Социально-экономические детерминанты развития малого и среднего предпринимательства в регионе (стр. 2 )

Предприятие, бизнес, деловая сеть – это понятия одного категориального ряда классификации, предпринимательство – понятие другого ряда.

4. Доказано, что логика хозяйственных решений работников малых (и средних) предприятий в России раскрывается через инверсию «свободы» и её дефицита; а эмпирически это проявляется в отсутствии правовых гарантий свободы предпринимательства и его правовой защищенности. Незащищенная свобода – согласно мнению экспертов – не воспринимается как реальная свобода. Главная проблема, которая беспокоит отечественный бизнес, – это дефицит реальной свободы, выражающийся в подзаконных актов и в действиях местных чиновников, на корню губящих экономическую инициативу.

Отечественный бизнес чувствует себя бессильным перед подзаконными актами, в которых бюрократы и чиновники реализует свою монополию на интерпретацию законов, часто весьма произвольную.

Отечественный бизнес знает, что свои законные права предприниматели должны у чиновников выкупать, глубоко укорененная социальная правоприменительная практика, в том числе и судебная, не позволяет их успешно отстаивать. В этом случае приоритетной оказывается не ценность свободы, а ценность ее правовых гарантий и правовой защищенности. Это приводит к «инверсионному взрыву» - быстрой, почти моментальной смене смысла на противоположный (например, перехода от оценки хозяйственного явления как носителя добра к его интерпретации как носителя зла). Эта концепция в целом покоится на свойственной российской действительности возможности – как для власти, так и для населения – не выполнять законы или выполнять их «по-своему».

5. Представлены достоинства и недостатки деятельности малого (и среднего) предпринимательства, фиксируемые в соответствующих эффектах.

Выявлено, что хотя малые предприятия занимаются, в итоге, созданием, использованием и распространением нового знания, обычно приобретающего форму инноваций, но в российском обществе преобладает традиционная хозяйственная субкультура, которая всячески тормозит рост инновационного потенциала и которая может спровоцировать «инверсионный взрыв», выражаемый в предлагаемой автором концепции амбивалентности условий и детерминант влияния на российский хозяйственный порядок работы.

Эта амбивалентность означает глубокое взаимное проникновение и одновременно взаимное исключение противоположных полюсов глобального противоречия: ценностей экономического традиционализма, связанных с неформальной управленческой культурой, и реальной конкуренцией рынка. Оба полюса несут ценности сохранения ранее достигнутой эффективности, включая экономическую. Но, в конечном счете, хозяйственная целостность оказывается «разорванной», так как не в состоянии превратить формальные рыночные ценности в господствующие неформальные.

Достоинства малых (и средних) предприятий проявляются в эффектах:

- их продуктивная деятельность состоит в том, что в подразделениях, имеющих относительную независимость, финансовое обособление и статус предпринимательской структуры, они выступают неформальными «центрами прибыли» для фирмы, бизнеса или/и деловой сети;

- их работники выражают суть и дух свободного предпринимательства как эффективного способа ведения дел на самостоятельной основе, способствуя открытому сопричастному общению с точки зрения долгосрочных интересах;

- их работники реализуют функциональные характеристики фирмы: гибкость в приспособлении к резко изменяющимся условиям внешней среды; возможность преодоления кризисных ситуаций; осуществление экспансии на рынках продуктов, труда и капиталов;

- их работники имеют преимущества от использования гибких методов технологий и производства по сравнению с крупными фирмами из-за быстрого освоения новых сегментов рынков и рыночных ниш, обновления и расширения номенклатуры продуктов и на товарных рынков;

- работники имеют возможность быстрого входа со своими новшествами на любые рынки, в том числе на рынки слабо развитых регионов: это касается роста качественных и относительно дешевых продуктов, увеличения числа вновь создаваемых рабочих мест, роста финансовых и материальных активов;

- работники имеют возможность служить в качестве «инкубаторов» идей, НИОКР и производства для дальнейшего становления крупных фирм; имеют потенциал усиления вертикальной и горизонтальной интеграции посредством заключения субконтрактов ввиду гибкости и инновационной активности руководителей-личностей.

