Процессуальное право международного суда ООН: временные меры (стр. 5 )

       На вопрос Континентального шельфа Эгейского моря Суд ответил в 2007 году, обратив внимание в постановлении по делу Целлюлозные заводы на то, что во всех случаях, когда он указывал меры для предупреждения усугубления и расширения спора, это было сделано вместе с указанием временных мер для обеспечения конкретных прав99. В частности, применительно к обстоятельствам дела Целлюлозные заводы Суд пришёл к выводу, что в отношении единственной запрашиваемой Уругваем конкретной меры, связанной с устранением препятствий для сообщений между двумя странами, включая блокаду мостов и дорог, отсутствует неминуемый риск непоправимого ущерба правам Уругвая в споре, рассматриваемом Судом. В связи с этим блокада мостов и дорог, «как таковая», в отсутствие условий для указания конкретной меры, не может являться основанием для меры, направленной на неусугубление спора100. Данный вывод Суда с очевидностью означает, что превентивная мера общего характера является производной от меры по защите конкретных прав и не может существовать самостоятельно, что вполне логично - по статье 41 Статута функция и цель временных мер ясно определены, поэтому если нет риска нанесения ущерба конкретным правам, то условия для указания меры превентивного характера также не могут считаться соблюдёнными.

       В постановлении о временных мерах 2011 года в деле Определённая деятельность, осуществляемая Никарагуа в пограничном районе Суд, ссылаясь на практику и суммируя её, разъяснил свою позицию по вопросу о временных мерах, которые направлены на то, чтобы не допустить усугубления и расширения спора. Во-первых, право указывать такие меры сомнению не подлежит. Во-вторых, эти меры указываются только в совокупности с другими временными мерами, а не самостоятельно. Наконец, в-третьих, подобные меры общего характера дополняют конкретные меры, которые направлены на защиту прав, являющихся предметом спора по существу101. То, что меры, требующие от сторон не усугублять и не расширять спор, могут быть указаны вне зависимости от того, просили ли стороны об этом или нет, и что они могут быть указаны только в связи с указанием мер для защиты конкретных прав, было подтверждено Судом в вынесенном в этом же году постановлении по другому делу102. В настоящее время доктрина достаточно единодушно поддерживает понимании практики Суда в том виде, как это изложено выше, то есть, что меры по неусугублению спора возможны только тогда, когда указываются иные временные меры103, и что, как следствие, для этого требуется соблюдение все условий, необходимых для указания временных мер104. При этом, правда, иногда отмечается, что подход Суда, начиная с постановления 2007 года в деле Целлюлозные заводы, в этом отношении изменился, поскольку ранее (при этом ссылаются на дела Спор о границе (Буркина-Фасо/Мали) и Сухопутная и морская граница между Камеруном и Нигерией) якобы допускалось самостоятельное указание мер по предупреждению обострения спора105. В свете последовательной практики Суда вряд ли с этим можно согласиться, поскольку меры по неусугублению всегда указывались наряду с мерами по защите конкретных прав. Даже в приводимых примерах из дел Буркина-Фасо/Мали и Камерун против Нигерии, хотя мера по неусугублению и стояла на первом месте, были указаны иные меры, связанные с ограничением военной деятельности, которые, несомненно, были направлены на обеспечение прав сторон в спорах, которые касались прав суверенитета.

5. Возможность действий Суда proprio motu

       Как правило, Суд рассматривает вопрос о временных мерах по просьбе одной из сторон спора. Однако, как прямо указано в его Регламенте106, он может сделать это и по своей инициативе107. Подобное право Суда основано на статье 41 Статута и полностью ей соответствует, что было признано ещё в 1931 году Постоянной палатой во время пересмотра её Регламента108 и специально подчёркнуто Камерой Международного Суда в деле Пограничный спор (Буркина Фасо/Мали)109.

       В практике Постоянной палаты прецедентов действий proprio motu в отношении временных мер не было, хотя в постановлении, принятом в деле Юго-восточная Гренландия, она сослалась, как на общий принцип, на наличие своего права действовать подобным образом: «установлено, что [Палата] может приступить к указанию временных мер как по просьбе сторон (или одной из них), так и по своей инициативе»110. Не использовал это право и Международный Суд, хотя так же как и Постоянная Палата обращал внимание на то, может proprio motu рассмотреть необходимость указания временных мер111.

       В деле Применение Конвенции о геноциде Босния и Герцеговина, в дополнение к просьбе об указании временных мер, предложила Суду использовать полномочия, предусмотренные пунктом 1 статьи 75 Регламента, по указанию временных мер по своей инициативе, полагая, что это позволит обойтись без процедуры слушаний. Однако Суд разъяснил, что при наличии представленной просьбы об указании временных мер не может идти речи об использовании им полномочий по пункту 1 статьи 75 Регламента. Кроме того, было подчёркнуто, что «эти полномочия в любом случае не идут так далеко, чтобы позволить указать меры, не предоставляя возможности обеим сторонам быть услышанными»112.

