Комментарий к уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации (стр. 2 )

5. Второе правило - о бремени доказывания - означает, что ни подозреваемый, ни обвиняемый свою невиновность доказывать не обязаны и в уголовном процессе ни при каких обстоятельствах не могут быть поставлены в положение "докажи, что ты не преступник". Обвиняемый может активно доказывать свою невиновность (например, свое алиби, т. е. тот факт, что в момент совершения преступления он находился в другом месте). Но это его право, а не обязанность. Обвиняемый (подозреваемый) может занять позицию полного неучастия в своем оправдании, и никто не вправе упрекнуть его в этом. Доказывать обвинение обязан тот, кто его выдвинул. На предварительном следствии - это следователь, а в суде - государственный обвинитель.

6. Третье правило - о том, что все неустранимые сомнения в виновности лица должны толковаться в пользу обвиняемого, - закреплено непосредственно в Конституции Российской Федерации (часть третья статьи 49). Это означает, что, если тщательная, всесторонняя профессиональная оценка собранных по делу доказательств порождает у следователя или суда неуверенность относительно виновности обвиняемого, а все возможности пополнения необходимой доказательственной информации исчерпаны, их юридическая обязанность и нравственный долг заключаются в том, чтобы обвиняемого полностью реабилитировать. Следователь выполняет эту обязанность путем прекращения уголовного дела по соответствующему основанию, а суд - путем оправдания подсудимого своим приговором, который постановляется именем государства.

7. Четвертое правило, согласно которому недоказанная виновность юридически равнозначна доказанной невиновности, означает, что уголовному процессу неизвестна фигура оставшегося под подозрением в юридическом смысле. Гражданин, виновность которого не доказана, так же, как и гражданин, чья невиновность доказана бесспорно, является реабилитированным. Сомнения следователя, прокурора, суда в его виновности-невиновности, а возможно, и субъективная уверенность в его виновности остаются за рамками правоотношений. Такой гражданин считается жертвой судебной или следственной (или и судебной, и следственной) ошибки со всеми вытекающими отсюда последствиями. Как и любой другой реабилитированный, он вправе рассчитывать на полное восстановление своего доброго имени, прежних прав во всех сферах, имеющих юридическую основу, а также воинского, специального и иного звания, которых был лишен в связи с привлечением к уголовной ответственности, на возвращение наград и вообще всего изъятого по уголовному делу и на возмещение имущественного и компенсацию морального ущерба. Правило о юридическом тождестве доказанной виновности и недоказанной виновности в совершении преступления - объективная закономерность общественных отношений, основанная на господствующей нравственной категории справедливости. Но его практическое воплощение зачастую драматично. Когда из зала судебного заседания выходит оправданный за недоказанностью и освобожденный из-под стражи обвинявшийся в тяжком и позорном преступлении, например в изнасиловании малолетней, а потерпевшая и ее окружение точно знают, что из-под ответственности ускользнул виновный, престиж правосудия, всей правоохранительной деятельности и в конечном счете государства в целом терпит невосполнимый урон, а потерпевшая и ее родные оказываются униженными дважды: один раз преступником, другой раз - государством. Более того, реабилитация подсудимого в подобных случаях ставит потерпевшую сторону в двусмысленное положение лица, подавшего необоснованное заявление, причем с обвинением в тяжком преступлении (лжедонос), а оправдание избежавшего законного возмездия виновного поощряет к новым преступлениям. Но осудить того, чья виновность не доказана, на основании одних лишь предположений и подозрений - не выход из подобных положений, подобная альтернатива чревата трагической ошибкой в виде наказания невиновного. Такую ошибку по своим последствиям принято сравнивать с общественным бедствием, разъедающим гражданское правосознание и подрывающим общественные опоры правопорядка. Следовательно, единственный выход заключается в том, чтобы вообще избегать судебных решений, основанных на выводе о недоказанности виновности, а такая возможность напрямую зависит только от способности органов расследования по каждому делу установить объективную истину и своей высококвалифицированной филигранной работой по собиранию доказательств обеспечить полный успех судебного разбирательства.