К недостаткам работы малых (и средних) предприятий нужно отнести:

- самостоятельная разработка новых, перспективных или нужных идей встречает сильное сопротивление местных чиновников и руководителей крупных фирм, с которыми сталкивается изобретатель и/или новатор;

- истинная свобода работников часто ограничивается «неформальными принципами равноправия», выдвигаемыми «невидимым профсоюзом» чиновников и руководителей крупных фирм, преследующих свои, особые интересы, которые на местном уровне, как правило, входят в противоречие с интересами малых (и средних) фирм;

- именно тот уровень власти, который ближе всего к малому бизнесу, менее всего настроен способствовать его развитию: чиновники не просто вымогают у него взятки, а навязывают свой контроль. В итоге малый бизнес «распределяется» между государственными «крышами». Бороться с этим крайне трудно, потому что в определенном смысле это выгодно и бизнесу.

Практическая значимость исследования заключается в том, что на основе выявления экономических, социокультурных, политических барьеров на пути развития форм предпринимательства автором выработаны прогнозы социально-политической структуры и социально-экономического развития.

Практическая значимость исследования состоит и в том, что не только были верифицированы (эмпирически подтверждены) выдвинутые выше гипотезы, а также опровергнуты некоторые первоначальные гипотезы:

Апробация исследования. Диссертация обсуждена и одобрена на заседании кафедры социологии и социального управления ТГУ. По теме диссертации были опубликованы четыре работы.

Глава 1

Предпринимательство как объект экономико-социологического анализа

1.1. Классические теории предпринимательства

Анализ классических (как и современных) теорий предпринимательства вызван необходимостью более точного описания объекта исследования. Дело в том, что явления, которые в настоящее время переживает Россия, были уже теоретически осмыслены.

Первым, кто ввел понятие "предприниматель" в экономическую теорию, был Р. Кантильон ( гг.). По Кантильону, предприниматель — человек, действующий в условиях риска и имеющий различные источники доходов: торговец, фермер, ремесленник, разбойник, нищий и мелкий собственник и т. п. Они покупают чужие товары (производственные и потребительские) по одной цене, а продают по другой, более высокой, действуя в условиях риска. Кантильон подчеркивал главенствующее значение неопределенности доходов при характеристике каждого из типов предпринимателей. Поэтому готовность к риску — главная отличительная черта предпринимателя. Его основная экономическая функция состоит в приведении предложения в соответствие со спросом на различных товарных рынках. Кантильон фактически положил начало научному исследованию предпринимательской тематики, заложив фундаментальные основы для последующих теоретических исследований в этом направлении.

Кантильон предложил рассматривать в качестве предпринимателя такого индивида, который обладает предвидением и желанием принять на себя риск, устремлен в будущее, чьи действия характеризуются и надеждой получить доход, и готовностью к потерям 1.

У А. Смита предпринимательство рассматривается как отдельный социальный класс, являющийся мотором индустриального и социального прогресса. Дело в том, что главным признаком истинных предпринимателей является то, что в течение всей своей жизни они всецело заняты всяческими планами и проектами. Поскольку цена рабочей силы растет в период экономического подъема и роста капитала (когда спрос на рабочие руки высок), А. Смит сделал вывод о сущностном единстве интересов рабочего класса и класса капиталистов: рабочие на самом деле выигрывают от развития капиталистических отношений, хотя сами они этого часто не понимают 1.

Сбалансированная экономическая система является, согласно А. Смиту, самодостаточным организмом, способным к саморегуляции и устойчивому развитию. Регулирующим механизмом в ней выступает естественный закон «спрос — предложение», условием действия которого является свободная конкуренция. Предприниматели (капиталисты) являются ключевыми фигурами в поле такой конкуренции — их соперничество ведет к сокращению издержек, снижению цен, внедрению передовых технологий.

