Круг обязанностей клиента по договору финансирования под уступку денежного требования расширяется в случаях, когда договор заключается с условиями об уступке денежного требования в целях обеспечения обязательства клиента перед финансовым агентом (обеспечительный факторинг) или об ответственности клиента за неисполнение или ненадлежащее исполнение должником денежного требования, предъявленного финансовым агентом (оборотный, регрессный факторинг).
В первом случае (обеспечительный факторинг) на стороне клиента имеется обязанность погасить остаток долга финансовому агенту, если денежные средства, полученные последним от должника, не покрывают всю сумму долга клиента перед финансовым агентом, обеспеченную уступкой требования (п. 2 ст. 831 ГК).
Во втором случае (оборотный факторинг) клиент несет ответственность перед финансовым агентом не только за действительность переданного ему требования, являющегося предметом уступки, но и за его исполнение должником (п. 3 ст. 827 ГК). При таких условиях клиент, уступая право требования финансовому агенту, принимает на себя своеобразное "поручительство" за исполнение должником своего обязательства перед финансовым агентом.
Так называемые кредиторские обязанности клиента в отношениях с должником особо отчетливо обнаруживают себя в ситуациях, когда обязательство клиента по договору финансирования под уступку денежного требования носит консенсуальный характер либо предметом уступки являются будущие требования. В первом случае клиент должен принимать все необходимые меры для поддержания соответствующего денежного требования к должнику в надлежащем состоянии вплоть до его передачи финансовому агенту.
В случае же, когда предметом уступки по договору финансирования под уступку денежного требования является будущее требование, оно считается перешедшим к финансовому агенту лишь после того, как возникло само право на получение с должника денежных средств, а если уступка денежного требования обусловлена определенным событием, она вступает в силу после наступления этого события (п. 2 ст. 826 ГК).
Следовательно, будущее требование (или право на получение платежа по ранее возникшему обязательству) должно сначала возникнуть на стороне клиента, и только после этого оно будет считаться перешедшим финансовому агенту. Данное обстоятельство в свою очередь служит предпосылкой того, что клиентом уже в рамках заключенного договора финансирования под уступку денежного требования и во исполнение вытекающего из него обязательства должны быть приняты все меры, обеспечивающие возникновение будущего денежного требования (права на получение платежа по ранее возникшему обязательству): заключение договора о передаче товаров, работ или услуг с определенным контрагентом, исполнение указанного договора с целью получения права требования платежа с контрагента-должника и т. п.
Права и обязанности должника
Должник - контрагент клиента по договору о передаче товаров, выполнении работ или оказании услуг, на котором лежит обязанность платежа по денежному требованию, составляющему предмет уступки по договору финансирования под уступку денежного требования, конечно же, не является субъектом (стороной) названного договора. Вместе с тем действия должника, в том числе по исполнению своего обязательства по денежному требованию, переданному финансовому агенту, влекут за собой весьма серьезные правовые последствия для непосредственных участников договора финансирования под уступку денежного требования - финансового агента и клиента.
В связи с изложенным особенности исполнения должником обязательства по переданному финансовому агенту денежному требованию и связанные с указанным исполнением права и обязанности должника регулируются правилами о финансировании под уступку денежного требования (гл. 43 ГК).
Согласно названным правилам, несмотря на то что запрет и ограничения на уступку денежного требования, предусмотренные соглашением между должником и клиентом, в случаях, когда такая уступка совершается в рамках договора финансирования под уступку денежного требования, признаются недействительными, должник наделяется правом привлечь клиента к ответственности за нарушение условий соглашения (ст. 828 ГК).
На должника возлагается обязанность произвести платеж финансовому агенту при том условии, что он был надлежаще уведомлен клиентом или финансовым агентом о состоявшейся уступке денежного требования по договору финансирования под уступку денежного требования. При этом должник вправе истребовать от финансового агента доказательства того, что уступка денежного требования действительно имела место. В случае невыполнения финансовым агентом обязанности по предоставлению должнику соответствующих доказательств должник сохраняет право исполнить свое обязательство клиенту и тем самым прекратить указанное обязательство его надлежащим исполнением (ст. 830 ГК).
