Стенограмма парламентских слушаний "Российский и международный аспекты правового регулирования и положения коренных малочисленных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока Российской Федерации" (стр. 10 )

Я понимаю, что имеется в виду, что, конечно, прогресс происходит, и коренные народы, как граждане Российской Федерации, как люди, живущие в XXI веке, тоже заинтересованы в том, чтобы этот прогресс пришел и на их землю, в их дома и чумы. Но меня немножко задела вот эта безальтернативность, потому что по Конституции Российской Федерации все же приоритетными являются права человека. И, соответственно, то, что делается для закрепления и гарантии этих прав, все же является второстепенным по отношению к правам человека. И поэтому, мне кажется, здесь нужно иметь в виду, что возможны альтернативы промышленного развития. Не в смысле того, чтобы отказаться от промышленного развития, а в тех конкретных путях, как осуществляется это развитие.

И мне хотелось для всех присутствующих в таком дискуссионном плане поставить вопрос о том, что сегодня законодательство должно защищать. И я подумала, что, возможно, это этнокультурная среда, возможно, это этническая культура, возможно, это этническая или полиэтническая общность как одно из богатств нашего Российского государства, возможно, это права человека, в том числе и право человека на инаковость, право человека на самобытность, возможно, это качество жизни.

И, как всегда, когда какой-то исследователь классифицирует что-то, в конце хочется подвести общий итог и сказать, что, вероятно, все эти пять позиций нуждаются сегодня в гарантированной защите и экспертизе. И, на мой взгляд, такой защитой прав человека и права на высокий уровень жизни, на развитие своей культуры как раз и может служить этнологическая экспертиза.

В заключение скажу, что Институт этнологии и антропологии, как одно из старейших академических учреждений нашей страны, в течение многих лет проводил такие этнологические экспертизы. Они не имели такого значения, как директивные какие-то решения… Но тем не менее у нас опубликовано пять томов экспертиз с 1956 года. И этот опыт тоже может быть учтен в деятельности нашего законодательного собрания.

И вот мои коллеги уполномочили меня сказать, что наш институт, в первую очередь, конечно, наш отдел народов Севера и Сибири, очень заинтересован в такой работе, и мы готовы принять в ней участие.

Спасибо.

Спасибо.

Я должен сказать, что мы всецело поддерживаем тезис о необходимости законодательного закрепления этнологической экспертизы, потому что это важнейший вопрос. Но в то же время я должен сказать, что, когда мы говорим о безальтернативности промышленного освоения северных регионов и районов, при всем уважении к правам человека мы не должны забывать о примате общего над частным. Примат общего над частным – это главный закон общественного развития. Понимаете? Никуда от него не денешься. Общие интересы, интересы общества всегда будут иметь, так сказать, приоритет над частными интересами одного предпринимателя, одного свободолюбивого человека, двух, трех, пяти и так далее.

Общество – человеческий социум. Если социуму нужно, чтобы развивать никель, например, а никель находится в Норильске, то, как ни крути, как ни верти, а добываться этот никель будет. Это просто, так сказать, комментарий такой я вынужден сделать.

Следующий выступающий – , старший научный сотрудник Российского научно-исследовательского института культурного и природного наследия имени Лихачева, кандидат исторических наук.

П. А.ФИЛИН

Большое спасибо за предоставленную возможность выступить. Говоря о коренных народах, мы не должны упустить один очень важный момент с точки зрения международного законодательства. В последние годы очень много говорится об инвестиционной привлекательности России. В стратегическом плане многие компании рассчитывают на получение значительных кредитов под крупные промышленные проекты. Международные инвестиции планируется направить в такие отрасли промышленности, как крупное гидроэнергетическое строительство, металлургия, цветная металлургия. И если мы наложим эти проекты в географическом плане на территорию проживания коренных народов, то большая часть этих проектов совпадет.

Если говорить о кредиторах, то это в основном банки. Наиболее крупные устойчивые банки имеют свои собственные политики и стандарты, и, в частности, имеются политики в отношении коренных народов. Наиболее крупные банки подписали так называемые экваториальные принципы, в основе которых лежат принципы и стандарты международных финансовых корпораций группы Всемирного банка.

Основными "китами", скажем так, этих политик и стандартов являются три момента. Первый – консультации с общественностью. Добрая половина всех политик на всех этапах реализации промышленных проектов посвящена именно консультациям.

Второе – это проведение всесторонней оценки воздействия проектов на местные сообщества и на коренные народы. И третье – это подготовка планов взаимодействия с общественностью и, в частности, разработка компенсационных мер и возможности получения выгод от проектов.

