Дипломная работа: «Злоупотребление субъективными гражданскими правами на примере корпоративных правоотношений», Пермь 2013 (стр. 6 )

В связи с этим необходимо дать определение корпоративным правоотношениям и выявить их сущностные признаки. Понятие термина «корпоративные правоотношения» на протяжении длительного времени остается дискуссионным, хотя предприняты определенные шаги к его закреплению в новой редакции ГК РФ. В частности, в статью 2 ГК РФ внесено дополнение, расширяющее предмет гражданско-правового регулирования за счет «отношений, связанных с участием в корпоративных организациях или с управлением ими (корпоративные отношения)».72

В настоящее время в научной литературе все больше говорится об особой роли корпоративных правоотношений, однако единый подход к определению данной категории не выработан. Трудно не согласиться с в том, что теперь корпоративные правоотношения - неотъемлемая часть правоотношений, возникающих в процессе правового регулирования имущественных отношений. также отмечает, что корпоративные отношения - это часть общественных связей в сфере экономики. Главным же содержанием экономической жизни служат отношения собственности, в которых и «рождаются» основы корпоративных отношений.73

говорит о том, что корпоративные правоотношения представляют собой относительные имущественные, но отличные от обязательственных правоотношений, правовые связи между корпорацией и ее участниками, содержание которых сводится к предоставлению участникам корпорации обеспеченной законом возможности в какой-либо форме управлять делами корпорации и участвовать в имущественных результатах ее деятельности.74

По мнению , корпоративные правоотношения – это «разнообразные отношения внутри корпорации как единого и целостного образования, в котором объединены такие разноплановые категории людей, как собственники, управляющие, наемные работники. Интересы этих людей порой бывают взаимоисключающими (например, собственники заинтересованы во вложении полученной прибыли в развитие производства, наемные работники – в ее распределении и потреблении). Достичь баланса различных интересов позволяют умело составленные корпоративные нормы».75

придерживается более узкого толкования понятия и говорит об особой группе гражданских правоотношений, возникающих в рамках корпорации, юридических лиц, основанных на началах участия (членства), которые опосредуют отношения имущественного и не имущественного участия членов корпорации в ее деятельности.76

По мнению , корпоративное правоотношение – это относительное гражданское правоотношение, в котором обязанности конкретного органа корпорации осуществлять управление и ведение дел корпорации корреспондируют с правом участников этой корпорации (персональный состав которых может неоднократно изменяться) на получение информации и участие в управлении и ведении дел.77

Ряд авторов рассматривают корпоративные правоотношения в широком и узком смысле. Так, например, рассматривает корпоративные отношения в узком смысле - как внутренние отношения в корпорации, например связанные с участием акционеров (участников) в управлении и контроле за деятельностью общества, и в широком смысле - как отношения, возникающие в связи с предпринимательской деятельностью корпорации как юридического лица, а также вопросы, связанные с государственным регулированием создания и деятельности корпораций, например регулированием эмиссии ценных бумаг.78 , исходя из специфики круга субъектов и объектов акционерных правоотношений, предлагает выделять собственно акционерные правоотношения - акционерные правоотношения в узком смысле - и правоотношения, связанные с регулированием деятельности акционерных обществ и акционеров, - внешние акционерные правоотношения.79

В итоге, корпоративные правоотношения можно определить как особый вид гражданских правоотношений, которые не могут быть сведены ни к вещным, ни к обязательственным. Данные правоотношения связанны с участием в корпоративных организациях и с управлением ими.

Злоупотребление правом в корпоративных правоотношениях является дискуссионной областью цивилистической науки, существует большое количество точек зрения относительно потенциальной возможности злоупотребления корпоративными правами, а также критериев признания действий  в качестве злоупотребления правом.

По данному вопросу предлагаем обратиться к наиболее интересным позициям, принадлежащим , , А. Мельнику, . называет два основных принципа осуществления корпоративных прав, в случае использования прав в нарушении данных принципов действия такого лица могут быть квалифицированы как злоупотребление правом (при этом в основу такой концепции положен критерий интереса).80 Первый из них – осуществление корпоративных прав таким образом, чтобы каждый акционер в равной степени (то есть только пропорционально количеству принадлежащих ему акций и только в зависимости от содержания прав, которые предоставлены акцией соответствующего типа) имел возможность получить выгоду или должен был понести ущерб, явившиеся результатом такого осуществления. Этот принцип, в частности, означает  требование равенства возможностей  удовлетворять свой имущественный интерес в обществе независимо от принадлежности к большинству или меньшинству. Если акционер осуществляет свои корпоративные права с целью получения необоснованных преимуществ перед другими акционерами, то такие действия будут признаны злоупотреблением правом.