Предприниматели же фактически являются агентами прогресса социально-экономической системы. Поэтому всякое вмешательство общества и государства в экономические процессы с целью ограничить поле свободной конкуренции не может, по мнению А. Смита, иметь положительный эффект.

В качестве оснований для столь оптимистичной оценки конкурентного механизма и роли в нем предпринимателей А. Смит указывал на четыре фундаментальных свойства человеческой природы, наиболее характерно проявляющиеся в деятельности предпринимателей: 1) Склонность человека к торговле, обмену. 2) Рациональный характер действий человека — способность осознавать выгоду. 3) Утилитарность действий человека — подчиненность его интересов стремлению извлекать пользу из системы разделения труда. 4) Бережливость — стремление сохранять и приумножать нажитое, наилучшим способом чего является капитализация нажитого, вложение сбережений в дело. В силу действия этих факторов в ситуации свободной конкуренции действия предпринимателя всегда соответствуют интересам социальной системы, а сама система строится как раз посредством сложения векторов индивидуальных усилий этих наиболее активных хозяйственных субъектов.

Итак, А. Смит выдвинул весьма важный постулат, относящийся к природе предпринимательства: он показал взаимосвязь социальных различий (структуры общества) и источника дохода. Доходом предпринимателя (капиталиста) является прибыль на вложенный в дело капитал, в то время как два других основных класса (рабочие и землевладельцы) получают доход, проистекающий соответственно из трудового процесса и собственности на землю. Предприниматели отличаются большей сообразительностью и пониманием. Эти планы и проекты обладателей капитала регулируют и направляют труд наемных работников для получения прибыли, как результата новшеств. Таким образом, уже согласно А. Смиту, признак предпринимателя связан с использованием им нововведений.

Если до Маркса предпочтение отдавалось прежде всего экономическим аспектам предпринимательства, то именно он в полный рост поставил проблему «стыка» и социальных, и экономических, и политических функций предпринимательства.

В этом смысле К. Маркс сделал большой шаг вперед, по сути предложив рассматривать предпринимателя как субъекта социально-экономического и социально-политического развития.

К. Маркс отождествлял предпринимателя и капиталиста, и это было, однако, не совсем корректно. С точки зрения Маркса, прибыль возникает в процессе функционирования капитала как стоимости, т. е. «овеществленного труда в его всеобщей общественной форме» 1.

Такая овеществленная стоимость, «принимающая в действительном процессе производства вид средств производства, противостоит живой рабочей силе как самостоятельная сила и является средством присвоения неоплаченного труда» 2, т. е. средством эксплуатации рабочего. Такая эксплуатация, оказывается возможна только в рамках производственного процесса, т. е. процесса функционирования капитала. Следовательно, по логике К. Маркса, сам по себе капитал как собственность не является источником предпринимательского дохода.

«Тот, кто применяет капитал, — пишет Маркс, — если даже он работает с собственным капиталом, распадается на два лица: простого собственника капитала и лицо, применяющее капитал; сам его капитал по отношению к приносимым им категориям прибыли распадается на капитал-собственность, капитал вне процесса производства, сам по себе приносящий процент, и на капитал в процессе производства, который, как капитал, совершающий процесс, приносит предпринимательский доход» 1.

Однако оба вида дохода — и процент, и предпринимательский доход — возникают вследствие функционирования капитала как стоимости и отчуждения результатов труда от рабочего. Поэтому противопоставление предпринимательского дохода доходу от собственности на вложенный в дело капитал представляется Марксу принципиально неверным. На самом деле это — единый по своей природе доход, который в конкретных условиях может распадаться на доход пассивного (инвестор) и активного (предприниматель) субъектов капиталистического производства. «Свое притязание на предпринимательский доход, а следовательно, и самый этот доход, — указывает К. Маркс, — функционирующий капиталист выводит не из своей собственности на капитал, а из функции капитала в противоположность той его определенной форме, когда она существует как бездеятельная собственность... Предпринимательский доход возникает из функции капитала в процессе воспроизводства, то есть вследствие операций, деятельности, которыми функционирующий капиталист опосредует эти функции промышленного и торгового капитала» 2. На самом деле, считал Маркс, следует противопоставлять не предпринимателя и инвестора — и тот и другой по своей сути капиталисты, — а различные роли, в которых капиталист выступает в производственном процессе.