8. Роль презумпции невиновности в общественной жизни всецело зависит от политического режима, господствующего в данном государстве, что лишний раз подтверждает ее глубокие социально-политические корни. В подлинно демократическом правовом государстве она является краеугольным камнем уголовной юстиции, символизирующим уважительное отношение к человеческой личности как высшей социальной ценности. И наоборот, в государстве тоталитарном, функционирующем на основе правила "лес рубят - щепки летят", презумпция невиновности неизбежно отступает перед господством грубой силы и бесчеловечной целесообразности. История Российского государства наглядно иллюстрирует это положение. Политические репрессии миллионов наших сограждан в годы сталинизма, от чего оскудевшее людьми и духом общество не может оправиться до сих пор, - страшное доказательство того, что для государственной гильотины презумпция невиновности - пустой звук и помеха. С потеплением политического режима, усилением роли отдельной личности и ее прав презумпция невиновности неизбежно выдвигается на первый план как сложнейший и деликатнейший регулятор общественных отношений и индикатор здоровья гражданского общества.

Статья 15. Состязательность сторон

Комментарий к статье 15

1. Согласно части третьей статьи 123 Конституции РФ судопроизводство (не только уголовно-процессуальное, но и гражданское, и арбитражное) осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. В этом положении заложен глубочайший смысл. Судить - значит разрешать юридический спор сторон, наделенных одинаковыми правами, присуждая победу одной стороне и поражение другой. Без состязательности равноправных сторон нет суда, нет и правосудия. Этот принцип свойствен не только уголовному, но и гражданскому, арбитражному, административному и конституционному судопроизводству; он является стержнем любого судебного процесса.

2. В развитие принципа состязательности частью второй комментируемой статьи установлено, что функции обвинения, защиты и разрешения уголовного дела отделены друг от друга и не могут быть возложены на один и тот же орган или одно и то же должностное лицо. Иначе подлинной состязательности не может быть.

3. Под функциями в уголовном процессе понимаются определенные направления деятельности его участников, соответствующие их законным правам и интересам. Принято различать функции: а) обвинения (уголовного преследования); б) защиты; в) разрешения уголовного дела.

4. Согласно их содержанию функцию уголовного преследования осуществляют прокурор, а также следователь, прокурор и частный обвинитель (см. текст статьи 21 и комментарий к ней). Функцию защиты осуществляют подозреваемый, обвиняемый, их защитники и законные представители. А функцию защиты разрешения уголовного дела по существу выполняет суд. По смыслу части второй комментируемой статьи на органы, осуществляющие уголовное преследование, не может быть возложена функция защиты и разрешения уголовного дела; на сторону защиты не может быть, естественно, возложена функция обвинения и разрешения уголовного дела, а суд не может осуществлять ни функцию уголовного преследования, ни функцию защиты.

5. Выдержать эту линию законодателю удалось не полностью. Современные органы расследования наряду с функцией уголовного преследования осуществляют и функцию защиты, добывая оправдательные доказательства, и функцию разрешения уголовного дела, прекращая его по реабилитирующим основаниям, что равнозначно постановлению оправдательного приговора.

Статья 16. Обеспечение подозреваемому и обвиняемому права на защиту

Комментарий к статье 16

1. Данный принцип органически вытекает из презумпции невиновности: право на защиту необходимо лишь тому, кто еще не признан виновным, а вывод о виновности никем не предрешен. Обеспечить реализацию права на защиту обязаны органы государства, ведущие уголовный процесс, иначе говоря, имеющие в своем производстве данное уголовное дело и несущие ответственность за его успешное движение и завершение.

