Всероссийская конференция. Тема: «Межсекторное взаимодействие в социальной сфере» (стр. 6 )

Это то, что касается здесь. Если мы с Вами пойдем по пути детализации, Александр, у нас у каждого субъекта их 85, условно, по 50 услуг минимум. Я возьму такую. У кого-то 100 есть. У кого-то, может быть, меньше.

Давайте умножим, сколько услуг у нас будет в базовом перечне. Цифра будет очень впечатляющая. Причем, у некоторых регионов есть услуги, похожие по формулировке. То есть у одно есть услуга – оказание содействия в приеме пищи, а у другого просто – кормление. Вам всем придется не только свою практику и свое законодательство, но и свои бюджеты привести в соответствие с измененным базовым перечнем. Я думаю, что здесь нам с вами нужно все ж дополнительно подумать.

Теперь то, что касается стандартов. Я Вас внимательно слушала. У меня сложилось впечатление, к моему большому сожалению, что на территории Оренбургской области пока в стандартах не разобрались. Какой вы там в целом стандарт социального обслуживания на территории Оренбургской области выполняете, я пока не поняла. Если национальный, то мы вам даже уже в письме написали, что они отменены. Поэтому стоить он у вас нисколько не может.

У нас в соответствии с 442-м законом стандарт является неотъемлемой частью предоставления социальной услуги. Если это рубка дров, то это у нее стандарт, у рубки дров, а не у приноса продуктов на дом. У приноса продуктов на дом свой стандарт.

Поэтому, я думаю, что вам, Оренбургская область, нужно, приехав домой после нашего сегодняшнего круглого стола, еще раз внимательно обратиться к вашему законодательству. Если вы что-то в нем еще недоурегулировали, то воспользоваться этой ситуацией и доурегулировать. Нашими методическими рекомендациями, которые мы вам отправили письмом от 01.01.01 года, именно там мы вас просили еще раз обратиться к своим стандартам. При доработке стандартов оказания социальных услуг детализировать требования и подходы к разработке стандартов, конкретно определив понятия «объем услуги», «сроки предоставления социальной услуги», «оценка результатов предоставления этой услуги». Учитывая, что сроки и объем предоставления должны определяться в соответствии с индивидуальной программой.

Поэтому спасибо. Думаю, может быть, я ответила на Ваш вопрос.

- (Участница/Оренбург) У нас утвержден стандарт.

- () Я не сомневаюсь, он у всех утвержден. Может быть, не все в нем понимают.

- (Участница/Оренбург) Может, подушевой норматив должен быть установлен отдельно на мытье полов. Может быть, в этом проблема.

У нас стандарт: форма на дому, идут социально бытовые услуги и весь перечень услуг, каждая из этих услуг описана, сколько раз в неделю, какое время максимально.

- () Сделайте ее, протарифицируйте в зависимости от нормативно-подушевого финансирования.

Мы готовы с вами обсуждать это дальше в ходе наших совместных мероприятий.

- () Спасибо, коллеги. Светлана Геннадьевна.

- () Я прошу прощения, я ни в какой степени не социальный работник, но просто здесь возник такой разговор. Перед круглым столом выступал Минфин. Я все жду, когда дойдет очередь до того, чтобы уважаемые собравшиеся здесь люди сказали, как будет обеспечиваться постепенный переход к тому, что будет потом в рамках заказа на социальные государственные, муниципальные услуги распространяться, и тем, что существует сейчас.

- () Представьтесь.

- () Меня зовут Светлана Геннадьевна Маковицкая, директор Центра гражданского анализа независимых исследователей «Межрегиональный ресурсный центр». В данном случае интересно, что я из Пермского края.

Мы поддерживаем социально ориентированные некоммерческие организации в части их участия в производстве социальных услуг и в соуправлении социальной сферой.

Я хотела вернуться к тому, о чем говорила Лена Ольшанская. Потому что она сказала очень важную вещь. Пермский край приводится в качестве примера флагманского проекта, в котором очень много негосударственных поставщиков услуг в социальной сфере, переход к надомному обслуживанию. У нас закрываются интернатные учреждения.

Я хотела бы обратить внимание, что истоки этого лежат в 2008-2009 году, когда у нас был принят совершенно особый для субъектов Российской Федерации принцип построения Правительства, так называемый, блочно-функциональный блоки, функционально-целевые блоки.

То, что Лена говорил, в аккурат и было так. Министерство социального развития имело оппонента в виде агентства по управлению социальными учреждениями. Они боролись за мешок денег. Один говорил: у меня есть такое-то количество заказов на такое-то количество людей. Вторые говорили, что мы можем оказать это за такое-то количество денег.

Именно то, что Министерство социального развития не отвечало впрямую за подведомственную сеть, позволило в свое время ее так жестко оптимизировать.

Я понимаю, что 2008-2009 год – это высокие бюджеты. Я хотела бы, чтобы все понимали масштаб. На тот момент (я аналитикой занималась тогда, внешней) 9800 человек оказалось вне сети, специалистов. Часть из них была уловлена обратно автономными учреждениями. Но приблизительно 50% они ушли, образовали потом эти учреждения новые, некоммерческие, коммерческие организации, но не все. Часть просто ушли. Это очень тяжело.