Предприниматель одновременно является субъектом присвоения прибавочной стоимости, т. е. реализующим функцию эксплуатации рабочих, и субъектом организации и управления предприятием, т. е. реализующим одну из функций в рамках системы разделения труда. «Промышленный капиталист, в отличие от собственника капитала, выступает поэтому не как функционирующий капитал, а как лицо, функционирующее даже помимо капитала, как простой носитель процесса труда вообще, как работник, и притом наемный работник» 2.

Поэтому специфика предпринимателя, согласно Марксу, как активного субъекта капиталистического производства не в том, что он является особой фигурой, принципиально отличной от собственника инвестированного капитала, а в том, что он соединяет в себе (персонально) капиталиста и наемного работника.

Таким образом, делая предварительные выводы, нужно сказать, что как для Смита, впервые указавшего на социально-экономическую роль предпринимателей в теории экономического либерализма, так и для Маркса, как его критика, функция предпринимательства фактически сводилась к извлечению дохода посредством организации капиталистического предприятия.

При этом не выявляются различия между инвестиционным и организационным аспектами бизнеса.

Однако такая посылка рождает прямо противоположные оценки предпринимательства: для А. Смита предприниматель стратегически всегда прав, для К. Маркса — это паразитирующий класс, существующий за счет эксплуатации рабочих.

Предприниматель представляется Марксом как революционер, лидер во всех сферах человеческой деятельности, и его нельзя ограничить только экономическим полем. Однако превращаясь в капиталиста, предприниматель стремится монополизировать полученные преимущества и выступает уже тормозом социального прогресса.

Можно утверждать, что традиция критики предпринимательства как дисфункционального явления социальной системы достигла своего апогея в творчестве Т. Веблена, предложившего трактовку предпринимательства в рамках собственной концепции праздного класса 1.

По оценке Веблена, буржуазия как современная форма праздного класса бесполезна, а в известной мере и вредна для социума. Конкуренция в экономической системе порождают соперничество и вражду между членами общества, которые ведут к дестабилизации социальной системы.

Характерные для буржуазии праздность и демонстративное потребление противоречат общественному прогрессу, поскольку рост производства не способствует росту благосостояния народных масс, — результаты роста целиком поглощаются демонстративным расточительством праздного класса. Результатом такого роста становится не социальное сближение капиталистов и трудящихся, а обострение конфликта между ними.

Веблен относил класс предпринимателей к разновидностям праздного класса. «С экономической точки зрения, — полагает Веблен, — праздность, рассматриваемая как вид занятости, находится в тесном родстве с доблестной деятельностью; а достижения, свойственные праздной жизни и хранимые в качестве ее внешних критериев, имеют много общего с трофеями такой деятельности» 1. В результате и современный предприниматель, с точки зрения Веблена, смотрит на свой доход не столько как на результат рационального производственного процесса, сколько как на трофей, добычу, которые подтверждают его, предпринимателя, исключительность.

Хотя своего наивысшего развития праздный класс уже достиг, согласно Веблену, в прошлом, в современную (буржуазную) эпоху он в полной мере проявляет себя в социокультурных детерминантах функционирования класса буржуазии.

Наилучшее выражение определенной таким образом праздности Веблен видит в образе жизни высших слоев современного общества. «Современная культура многим обязана этому классу: сохранением традиций, обычаев и образа мышления, бытовавших на уровне более архаической культуры, где они получили самой широкое распространение и наиболее результативное развитие» 2.

Речь, таким образом, идет о противоречии между социокультурными детерминантами процесса функционирования класса предпринимателей как одной из форм праздного класса и экономической целесообразностью современного Веблену капиталистического производства. Результатом такого противоречия оказывается тот факт, что предприниматели как экономические акторы не в состоянии функционировать максимально рационально и эффективно, так как скованы в своих действиях нормами социальной системы.

