обязательно человек или животное: цветок, например, или ветер. Но в тоже время, в одном герое могло воплотиться множество идей.

Какие-то идеи - мимолетны, другие - живут веками. Возникнув однажды в воображении, образ начинает жить. Дополняется новыми штрихами и оттенками, потому что каждый читатель или зритель понимает героя по-своему.

Но куда деваются те идеи, от которых отказался их автор? Или уничтожил по своей глупости?

- Ты думаешь, что маму-идею кто-то присвоил, а потом погубил?

- Боюсь, что в противном случае она бы обязательно вернулась, - кивнул дедушка. – А ее словно стерли. Или сожгли, как ты свою книгу.

- И ты даже не подозреваешь, куда она могла деться?

- Я могу только догадываться, - Иван Алексеевич потеребил бороду. - Возможно, она вернулась к тому источнику, из которого появилась. Недаром ведь Питомник притягивает всех персонажей, даже тех, кого уже давно перестали использовать, но продолжают помнить.

- Мэри Поппинс? - с долей утверждения поинтересовалась Милана. - Кощей?

- А твоя Тася – слегка подросшая Дюймовочка, - усмехнулся Иван Алексеевич.

Она не знала, шутит дедушка или говорит серьезно. Однако поверилось быстро.

Глава 9, в которой Милана по-новому смотрит на старые вещи

Это было печально: осознавать, что даже дедушке что-то не по силам. А сама с этой проблемой Милана тоже не могла разобраться.

- А если поинтересоваться у самих идей? – размышляла девочка.

- Я спрашивал, - грустно возражал Иван Алексеевич. – Они не знают.

- Может, это с тобой они не знают, а со мной окажутся более разговорчивыми?

- Это почему?

- Одно дело отвечать своему начальнику, а совсем другое – маленькой девочке, - принялась рассуждать Милана. – Вот вспомни себя, когда ты был школьником: спросит тебя учительница, ты молчишь и из головы словно все вылетает; а ту же тему своему однокласснику отвечаешь легко и без запинок.

Дедушка пожал плечами:

- Я не помню, это было уже давно, - и стал говорить что-то еще.

Но что именно, девочка уже не слышала. Она со всех ног спешила во двор. Туда, где можно встретить гуляющего с зеленым Чудищем Васю Журавлева, или Тасю Мельникову. На крайний случай, можно добежать до Кощеева или а то и присмотреться к другим обитателям Питомника, мало ли кем они могут оказаться.

Первой, на кого наткнулась во дворе Милана, была Тася. Она буквально заставила в себя врезаться, видимо, боясь, что приятельница опять промчится мимо.

- Ты пошутила насчет Романа? – сделав страшные глаза закричала Мельникова.

- Если бы, - вздохнула Милана.

- И что?

- Пропал.

- Так я и думала! - всплеснула руками Тася.

И начала причитать, словно Роман приходился ей родным братом, и знала она его с самого рождения, а не один бал. Нет, похоже, все-таки дедушка пошутил, назвав Мельникову Дюймовочкой. У той характер был другой.

На причитания из-за кустов вылезло Чудище. Долго хлопало единственным взглядом, а потом начало хлюпать носом. Не хватало еще массовой истерики!

За Чудищем вышел Журавлик. Вопросительно глядя, кивнул, мол, что это они.

- Я создала кое-кого, а потом нечаянно его погубила, - хмуро призналась Милана.

Вася критически посмотрел на своё создание, видимо, прикидывал, как это, погубить зеленого. А потом передернул плечами. Каким бы странным ни казалось твое создание – оно твое, и губить его – всегда больно и страшно.

- И что планируешь делать?

- Была надежда на дедушку, но растаяла, - развела руками Милана. – Он не знает.

Журавлик скрестил на груди руки, поиграл пальцами.

- У моей бабушки спросить, - предложил неуверенно.

- Если мой дедушка не в курсе, как может знать твоя бабушка? – насупилась девочка.

Даже Мельникова перестала причитать. Чудище, забравшееся к ей на руки, тоже. Они внимательно прислушивались к разговору.

- Ну, во-первых, моя бабушка намного старше твоего дедушки. А во-вторых, она Баба Яга, - нехотя признался Василий.

Обе девочки даже ахнули. Вот никогда бы не подумали такого! Магдалена Яговна ни то, что на Бабу Ягу не походила, она и на бабушку смахивала с натяжкой: всегда при макияже и маникюре, с прической, и в модном наряде, словно собралась на какой-то великосветский прием при президенте. От нее не дождешься ни домашних пирожков, ни блинчиков, разве что купленных, потому что Магдалене Яговне вечно некогда с этим возится. Она большую часть времени проводит в разъездах. Как любит говорить мама Васи – «Вечно носится на ступе».

- А бабушка дома?

- Нет, конечно, позвоним по скайпу, - мальчик беспечно махнул рукой, и тут же набрал номер Магдалены Яговны.

Дети буквально впились в экран. По тому шла рябь, словно по водоему в дождливую погоду. Потом сквозь нее пробился облик бабушки.

- Здравствуйте! Нам срочно нужна ваша помощь. Разумеется, если вы нам можете помочь, - наперебой затараторили ребята, их поддерживал невнятными стихами зеленый, но слишком тихо.

- Если вы будете так орать, я ничего не пойму, - важно ответила Магдалена Яговна. – И у меня слишком мало времени, предупреждаю сразу.

Мельникова и Журавлев одновременно посмотрели на Милану, словно давая ей слово. И девочке пришлось во второй раз за день подробно рассказывать историю, как она создала Книгу, и как потом ее сожгла, решив, что именно так может вернуть облик мальчику, в книгу превращенному. Про неприятности с Питомником тоже пришлось рассказать.

Магдалена Яговна пожевала губы и выпятила подбородок. Взъерошила свою идеально уложенную шевелюру. Пообещала, что подумает и отключилась.

- Эх, - расстроился Вася. – Трафик закончился.

- Может, позвонишь с моего телефона? – предложила Милана.

- Бабушка не берет чужие номера. И сама не перезванивает, - тряхнул головой мальчик. – Может, создадим общий чат, включим всех, кто живет в Питомнике. Сообща что-нибудь придумаем!

- Нет времени создавать чаты! – задумалась девочка. – Пока мы будем придумывать, Питомник разрушат и отгрохают на его месте торговый центр! Тогда точно никого не вернешь. И, боюсь, и тех, кто есть, погубишь. Надо решать что-то прямо сейчас!

Но в этот момент бабушка Васи изменила своим привычкам и перезвонила внуку. Просто на телефон. Потому что интернета у него не было. И так громко кричала в трубку, что слышали все:

- Чего тут гадать! Куда утекает вода, когда проливается?

- Я просто ее вытираю тряпкой, - пробурчала Тася.

- А на земле, балда? В землю и утекает! Потом возвращается, - вещала Магдалена Яговна. – Откуда приходят идеи во все светлые головы? Найдите источник и того, кто сможет нырнуть.