Заслуживает внимания также предоставление должнику права в случае предъявления финансовым агентом уступленного ему клиентом права требования к платежу прекратить соответствующее обязательство путем зачета встречного денежного требования, основанного на договоре с клиентом, при том условии, что соответствующее требование имелось у должника к моменту, когда им было получено уведомление о состоявшейся уступке денежного требования финансовому агенту. Не могут быть предъявлены к зачету те требования должника к клиенту, которые возникли в связи с нарушением соглашения о запрете либо об ограничении уступки права требования (ст. 832 ГК).
Особый характер носят отношения, складывающиеся между должником, финансовым агентом и клиентом, при возврате должнику денежных сумм, уплаченных им по денежному требованию, предъявленному финансовым агентом, в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением клиентом своего обязательства перед должником. Согласно ст. 833 ГК в случае нарушения клиентом своих обязательств по договору, заключенному с должником, последний не вправе требовать от финансового агента возврат сумм, уплаченных ему по уступленному денежному требованию, если должник вправе получить такие суммы непосредственно с клиента.
И все же в двух случаях соответствующее требование должника о возврате уплаченных сумм может быть адресовано финансовому агенту: 1) когда финансовый агент не исполнил свое обязательство перед клиентом по предоставлению последнему денежных средств, предусмотренных договором финансирования под уступку денежного требования; 2) когда финансовый агент, напротив, произвел соответствующий платеж клиенту в счет уступаемого денежного требования, зная о том, что последний допустил нарушение своего обязательства по договору, заключенному с должником.
ДОГОВОРЫ, НАПРАВЛЕННЫЕ
НА СОЗДАНИЕ КОЛЛЕКТИВНЫХ ОБРАЗОВАНИЙ
Многоступенчатая классификация договоров, первая ступень которой построена путем использования признака их результата, позволяет прежде всего выделить договоры, направленные на передачу имущества (1), на выполнение работ (2), на оказание услуг (3). Подобное деление сохраняет значение применительно не только к договорам, но и к гражданским правоотношениям в целом. Подтверждением может служить ст. 2 Гражданского кодекса РФ. Указав на регулирование гражданским законодательством отношений между теми, кто занимается предпринимательской деятельностью либо с их участием, приведенная статья усматривает смысл подобной деятельности в том, что она является самостоятельной, осуществляемой на свой риск, притом направленной на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг лицами, зарегистрированными в качестве предпринимателей в установленном законом порядке.
Когда у участников гражданского оборота появляются встречные интересы, связанные с приобретением товаров, выполнением работ или оказанием услуг, они заключают между собой договоры, которые соответствуют признакам какой-либо из таких групп. Имеются в виду договоры купли-продажи, аренды, аренды помещения или оборудования, подряда, поручения, комиссии и др. Не исключено, что при заключении конкретного договора набор входящих в его состав отдельных элементов будет отвечать особенностям, присущим одновременно договорам, которые входят в разные группы. И тогда налицо вариант смешанных договоров, которым посвящена ст. 421 ГК.
Все, о чем шла речь выше, отнюдь не исключает существования договоров за пределами приведенной группировки. По этой причине, в частности, появлялись в разное время высказывания в пользу выделения большего числа крупных групп договоров. Имеются в виду главным образом договоры, отличительной чертой которых является то, что их предмет составляет совместная деятельность.
К такому выводу приходил, в частности, , полагавший, что "особую группу договоров должны составить отношения по поводу совместной хозяйственной деятельности" <*>.
<*> Гордон договоров в советском гражданском праве // Уч. зап. Харьковского юрид. ин-та. Вып. 5. Харьков, 1954. С. 823.
Предпосылки для выделения именно этой, еще одной, группы договоров многократно отмечались в литературе. , например, усматривал потребность в таких договорах в том, что "отдельных усилий лица, в особенности физического, далеко не всегда достаточно для достижения намеченных им целей, не всегда к тому же лицо располагает и большими средствами, необходимыми для дела. Вот почему отдельные лица (безразлично, физические или юридические) стремятся действовать сообща, соединяя в той или другой комбинации свои средства и свои силы" <*>.
