Философия (стр. 10 )

В контексте данного курса и в рамках первой лекции студенты встречаются с одним из способов современного понимания философии, где она формулируется как автономный способ бытийного самоопределения человека (общества) в действительности. Ключевым в этой дефиниции является указание на то, что философия есть самоопределе­ние человека, т. е. осуществляемое им посредством сознательного дей­ствия (или мысли как действия, будь то «чистая» мысль, или «мысль изреченная» - слово, или мысль осуществленная - поступок) обретение своего места в мире, который благодаря этому и становится действи­тельностью. Такое обретение не является ни технически просчитывае­мым и организовываемым (с возможностью вернуться назад и переде­лать «набело»), ни одномоментным («раз и в дамки»), поскольку мате­риалом и вместе с тем результатом его является сама жизнь человека, а импульсом - усилие по ее осуществлению в качестве именно своей жизни. Поэтому такое обретение - самоопределение, поэтому оно бы-тийно. Автономность философии здесь двояка. Традиционное слово­употребление подсказывает независимость, отдельность (что не исклю­чает связь и подчас очень тесную) как человека, сознающего свою ин­дивидуальность, от других людей, так и философии от других форм человеческой духовной и духовно-практической активности, с помо­щью которых он так же может самоопределяться в жизни - от науки, религии, искусства. Другой менее очевидный, но более глубинный смысл автономности философии отсылает к буквальному άυτο νόμος, т. е. к самозаконности как философскому принципу человеческого дей­ствия и жизни, при котором человек сам предписывает себе закон сво­его действия, но при этом и становится ответственным за то, что произ­водит в мире и обществе своим поступком.

Такое понимание философии не дезавуирует традиционные способы определения, делающие акцент на ее интеллектуальном, умо­зрительном, рациональном характере. Названное самоопределение предполагает понятийную, а стало быть, рациональную артикуляцию состояний и ситуаций действительности, в которых находит себя чело­век или, как говорит , особую технику предельных переходов, служащих прояснению непонятных ситуаций и превраще­нию их в понятные. Накопленный же философией содержательный, категориальный, методологический арсенал является, с одной стороны, инструментом такой работы индивида, а с другой - как раз в ней имеет свою подлинную действительность.

Рассматривая данную тему, необходимо обратить внимание на характер наличного бытия философии в культуре. Она явлена не как самодовлеющие мировоззренческие конструкции или системы идей, но, прежде всего, как множество текстов, находящихся между собой в раз­нообразных отношениях - развития, конкуренции, критики, альтерна­тивности, причем последние демонстрируют не только умозрительные взаимоотношения мыслительных содержаний текстов, но и вполне кон­кретные выражения индивидуальности их авторов. Сам факт подобной текстуальности отличает философию от науки, где авторство - характе­ристика идеи или открытия, но не текста, в котором они предъявляются, а множественность и разнообразие текстов философии отличает ее от религии и сближает с литературой и искусством. Отсюда становится понятно серьезное значение чтения и изучения оригинальных философ­ских текстов, их теоретического языка и символики для понимания ос­новных философских проблем.

Предмет, структура и функции философии, также составляю­щие содержание данной темы, достаточно хорошо представлены в имеющейся монографической и учебной литературе.

ИСТОРИЧЕСКИЕ ЭТАПЫ И ФОРМЫ САМООПРЕДЕЛЕНИЯ

ФИЛОСОФИИ

Изучение тем второго раздела курса должно развивать сформу­лированное выше представление о философии, чьей ключевой характе­ристикой является автономность, на материале ее истории. Последняя при этом предстает не как простое и линейное разворачивание положи­тельных форм ее единой сущности, но как смена различных и очень часто альтернативных друг другу типов осмысления человека и мира, чья взаимная преемственность и принадлежность целому философии открывается лишь в перспективе. Так, в истории европейской филосо­фии до XVII века можно выделить ряд этапов, различающихся по ос­новному предмету интереса мыслителей: античная философия сосредо­точена на постижении космоса и имманентного (внутреннего) принци­па, обеспечивающего единство его разных сфер - логоса. Для средневе­ковой философии этот принцип единства мира - Бог и божественное творение заведомо известен, но трансцендентен (является внешним) самому миру и задачей философов становится демонстрация его посюс­торонних проявлений, взаимное подтверждение существующего мира и его божественной сущности. Философия сменяющей Средние века эпо­хи Возрождения восстанавливает в качестве своего предмета реальное самобытие природы, высшим выражением чего является творящий и познающий себя в этом качестве человек. Общая же характерная черта трех этих периодов предметного самоопределения философии впослед­ствии раскрывается как онтологизм или онтологическая ориентирован­ность, т. е. сосредоточенность философского познания на осмыслении, с одной стороны, бытия различных родов сущего, а с другой - знаниевых (логических) форм, в которых оно (бытие) является.

