Четыре подноса эклеров (стр. 6 )

Все выходят из кабинета директора, режиссер отводит директора в сторону.

РЕЖИССЕР. Как называются эти три ресторана?

ДИРЕКТОР. Какие рестораны?

РЕЖИССЕР. Про которые вы сказала: «Три ресторана, и мы – луч света!»

ДИРЕКТОР. «Виталич», «Купеческий»… и… и... «Макдональдс».

РЕЖИССЕР. А «Макдональдс» далеко?

ДИРЕКТОР. Сходите лучше в «Купеческий». Я попрошу… (Озирается кругом.)

РЕЖИССЕР (подсказывает). Тюльпанову!

ДИРЕКТОР. Точно! Я попрошу Тюльпанову вас проводить. Но сначала фуршет с общественностью. Знаете, в нашем буфете потрясающие бутербродики с колбаской. Просто тают… И коньячком, коньячком…

Сцена десятая. Москвич

Тюльпанова знакомится с режиссером. Режиссер сулит золотые горы.

Тюльпанова стоит у колонны и поджидает режиссера возле двери с надписью «М». Выходит режиссер и поправляет подтяжки.

ТЮЛЬПАНОВА. Ян Генрихович!

РЕЖИСССЕР (слегка вздрагивает). ДА?!

ТЮЛЬПАНОВА. Директор просил проводить вас в ресторан.

РЕЖИССЕР. Замечательно! Всегда любил «Макдональдс». И в Вене, и в Стокгольме! (Показывает на дверь.) Никогда не надо искать букву «М».

ТЮЛЬПАНОВА. Какой «Макдональдс»! Мне говорили про «Купеческий».

РЕЖИССЕР. Хорошо! Я согласен! Как только я вас увидел, сразу все понял!

ТЮЛЬПАНОВА. Что же вы поняли?

РЕЖИССЕР. И про Чехова, и про Мольера! И даже про Шекспира! Аллочка! (Берет ее под локоть.) Я убежден, что вы девушка со вкусом. Можете чувствовать тонко и масштабно! С вашими ногами вас хоть во МХАТ, хоть в Малый с руками оторвут.

ТЮЛЬПАНОВА. Ян Генрихович, у меня нет московской прописки!

РЕЖИССЕР. И не надо! У меня ее тоже нет! Я вообще в Пицунде числюсь… Зато мне штрафы некуда присылать! Будем ездить по миру. Нью-Йорк! Париж! Лондон! У меня везде ученики, почитатели, контрагенты. (Пытается ее прижать.)

ТЮЛЬПАНОВА. У меня правила!

РЕЖИССЕР. Искусство – это нарушение всяческих правил!

ТЮЛЬПАНОВА. В хореографическом училище меня учили скромности!

РЕЖИССЕР. Скромность украшает, но очень плохо продается!

ТЮЛЬПАНОВА. Значит, вы меня зовете в Москву?

РЕЖИССЕР. Зачем в Москву? Гораздо дальше! У моего приятеля вилла на Лазурном берегу! В нашем полном распоряжении. Там пляж, белые яхты, лобстеры. Вы когда-нибудь ели настоящего лобстера? Я вас обязательно научу.

ТЮЛЬПАНОВА (на краю сцены). Я как Катерина в грозу! Вот-вот упаду!

РЕЖИССЕР (удерживает ее). Здесь и падать-то некуда! Подумайте, что вас ждет в этом Нэнске? Снегурочка – предел карьеры! А с возрастом останется только Баба-Яга. Канкан из зайчиков – это так пошло. Вот лобстеры – другое дело!

ТЮЛЬПАНОВА. Я чувствую, как уже созрела для серьезных ролей. Офелия. Клеопатра, Ричард Третий…

РЕЖИССЕР. Горбатых нам не надо.

ТЮЛЬПАНОВА. Неужели мне повезло?

РЕЖИССЕР. Это судьба! Вы вошли в кабинет директора как бригантина в лазурную бухту, как... как Антоний пересел в галеру Клеопатры. Ну или наоборот.

ТЮЛЬПАНОВА. У вас уже появились чувства?

РЕЖИССЕР. Не появились! Вспыхнули! Теперь в моей груди полыхает пожар! Я хочу немедленно его потушить! Кока-колой!

ТЮЛЬПАНОВА. Так мы идем в ресторан?

