Клинико-морфологические особенности потери беременности во втором триместре при восходящем инфицировании (стр. 1 )

На правах рукописи

КРАВЧЕНКО ПАВЕЛ БОРИСОВИЧ

КЛИНИКО-МОРФОЛОГИЧЕСКИЕ ОСОБЕННОСТИ
ПОТЕРИ БЕРЕМЕННОСТИ ВО ВТОРОМ ТРИМЕСТРЕ
ПРИ ВОСХОДЯЩЕМ ИНФИЦИРОВАНИИ

Специальность 14.01.01 – акушерство и гинекология

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

кандидата медицинских наук

Санкт-Петербург

2011

Работа выполнена в ГУ «Санкт-Петербургском научно-исследовательском институте скорой помощи им. И. И. Джанелидзе»

Научный руководитель:

доктор медицинских наук

Официальные оппоненты:

доктор медицинских наук, профессор

доктор медицинских наук, профессор

Ведущая организация:

ФГБОУ ВПО «Российский университет дружбы народов»

Защита состоится «24» ноября 2011 года в _____ часов на заседании совета по защите докторских и кандидатских диссертаций Д. 215.002.05 в ФГВОУ ВПО «Военно-медицинская академия имени » МО РФ ( г. Санкт-Петербург, ул. Академика Лебедева, д.6)

С диссертацией можно ознакомиться в фундаментальной библиотеке ФГВОУ ВПО «Военно-медицинская академия имени » МО РФ

Автореферат разослан ____________ 2011 года.

Ученый секретарь диссертационного совета

доктор медицинских наук, профессор

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность. Проблема самопроизвольного прерывания беременности во втором триместре является актуальной, количество выкидышей и преждевременных родов не уменьшается и поэтому организаторы здравоохранения, акушеры-гинекологи и морфологи, специализирующиеся в области перинатальной патологии, вынуждены уделять повышенное внимание этому вопросу (, 1999; , , 2007; , , 2008).

По данным детского патологоанатомического бюро Ленинградской области количество случаев самопроизвольного прерывания беременности во втором триместре постоянно растет и составляет более 3500 случаев за последние 10 лет (, 2009). Нарушение микробиоценоза влагалища при угрозе прерывания беременности выявляется в 60% случаев, а воспалительные заболевания шейки матки более чем в половине наблюдений (, 2006; , 2007).

Ведущей причиной самопроизвольного прерывания беременности в 66% случаев является восходящее инфицирование (, 2004). По данным автора в воспалительный процесс последовательно вовлекаются околоплодные оболочки, инфекционный агент проникает в амниотическую полость и развивается так называемый синдром инфекции околоплодных вод, к проявлениям которого относятся хориодецидуит, фуникулит, заражение плода. Морфологические и функциональные изменения в плаценте приводят к формированию плацентарной недостаточности и выкидышу.

Синдром системного воспалительного ответа (ССВО) при досрочном прерывании беременности развивается более чем в половине случаев и требует комплексного изучения (, , 2007).

Для диагностики ССВО в настоящее время используются следующие критерии: гипертермия тела (более 38,0°С) или гипотермия (менее 36,0°С), тахикардия (более 90 уд/мин), одышка (более 20 дых/мин или Ра СО2 менее 32 мм рт. ст.), лейкоцитоз (более 12×109/л), или лейкопения (менее 4×109/л), или более 10% молодых форм (Bone R.C., 2002).

Недостаточное внимание в женских консультациях к вопросам профилактики и лечения бактериальных вагинозов, вагинитов и цервицитов на этапе подготовки к беременности и во время самой беременности приводит к увеличению случаев прерывания беременности во втором триместре (, 2008).

и другие авторы (2009) отмечают рост частоты тяжелых и генерализованных форм воспалительных заболеваний у женщин с инфицированным абортом, в частности сепсиса и септического шока. Септические заболевания в структуре материнской смертности занимают одно из первых мест (, 2003).

Смертность при потере беременности инфекционного генеза во II триместре по данным различных авторов составляет от 0,2% до 3% (Bone R.C. , 2006; , 2006, , 2007).

Вместе с тем, до сих пор еще недостаточно разработаны вопросы диагностики и лечения больных с восходящим инфицированием фетоплацентарного комплекса, что и послужило целью исследования.