Новоевропейская философия, постепенно передавая задачу по­зитивного познания природы наукам, сосредотачивается на самой при­роде познания как субъект-объектного отношения и устанавливает гносеологическую проблематику в качестве своего основного содержания. Но этот впоследствии очевидный гносеологизм в своем историче­ском осуществлении был неоднороден и раскрывался в содержательно различных формах. У рационалистов и эмпириков XVII-XVIH вв. оппо­зиция объекта и субъекта как субстанциальных (онтологически незави­симых) начал еще маскировала действительный гносеологический при­оритет субъекта. Последний по видимости только познавал, т. е. в со­держании знания воспроизводил внешний ему объективный мир, хотя усилиями Г. Галилея, Р. Декарта, И. Ньютона и других мыслителей тот фактически уже был приведен к состоянию, позволяющему применение к нему научного аппарата. В XIX же веке происходит радикальное све­дение объекта к субъекту мира, данного человеку, - к априорным фор­мам его духовной активности: чувственного и интеллектуального со­зерцания. Высшее свое воплощение такая редукция нашла в немецкой, вполне справедливо определяемой в качестве классической философии, прежде всего - в объективно-идеалистической системе Гегеля, с ее зна­менитым принципом: «Что разумно, то действительно, и что действи­тельно, то разумно». В завершение эпохи новоевропейской истории перед всевидящим оком трансцендентальной философии мир предстал почти полностью прозрачным, за исключением субстрата этой транс­цендентальной субъективности, т. е. не абстрактного субъекта познания, а реального живого человека в его противоречивых экзистенциальных и социальных определениях.

Иррационалистические учения второй половины XIX века и исторический материализм К. Маркса, по-своему вскрывшие неполноту и ограниченность гносеологического выбора классической философии, подготовили оформившийся уже в XX веке новый способ проблематизации традиционных и постановки новых тем философии. Его особен­ностью является интерес к биологической обусловленности, социально-исторической детерминированности и культурной вариативности бытия человека, его сознания и деятельности, в том числе и познавательной. Предметом философского исследования становится человек в многооб­разии своих телесных, психических, социально-практических и духов­ных определений и связей с природными и социальными феноменами. Последние сами в свою очередь, помимо своих объективных атрибутов, получают и «человекоразмерные» определения, примером чего стано­вится сформулированный в середине XX века в науке, но философский по своему характеру, «антропный принцип». Содержательный плюра­лизм сопровождался и плюрализмом методов, благодаря которым фи­лософия, демонстрировавшая до сих пор известное единство, в XX веке предстала как совокупность разных и подчас противоположных в своих основоположениях и выводах принципов и техник анализа. Осознание этого обстоятельства стимулировало в современной философии так на­зываемый методологизм или методологическую ориентацию, при которой в качестве самостоятельной задачи философской работы выделя­ется не просто получение нового знания, но и разработка способов со­отнесения и организации множественных и различных по характеру знаний. При этом последние, сохраняя свою конкретность и индивиду­альность, должны способствовать выработке целостного и развивающе­гося представления об изучаемых феноменах, обладать не только ана­литическим, но и прогностическим и практическим потенциалом, т. е. быть адекватными действительности не в плане традиционного соот­ветствия ей как таковой, а включаться в саму ее структуру, доопреде­лять ее собою.

Таким образом, философия, как в своем историческом разви­тии, так и в современном состоянии предстает как взаимосвязь общих проблем и специфических форм их постановки, тенденции универсали­зации философского знания и его предметной специализации и методо­логической дифференциации, единства и преемственности в развитии ключевых философских идей и индивидуализации и инновации их ав­торских интерпретаций. Последнее обстоятельство особенно заметно на уровне философских персоналий, где почти каждое великое имя - раз­рыв с традицией (или как минимум критика) или такое ее продолжение, которое самой традицией расценивается как покушение на нее. Симво­лическим выражением этой исторической особенности философии, ее своеобразным архетипом является легендарное аристотелевское: «Пла­тон мне друг, но истина - дороже».

Приложение

«Философия есть способ приобщения к вечному настоящему. Это место, где мы современны со всеми людьми - прошлыми, сейчас живущими и живущими в будущем... Ведь в человеческой жизни все хотели существовать, пребыть — это основная страсть человека. И она - вечная задача. Собрать свою жизнь, пребыть в полноте своей какой-то точки.

Философия - это осколок разбитого зеркала универсальной гармонии, попавший в глаз или в душу. Вот как в сказках иногда опи­сывают... Это значит видеть не предметы, а гармонию. Мысль сама яв­ляется гармонией.