2. Наиболее рельефно он проявляется в следующих безусловно действующих правилах:

а) исходным пунктом всего комплекса правоотношений между органом расследования, подозреваемым и обвиняемым служит официальное объявление гражданину, в чем он подозревается или обвиняется и какими правами с этого момента он наделяется в целях защиты. Без этого процедурного момента орган расследования не может осуществлять функцию уголовного преследования. "Вы подозреваетесь в том-то и в том-то" - только первая часть традиционной формулы, с которой начинается уголовное преследование; вторая заключается в разъяснении: "Вы имеете право..."; а третья - в предложении, которое не озвучивается, но подразумевается как главное: "Защищайтесь";

б) с любым правом защищающейся стороны (подозреваемый, обвиняемый, защитник) корреспондирует (соответствует) законная обязанность того, в чьем производстве находится уголовное дело (дознаватель, следователь, прокурор, суд). Например, обвиняемый вправе давать объяснения по предъявленному ему обвинению; следователь обязан допросить обвиняемого немедленно после предъявления ему обвинения, чтобы тот мог выдвинуть доводы в свою защиту. По окончании дознания или предварительного следствия обвиняемый имеет право ознакомиться со всеми материалами дела и выписать из него любые сведения и в любом объеме; а следователь, признав собранные доказательства достаточными для составления обвинительного заключения, обязан объявить обвиняемому, что расследование по его делу закончено, по его желанию предоставить все материалы дела до последнего листа в подшитом и пронумерованном виде и обеспечить условия для спокойного и обстоятельного их изучения.

Статья 17. Свобода оценки доказательств

Комментарий к статье 17

1. Оценка доказательств по внутреннему убеждению означает такой порядок, при котором:

а) тот, в чьем производстве находится уголовное дело, обладает процессуальной самостоятельностью и исключительной компетенцией в этой области; ни дознаватель, ни следователь, ни прокурор, ни суд не вправе и не обязаны руководствоваться оценкой, предлагаемой кем-либо другим, а также перелагать обязанность такой оценки и ответственность за нее на другое лицо;

б) по формальным признакам никакие доказательства не имеют заведомых преимуществ перед другими;

в) оценка доказательств завершается истинными, лишенными сомнений выводами.

2. Законодательство и теория доказательств исходят из того, что оценка доказательств органом расследования не обязательна ни для суда, ни для прокурора, ни для другого органа расследования, который данное уголовное дело принял к своему производству позже. Оценка доказательств одним судом, даже вышестоящим, не обязательна для другого суда, в том числе нижестоящего. Прокурорская оценка доказательств не обязательна ни для органа расследования, ни тем более для суда. Ход и результаты оценки доказательств отражаются в процессуальных документах, составляемых в связи с принятием промежуточных или итоговых решений по уголовному делу (постановлениях о назначении дополнительной или повторной экспертизы, об удовлетворении или отклонении ходатайств участников процесса, о продлении сроков расследования, постановлении (определении) о прекращении уголовного дела, обвинительном заключении, судебном приговоре, решениях кассационных и судебно-надзорных инстанций).

3. При оценке доказательств недопустимо априорное деление их на лучшие и худшие в зависимости от источника фактических данных и любых других обстоятельств. Нельзя, например, полагаться на заключение авторитетного эксперта как на лучшее из всех доказательств, хотя этот вид фактических данных в отличие от других основывается на достижениях науки. Заключение эксперта не является обязательным для дознавателя, следователя, прокурора и суда, однако несогласие их с заключением должно быть мотивировано.

4. Оценивая доказательства по своему внутреннему убеждению, дознаватель, следователь, прокурор и суд обязаны руководствоваться законом. При этом имеется в виду закон не только уголовно-процессуальный, но и уголовный (материальный). Уголовно-процессуальный закон устанавливает принципы оценки доказательств, гарантии процессуальной независимости субъектов доказывания, а также требования к процессуальным документам, в которых подводятся итоги оценки. Уголовный же закон служит важным ориентиром при оценке доказательств с точки зрения их относимости, потому что предмет доказывания по конкретному уголовному делу тесно связан с конструкцией соответствующего состава преступления. При оценке относимости доказательств учитываются и нормы других отраслей права, раскрывающие содержание бланкетных диспозиций норм уголовного закона.