Цель исследования – определить клинико-морфологические особенности потери беременности во II триместре при восходящем инфицировании и пути улучшения лечебно-диагностических мероприятий.

Для достижения этой цели были поставлены следующие задачи:

1. Уточнить факторы риска, этиопатогенез, клинические особенности самопроизвольного прерывания беременности во втором триместре при восходящем инфицировании.

2. У женщин с потерей беременности во втором триместре при восходящем инфицировании проанализировать значение предложенного комплекса обследования, включающего клинические, микробиологические, цитологические, иммунные и ультразвуковые методы, а также методику расширенного патоморфологического исследования фетоплацентарного материала.

3. Выявить закономерности между возникновением системной воспалительной реакции у женщин с самопроизвольным прерыванием беременности во втором триместре, восходящим инфицированием и данными патоморфологических исследований последа и плода.

4. Изучить клинические, микробиологические, иммунные и цитологические показатели шейки матки при самопроизвольном прерывании беременности во II триместре и восходящем инфицировании.

Научная новизна. Новизна исследования состоит в комплексном исследовании женщин с самопроизвольным прерыванием беременности во втором триместре с использованием клинических, микробиологических, лабораторных, цитологических, ультразвуковых методов и расширенной патоморфологической методики изучения фетоплацентарного материала.

На основании полученных результатов определение оптимального лечебно-диагностического алгоритма ведения данной категории больных.

Подтверждено, что ведущей причиной прерывания беременности во II триместре является инфекция, преобладает восходящий путь инфицирования. Ретроспективное изучение последов и оценка клинического состояния беременных с самопроизвольным прерыванием беременности во II триместре позволило выявить закономерности возникновения системной воспалительной реакции. Тяжелые формы системного воспалительного ответа у данной категории больных, как правило, возникают при массивном воспалительном поражении фетоплацентарного комплекса и больших сроках гестации. Острый и хронический эндоцервицит является одной из ведущих причин восходящего инфицирования последа.

Практическая значимость. Предложенное выделение самопроизвольного прерывания беременности во II триместре по наличию признаков системной воспалительной реакции с учетом инструментально-лабораторных исследований позволяет осуществить своевременную оценку тяжести состояния пациентки и обосновывает порядок проведения мероприятий по интенсивному наблюдению и терапии, а также при необходимости – оперативному лечению. Так у пациенток с самопроизвольным прерыванием беременности во II триместре и наличием синдрома системного воспалительного ответа 4 или сепсисом операцией выбора является экстирпация матки с трубами.

При самопроизвольном прерывании беременности при сроках 16-27 недель и наличии системной воспалительной реакции показано расширенное патоморфологическое исследование фетоплацентарного материала для уточнения причины потери беременности.

Комплексное микробиологическое и цитологическое исследование цервикального канала шейки матки при самопроизвольном прерывании беременности во II триместре в 65% позволяет поставить диагноз цервицит, что необходимо для дальнейшей целенаправленной реабилитации репродуктивной функции.

Всестороннее изучение самопроизвольного прерывания беременности во II триместре при восходящем инфицировании и расширенная патоморфологическая оценка фетоплацентарного материала позволят уменьшить количество осложнений у данного контингента больных и более полноценно восстановить репродуктивную функцию этой категории женщин.

Основные положения, выносимые на защиту

1. Основной причиной потери беременности во втором триместре является инфекция, ведущий путь инфицирования – восходящий, при этом преобладает условно-патогенная микрофлора, а в 65% случаях у пациенток имеются клинические признаки цервицита.

2. Клинико-морфологический и микробиологический анализ указывают на этапность распространения воспалительных изменений при восходящем инфицировании в фетоплацентарном комплексе (мембранит, плацентит, фуникулит).

3. Стадийность воспалительного процесса в последах коррелирует с тяжестью клинико-лабораторных проявлений самопроизвольного прерывания беременности во II триместре (тахикардия, гипертермия, одышка и лейкоцитоз) и диктует необходимость разделять всех пациенток на имеющих 2, 3 или 4 признака системного воспалительного ответа. При ССВО 2 в 75% случаях выявлен мембранит, при ССВО 3 в 73% – плацентит, а при ССВО 4 в 86% отмечен фуникулит.

4. Определение степени выраженности синдрома системного воспалительного ответа позволяет выбрать адекватную тактику лечения у пациенток с самопроизвольным прерыванием беременности во втором триместре.