РЕЖИССЕР. Бежим! Летим! Несемся! Я только водички в буфете хлебну! Ждите меня в гардеробе! (Уходят.)

Сцена одиннадцатая. Спонсор

Премьеру переносят. Зато привозят диван.

Кабинет директора. Входит Завпост.

ЗАВПОСТ. Лев Семенович!

ДИРЕКТОР. Да!

ЗАВПОСТ. Звонили из «Газнефти».

ДИРЕКТОР. Это хорошо!

ЗАВПОСТ. Просили наш зрительный зал для их конференции «Экологические бюджеты третьего тысячелетия».

ДИРЕКТОР. На какое число?

ЗАВПОСТ. На двадцать пятое.

ДИРЕКТОР. Но у нас же премьера!

ЗАВПОСТ. Я сказал. Просили перенести.

ДИРЕКТОР. Это все?

ЗАВПОСТ. Да. Что будем делать?

ДИРЕКТОР. Переносить!

ЗАВПОСТ. Но у нас же премьера!

ДИРЕКТОР. Ты слышал! «Экологические бюджеты третьего тысячелетия!»
А кто, по-твоему, нам зрительный зал отремонтировал? ОАО «Газнефть»! А кто нам новую люстру купил? А куда детишки из «Газнефти» на елку придут? очень любит наш театр.

ЗАВПОСТ. Я его здесь ни разу не видел.

ДИРЕКТОР. Говорят, у него здесь была несчастная любовь. Еще елку обещали из своего лесхоза.

ЗАВПОСТ. Так что делать с премьерой?

ДИРЕКТОР. Переносить!

Входит Завтруп.

ДИРЕКТОР. А, Маргарита! Хорошо, что ты зашла. Бери топор и поезжай в лесхоз. нам елку выделила.

ЗАВТРУП. Лев Семенович! Там диван привезли!

ДИРЕКТОР. Какой диван?

ЗАВТРУП. Новый! Из салона «Мебель Плюс»!

ДИРЕКТОР. Ах, диван?! Знаете, товарищи! В Москве без дивана никто уже не работает.

ЗАВПОСТ. И куда нам его поставить?

ДИРЕКТОР. Поставьте в мой кабинет. Надо шагать в ногу со временем! Роли распределять будем!

ЗАВТРУП. Это что, игра такая?

ДИРЕКТОР. В отличие от вас, я не играю! Я работаю! Я работал в департаменте, в муниципалитете, райадминистрации, в госинспекции и других полезных для театра местах! Я тоже не дурак! Понимаю разные фигли-мигли. Хотя как директор все это категорически осуждаю!

ЗАВТРУП. Можно уже нести?

ДИРЕКТОР. Да! Но только без этих ваших ухмылочек!

Все уходят. Рабочие вносят диван в кабинет директора и забирают стулья.

Сцена двенадцатая. Занавес

Красавин получает отставку и берет в буфете крепкие напитки.

Завтруп берет в руки топор войны. У Режиссера болит живот.

Тюльпанова идет через сцену с букетом роз, который она выпросила у Томилиной. Навстречу ей Красавин в мундире. Красавин ловит ее за руку.

КРАСАВИН. Аллочка! Ты с букетом?

ТЮЛЬПАНОВА. А почему бы нет! Я тоже актриса!

КРАСАВИН. Пойдем куда-нибудь вечером?

ТЮЛЬПАНОВА. Комната подруги, которая ушла в кино?

КРАСАВИН. Тоже вариант…

ТЮЛЬПАНОВА. Меня это не устраивает!

КРАСАВИН. Еще вчера тебя это устраивало.

ТЮЛЬПАНОВА. Вчера было иначе!.. Теперь я хочу перспектив. Гастроли! Съемки! Цветы!

КРАСАВИН (показывает на букет). Тайный поклонник?

ТЮЛЬПАНОВА. Возможно!

КРАСАВИН. От кого цветы?

ТЮЛЬПАНОВА. Любопытство убило кошку …Дмитрий Сергеевич!

КРАСАВИН. Давно ли я стал «Сергеевич»?

АЛЛОЧКА. Уже полчаса как!

КРАСАВИН. Счастливые часов не замечают! Я за продолжительные отношения!

ТЮЛЬПАНОВА. Продолжения все равно не будет!

КРАСАВИН. Это еще почему?