5. Оценивать доказательства в соответствии со своей совестью - это значит подчинить такую оценку не только профессиональному правосознанию, но и поставить ее под нравственный самоконтроль, основанный на извечных общечеловеческих ценностях и истинах, представлениях о добре и зле, о справедливости и порядочности, - словом, действовать так, чтобы каждый свой шаг на этом пути предельно требовательно соизмерялся с моралью, а результат приводил к душевному комфорту и уважению к себе.

6. Тема оценки доказательств продолжается в статье 88 УПК (см. ее текст и комментарий к данной статье), а разрыв этой темы на две части представляется спорным в своей целесообразности.

Статья 18. Язык уголовного судопроизводства

Комментарий к статье 18

1. В многонациональной России с ее федеративным устройством вопрос о языке судопроизводства имеет особенно рельефно выраженное политическое содержание. Конституционной основой его решения служат положения, согласно которым государственным языком на всей территории Российской Федерации является русский язык, а республики вправе устанавливать свои государственные языки, которые наряду с русским употребляются в органах государственной власти, органах местного самоуправления, государственных учреждениях республик (части первая и вторая статьи 68 Конституции РФ). Аналогичные положения содержатся в Законе Российской Федерации от 01.01.01 г. "О языках народов Российской Федерации" (части первая и вторая статьи 3).

2. Согласно пунктам 1 и 2 статьи 10 Федерального конституционного закона от 01.01.01 г. "О судебной системе Российской Федерации" (Собрание законодательства РФ. 1997. N 1. Ст. 1) только на русском языке ведется судопроизводство в Верховном Суде Российской Федерации и военных судах. Значит, во всех других судах общей юрисдикции, а также органах расследования республик, входящих в состав Российской Федерации, в соответствии с конституциями этих республик производство может вестись на государственном языке этих республик, что и отражено в части первой комментируемой статьи. Вразрез со сказанным в статье 3 Федерального закона от 1 июня 2005 г. "О государственном языке Российской Федерации" (Российская газета. 2005. 7 июня) говорится, что государственный язык Российской Федерации (русский) "подлежит обязательному пользованию", в частности, в уголовном судопроизводстве и в федеральных судах, и у мировых судей, а о государственных языках республик не упоминается. Однако вышеприведенных положений Федерального конституционного закона "О судебной системе" и УПК данная неточность поколебать не может, а в практическом плане она малоактуальна: русский язык в уголовном судопроизводстве действительно занимает господствующее положение повсеместно.

3. Участникам уголовного судопроизводства, не владеющим или недостаточно владеющим языком, на котором ведется производство по уголовному делу, в любой стадии путем разъяснения прав участнику процесса и привлечения к участию в деле переводчика должна быть предоставлена реальная возможность давать показания, выступать в суде, слушать судоговорение и знакомиться с письменными материалами уголовного дела на языке, которым он владеет. Это - общее правило, действующее не только в уголовном, но и в конституционном, гражданском, административном и арбитражном судопроизводстве, и речь идет, таким образом, о законоположении, содержание которого выходит далеко за рамки уголовно-процессуального права. Необходимо также заметить, что язык судопроизводства и принцип судопроизводства - категории различные.

Статья 19. Право на обжалование процессуальных действий и решений

Комментарий к статье 19

1. Содержание комментируемой статьи представляет собой максимально общее установление, согласно которому действия любого органа государства и должностного лица, осуществляющего производство по уголовному делу, может быть обжаловано в порядке, предусмотренном УПК, и это установление возведено в ранг уголовно-процессуального принципа. Его реализация осуществляется посредством применения многочисленных правил, рассредоточенных по всему Кодексу. Особое место среди них занимает глава 16 УПК, специально посвященная данной теме, которая называется "Обжалование действий и решений суда и должностных лиц, осуществляющих уголовное судопроизводство".

2. В демократическом правовом государстве главную роль в разрешении коллизий, в том числе коллизий, возникающих между гражданами и органами государства, а также должностными лицами, призвана играть судебная власть. Согласно статье 46 Конституции РФ (части первая и вторая) каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод. Решения и действия (или бездействие) органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и должностных лиц могут быть обжалованы в суд. В свете этих положений особое значение приобретает право участников досудебного производства по уголовным делам обжаловать решения, действия и бездействие органов дознания, предварительного расследования и прокуратуры в судебном порядке.