Апробация работы. Основные положения, предварительные и окончательные результаты диссертационного исследования были представлены: на научно-практической конференции, посвященной 65-летию родильного дома №9 (Санкт-Петербург, 2003), на научно-практической конференции молодых ученых Военно-медицинской академии (Санкт-Петербург, 2004), на научно-практической конференции «Узловые вопросы борьбы с инфекцией» (Санкт-Петербург, 2004), на ІІ Всероссийской междисциплинарной научно-практической конференции «Критические состояния в акушерстве и неонатологии» (Петрозаводск, 2004), на ІІІ Всероссийской междисциплинарной научно-практической конференции «Критические состояния в акушерстве и неонатологии» (Петрозаводск, 2005), на десятой юбилейной Поволжской научно-практической конференции «Современные пути решения актуальных проблем акушерства и гинекологии» (Саратов, 2006), на 7 Всероссийском форуме «Мать и дитя» (Москва, 2006), на I международном конгрессе «Инфекции в акушерстве» (Москва, 2007), на II съезде общества детских патологов России (Санкт-Петербург, 2008), на IV городской междисциплинарной конференции «Актуальные вопросы урологии и гинекологии» (Санкт-Петербург, 2009).

Внедрения результатов исследования. Основные положения диссертации применяются при обследовании и лечении больных в гинекологических отделениях НИИ СП имени профессора , городских больницах №3, №9, учебном процессе на кафедре акушерства и гинекологии Военно-медицинской академии.

Объем работы и структура диссертации. Диссертация изложена на 129 страницах, содержит 36 таблиц, 7 рисунков, 6 схем, и 5 диаграмм, состоит из введения, обзора литературы, описания материала и методов исследования, 2 глав с изложением результатов исследований и их обсуждений, заключения, выводов, практических рекомендаций и 1 приложения. Список литературы представлен 155 источниками, в том числе 120 отечественными и 35 иностранными.

СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Материалы и методы исследования

Работа выполнена на базе научно-исследовательского института скорой помощи имени , родильного дома №9, городской больницы №9, центральных районных больниц города Всеволожска и Ломоносова.

Для решения поставленных задач проводилось изучение анамнеза больных, особенностей течения и самопроизвольного прерывания беременности во II триместре у 171 женщины.

Проспективно и ретроспективно по историям болезни установлено, что во всех 171 случаях самопроизвольное прерывание беременности во II триместре произошло при наличии признаков восходящего инфицирования и сопровождалось в 97 случаях системной воспалительной реакцией.

Сведения о каждой беременной женщине заносили в специально разработанную анкету, включающую 78 пунктов: возраст, профессия, менструальная и детородная функции, рост, гинекологический и соматический анамнез, особенности течения предыдущих и настоящей беременностей, данные клинических, инструментальных и лабораторных исследований, лечебные мероприятия.

Все пациентки ранжированы по наличию признаков системной воспалительной реакции на две группы: в I группе (основной) – у 97 больных прерывание беременности во II триместре протекало с признаками синдрома системного воспалительного ответа (ССВО 2, 3, 4 признака), а во II группе – у 74 больных без признаков ССВО (контрольная группа). В 2-х случаях в основной группе после самопроизвольного прерывания беременности развился сепсис. В большинстве наблюдений производилось инструментальное опорожнение полости матки и удаление остатков последа, за исключением самопроизвольного прерывания беременности во II триместре с системным воспалительным ответом 3 и 4 при отсутствии кровотечения. В этих случаях проводилась антибактериальная, противовоспалительная и инфузионная терапия до нормализации температуры тела и показателей клинического анализа крови, а затем уже производилось опорожнение полости матки. В двух случаях при системном воспалительном ответе 4 с выраженной одышкой у женщин была произведена операция экстирпация матки с трубами и плодом. У 2 больных с развившимся сепсисом произведена также экстирпация матки.

Возраст беременных был от 18 до 34 года и в среднем составил в I группе 30,2 ± 3,4 года, а во II группе – 28,8 ± 2,8 года (р>0,05).

Особое внимание было обращено на факторы риска, приводящие к самопроизвольной потере беременности: наличие акушерской и гинекологической патологии в анамнезе, сопутствующие инфекционные экстрагенитальные заболевания.