АЛЛОЧКА. Ян Генрихович пригласил меня в ресторан. Наверно, хочет предложить мне главную роль.

КРАСАВИН. Я знаю, чего он хочет тебе предложить!

ТЮЛЬПАНОВА. А я согласна!

КРАСАВИН. Еще бы! А как же я?

ТЮЛЬПАНОВА. Ты уже в прошлом!

КРАСАВИН. Вчера, у подруги, ты то же самое говорила про режиссера Звездина!

ТЮЛЬПАНОВА. Мужчины так непостоянны! Сегодня здесь, завтра Карловы Вары.

КРАСАВИН. Но я-то здесь!

ТЮЛЬПАНОВА. Митя! У тебя полная галерка поклонниц. А я уже хочу перебраться в партер.

КРАСАВИН. В партере одни старички, как Ян Генрихович!

ТЮЛЬПАНОВА. Он – это мой последний шанс на будущее!

КРАСАВИН. Я не знал, что ты такая злостная геронтофилка!

ТЮЛЬПАНОВА. Искусство требует жертв!

КРАСАВИН. А как же наши чувства?

ТЮЛЬПАНОВА. Они стерлись!.. В комнате у подруги!

КРАСАВИН. Так быстро?

ТЮЛЬПАНОВА. Навсегда! Вам, Митя, налево! А мне наверх! (Уходит.)

КРАСАВИН (стоит слегка растерянно). Осталось только залезть на галерку! (делает руку козырьком у лба и смотрит на галерку) Только там одни Бесприданницы! (Идет в буфет.)

В буфете.

КРАСАВИН. Ада Григорьевна! У вас в меню крепкие авторы есть?

БУФЕТЧИЦА. А як же! Вот! (Берет с полки и ставит на стойку бутылку коньяка.) Берлиоз! (Берет с полки и ставит на стойку бутылку водки.) И Горький!

КРАСАВИН. Возьму водку! Оно надежнее!

БУФЕТЧИЦА. У вас, Дмитрий Сергеевич, никак личная драма! Горе топить собираетесь!

КРАСАВИН. Нет! Не угадали! Буду спаивать следующую дуру!

БУФЕТЧИЦА. Тогда возьмите лучше шампанское!

КРАСАВИН. Обойдутся! Шампанское давно уже не действует! Бабы пошли разборчивы! Выручает только крепкий алкоголь! Если женщина некрасивая, выпиваешь сам, а если умная, спаиваешь ее!

БУФЕТЧИЦА. А если красивая?

КРАСАВИН. Тогда пусть сама платит за выпивку!

БУФЕТЧИЦА. И куда вы теперь?

КРАСАВИН. Полезу на галерку! Ре-пе-ти-пе-тировать! (Уходит.)

БУФЕТЧИЦА. Только Водопьянову не наливайте… Сильно его хореографичка уела.

Входит Завтруп, снимает со щита топор.

БУФЕТЧИЦА. Надеждина, а топор-то тебе зачем?

ЗАВТРУП. За елкой поедем! В лесхоз.

БУФЕТЧИЦА. Я уж подумала, что ты москвича завалить хочешь.

ЗАВТРУП. Я над этим работаю!

БУФЕТЧИЦА. Что, Марго?! Обскакал тебя этот юмбрик!

ЗАВТРУП. Еще не вечер! Скоро у этого Карлсона моторчик-то сдохнет!

БУФЕТЧИЦА. А хочешь, я для тебя яду заварю? Верное средство! Одна чашка – и «ноу проблем». Был режиссер и уехал! Лечить прямую кишку. В Карловы вары!

ЗАВТРУП. Наша Курочка другое зернышко наковыряет!

БУФЕТЧИЦА. У меня чашек много! (Показывает.)

ЗАВТРУП. Надо что-то свое придумать.

Входит режиссер.

РЕЖИССЕР. Маргарита Ивановна! Предлагаю нам с вами выпить чашку мира!

ЗАВТРУП. Уж лучше я пойду и закопаю топор войны. (Уходит.)

РЕЖИССЕР. Что это с ней?

БУФЕТЧИЦА. Вы ей всю малину обгадили!

РЕЖИССЕР. ДА? Как у вас тут вкусно! Шекспиром попахивает!

БУФЕТЧИЦА. Юмбрик хотите?

РЕЖИССЕР. Не откажусь!