<*> Синайский гражданское право: Обязательственное, семейное и наследственное право. Вып. II. Киев, 1915. С. 183.
По этому же поводу полагал: "Единоличные силы человека подчас оказываются недостаточными для различных затруднений в деле осуществления намеченных целей; так, например, у одного может быть капитал, но нет уменья открыть и вести задуманное дело, а у другого, наоборот, может быть таковое уменье, но нет нужного капитала; между тем соединение таких лиц в состоянии дать и капитал, и потребное уменье. С другой стороны, торговые товарищества вызываются к жизни также современными экономическими условиями, обеспечивающими больше выгоды предприятиям, располагающим более значительным капиталом. Правда, оборотный капитал можно увеличить также при помощи кредита; но, с одной стороны, кредитом все пользуются в торговой сфере, а потому его благодетельное действие теряет значение в отношении к расширению оборотного капитала отдельных торговых предприятий сравнительно с другими аналогичными предприятиями; с другой же стороны, насколько касается размеров кредита, им легче пользоваться опять-таки тем предприятиям, которые обладают большим наличным капиталом. Равным образом, ввиду возможных всякого рода случайностей, должно быть вполне понятным стремление разложить риск по предприятию привлечением к последнему участия нескольких лиц на тех или других началах, определяющих долю имущественного участия в предприятии" <*>.
<*> Федоров право. Одесса, 1911. С.
Можно указать и на мнение, высказанное : "Единственным средством скопления в одних руках значительных капиталов и сложения с одного лица всей тяжести риска является соединение имущественных средств нескольких лиц. При такой форме предприятия достигается большее обеспечение его от случайностей, связанных с личностью единичного предпринимателя, риск не концентрируется на одном уровне, а распределяется между рядом хозяйств, опытность и знание одного соединяются с капиталом другого; один знает лучше, как получить доход, но не имеет нужных к тому средств, другой имеет средства, но не умеет ими пользоваться.
Такое соединение может представляться тесным личным и имущественным союзом небольшого числа лиц, исполненных взаимного друг другу доверия, потому что эти лица рискуют всем своим состоянием" <*>.
<*> Максимов о товариществах. М., 1911. С. 173.
Как видно из уже приведенного, понятие "договор о совместной деятельности" имеет весьма широкое содержание. При этом один из ее видов составляет совместная деятельность по созданию коллективных образований, построенных на началах членства. И не случайно в приведенных выше положениях, сформулированных в трудах , и , речь идет о совместной деятельности, сводящейся к созданию таких образований, притом, как показано было последним из авторов, речь идет о различных их видах.
Именно такого рода совместную хозяйственную деятельность имел в виду и , когда в первые годы после революции обращал внимание на то, что "товарищеское объединение нескольких лиц для совместного достижения определенной хозяйственной цели встречается уже в самой глубокой древности. Идея товарищеского соглашения там, где сил одного не хватает для разрешения какой-либо жизненной задачи, сама по себе настолько проста и естественна, что всюду, где мы встречаем человека в общежитии, мы встречаем и договор товарищества. Нет такого законодательства в прошлом, которое не знало бы товарищества" <*>.
<*> Шретер хозяйственное право. М.; Л., 1928. С. 149.
Составители проекта Гражданского уложения Российской империи в своем комментарии обращали внимание на то, что "объединения, основанные на договоре, представляют большое разнообразие. Нет, можно сказать, такой стороны человеческой деятельности, преуспению коей не способствовало бы соединение воедино усилий и средств тех лиц, которые поставляют ее себе задачей" <*>.
<*> Гражданское уложение. Книга пятая: Обязательства. Т. IV. С объяснениями. СПб., 1898. С. 308.
Договоры о создании коллективных образований, будучи разновидностью договоров о совместной деятельности, обладают определенной спецификой, и по указанной причине такие договоры заслуживают быть выделенными в этой группе.