Также учитывались длительность безводного промежутка, сроки госпитализации от начала заболевания и наличие клинико-лабораторных признаков системной воспалительной реакции. Изучены особенности течения самопроизвольного прерывания беременности в сроках 16-27 недель и послеабортный период. Особое внимание при исследовании было уделено сопоставлению клинических данных с динамикой структурных изменений шейки матки, с результатами лабораторно-инструментальных исследований (УЗИ шейки матки, матки, плода, плаценты; микробиологических, цитологических и иммунологических методов исследования) и данными расширенного патомофологического исследования последа и плода.

Клинические методы исследования включали: сбор и анализ анамнестических данных, общий и гинекологический осмотр. У всех пациенток проводилось гинекологическое обследование с оценкой длины и консистенции шейки матки, оценки проходимости цервикального канала, уточнялось соответствие размеров матки сроку беременности, определялся тонус матки. По шкале 1998 проводилась оценка структурных изменений шейки матки в баллах при досрочном прерывании беременности во II триместре.

Всем пациенткам проведены лабораторно-инструментальные исследования: общий анализ крови (определение уровня гемоглобина, эритроцитов, лейкоцитов, лейкоцитарной формулы периферической крови, лейкоцитарного индекса интоксикации), биохимический анализ крови и клинический анализ мочи. У больных проводилось определение содержания в периферической крови общего белка, С-реактивного белка и полипептидов средней молекулярной массы. Клинические анализы проводились по стандартным методикам.

Изучены микробиологические и цитологические особенности влагалища и шейки матки, с использованием микроскопии мазков и культуральной диагностики. Для определения pH содержимого влагалища использовались тест-индикаторы («Merk», США) со шкалой измерения от 3,8 до 5,4. Инфекции, передаваемые половым путем идентифицировали с помощью ПЦР-методики и методом прямой иммунофлюоресценции. У большинства пациенток с самопроизвольным прерыванием беременности при инструментальном опорожнении полости матки брался соскоб из цервикального канала, в том числе для цитологического исследования.

В 23 случаях (12 пациенток с начавшимся самопроизвольным прерыванием беременности во втором триместре – основная группа и 11 беременных с угрозой прерывания - контрольная группа) проведено иммунологическое исследование содержимого цервикального канала с помощью набора «sIgA-ИФА-БЕСТ», предназначенного для количественного определения секреторного IgA (sIgA) в биологических жидкостях человека в лаборатории иммунологии НИИ СП им. .

Ультразвуковым методом оценивались: длина шейки матки, диаметр цервикального канала, размеры плода, соответствие их сроку гестации, плацента, количество околоплодных вод.

Во всех случаях с самопроизвольным прерыванием беременности во II триместре проводилось расширенное патоморфологическое исследование фетоплацентарного материала (последа, плода, соскобов из полости матки и цервикального канала) на базе детского патологоанатомического бюро Ленинградской области по экспресс-диагностической программе профессора , включающее в себя антропометрические, органометрические, гистологические, морфометрические, цитологические, бактериологические и иммунофлюоресцентные методы.

Статистическая обработка результатов проведена с использованием методов параметрической и непараметрической статистики. Проверка гипотезы о происхождении групп, сформированных по качественному признаку из одной и той же популяции, проводилась на основе построения таблиц сопряженности наблюдаемых и ожидаемых частот; применялся критерий Pearson Chi-square (при его неустойчивости использовался двусторонний Fisher exact test). Сравнение независимых групп по количественному признаку осуществлялось при помощи t-критерия Стьюдента для независимых сравнений. Оценка значимости различий количественных показателей в связанных выборках проведена с использованием разностного метода при помощи t-критерия Стьюдента. Оценка связи между показателями в интервальной и ранговой шкалах выполнялась с использованием непараметрического коэффициента ассоциации Юла Q. Статистический анализ осуществлялся с использованием пакета программ Statistica 6.0 (StatSoft®, Inc., USA).