3. С принятием УПК 2001 г. на пути формирования правового института обжалования уголовно-процессуальных актов сделан важный шаг в виде учреждения судебного контроля за предварительным расследованием (см. статью 125 УПК и комментарий к ней).

4. Согласно части пятой статьи 14 Пакта о гражданских и политических правах 1966 г. каждый, кто осужден за какое-либо преступление, имеет право на то, чтобы его осуждение и приговор были пересмотрены вышестоящей судебной инстанцией согласно закону. Часть вторая комментируемой статьи, воспроизводя эту правовую идею, отсылает к статьям УПК, в которых она реализуется, и только. Представляется, что новых норм комментируемая статья не содержит, и в свете данного обстоятельства ее практическая востребованность спорна.

Глава 3. УГОЛОВНОЕ ПРЕСЛЕДОВАНИЕ

Статья 20. Виды уголовного преследования

Комментарий к статье 20

1. Под уголовным преследованием понимается процессуальная деятельность, осуществляемая стороной обвинения в целях изобличения подозреваемого, обвиняемого в совершении преступления (см. пункт 55 статьи 5 УПК и комментарий к ней).

2. Уголовное преследование - самостоятельная процессуальная функция. Ее структура и содержание включают в себя выдвижение обвинения или подозрения в совершении преступления, его обоснование доказательствами, предъявление и изменение обвинения, завершение уголовного дела составлением обвинительного заключения или обвинительного акта, утверждение этих процессуальных актов прокурором и направление уголовного дела в суд, а в суде уголовное преследование осуществляется путем поддержания государственного или частного обвинения, а также путем апелляционного и кассационного обжалования приговора, если сторона обвинения, проиграв процесс на предыдущих стадиях, с ним не согласна и намерена продолжать уголовное преследование в соответствии с ранее занятой позицией.

3. Юридическая сущность уголовного преследования в частном порядке состоит в том, что привлечение виновного к уголовной ответственности инициируется, уголовное дело, которое именуется делом частного обвинения, возбуждается и доказывание виновности в совершении преступления перед судом производится самим потерпевшим от этого преступления, его законным представителем или представителем - словом, частным обвинителем без участия государственных органов, а роль (функция) государства в данном случае сводится к отправлению правосудия. В российском судопроизводстве дела частного обвинения занимают незначительное место и ограничены, во-первых, делами о небольшой тяжести преступлений против здоровья, чести и достоинства личности (пять составов: умышленное причинение легкого вреда здоровью при отсутствии квалифицирующих признаков, побои и клевета также при отсутствии квалифицирующих обстоятельств и оскорбление - основной и квалифицированный составы), а во-вторых, двумя обязательными условиями: а) лицо, совершившее вышеуказанное преступление, известно потерпевшему; б) последний же ни в чем не зависим от виновного - ни по работе (службе), ни в семье, ни в быту, ни в корпоративном отношении и т. д. и т. п.; он не находится также в беспомощном состоянии (одинокое малолетство или старость, болезнь, инвалидность, нищета, безграмотность) и не подвержен действию никаких других причин, лишающих его реальной возможности нести процессуальное бремя стороны в судебном состязании и эффективно защищать свои права и интересы. Словом, пострадавший намерен, способен, готов и в состоянии лично или при помощи законного представителя или (и) представителя, т. е. профессионального юриста-адвоката, изобличить своего обидчика и добиться законного возмездия по суду и возмещения причиненного преступлением вреда. В таких случаях уголовные дела частного обвинения минуют стадию предварительного расследования; все производство по ним от начала до конца осуществляется мировым судьей (см. статьи УПК и комментарий к ним).