Подобно другим договорам, зачисленным в группу договоров о совместной деятельности, договоры, направленные на создание коллективных образований, в свою очередь предполагают проведение в таких рамках дальнейшей внутренней классификации. На этот раз за основу принимаются различия в природе создаваемого коллективного образования: идет ли речь об образованиях, не обладающих гражданской правосубъектностью, либо об образованиях - юридических лицах <*>. Для каждой из указанных подгрупп устанавливается свой особый правовой режим <**>. Все это предполагает регулирование соответствующих договоров как общими нормами о договорах (сделках), так и нормами специальными.
КонсультантПлюс: примечание.
Монография "Цивилистическая теория корпоративных отношений" включена в информационный банк согласно публикации - Налоги и финансовое право, 2005.
<*> По поводу различия в природе этих двух видов коллективных образований высказывались в последнее время не вполне совпадающие точки зрения, в ряде случаев связанные с более общим вопросом - о системе права. См., в частности: Белых предпринимательской деятельности. Екатеринбург, 2002. С. 31 и сл.; Иоффе право. М., 1975. С. 769; Кашанина право (право хозяйственных товариществ и обществ). М., 1999. С. 58 и сл.; Ровный и признаки предпринимательства (гражданско-правовой аспект). Иркутск, 1998. С. 11 и сл.; Якушев регулирование внутрихозяйственных отношений // Межвузовский сборник научных трудов: Вопросы совершенствования хозяйственного законодательства. Вып. 68. Свердловск, 1978. С. 113 и сл.; Пахомова теория корпоративных отношений. Екатеринбург, 2005 (гл. III); Грешников гражданского права: юридическое лицо в праве и законодательстве. СПб., 2002 и др.
КонсультантПлюс: примечание.
Монография , "Договорное право. Общие положения" (Книга 1) включена в информационный банк согласно публикации - Статут, 2001 (издание 3-е, стереотипное).
<**> См.: , Витрянский право. Книга первая: Общие положения. М., 1997. С. 320 и сл.
Среди построенных на началах членства образований особое место занимают различные виды товариществ (обществ). Как отмечал в годы действия ГК 1922 г. , товарищество представляет собой объединение физических или юридических лиц на добровольных началах, происходящее при их образовании (1), направленное на осуществление субъектами соответствующего объединения результата во имя общей цели (2), достижение общей цели общими силами, включая помимо прочего внесение взносов (3), осуществление общей цели на началах равноправия (4). Последнее позволило автору считать товарищей выступающими как "совладельцы", как "хозяева общего дела" <*>.
<*> Вольф хозяйственного права. М., 1928. С. 36.
Более широкий круг признаков товариществ был определен еще ранее применительно к Своду законов гражданских Российской империи и проекту Гражданского уложения.
Один из них - намерение лиц быть товарищами (animus contrahendae societatis). Именно с этим признаком, вернее с его отсутствием, связывал невозможность рассматривать в качестве товарищей рабочих и лицо, которое их наняло, даже в тех случаях, когда рабочий сверх получения жалованья пользуется участием в прибылях <*>. Другой признак, носящий в еще большей мере обобщающий характер, был выделен в проекте Гражданского уложения как такой, который "служит средством приобретения, средством получения прибыли" <**>. В этих пределах было проведено четкое разграничение в рамках соответствующей конструкции различных видов товариществ, из которых "одни устраиваются по индивидуалистическому началу (товарищества полное и на вере), а другие - по корпоративному (акционеров и с переменным составом)" <***>.
<*> См.: Синайский . соч. С. 183 и сл.
<**> Гражданское уложение. Книга пятая: Обязательства. Т. IV. С объяснениями. С. 307.
<***> Там же.