Ярким примером жёсткого следования требованиям таких традиционных норм представителями буржуазии Веблен считал использование прислуги.

Современное ему домохозяйство, полагал он, не требует привлечения дополнительной рабочей силы, но праздный класс следует определенному социокультурному канону: само присутствие прислуги должно подчеркнуть статус буржуа, показать его исключительность, принадлежность к элите, которая только и имеет возможность перекладывать домашний труд на плечи слуг 1. Традиционная праздность находит, с точки зрения Веблена, свое отражение и в феномене денежного уровня жизни буржуазии 2.

Принадлежность к классу предпринимателей, — прежде всего, доступ к источникам высоких доходов, единственным способом подтвердить которые оказываются столь же высокие расходы, часто переходящие грань разумного, то есть превращающиеся в расточительство.

Именно такая трактовка предпринимательства является одним из ключевых моментов восприятия «новых русских» - что подтверждает и современность, и актуальность, и глубину анализа Вебленом феномена предпринимательства. На самом деле, престижное потребление «новых русских» означает не что иное, как их принадлежность к «элите» путём социально-статусного выделения «нового слоя» из «общей массы» народа.

Веблен полагал, что в демонстративном расточительстве современных ему предпринимателей, порой переходящем в открытое соперничество в немотивированной бытовой необходимостью роскоши, нашло свое яркое выражение как сформировавшийся в эпоху традиционного общества архетип соперничества 3, так и архетип самоидентификации предпринимателей – что, в принципе, позволяло осуществлять практически свободный доступ в те или иные «социальные и деловые сети» уже в то время – второй половине XIX в. — рубежу XIX-XX вв.

Веблен впервые доказал, что предпринимательская функция проявляла себя в жёстких социокультурных детерминантах функционирования – архетипах соперничества и самоидентификации предпринимателей.

Дальнейшие исследования, в частности, Й. Шумпетера, показали, что предпринимательская функция такого рода является непременным атрибутом любого общества: и капиталистического, и социалистического и других. Речь шла о формировании предпосылок для появления специализированных теорий, предметом которых является феномен предпринимательства. Позже другими учеными был продолжен анализ социальной и политической ролей предпринимательства.

Первая группа теоретических концепций такого рода — обозначаемая как классические теории предпринимательства — была создана в начале XX века. Ключевую роль на этом этапе сыграли концепции трех мыслителей — Й. Шумпетера, В. Зомбарта и М. Вебера.

В качестве отличительной особенности этой группы теорий следует выделить тот факт, что процесс их формирования происходил под непосредственным влиянием рассмотренных выше концептуальных схем XIX в. Фактически эти теории возникли как ответ на политэкономические постулаты экономического либерализма и марксизма.

Й. Шумпетер предложил прямо противоположную по отношению и К. Марксу и Т. Веблену оценку предпринимательства.

Вклад этого ученого в развитие теоретической базы исследования данного феномена определяется двумя факторами: он первым представил развернутую концептуальную схему анализа предпринимательства как самостоятельного феномена, не сводимого напрямую к феномену капиталистического производства, бизнеса; он первым дал развернутое обоснование позитивной роли предпринимателей в экономической системе, положив тем самым начало развитию конструктивных теорий предпринимательства.

С точки зрения Шумпетера, специфическая роль предпринимателей состоит в преодолении инерционности экономической системы и стремления хозяйственных субъектов действовать согласно установившимся ранее практикам 1.

Сама по себе экономическая система обладает, по Шумпетеру, колоссальным инерционным потенциалом. Любая инновация в хозяйственной сфере сопряжена с определенным риском, которого большинство экономических субъектов стремятся избежать.

В результате они чаще склонны действовать традиционно, а не новаторски, даже в ущерб собственной выгоде: бизнесмены не спешат вкладывать капитал в новые предприятия (даже если их рентабельность не вызывает сомнений), управляющие предпочитают сохранять профиль корпоративной деятельности (даже если другие отрасли представляют возможности для роста), работники не любят менять место работы (даже если им предлагают более выгодные условия).