       Таким образом, в вопросе о полномочиях Суда по пункту 1 статьи 75, которые сами по себе сомнений не вызывают, появился ещё один элемент: позволяют ли они принять соответствующее постановление без проведения устной процедуры, которая является обязательной в «нормальных» обстоятельствах, то есть если запрос представлен стороной дела. Ответ, казалось бы, был дан в деле Применение Конвенции о геноциде, однако в деле Лагранд позиция Суда коренным образом изменилась.

       В этом деле Германия представила просьбу об указании временных мер на основании статьи 41 Статута. При этом Германия, в дополнение к статьям 73 и 74 Регламента, регулирующим процедуру производства при запросе временных мер стороной в споре, сослалась на статью 75, которая говорит о праве Суда рассмотреть вопрос о временных мерах по своей инициативе. Кроме того, во время встречи вице-председателя Суда с представителями сторон Германия, снова опираясь на статью 75 Регламента, предложила Суду указать меры proprio motu и без проведения слушаний. В постановлении о временных мерах Суд заявил, что, во-первых, может использовать полномочие рассмотреть по своей инициативе вопрос о временных мерах независимо от того, была ли ему представлена сторонами просьба об указании временных мер, и, во-вторых, если он решает это сделать, то в особо неотложных случаях может обойтись без проведения устной процедуры. В результате Суд решил указать временные меры, сославшись на статью 41 Статута и пункт 1 статьи 75 Регламента, то есть формально представив их как принятые proprio motu113.

       По-видимому опираясь на этот прецедент, в 1999 году Югославия, возбудив дела против ряда стран-членов НАТО в связи с бомбардировками её территории, представила также просьбу об указании временных мер, предложив Суду вынести решение proprio motu или назначит дату слушаний как можно скорее. В данном случае, без объяснения причин, Суд решил следовать обычной процедуре114, считая, вероятно, что степень срочности не оправдывает отказ от проведения слушаний, тем более что это был один из двух вариантов, предложенных самой Югославией.

       Наконец, в деле Строительство дороги в Коста-Рике вдоль реки Сан Хуан (Никарагуа против Коста-Рики) Никарагуа обратилась с просьбой к Суду о том, чтобы он «решил по собственной инициативе, требуют ли обстоятельства дела указания временных мер». 11 марта 2013 года стороны были извещены, что, по мнению Суда, «обстоятельства дела, как они ему представляются, не являются таковыми, чтобы требовать осуществления его полномочий указать временные меры по своей инициативе на основании статьи 75 Регламента»115.

       Что касается доктрины, то здесь, как представляется, существует недостаточно ясное понимание того, что применительно к временным мерам означают действия Суда proprio motu по статье 75 Регламента. Первая проблема заключается в том, что, как это ни странно, игнорируется сделанное в 1978 году в Регламенте Суда изменение: в Регламентах 1946 и 1972 годов говорилось о том, что «Суд может указать временные меры по своей инициативе»116, тогда как, напомним, в действующем Регламенте записано, что «Суд может … решить рассмотреть по собственной инициативе» вопрос о временных мерах (курсив добавлен). Разница в подходах очевидна - до 1978 года текст Регламента делал акцент на то, что меры могут быть указаны по инициативе Суда, оставляя в стороне вопрос об их соотношении с первоначальной просьбой сторон. В Регламенте же 1978 года Суд подчёркивает, что он обладает правом оценить необходимость принятия временных мер вне зависимости от просьб сторон (причём результат такой оценки, как видно из практики, может быть как положительный, так и отрицательный). Таким образом элемент proprio motu заключается не в указании собственно мер, а в том, что Суд сам инициирует вопрос о рассмотрении их необходимости.

       В литературе также иногда ошибочно отмечается, что в практике Суда концепция proprio motu имеет двойную функцию: указание временных мер в отсутствие просьб сторон (пункт 1 статьи 75) и указание временных мер иных, чем те, которые были запрошены (пункт 2 статьи 75)117. В связи с такой позицией каждый случай, когда Суд принимал меры, которые отличались от тех, которые содержались в соответствующей просьбе (а таких прецедентов было довольно много в практике Суда), рассматриваются некоторыми специалистами как меры proprio motu118. Однако, принятие «иных» мер - это самостоятельное полномочие, которое вытекает не из пункта 1, а из пункта 2 статьи 75 Регламента. Суд неоднократно, вне контекста оценки необходимости действовать по собственной инициативе, заявлял, что «в соответствии со Статутом обладает полномочием, в тех случаях, когда была подана просьба о временных мерах, указать меры, которые полностью или частично отличаются от запрошенных. Пункт 2 статьи 75 Регламента прямо ссылается на это полномочие Суда»119. Кроме того, соотношение пунктов 1 и 2 статьи 75 недвусмысленно показывает, что действия proprio motu по пункту 1 относятся к ситуациям в отсутствие просьб сторон, а указание «иных» мер по пункту 2 осуществляется в рамках поданной просьбы120.