Глава XI. ДОГОВОРЫ, НАПРАВЛЕННЫЕ
НА СОЗДАНИЕ НЕПРАВОСУБЪЕКТНЫХ КОЛЛЕКТИВНЫХ ОБРАЗОВАНИЙ
1. Договоры простого товарищества
Общие положения о договорах простого товарищества. Действующий Гражданский кодекс РФ разграничивает хозяйственные товарищества и общества - коммерческие организации, соответственно наделенные правами юридического лица (включая полные товарищества, товарищества на вере (коммандитные товарищества)), и хозяйственные общества (акционерные общества, общества с ограниченной и с дополнительной ответственностью), а также противостоящие им, не обладающие гражданской правосубъектностью простые товарищества (ст. ст. 66 и 1041 ГК).
Правовой формой отношений, выделенных в названии гл. 55 действующего ГК ("Простое товарищество"), как раз и выступает одноименный договор. В открывающей эту главу Кодекса ст. 1041 ("Договор простого товарищества") приводится следующее определение рассматриваемого договора: "По договору простого товарищества (договору о совместной деятельности) двое или несколько лиц (товарищей) обязуются соединить свои вклады и совместно действовать без образования юридического лица для извлечения прибыли или достижения иной не противоречащей закону цели".
Сфера применения простого товарищества не только ранее, но и теперь, несмотря на развитие конкурирующих с ним различных видов коллективных образований, наделенных правами юридического лица, продолжает быть весьма широкой, охватывая как сферу предпринимательских, так и находящихся за пределами этой сферы отношений. Последнее связано, в частности, со свободой создания соответствующих образований, особым характером складывающихся в подобных случаях внутренних и внешних отношений. Значение может иметь и специальный порядок определения налоговой базы по доходам, полученным участниками договора простого товарищества (имеются в виду специальные на этот счет правила, содержащиеся в Налоговом кодексе <*>, в Положении по бухгалтерскому учету "Информация об участии в совместной деятельности" ПБУ 20/03 <**> (Положение применяется к случаям, когда договор об участии в совместной деятельности предусматривает извлечение выгод или доходов) и др.). Все это дало, например, в диссертации, посвященной простому товариществу, возможность назвать в качестве примеров использования соответствующей конструкции договоры о совместной эксплуатации, совместной переработке нефти с последующей реализацией готовой продукции, о сотрудничестве и совместной деятельности по строительству и дальнейшей эксплуатации выстроенного помещения, о совместной заготовке леса на корню, его переработке и сушке, о совместном производстве и реализации летательных аппаратов малой авиации, о совместной организации в городе эфирного телевизионного канала, о совместной деятельности по строительству дома жилищным кооперативом, о совместной работе по созданию сезонных запасов по образованию материальных ресурсов, о совместной деятельности по закупке и реализации сахара и др. <***>.
<*> Речь идет о статьях Налогового кодекса: ст. 180 "Особенности исполнения обязанностей налогоплательщика в рамках договора простого товарищества (договора о совместной деятельности)", ст. 251 "Доходы, не учитываемые при определении налоговой базы", ст. 278 "Особенности определения налоговой базы по доходам, полученным участниками договора простого товарищества".
<**> Утверждено Министерством финансов РФ 24 ноября 2003 г. (Российская газета. 20янв.).
<***> См.: Щукина и юридическая природа договора простого товарищества по российскому гражданскому праву: Автореф. дис. ... канд. юрид. наук. М., 2002. С.
Есть все основания согласиться с мнением, высказанным непосредственно перед принятием действующего Гражданского кодекса: указанный договор "применяется обычно в случаях, когда двум или более предприятиям необходима сложная кооперация (производство, долговременное финансовое сотрудничество и многоплановое коммерческое взаимодействие)".
Включение в легальное определение договора указания на "совместную деятельность" послужило в литературе и судебной практике поводом для отождествления договоров о простом товариществе с договорами о совместной деятельности. Соответственно, было признано: "Значение договора простого товарищества, его место в гражданском обороте, в первую очередь, обусловлены тем, что это - единственный предусмотренный ГК договор, регулирующий совместную деятельность его участников" <*>.
<*> Гражданское право: Учебник. Часть вторая / Под ред. , . М., 1997. С. 652.