4. Если же эти условия отсутствуют, то следователь или дознаватель (последний с согласия прокурора) обязаны принять функцию уголовного преследования на себя и осуществлять ее в полном объеме от имени государства, независимо от волеизъявления и позиции потерпевшего (см. часть третью статьи 21 УПК), на основе принципа публичности, подчиняя свою деятельность по проверке заявления или сообщения о преступлении, возбуждение уголовного дела и его расследование, а также поддержание обвинения в суде правилам уголовного судопроизводства по делам публичного обвинения (см. часть шестую статьи 144, часть четвертую статьи 147, часть вторую статьи 246 и часть третью статьи 318 УПК, а также комментарий к ним), каковыми они по существу и становятся, хотя в тексте закона они иногда именуются делами частного обвинения (см., например, часть вторую статьи 246 УПК).

5. Уголовные дела об изнасиловании, совершенном при отсутствии квалифицирующих обстоятельств (часть первая статьи 131 УК), о насильственных действиях сексуального характера (часть первая статьи 132 УК), о нарушении равноправия граждан, совершенном при отсутствии квалифицирующих обстоятельств (часть первая статьи 136 УК), о нарушении тайны переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных или иных сообщений, совершенном при отсутствии квалифицирующих обстоятельств (часть первая статьи 138 УК), о нарушении неприкосновенности жилища, совершенном при отсутствии квалифицирующих обстоятельств (часть первая статьи 139 УК), о необоснованном отказе в приеме на работу или необоснованном увольнении беременной женщины или женщины, имеющей детей в возрасте до трех лет (статья 145 УК), о нарушении авторских и смежных прав, совершенном при отсутствии квалифицирующих признаков (часть первая статьи 146 УК), и о нарушении изобретательских и патентных прав, совершенном при отсутствии квалифицирующих признаков (часть первая статьи 147 УК), именуются делами частно-публичного обвинения. Их особенность заключается в том, что указанные дела (так же, как и дела частного обвинения) возбуждаются не иначе как по жалобе потерпевшего, но прекращению в связи с примирением потерпевшего с обвиняемым не подлежат. Таким образом, уголовное судопроизводство как обязательная предпосылка уголовного преследования начинается только по воле потерпевшего или его законного представителя, но осуществляется вне зависимости от таковой. Вместе с тем следователь или дознаватель вправе возбудить любое уголовное дело частно-публичного обвинения и при отсутствии заявления потерпевшего или его законного представителя, если данное преступление совершено в отношении лица, находящегося в зависимом состоянии или по иным причинам неспособного самостоятельно воспользоваться принадлежащими ему правами.

6. Все остальные уголовные дела считаются делами публичного обвинения, а уголовное преследование виновного в преступлении носит публичный характер, т. е. осуществляется органами государства и от имени государства, причем не только и не столько в интересах потерпевшей стороны, сколько в интересах всего общества в целом. Поэтому движение уголовного дела публичного обвинения позицией сторон не связано. Расследование и судебное рассмотрение таких дел производятся по общим правилам уголовного судопроизводства, без изъятия и особенностей. По всем уголовным делам публичного обвинения обязательно производство предварительного расследования.

Статья 21. Обязанность осуществления уголовного преследования

Комментарий к статье 21

1. Принципиальная новизна части 1 комментируемой статьи заключается в том, что теперь в законе четко указано: наряду с прокуратурой уголовное преследование по делам публичного и частно-публичного обвинения осуществляется следователем и дознавателем.

2. В части второй комментируемой статьи выражено публичное начало, свойственное российскому уголовному процессу. Оно заключается в том, что большинство уголовных дел возбуждается в силу обязанности органов, осуществляющих уголовное преследование, а не по усмотрению потерпевшей стороны и прекращению за примирением сторон, за исключением случаев, особо оговоренных в законе, не подлежат. Иначе говоря, уголовный процесс начинается, ведется и соответствующим образом завершается не только и не столько в интересах потерпевшей стороны (хотя данное обстоятельство тоже не сбрасывается со счетов), сколько в интересах всего общества, во имя справедливости и в целях предупреждения повторения аналогичных преступлений впредь как тем же лицом, так и другими лицами.