Поскольку такая инерционность является свойством социально-экономической среды, субъекты хозяйствования часто не склонны к инновациям не в силу собственной неадекватности, а как раз наоборот — по причине рациональной природы их действий. Стремление адаптироваться к устойчиво функционирующей среде заставляет отказываться от выгодных капиталовложений, внедрения новых технологий, кадровых комбинаций.

Производить, в концепции Й. Шумпетера, означает «комбинировать имеющиеся в нашей сфере вещи и силы» 1. Производственная инновация — это создание новой комбинации такого рода.

Рыночная конкуренция представляет собой не что иное, как конкуренцию таких комбинаций 2, одни из которых оказываются сильнее и приносят их авторам (или хозяевам) доходы и почести, другие — не оправдывают возлагавшихся на них надежд, их инициаторы не получают вознаграждения, а часто и компенсации за вложенные силы и средства.

Именно предприниматели являются теми субъектами экономической системы, которые берут на себя инициативу и, соответственно, риск внедрения производственных инноваций.

Предприниматели, согласно определению Шумпетера, — это хозяйственные субъекты, функцией которых является осуществление новых комбинаций и которые выступают как активные субъекты предприятия 3.

При этом Шумпетер полагает, что традиционное ограничение круга предпринимателей только лишь «самостоятельными субъектами» (частными лицами), в принципе, неверно.

К предпринимателям следует относить всех, кто выполняет названную функцию, в том числе работников фирмы, служащих и т. д., а также и тех, кто реализует инновационную функцию импульсивно, эпизодически, — финансистов, юрисконсультов
, технических специалистов и прочих.

Однако, в то же время Й. Шумпетер писал: «Право собственности на промышленное предприятие или вообще на любое «имущество» не является для нас существенным признаком предпринимателя» 1.

Таким образом статусный аспект идентификации предпринимателя Шумпетером практически не принимается в расчет — существенным оказывается только функциональный аспект идентификации.

Более того, традиционная статусная интерпретация категорий «предприниматель» и «предпринимательство» представлялись Шумпетеру неверными: «Не только крестьяне, ремесленники, представители свободных профессий, порой причисляемые к «предпринимателям», но и «фабриканты», «промышленники» и «коммерсанты», всегда попадающие в эту группу, с нашей точки зрения, вовсе не обязательно являются «предпринимателями» 2.

То или иное лицо может рассматриваться, с точки зрения Шумпетера, в качестве предпринимателя только, если оно осуществляет инновацию (новую комбинацию), и оно перестает быть таковым, как только учрежденное им «дело» начинает дальше функционировать как стабильная система. Поэтому, писал Шумпетер: «...предприниматель, остающийся таковым на протяжении десятилетий, встречается так же редко, как и коммерсант, который никогда в жизни не бывал хоть немного предпринимателем» 3. Он также указывал на то, что предпринимателей отличает особый стиль жизни 4.

Существенным в рассматриваемой концептуальной схеме предпринимательства является также анализ мотивации предпринимателя.

Если практически все предшественники Шумпетера видели в качестве ведущих мотивов предпринимательской деятельности прибыль, то Шумпетер одним из первых представил развернутую трактовку неэкономических мотивов предпринимательства.

Он выделил три основные группы таких мотивов, именно: 1) стремление иметь «свою империю» — быть полновластным господином в собственном предприятии, которое предприниматель сам конструирует и сам строит и которое, в случае успеха, полностью отвечает его запросам, потребностям, ценностям; 2) воля к победе — возможность в рамках собственного«дела» доказать собственную состоятельность, проявить мужество, ум, стойкость в борьбе с конкурентами и другими факторами среды, реализовать себя как личность, 3) радость творчества — возможность заниматься любимым делом, полностью соответствующим индивидуальным интересам и установкам, возможность видеть конкретные результаты собственных усилий 1.