Поэтому, с моей точки зрения, сейчас, если возник такой разговор, может, имеет смысл хоть какое-то количество времени потратить на то, чтобы попытаться понять у наших уважаемых федеральных специалистов, как они себе представляют, как в регионах нужно переходить в дальнейшем к тому, что сейчас у нас так, плюс, еще негосударственные поставщики услуг.

С 1 января 2018 года у нас будет жесткое дозирование бюджета. Как будут выглядеть объемы специалистов, которые в этих пульсирующих. Тебе выделили определенный объем заказа, если не справили негосударственные поставщики, то ты получаешь дополнительный заказ. Откуда берутся эти специалисты?

Я хотела бы еще сказать, что в Пермском крае на нас это видно было в 2008-2009 году. Почему у нас так муниципалитеты боролись против оптимизации сети социальных учреждений в свое время? Потому что они понимали, что у них образовалось огромное количество избыточной сельской интеллигенции, которой в какой-то момент оказалось негде работать вообще. Сначала оптимизировали детски дома. Они закрылись. Вместо них частично открылись службы сопровождения семьи. Потом они были объединены в холдинги, закрылись. Потом они были вынесены в рынок. Оптимизация школ. В результате оказалось, что на три муниципальных образований есть одно учреждение, в котором нужен человек с высшим образованием.

Я ни в коей мере не претендую на то, чтобы мы обсуждали страшилки. Я совершенно про другое. Я про то, что какой-то подход к тому, как должен быть осуществлен этот переход, в том числе, потому что у нас сейчас есть ровно год на то, чтобы как-то настроить это взаимодействие между негосударственными поставщиками будущих услуг, чтобы они уловили этих специалистов. Или, чтобы наладить взаимодействие между учреждениями и негосударственными поставщиками. Тогда сами эти учреждения могут выступать в качестве бизнес-инкубаторов для новых бизнесов.

Мне кажется, этот вопрос нужно как-то все-таки обсудить.

- () Спасибо, Светлана Геннадьевна, за очень важный ракурс. Пока создается впечатление из разговоров, что это отдано на откуп тому же Минфину. Они там придумали что-то, пусть они нам все это и разъяснят.

- () Минфин не то, что придумал, пусть что-то делает. Я думаю, такого нет в зале впечатления.

Просто строители сегодняшнего круглого стола, наверное, не предвидели такие вопросы. Представителей Минфина, я так думаю, среди нас нет. Я имею в виду на рабочих группах. Потому что этот закон будет затрагивать всю социальную сферу, не только сферу социального обслуживания.

Передавать их слова, что они говорят, пересказывать – это будет испорченный телефон. Я на себя такую смелость не возьму. Я могу, единственное, сказать, что мы тоже готовимся к этому закону. При первой возможности мы всегда пытаемся проговорить с Минфином те или иные аспекты в различных сферах в ведение нашего министерства, чтобы понимать вектор, который закладывается в этот закон.

- () Спасибо. Я, единственное, хотел бы в качестве информационного, не знаю: слуха-не слуха, я это слышал из уст представителей Минфина на одной из площадок, которые сейчас без устали проходят. О том, что в свете принятия этого закона, может быть, вы Светлана Геннадьевна знаете точнее, я не знаю. Нынешний подход к использованию базовых отраслевых перечней предполагается изменить. Вернуть ситуацию большей гибкости субъектов Российской Федерации в формировании региональной части этих перечней. Чтобы не все напрямую извлекалось из перечня, который утверждается на федеральном уровне. Вроде бы, такой проект постановления к этому закону даже рассматривался.

- () Поэтому у нас по видам социальных услуг.

- () Нам, чтобы выходить на некоторые плановые вещи, я хотел несколько вещей подытожить, пока у нас не размылось это.

Во-первых, Ольга Александровна сказала важную вещь, что у них есть некий процесс, который идет в свете данного поручения по экономически обоснованным тарифам. При содействии, вместе с Высшей школой экономики. Наверное, имеет смысл договориться, может быть, о том, что мы будем поддерживать заинтересованными сторонами коммуникацию по ходу реализации этой программы. То есть, какие разработки, какие идеи, предложения появляются, чтобы своевременно попытаться экспертов подключить к этому, какие-то мнения сформировать до того, как это все окончательно будет принято и утверждено. Потому что вопрос тарифов оказывается узловым и очень важным. Хотим подключиться многие к этому процессу.

Второе – вопрос соразмерности требует отдельного разговора. Тут понятно, что была проведена перед принятием базовых перечней определенная работа. Что в каком-то виде они были приняты. Но в свете поручения президента о доступе НКО это практически во всех регионах становится камнем преткновения.

Ярким примером стала Москва, которая вообще потребовала все социальное обслуживание от каждого поставщика осуществлять в рамках одной из форм по всем видам. И в других регионах есть сложности. Чем крупнее заказ, тем меньше шансов у конкретной организации его выполнить. Это то же самое, что с крупными лотами в госконтрактной системе. Это то же самое, что с популяризацией какого-то заказа в производстве.