РЕЗУЛЬТАТЫ ИССЛЕДОВАНИЯ И ИХ ОБСУЖДЕНИЕ

Факторы риска, особенности этиопатогенеза, клинические проявления поздних самопроизвольных инфицированных выкидышей. На базе детского патологоанатомического бюро Ленинградской области с 2004 года нами проведен анализ причин самопроизвольного прерывания беременности во II триместре. Как правило, у всех пациенток проводилось расширенное патоморфологическое исследование фетоплацентарного материала, которое в большинстве случаев подтверждает, что данная патология обусловлена в 82% случаев инфицированием последа. В ходе проведенных исследований выявлено, что в 66% случаев инфицирование произошло восходящим, а в 16% – гематогенным путем (рис.1).

Рис.1 Причины потери беременности во втором триместре
в Ленинградской области гг.

Клиническая оценка состояния пациенток с самопроизвольным прерыванием беременности во II триместре при восходящем инфицировании, в соответствии с адаптированной в настоящее время классификацией позволяет выделить три основные формы заболевания: неосложненный инфицированный выкидыш, осложненный инфицированный выкидыш и септический выкидыш (. и соавт., 2002). Мы предлагаем ранжировать больных с самопроизвольным прерыванием беременности во II триместре при восходящем инфицировании на три группы: без признаков системного воспалительного ответа, с признаками ССВО и сепсисом. Данная градация позволяет на наш взгляд улучшить диагностику состояния пациенток и четко определить тактику ведения.

Определены основные факторы, способствующие развитию самопроизвольной потери беременности во II триместре на основании оценки статистической связи наиболее значимых патологических процессов, выявляемых в фетоплацентарном материале и состоянии пациентки. Факторы были разделены на общие (возраст, социальное положение пациенток), акушерско-гинекологические (нарушения менструального цикла, поздние выкидыши, патологические роды в анамнезе, послеабортные и послеродовые воспалительные осложнения, эрозия шейки матки, острый и хронический цервициты, хронический эндометрит, рецидивирующие кольпиты) и инфекционные (инфекционные заболевания мочевыделительной и дыхательной систем и др.). Было обнаружено, что острый цервицит имеет наибольшую ассоциативную связь с воспалительными изменениями в плодных оболочках (Q=0,85, р<0,01). С наличием в анамнезе рецидивирующего кольпита и хронического цервицита выявлена также статистически значимая корреляционная связь (Q=0,32, р<0,05), с другими факторами риска не выявлено статистически значимой корреляционной связи.

В обеих группах женщин изучены основные клинические особенности течения самопроизвольного прерывания беременности во II триместре.

Для клинической картины самопроизвольного прерывания беременности во II триместре без признаков ССВО характерна стертая или абортивная симптоматика воспаления плодных оболочек, чаще проявляющаяся подъемом температуры до 37,2°С или лейкоцитозом выше 9×109/л. Как правило, начало выкидыша было связано со схваткообразными болями внизу живота и преждевременным отхождением вод. При влагалищном исследовании не наблюдались выраженная болезненность матки и гнойно-кровянистые выделения с неприятным запахом. Чаще всего выделения были серозные без запаха.

Длительность безводного периода в данной группе составила 18±2,2 часа, родовозбуждение энзапростом проводилось в 42 случаях.

Жалобы в группе больных с признаками ССВО были разнообразны и выражены: схваткообразные боли внизу живота, кровянистые выделения из половых путей, отхождение околоплодных вод, преходящие познабливания, наличие выделений из половых путей с неприятным запахом. Температура повышалась от субфебрильных до фебрильных цифр. Отмечалась тахикардия более 100 ударов в минуту. При ССВО 4 присоединялась одышка более 22 в минуту. Безводный период составил в основной группе в среднем 28±3,5 часа (р<0,05, при сравнении с контрольной группой), родовозбуждение проводилось в 49 случаях, как правило, энзапростом. В этой группе женщин воспалительный процесс захватывал плаценту, пуповину, плод и стенку матки, реже переходил на параметрий и брюшину малого таза.

Рациональный комплекс обследования пациенток во втором триместре беременности при восходящем инфицировании с учетом расширенного патоморфологического исследования фетоплацентарного материала. Определение системной воспалительной реакции при самопроизвольном прерывании беременности во II триместре – это объективное определение основных клинико-лабораторных маркеров данной реакции. Во всех случаях досрочного прерывания беременности во II триместре использовалось комплексное обследование, включающее в себя: клинико-лабораторные, микробиологические, цитологические, иммунные, ультразвуковые методы и расширенное патоморфологическое исследование фетоплацентарного комплекса.