3. Публичное начало российского уголовного процесса выражается также и в том, что следователь, а также дознаватель с согласия прокурора вправе возбудить любое уголовное дело частного и частно-публичного обвинения (см. текст части четвертой статьи 20 и комментарий к ней), не считаясь с волеизъявлением потерпевшего, его законного представителя и представителя - словом, потерпевшей стороны, даже если эта сторона просит и настаивает на прекращении уголовного производства. Публичное начало обязывает довести данное дело до судебного разбирательства, несмотря на отсутствие "уголовного иска". Приоритет в решении подобных вопросов - за государством, потому что уголовное преследование - его (государства) прерогатива (исключительное право).

4. Осуществление функции уголовного преследования невозможно без применения мер уголовно-процессуального принуждения. Орган, осуществляющий уголовное преследование, вправе вызвать для допроса и производства очной ставки, а также для участия в иных следственных действиях любое лицо; он вправе истребовать как от физического лица, так и от организации любые документы, необходимые для производства по уголовному делу, а также производить обыск, выемки и иные следственные действия, где элемент принуждения особенно отчетлив. Поэтому законные требования органа, осуществляющего уголовное преследование (прокурора, следователя, органа дознания и дознавателя), предъявленные в пределах компетенции, предоставленной каждому уголовно-процессуальным законом, обязательны для исполнения всеми учреждениями, предприятиями, организациями и должностными лицами и гражданами. Их неисполнение влечет законную ответственность. Например, не явившийся на допрос без уважительной причины свидетель может быть подвергнут принудительному приводу нарядом милиции на основании постановления должностного лица, в чьем производстве находится уголовное дело, а нарушивший требования меры пресечения может быть подвергнут более строгой из общего арсенала таких мер. За некоторые действия, связанные с неисполнением требований органа, осуществляющего уголовное преследование, предусмотрена уголовная ответственность (например, за отказ свидетеля от дачи показаний, за отказ от дачи экспертного заключения без уважительных причин, за отчуждение имущества, подвергнутого описи и аресту).

5. О досудебном соглашении о сотрудничестве и праве прокурора на его заключение см. текст пункта 61 статьи 5, текст главы 40.1 (статьи 31УПК и комментарий к ним.

Статья 22. Право потерпевшего на участие в уголовном преследовании

Комментарий к статье 22

1. О понятии потерпевшего, его правах и обязанностях см. текст статьи 42 и комментарий к ней.

2. Комментируемая статья в общем контексте главы, посвященной основным нормам об уголовном преследовании, акцентирует внимание на том, что потерпевший как участник процесса всегда занимает сторону обвинения (уголовного преследования), используя для этого арсенал процессуальных возможностей, предоставленных законом. Однако этот арсенал различен. Если по делам публичного и частно-публичного обвинения потерпевший использует общие правомочия, перечисленные в упоминавшейся статье 42 УПК, то по делам частного обвинения, когда государство , потерпевший от преступления вправе сам выдвинуть и поддерживать обвинение в порядке, установленном УПК. В подобных случаях он приобретает процессуальное положение частного обвинителя (см. пункт 59 статьи 5 УПК). О поддержании обвинения частным обвинителем в судебном процессе по делам частного обвинения у мирового судьи см. пункт 2 части четвертой статьи 321 УПК.

Статья 23. Привлечение к уголовному преследованию по заявлению коммерческой или иной организации

Комментарий к статье 23

1. Комментируемая статья УПК отсылает к главе 23 Уголовного кодекса Российской Федерации "Преступления против интересов службы в коммерческих и иных организациях", где сосредоточены статьи об уголовной ответственности за:

злоупотребления полномочиями лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой или иной организации (статья 201);

злоупотребления полномочиями частными нотариусами и аудиторами (статья 202);

превышение полномочий служащими частных охранных или детективных служб (статья 203);

коммерческий подкуп (статья 204).

2. Уголовное преследование виновных в вышеперечисленных деяниях ставится в зависимость от заявления руководителя данной организации или его согласия, однако прекращению за примирением потерпевшей стороны с обвиняемым в обязательном порядке не подлежит, что позволяет отнести дела об указанных преступлениях к разновидности дел частно-публичного обвинения. Причем комментируемая норма (аналогичная существовала и в УПК РСФСР 1960 г. - статья 27.1) с теоретических позиций представляется небезупречной. Преступление по определению своему не может не причинить ущерба обществу и государству, потому что общественная опасность является обязательным существенным и главным признаком данного понятия, без которого оно (преступление) просто не существует.