При этом ключевыми в мотивации предпринимателя являются не факторы результата деятельности (полученный доход, общественное признание, статус и т. п.), а факторы процесса предпринимательской деятельности (поиск нового, возможности для проявления личностных качеств, борьба и преодоление препятствий на пути к успеху и т. д.).

Шумпетер стал общепризнанным авторитетом в вопросах инноваций в основном благодаря своей концепции “творческой деструкции” и нарушения сложившегося равновесия предпринимателем, который понимается как пионер и новатор, жаждущий потенциальной прибыли в результате внедрения “новой комбинации средств производства”.

Пренебрежение этой концепцией может разрушить любую, самую совершенную теорию. Шумпетер называл предпринимателя основным субъектом экономического развития, его главной движущей силой.

Определение предпринимательства, которое дал Шумпетер, считается классическим и является основой последующих определений других авторов.

Предприниматель – это хозяйственный субъект, функцией которого является осуществление новых комбинаций в производстве или обращении посредством внедрения различных нововведений.

Это определение относится не только к деятельности предпринимателя в экономической, но и в социальной, и политической сферах. Заслуга Шумпетера состоит в создании целостной теории предпринимательства, сочетающей экономическое обоснование инновационной функции предпринимательства и попытку разработки психологического портрета предпринимателя.

Тем самым были заложены основы функционального подхода в изучении предпринимательства.

Данный подход является наиболее предпочтительным при проведении прикладных социологических исследований и сегодня, хотя, как отмечал 1, довольно трудно реализуемым поскольку предпринимательская функция в шумпетеровском понимании неустойчива и ограничена по времени. Поэтому с позиций чисто функционального подхода говорить о существовании “социальной группы предпринимателей”, скорее всего, будет не совсем правомерно.

Концепция предпринимательства В. Зомбарта построена посредством реализованного на пересечении предметных областей экономической социологии и антропологии анализа личного начала, ключевых составляющих структуры личности предпринимаКапитализм как специфическое явление западной цивилизации персонифицируется, согласно концепции Зомбарта, в фигуре буржуа, которая на самом деле представляет собой даже не личность определенного социального типа, а совокупность таких личностей, обладающих в значительной мере различными, часто противоположными, противоречивыми чертами.

Дух буржуа, который, согласно данной концепции, является основным источником генезиса и развития капитализма на Западе (и в мире в целом), отличается изначальной двойственностью. Фактически это означает, что за буржуа как социальным типом скрыты два принципиально различных, если не антагонистичных друг другу, типа личности. Это, с одной стороны, предприниматель (предпринимательский дух), а с другой — мещанин (мещанский дух) 3. Предпринимательская составляющая буржуа, по мнению Зомбарта, гетерогенна, в то время как мещанская — гомогенна. Это связано с тем, что предпринимательский дух образуется из скорее личностных (индивидуальных) черт, чем факторов социальной среды, в то время как ведущими факторами формирования мещанского духа оказываются внешние, происходящие из национальной принадлежности буржуа. Поэтому буржуа-предприниматель у Зомбарта предстает во множестве различных ипостасей, в то время как буржуа-мещанин, несмотря на национальные различия, фактически всегда «на одно лицо».

Таким образом, В. Зомбарт различал внутри буржуа два враждующих начала: "предпринимательский дух" (готовность к риску, духовную свободу, богатство идей, волю и настойчивость, умение соединять людей для совместной работы, убеждать клиентов, завоевывать их доверие) и дух "бюргерский" ("гражданский") (прилежание, умеренность, расчетливость и другие традиционные буржуазные добродетели).

Предпринимательский дух, по Зомбарту, в своей сущности воплощается в трех типах личности — типе завоевателя, типе организатора и типе торговца. Предприниматель, по Зомбарту, также может быть, во-первых, "завоевателем", во-вторых, "организатором" и, в-третьих, "торговецем".