У больных основной группы при поступлении отмечалось снижение как числа эритроцитов, которое составило 3,29±0,03×1012/л (р<0,01, по сравнению с контрольной группой), так и уровня гемоглобина: 111,8±1,20 г/л (р<0,05, по сравнению с контрольной группой). Незначительное снижение эритроцитов и гемоглобина, 3,46±0,04 г/л и 117,6±0,5×1012/л соответственно, отмечено и у больных контрольной группы.

Одним из характерных изменений белой крови при самопроизвольном прерывании беременности во II триместре при восходящем инфицировании является лейкоцитоз с нейтрофильным сдвигом лейкоцитарной формулы влево. Среднее число лейкоцитов при поступлении у пациенток в I группе составило 13,6±0,40×109/л и снижалось на 5-е сутки после проведенного выскабливания и терапии до 8,7±0,26×109/л. Тогда как в контрольной группе составляло 9,1±0,45 и снижалось до 7,6±0,53×109/л (р<0,05). Количество палочкоядерных нейтрофилов наиболее высоким было при поступлении больных в основной группе – 5,0±0,54 % и снижалось на 5-е сутки лечения до 2,4±0,25%, а в контрольной – 3,0±0,32% и снижалось до 1,7±0,25% (р<0,05).

Лимфоцитопения отмечена у 24,6% больных основной группы и составила 8,2±0,87% (р<0,05) при поступлении, тогда как в контрольной группе составляла 16,2±0,8%. Одним из маркеров интоксикации является лейкоцитарный индекс интоксикации (ЛИИ). В основной группе данный показатель составил 8,1±0,38 ед., что выше на 63% при сравнении с контрольной группой – 3,1±0,38 ед. (р<0,001).

Прогрессирование инфекционно-воспалительного процесса в организме ведет к нарушению белково-образовательной функции печени. При поступлении в основной группе больных отмечено снижение на 14,1%, относительно нормы содержания в крови общего белка, которое составило 56,7±0,50, а в контрольной группе 67,3±0,30 г/л, различия статистически значимы (р<0,001). В нашем исследовании у больных отмечается повышение С-реактивного белка во всех группах. Умеренное повышение уровня С-реактивного белка отмечено у больных в контрольной группе 24,3±0,82 мг/л и более выражено в основной группе – 50,3±0,78 мг/л (р<0,001). Увеличение содержания полипептидов средней молекулярной массы в сыворотке больных в основной группе – до 0,529±0,021, а в контрольной группе – до 0,170±0,030 единиц (р<0,001). Количество тромбоцитов в основной группе составило при поступлении 176,3±2,6×109/л по сравнению с контрольной – 213,0±2,1×109/л. (р<0,001). Значение протромбинового индекса было выше в основной группе и составило 101,6±1,07% по сравнении с контрольной группой – 99,2±0,43% (р>0,05). Общий фибриноген в I группе составлял – 7,14±0,76 г/л по сравнению с контрольной группой – 4,4±0,42 г/л (р<0,01).

Повышение лабораторных маркеров воспаления в группе больных с системным воспалительным ответом свидетельствует о тяжести течения самопроизвольного прерывания беременности во II триместре при восходящем инфицировании и помогает прогнозировать возможные осложнения.

Произведена комплексная оценка параметров шейки матки (длина, диаметр цервикального канала, отношение к оси таза, эластичность) с помощью шкалы Штембера и ультразвуковых исследований. При сопоставлении данных влагалищного исследования с результатами ультразвукового исследования (табл.1) видно, что в обеих группах больных имеются ультразвуковые признаки выраженных структурных изменений шейки матки более чем в 78% случаев, что совпадает с данными по шкале Штембера.

Таблица 1

Комплексная оценка параметров шейки матки при самопроизвольной потере беременности во втором триместре (по A.Shtember, 1998)

Методы исследования	I группа (основная) (n=97)	II группа (контрольная) (n=74)
Шкала Штембера	1-4 балла	5 (5,2%)	3 (4,1%)
5-7 баллов	15 (15,5%)	11 (14,9%)
более 7 баллов	77 (79,4%)	60 (81,1%)
УЗИ	длина шейки матки, мм	18,1± 2,3*	24,3±1,9
ширина цервикального канала, мм	10,8±0,5*	8,3±0,5

Примечание:* р<0,05 в сравнении с контрольной группой.