На наш взгляд, такой вывод, как постараемся показать ниже, является спорным. Представляется более обоснованной иная точка зрения, в силу которой договор простого товарищества - лишь одна из разновидностей договоров о совместной деятельности. Об этом можно судить уже по тому, что такими же самостоятельными, как и договор простого товарищества, являются договоры, направленные на создание образований, которые в отличие от простого товарищества имеют целью учредить юридическое лицо <*>. Что же касается получившего широкое распространение в современной литературе и судебной практике термина "договор о совместной деятельности", подразумевая под ним только договор простого товарищества, то определенное объяснение этому можно найти в самой истории развития рассматриваемого правового института в послереволюционный период. Речь идет о том, что в ГК 1922 г. соответствующий раздел именовался "Простым товариществом". И хотя легальное определение указанного договора в этом Кодексе (ст. 276) включало указание на осуществление сторонами "совместных действий", и в самом определении, и в остальных статьях главы в равной мере речь шла именно о договоре простого товарищества, что давало возможность признать его в том смысле, который придавал ему тогдашний ГК, лишь разновидностью договора о совместной деятельности.
<*> Примером могут служить договор о создании акционерного общества (ст. 98 ГК), а также учредительные договоры о других обществах и товариществах (см., в частности, ст. 52 ГК).
В отличие от своего предшественника ГК 1964 г. вообще не упоминал о простом товариществе. Состоявшая из пяти статей глава "Совместная деятельность" позволяла иметь весьма широкое представление об этом договоре. И все же, главным образом в период действия этого Кодекса, в литературе имели место попытки определенным образом сузить границы соответствующего договора (договора о совместной деятельности). Такая позиция была отражена, например, в одном из тогдашних комментариев к ГК. В нем обращалось внимание на то, что "договор о совместной деятельности является правовой формой, опосредствующей такую организацию совместной деятельности социалистических организаций, в результате которой не возникает субъекта права, наделенного правами юридического лица" <*>.
<*> Комментарий к Гражданскому кодексу РСФСР / Под ред. , . М., 1982. С. 509 (автор - ).
Точно так же и считал невозможным применение норм соответствующей главы ГК 1964 г. "в случае, если созданное по началам, закрепленным в ГК, образование оказывается обычным юридическим лицом" <*>.
<*> Тархов гражданское право. Ч. 2. Саратов, 1978. С. 125.
Как отмечала , "глава 38 ГК РСФСР 1964 года посвящена договору о совместной хозяйственной деятельности (который, в сущности, представляет собой договор простого товарищества, предусмотренный ГК РСФСР 1922 года). На основе такого договора советские предприятия и организации осуществляли совместное строительство и эксплуатацию объектов производственной инфраструктуры, жилых домов, предприятий торговли и т. п." (Сыродоева общества США и России. М., 1996. С. 11).
В принятых впоследствии кодификационных актах в целом проявилась тенденция возврата к особой конструкции договора простого товарищества. Так, в Основах гражданского законодательства 1991 г. вслед за легальным определением договора о совместной деятельности содержалось в скобках указание: "договор простого товарищества". Действующий Кодекс сделал следующий шаг в том же направлении. Упомянув об одном из этих договоров в скобках, он поменял договоры местами, и теперь в скобках оказался договор о совместной деятельности. Тем самым произошло то, что предполагалось сделать предшествующими кодификационными актами: договор о совместной деятельности признан родовым по отношению к договору простого товарищества понятием.
Таким образом, следует, как полагаем, согласиться с и , которые с полным основанием, имея в виду ст. 1041 ГК, утверждают, что "категорию "совместная деятельность" не следует понимать буквально, а необходимо трактовать как совместные действия товарищей по внесению вкладов и иные их действия по реализации обязательств, возникающих из договора простого товарищества" <*>.
<*> Гражданское право. Т. 2. Полутом II / Под ред. . М., 2000. С. 300.
