Оглавление (стр. 9 )

Таким образом, сложно доказать наличие согласованных действий при отсутствии договоренности об их совершении и тем самым установить признаки ст. 245 в действиях конкретного лица, так как совершаемые единообразно и синхронно согласованные действия можно по-разному трактовать, и при отсутствии объективных причин дл установления признаков монополизма, по-разному могут оцениваться полученные доказательства и в том числе их совокупность.

Не менее значимым является вопрос о субъекте преступления, установленного в ст. 245 УК, потому как действия, связанные с принуждением или применением насилия в отношении конкурентов совершаются (ч. 2 ст. 245 УК), как правило, не индивидуальными предпринимателями или должностными лицами юридических лиц, о которых речь идет в ч. 1 ст. 245 УК (их, в принципе, может совершить кто угодно), а иными лицами, не обладающими признаками специального субъекта преступления.

Ограничение конкуренции (ст. 247 УК) имеет место при заключении и исполнении индивидуальными предпринимателями или должностными лицами юридических лиц соглашений о разделе рынков, об устранении с рынков конкурентов и иных условиях, существенно ограничивающих конкуренцию, либо совершении иных  действий, направленных на ущемление законных интересов лиц,  ведущих аналогичную деятельность (ограничение конкуренции), совершенных в течение года после наложения административного взыскания за такие же действия.

Следует выделить две формы ограничения конкуренции: 1) заключение и исполнение указанных соглашений между индивидуальными предпринимателями или должностными лицами юридических лиц; 2) иные действия, направленные на ущемление законных интересов лиц, ведущих аналогичную деятельность (ограничение конкуренции).

Для квалификации деяния, как оконченного преступления, необходимо, чтобы заключение и исполнение соглашений имелись в совокупности. Как отмечает , если виновные, заключив указанное соглашение, не смогли его исполнить по независящим от них обстоятельствам, содеянное ими должно квалифицироваться как покушение на ограничение конкуренции [22, с. 53].

Обязательным условием привлечения к ответственности на основании ст. 247 является наличие административной преюдиции.

Законодатель предусматривает повышенную ответственность за совершение  указанных  действий  при  наличии  следующих обстоятельств:

· ограничение конкуренции с применением насилия или с угрозой его применения;

· совершение преступления организованной группой;

· совершение преступления лицом, ранее  судимым  за преступления, предусмотренные данной статьей или ст. ст. 245 и 246 УК.

Незаконное использование деловой репутации конкурента (ст. 248
УК) – это  умышленное использование  индивидуальным предпринимателем  или должностным лицом  юридического  лица товарного знака (знака обслуживания), фирменного наименования, наименования места происхождения товара конкурента, либо продажа или  предложение к продаже товара (услуги) с  применением предупредительной  маркировки  о  товарном  знаке  (знаке обслуживания), не зарегистрированном в Республике Беларусь, либо копирование промышленных образцов конкурента, влекущие смешение продукции (товаров, работ, услуг) или деятельности с продукцией или деятельностью конкурента, совершенные в течение года после наложения административного взыскания за такие же действия.

Объективную сторону этого преступления образует совершение любого из следующих действий:

· умышленное использование индивидуальным предпринимателем или должностным лицом юридического лица товарного знака (знака обслуживания),  фирменного наименования, наименования  места происхождения товара конкурента;

· продажа или предложение к продаже товара (услуги) с применением предупредительной маркировки о товарном знаке (знаке обслуживания), не зарегистрированном в Республике Беларусь;

· копирование промышленных образцов конкурента.

Как следует из судебной практики коллегии по делам интеллектуальной собственности Верховного Суда Республики Беларусь, на отечественном рынке паразитируют на чужих средствах индивидуализации большей частью небольшие совместные и иностранные организации. Для них характерны производство и реализация продукции с использованием несколько видоизмененных товарных знаков иных, имеющих устойчивую репутацию на рынке, правообладателей, а также схожей упаковки товаров [29].

Следует уточнить, что лицо может быть привлечено к уголовной ответственности за незаконное использование деловой репутации конкурента лишь при условии административной преюдиции.

Дискредитация деловой репутации конкурента (ст. 249 УК) выражается в распространении индивидуальным предпринимателем или должностным  лицом юридического лица в рекламе,  средствах массовой информации и иным способом заведомо ложных сведений, наносящих вред деловой репутации конкурента. Известные теоретики уголовного права еще в условиях существования его советской концепции обращали внимание на высокую общественную опасность дискредитации деловой репутации юридических лиц и коллективов. считал, что распространение заведомо ложных, позорящих юридическое лицо измышлений может весьма серьезно отразиться на интересах этого лица, в том числе на его производственной деятельности, так как понизит спрос на товары, выпускаемые опозоренным заводом или фабрикой и имеющие производственную марку этого предприятия [12, с. 119].