И еще одно очень важное требование при подготовке этого плана. Эта компания обязана провести анализ соответствия внутреннего законодательства с тем, что написано в международной политике банка. И там, где нет соответствия между политикой банка и национальным законодательством, компания обязана как бы закрыть эту дыру своей грудью.

Соответственно, если мы будем анализировать наше российское законодательство, то обнаружим, что такие дыры имеются и в части консультаций с общественностью, и в части оценки воздействия на местные сообщества. Тем более мы знаем, что сейчас нависла угроза над экологической экспертизой и над АВОС, как таковым. Разумеется, имеются проблемы с выплатой компенсаций, с разработкой методик выплаты компенсаций и разработкой таких планов.

Соответственно, если мы будем двигать наше законодательство именно в этом направлении, в направлении соответствия вот этим международным политикам, то мы как бы добиваемся сразу нескольких очень важных результатов. Первое – мы повышаем инвестиционную привлекательность России, мы получаем международные кредиты. Второе – мы облегчаем задачу компаниям в закрывании вот этих дыр. Мы предоставляем этим компаниям механизмы того, каким образом они могут соответствовать международным стандартам. И третье – все это приводит к социально-экономическому развитию и улучшению состояния местного сообщества. Спасибо большое.

Спасибо.

Мы договаривались работать два часа. У нас еще четверо выступающих. Я думаю, мы должны дать всем слово, но попросить их выступать покороче. Не будет возражений?

Слово для выступления имеет , представитель Ханты-Мансийского автономного округа, депутат окружной Думы и активный член общественной организации "Спасение Югры".

Т. С.ГОГОЛЕВА

Да, я руководила более 10 лет общественной организацией коренных народов Ханты-Мансийского автономного округа. Прежде всего хочу сказать о том, что разделяю точку зрения Павла Суляндзиги, который говорит о том, что в последнее время на федеральном уровне у нас некий застой, застой и отсутствие государственной политики по отношению к коренным народам.

Геннадий Дмитриевич предложил, чтобы во время выступлений говорить больше на языке предложений, поэтому хотелось бы, поддерживая эти предложения и рекомендации, которые нам розданы, затронуть еще одну тему, чтобы она обязательно нашла отражение, – непосредственное участие самих коренных народов в представительных органах власти.

Движение есть там, где в парламентах присутствуют непосредственно сами коренные народы. Я это могу сказать очень ответственно, потому что в нашем окружном парламенте есть ассамблея представителей коренных народов. Когда нас подменяют другие народы, они кровно не заинтересованы в решении проблем охотников, рыбаков и тех коренных народов, проблемы которых они должны по долгу службы решать.

Дважды места в ассамблее (четыре из шести) занимали представители крупного бизнеса, и только два представителя было от коренных народов. И на региональном уровне мы практически не могли провести ни один из законов, которые так нужны были нашим сородичам. Последние два созыва ассамблея формируется из представителей самих коренных народов, и теперь у нас есть девять специальных законов, которые существенно облегчают продвижение всех вопросов.

Я знаю, что недавно проходил "круглый стол", где Вешняков при обсуждении избирательного законодательства сказал, что они вернутся, наверное, к рассмотрению, к восстановлению этой квоты непосредственно самих представителей коренных народов как на федеральном уровне, так и на уровне субъектов.

Мы в марте прошлого года в очередной раз избрались на пять лет, и приоритеты, которые мы определили для себя, для депутатов ассамблеи в окружном парламенте, следующие:

продолжение работы по закреплению территории за коренными народами;

помощь в самоорганизации общин, укрепление общин как форм этнического самоуправления, укрепление их организационно и укрепление их материальной основы;

удовлетворение ключевых этнокультурных запросов представителей коренных народов, проживающих в городах и крупных населенных пунктах.

Следующее – коренные народы и топливно-энергетический комплекс. 7 апреля в Ханты-Мансийске – 15-летний юбилей договорных отношений, которым мы позволили состояться в Ханты-Мансийском округе. В 1992 году у нас было принято положение о статусе общинных родовых угодий. И в восточной части округа, где идет интенсивная нефтяная добыча, люди получили правовосстанавливающие документы на родовые угодья.

Когда было выездное заседание комитета Совета Федерации в Ханты-Мансийск, мы внесли предложение, чтобы пошире представить этот 15-летний опыт договорных предложений. Мы намерены позиционировать его достаточно широко. Поэтому я еще раз повторяю свое предложение. Давайте совместно сделаем такой реальный шаг по представлению этих договорных отношений между коренными народами и топливно-энергетическим комплексом. То есть это будет реальный шаг в развитии той линии Президента, которую он обозначил во время последней своей пресс-конференции, говоря о том, что нужны крупные инвестиции в экономику России с учетом сохранения традиционного хозяйства и приоритетов развития коренных народов. Вот, по сути, у меня все.