Можно указать также и на то, что еще ранее, применительно к ГК 1922 г., подчеркивалось: "...простое товарищество, предусмотренное Гражданским кодексом, не образует особого субъекта права, не является юридическим лицом. В силу договора простого товарищества возникает только внутреннее единство, юридическая связь товарищей между собой. Для всех же третьих лиц простое товарищество как известное внешнее единство не существует. Все сделки третьи лица заключают не с товариществом, а с отдельными товарищами, которые и несут ответственность по сделкам перед третьими лицами" <*>. Из этого был сделан вывод: "Юридический строй этого вида товарищества чрезвычайно несложен и прост. Поэтому такое товарищество и носит наименование простого" <**>.
<*> Гражданское право: 1 / Под ред. , . М., 1944. С. 220.
<**> Там же.
На еще одно из последствий отсутствия правосубъектности простого товарищества обратила внимание : "Не признавая простое товарищество юридическим лицом, закон не предоставил ему и права действовать от общего имени (право на фирменное наименование). Поэтому в отношениях с третьими лицами оно рассматривается как группа отдельных лиц, действующих под своими именами или через уполномоченных, представляющих их как индивидуально-определенных лиц. С этой точки зрения присвоение себе простым товариществом символического наименования не имеет юридического значения" <*>.
<*> Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части второй / Под ред. , . М., 2003. С. 853.
Отсутствие прав юридического лица означает невозможность выступления простых товариществ в гражданском обороте от собственного имени. Участниками гражданского оборота являются только сами товарищи - те, кого объединяет простое товарищество.
Отмеченное обстоятельство не всегда достаточно четко учитывается законодателем. Примером может служить ст. 4 Федерального закона от 01.01.01 г. N 39-ФЗ "Об инвестиционной деятельности в Российской Федерации, осуществляемой в форме капитальных вложений" <*>. В ней предусмотрено: "Инвесторами могут быть физические и юридические лица, создаваемые на основе договора о совместной деятельности и не имеющие статуса юридического лица объединения юридических лиц, государственные органы, органы местного самоуправления, а также иностранные субъекты предпринимательской деятельности". Тем самым простое товарищество (имеется в виду, что договор о совместной деятельности в данном случае отождествлялся с простым товариществом) оказалось в ряду тех образований, которые действительно являются субъектами гражданского права и имеют по этой причине возможность действовать от собственного имени.
<*> СЗ РФ. 1999. N 9. Ст. 1096.
Договоры простого товарищества обладают рядом и иных особенностей, которые принимаются во внимание законодателем при установлении их правового режима: судами - при определении правовой природы заключенного сторонами договора, явившегося предметом судебного разбирательства, и сторонами - при выборе соответствующей их интересам договорной модели.
Заслуживает быть выделенной прежде всего специфика формирования имущественного субстрата рассматриваемого коллективного образования на момент его учреждения. Имеется в виду безусловная обязанность товарищей вносить в установленном порядке вклады в общее дело.
С отмеченной особенностью тесно связана и та, которая выражается в специальном режиме, установленном для внесенного участниками имущества, а также для достигнутого совместной деятельностью результата и прежде всего полученных от такой деятельности плодов и доходов. Имеется в виду то, что собственником объединенного таким образом имущества и указанного результата выступает не коллективное образование как таковое (простое товарищество), а сами участники совместной деятельности, связанные соответствующим договором. Это имущество составляет их общую долевую собственность <*>.
<*> В Положении по бухгалтерскому учету "Информация об участии в совместной деятельности" ПБУ 20/03 приведены два примера договоров простого товарищества. В одном случае организации, которым принадлежит здание на праве общей собственности, в соответствии с заключенным между ними договором сдают его в аренду; при этом согласно условиям договора каждый участник несет свою долю расходов (имеются в виду амортизация, оплата коммунальных услуг, текущий ремонт своей части здания и т. п.) и получает свою долю арендной платы. Другим является случай, когда договором простого товарищества предусмотрено, что три организации объединяют ресурсы и усилия для выращивания сельскохозяйственной продукции; притом одна проводит посевную, вторая обеспечивает технологию выращивания сельскохозяйственной продукции, а третья собирает урожай; выращенная таким образом продукция подлежит разделу между участниками согласно условиям договора.