С принципом равенства акционеров тесно связывает  принцип использования субъективных прав в соответствии с их назначением. По смыслу закона интерес акционера в получении дохода в связи с участием в акционерном обществе может быть удовлетворен лишь в случае удовлетворения интереса общества в целом (получение прибыли), и никогда – помимо него. Из этого ученый делает вывод,  что назначение прав любого акционера (мажоритарного или миноритарного) состоит в достижении наилучшего результата хозяйственной деятельности общества и распределении полученной прибыли между участниками. Следовательно, в качестве второго критерия называется использование субъективных прав в противоречии с интересами акционерного общества (разумно понимаемым общим интересом акционеров).

При этом отмечает, что, исходя из понимания акционерного общества как объединения, создаваемого для реализации гражданами своих прав в своем интересе, интерес акционерного общества представляет собой единство интересов всех его акционеров, выступающих исключительно в этом качестве, без учета их трудовых, хозяйственных связей с акционерным обществом, особенностей личности акционера.81

Похожей точки зрения придерживается , который отмечает, что применительно к деятельности акционерного общества можно говорить о том, что у акционерного общества нет интересов, отличных от интересов акционеров, а интерес акционерного общества - совокупность, единство интересов всех его акционеров.82 При этом каждый акционер может удовлетворить свой частный интерес по сравнению с другими акционерами в пропорции к количеству принадлежащих ему акций, так как объем корпоративных прав прямо зависит от данного количества. Количество акций отражает степень участия в формировании воли общества и степень проявления личного интереса акционера в общем интересе всех акционеров.

У в основу концепции злоупотребления корпоративными правами положен критерий ущерба.  По его мнению, злоупотребляя правом, акционер использует принадлежащие ему в силу владения акциями права в ущерб интересам иных акционеров и менеджеров акционерного общества. Границей, за которой просто использование акционером своего права перерастает в злоупотребление правом, является ситуация, когда размер вреда от подобного рода действий акционера достигает уровня публичной опасности для акционеров и менеджеров общества. Злоупотребление акционером своим правом есть нарушение им общих принципов корпоративного поведения, в силу которых это лицо должно осуществлять свои субъективные права акционера с учетом законных прав и интересов иных акционеров и самого акционерного общества.83

В большинстве случаев позиции ученых расходятся по вопросу потенциальной возможности осуществления субъективных прав акционера (участника) с нарушением прав других акционеров (участников). Ряд авторов, например А. Мельник84, придерживаются той точки зрения, что злоупотребление корпоративными правами со стороны одних акционеров может состоять в нарушении прав других акционеров. Например, в ситуации, когда при существовании правила «одна акция - один голос» акционеры с пакетом менее 10% акций не имеют реальных рычагов управления компанией, что позволяет мажоритарным акционерам определять деятельность компании. Ученый признает такую ситуацию злоупотреблением правом, так как мажоритарий, используя свое право, должен управлять обществом с учетом интересов общества и его акционеров, соблюдать баланс интересов.

Но с данной точкой зрения соглашаются не все. и совершенно правильно замечают, что злоупотребление корпоративными правами не может состоять в нарушении прав других акционеров, в том числе в ситуации, когда действия акционера (участника) отвечают интересам юридического лица, но ущемляют корпоративные права отдельной группы акционеров. Принятие решения коллегиальными органами управления юридических лиц производится именно по мажоритарному принципу – решения принимаются большинством голосов. В корпоративном праве нет  принципа равенства акционеров, есть принцип равенства прав, заключенных в акции: об этом говорится в пункте 1 статьи 31 Федерального закона «Об акционерных обществах» (каждая обыкновенная акция общества предоставляет акционеру - ее владельцу одинаковый объем прав). Как отмечает , если акционер, располагающий крупным пакетом акций, единолично определяет волю общества, то это не является злоупотреблением правом управления обществом.85

Данная позиция обосновывается,  в частности, тем, что осуществление прав одних акционеров (участников) с нарушением корпоративных прав других акционеров (участников) невозможно, так как между ними отсутствуют какие-либо правоотношения. К примеру, отмечает, что правоотношения между учредителями юридического лица присутствуют только на стадии создания общества, и таким образом, действие договора о создании общества исчерпывается его созданием, и  с момента создания договор прекращается достижением цели (исполнением).86