Такие сведения должны быть распространены исключительно в отношении конкурента. Например, в случае если в СМИ опубликован материал о том, что один из местных производителей молочной продукции не обеспечивает надлежащих условий санитарии, что сказывается на качестве продукции. В результате делается вывод о том, что употребление такой продукции опасно для жизни. Даже если главный редактор (должностное лицо редакции СМИ) знал о ложности сообщаемых сведений, к нему не может быть применена ответственность по ст. 249 УК, поскольку производитель молочной продукции не является конкурентом редакции СМИ. Однако если выяснится, что эта статья была "заказной" и подготовлена конкурентом данного молочного производителя, то должностные лица конкурента (при наличии остальных оснований ответственности) могут понести уголовное наказание. Необходимо уточнить, что не является преступлением распространение сведений, содержащих соответствующую действительности критику недостатков хозяйственной деятельности конкурента. Уголовную  ответственность  по  ст.  249  УК  влечет распространение лишь заведомо ложных сведений.

Как справедливо отмечает , данная норма размещена в главе 25 УК, и тем самым констатируется, что уголовный закон сориентирован на привлечение к ответственности за распространение заведомо ложных сведений, порочащих деловую репутацию конкурента (субъекта хозяйствования) только в экономической сфере [41, с. 223].

Между тем в настоящее время и юридическая теория, и судебная практика допускают существование репутации не только в экономической, но и в других сферах общественной жизни (например, в политической, спортивной, здравоохранении, шоу-бизнесе и т. д., где можно говорить о деловой репутации политических партий, общественных объединений, профессиональных спортивных клубов, медицинских клиник) [23]. Поэтому можно было бы говорить о перенесении статьи 249 УК в главу 22 или главу 23 УК. В этой связи следует отметить, что раздел VII УК уже давно содержит такие составы преступлений, в качестве потерпевших от которых прямо указаны всевозможные организации: избирательные комиссии (ст. 191 УК), общественные объединения (ст. 194 УК), религиозные организации (ст. 195 УК), правообладатели (ст. 201 УК).

Отсутствие правоприменительной практики по данной статье, как отмечает , объясняется тем, что на законодательном уровне не предложен критерий отграничения в данном случае преступления от правонарушения, вследствие чего субъекты хозяйствования чаще прибегают к гражданско-правовому способу защиты своих прав и интересов, нежели в частном порядке обращаются с заявлением о возбуждении уголовного дела [40, с. 224].

Ст. 250 УК предусматривает ответственность за распространение заведомо ложной информации либо применение рекламы, вводящих в заблуждение потребителей относительно качества, количества, состава, способа изготовления и иных характеристик продукции (товаров, работ, услуг). Как и все рассмотренные ранее статьи, предусматривающие ответственность за монополистическую деятельность и недобросовестную конкуренцию, ст. 250 применяется достаточно редко. Примером уголовного дела по данной статье в Республике Беларусь может стать широко афишируемое дело заведенное Управлением Департамента финансовых расследований КГК по Минску и Минской области, фигурантами которого  на предварительном этапе расследования назывались «неустановленные должностными лица ДРУП «Интегралтехнис». Речь идет о том, что в декабре 2009 года предприятие «в связи с необходимостью выполнения прогнозных показателей роста производства, доведенных Министерством промышленности РБ», приобрело у столичной коммерческой организации 400 ЖК-мониторов торговой марки Acer. Затем, как следует из материалов предварительной проверки, эти мониторы были частично разобраны, после –  снова собраны и реализованы, но уже под собственной торговой маркой Integral [1].

Необходимо уточнить, что квалифицирующим распространение ложной информации обстоятельством является совершение тех же действий в отношении продукции (товаров, работ, услуг), могущей причинить вред здоровью потребителей. Несмотря на то, что в статье указано на угрозу вреда для потребителя – физического лица, в качестве получателей ложной информации (и в этом смысле потребителей как непосредственных приобретателей) могут выступать и юридические лица, поскольку вред такой продукцией может быть причинён работникам юридического лица при использовании соответствующей продукции в производственном процессе.

Если помимо распространения ложной информации распространяется  сама некачественная продукция (товары, работы, услуги), то при наличии соответствующих условий должна наступать дополнительная ответственность по совокупности преступлений. Так, выпуск на товарный рынок либо реализация потребителям недоброкачественной продукции, заведомо способной повлечь заболевания или отравления людей, или заведомо загрязнённой радионуклидами сверх допустимых уровней, совершённые в течение года после наложения административного взыскания за такие же нарушения, должны влечь ответственность по ст. 337 УК за выпуск или реализацию недоброкачественной продукции. Выполнение работ либо оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности, наказывается соответственно по ст. 338 УК.