Но среди носителей предпринимательского духа могут встретиться не только купцы и промышленники, но и феодалы, государственные чиновники, а так же разбойники и пираты. Однако лишь первые из этих групп уравновешивают в себе бунтующий предпринимательский дух гражданскими добродетелями. Зомбарт указывал на подчинение всей жизни предпринимателя интересам его "дела" - бизнеса, которое вытесняет из нее человеческие отношения, любовь и прочее.

Обобщая, необходимо сказать, что с позиций концептуальной схемы Зомбарта, современный предприниматель — это двуликая фигура. В своей профессиональной жизни он — фактически зависимый функционер, воспроизводящий рационально понятую хозяйственную целесообразность. Но генетически определенные героически-авантюристические задатки его натуры обязательно находят выход в частной жизни, посредством которой современный предприниматель стремится показать свою социальную исключительность, что опять говорит о его социокультурных детерминантах.

Используя методологию идеальных типов, М. Вебер предложил иную концептуальную схему, трактующую феномен предпринимательства как производный из религиозной этики протестантизма.

Происхождение капиталистических форм хозяйства М. Вебер объяснял возникновением "капиталистического духа", носители которого обладали перед другими экономическими субъектами уникальными преимуществами. Он подчеркивал определяющее значение протестантской этики в формировании харизматических свойств личности предпринимателя.

Отличительной чертой капиталистической формации выступает, с точки зрения Вебера, наличие предприятий, целью которых является получение максимальной прибыли, а средством достижения этой цели — рациональная организация трудового и производственного процессов. Именно сочетание стремления к прибыли и рационального характера организации является, с точки зрения Вебера, ключевой отличительной чертой новоевропейского капитализма.

Само по себе стремление к извлечению дохода известно всем обществам, однако до момента формирования новоевропейской цивилизации жажда наживы удовлетворялась главным образом посредством войны, спекуляции и тому подобных авантюр. И только западный капитализм впервые предложил использовать для целей получения дохода дисциплину и науку.

Капиталистическое предприятие стремится, по Веберу, достичь максимальной прибыли посредством бюрократической организационной структуры. При этом действительная цель капиталистического предприятия заключается даже не столько в самой прибыли (как определенной сумме денег), сколько в самом процессе ее накопления, капитализации, реинвестирования в производственный процесс с последующим расширенным воспроизводством.

Стремление к получению дохода, денежной выгоды, и даже предпринимательству, само по себе не имеет, по оценке Вебера, ничего общего с капитализмом. Такое стремление наблюдается у людей всех профессий и сословий (включая официантов, чиновников, грабителей, нищих и т. п.) всех эпох и стран мира, где условия внешней среды предоставляли какие-либо возможности для наживы. Действительно капиталистическим является такой способ хозяйствования, который ориентируется на мирные, легальные, социально признанные способы получения дохода.

Существенной особенностью западного капитализма Нового времени стало, по мнению М. Вебера, то, что его рациональная организация основывается на свободном (хотя бы даже формально) труде.

Предпосылкой для этого стало отделение капиталистического предприятия от домашнего хозяйства и внедрение рациональных технологий бухгалтерской отчетности 1.

Поэтому все особенности западного капитализма проистекают, согласно концепции Вебера, из рациональной капиталистической организации труда, понимаемого в широком смысле и подразумевающем не только труд наемных работников, но и труд вообще как систему человеческой, в том числе и предпринимательской, деятельности.

Вопрос, который поставил в этой связи М. Вебер, заключается в том, чтобы выяснить, каким образом возникает буржуазный промышленный капитализм с его рациональной организацией свободного труда, а также и класс западной буржуазии, представители которой персонифицируют этот новоевропейский капитализм. Решить эту задачу представлялось Веберу возможным на основании сравнительного анализа социокультурных условий и предпосылок формирования современного западно-европейского общества с аналогичными условиями других эпох и регионов.

Единственное обнаруженное таким образом отличие такого масштаба, который позволил бы оказать существенное влияние на формирование характера капиталистических отношений в границах целого континента, оказалось в наличии в новоевропейской истории мощного влияния протестантизма, который и стал ключевым фактором формирования современного буржуазного сознания — духа капитализма.