Глава 4. ОСНОВАНИЯ ОТКАЗА В ВОЗБУЖДЕНИИ

УГОЛОВНОГО ДЕЛА, ПРЕКРАЩЕНИЯ УГОЛОВНОГО ДЕЛА

И УГОЛОВНОГО ПРЕСЛЕДОВАНИЯ

Статья 24. Основания отказа в возбуждении уголовного дела или прекращения уголовного дела

Комментарий к статье 24

1. Уголовное дело не может быть возбуждено, а если оно уже возбуждено, то подлежит прекращению, если установлено хотя бы одно из нижеизложенных обстоятельств:

а) отсутствие события преступления, иначе говоря, отсутствие самого деяния, которое предполагалось имевшим место (например, передачи денег, которая предположительно расценивалась как дача взятки, не было вообще; сведения на этот счет оказались ошибочными). В силу презумпции невиновности к отсутствию события преступления юридически приравниваются ситуации, когда по поводу существования соответствующего деяния, фигурировавшего в поводе к возбуждению дела, остались неразрешимые сомнения. Они толкуются в пользу обвиняемого и уравнивают реабилитирующие формулировки "отсутствие события преступления" и "неустановление события преступления";

б) отсутствие в деянии состава преступления, когда само деяние подтвердилось, однако оно не содержит (или по крайней мере не установлено, что содержит) все обязательные признаки состава преступления. Например, препятствием для дальнейшего движения дела ввиду отсутствия состава преступления может служить тот факт, что по поводу дорожно-транспортного происшествия, в котором погиб пешеход, несмотря на все принятые меры, так и не удалось установить, имел ли водитель техническую возможность избежать наезда, иначе говоря, есть ли в его действиях необходимые признаки субъективной стороны состава преступления. В отличие от отсутствия события преступления, которое снимает все вопросы о какой бы то ни было ответственности лица, окончание производства по уголовному делу за отсутствием состава преступления не исключает иных видов юридической ответственности. Так, в нашем примере остается открытым вопрос о гражданско-правовой имущественной ответственности за вред, причиненный источником повышенной опасности. К отсутствию состава преступления приравниваются случаи, когда до вступления приговора в законную силу преступность и наказуемость этого деяния были устранены новым уголовным законом, который в подобных ситуациях всегда имеет обратную силу.

в) истечение сроков давности уголовного преследования, которое в качестве основания для отказа в возбуждении уголовного дела или его прекращения базируется на уголовно-правовом учении о сроках давности. Его стержень образует гуманная идея, согласно которой уголовное преследование не может вечно висеть дамокловым мечом над виновным. В этой связи уголовным законом установлены сроки давности привлечения к уголовной ответственности, дифференцированные в зависимости от тяжести совершенного преступления, условия приостановления течения таких сроков и другие положения, образующие основу для частных теорий, составляющих единое учение о давности в уголовном праве. При решении вопроса о том, не истекли ли сроки давности и не надлежит ли по этому основанию в возбуждении уголовного дела отказать или возбужденное уголовное дело прекратить, следует руководствоваться статьей 78 УК, на которой базируется вышеупомянутое учение;

г) смерть подозреваемого или обвиняемого влечет за собой отказ в возбуждении уголовного дела или его прекращение, потому что, как говорили в древности, mors omnica solvit (смерть решает все вопросы); судить - некого. Исключение составляют случаи, когда заинтересованные лица, будучи уверенными в его невиновности, ходатайствуют о продолжении судопроизводства в целях реабилитации и восстановления доброго имени покойного. В подобных случаях производство по делу должно быть продолжено в обычном порядке вплоть до заочного судебного разбирательства;

д) отсутствие заявления потерпевшего, если уголовное дело может быть возбуждено только по его заявлению (дела частного и частно-публичного обвинения - см. текст статьи 20 и комментарий к ней).