Особенностью договора простого товарищества является и то, что в подобных случаях коллективное образование, учреждение которого составляло цель договора, не будучи юридическим лицом, вместе с тем представляет собой определенную корпоративную структуру. При этом в отличие от договоров, являющихся либо организационными, либо имущественными, рассматриваемый договор построен на сочетании тех и других элементов. Соответственно, существуют определенные основания для вывода о том, что "договор о совместной деятельности не столько регламентирует отношения товарообмена между его сторонами (участниками), сколько определяет их специальную организацию и позволяет им выступать в гражданском обороте совместно" <*>. Все это подтверждает признание определенным элементом договора простого товарищества также и организационных отношений.
<*> Брызгалин о совместной деятельности // Право и экономика. 1994. NС. 5.
Обеспеченная законодателем индивидуализация рассматриваемого договора определяет его место в существующей, носящей юридико-технический характер квалификации гражданско-правовых договоров простого товарищества как одного из видов договоров о совместной деятельности. Следующей за совместной деятельностью особенностью договора простого товарищества можно считать его направленность на создание соответствующего образования, не являющегося юридическим лицом. Внешняя сторона деятельности такого образования выражается в установлении юридических отношений у третьего лица только с определенным товарищем (товарищами), от имени которого (которых) заключается сделка. Того и другого (других) связывают права и обязанности, а также взаимная ответственность.
Еще в период действия первого из Гражданских кодексов РСФСР отмечалась особенность договора простого товарищества, выражающаяся в его цели <*>. Оценить значимость такой особенности позволяют и общие соображения относительно цели в праве, которые высказывал Р. Иеринг. Указав на соотношение, складывающееся применительно к известной триаде (норма - судебное усмотрение - право), с тем, что "закон - устанавливает норму, судья - применяет ее, право - обнимает собой все нормы", автор счел необходимым особо подчеркнуть: "Я разумею при этом, конечно, не простую форму права: норму, а то, что составляет сущность права, именно цели, осуществляемые им" <**>.
<*> "Цель простого товарищества, - отмечал по этому поводу , - должна быть хозяйственной и общей для всех членов товарищества. Хозяйственная цель, т. е. стремление к извлечению прибыли, отличает простое товарищество от других объединений, не направленных на извлечение материальных выгод, как, например, общества, не преследующие целей извлечения прибыли" (Ландкоф и акционерные общества: Теория и практика. Харьков, 1926. С. 22).
<**> Цель в праве. М., 1881. С. 251, 253.
По поводу особенностей цели, которую ставят перед собой стороны рассматриваемого договора, указывал на то, что "в меновом договоре (купля-продажа, наем и пр.) стороны имеют в виду различные цели, коим соответствует и различное с обеих сторон исполнение. Напротив того, в сообществе стороны имеют в виду одинаковую цель, употребляют для достижения ее одинаковые или различные средства" <*>.
<*> Победоносцев гражданского права. Часть третья: Договоры и обязательства. М., 1881. С. О значении цели для квалификации договоров и, в частности, для выделения договоров простого товарищества см.: Романец договоров в гражданском праве. М., 2001. С. , 478 и сл.
Во всех кодифицированных актах, принятых после революции, легальное определение договора простого товарищества неизменно включает указание на цель, преследуемую сторонами. При этом в решении законодателем в разное время вопроса о цели имеются некоторые несовпадения.
Так, ГК 1922 г. в ст. 276, на которую уже была произведена отчасти ссылка выше, предусматривал, что стороны должны соединить свои вклады и совместно действовать "для достижения общей хозяйственной цели". Тем самым речь шла о трояких по смыслу ограничительных пределах соответствующей цели. Цель, во-первых, должна быть общей; во-вторых, носить хозяйственный характер (с этим была связана возможность признавать недопустимым заключение договора простого товарищества, направленного на удовлетворение личных потребностей каждого из товарищей), и, наконец, в-третьих, обеспечивать ее достижение совместными действиями (совместной деятельностью).
В ГК 1964 г. норма, относящаяся к цели, сохранила в своей основной части редакцию легального определения договора, которое содержалось в предшествующем Кодексе. Отличие состояло прежде всего в том, что гражданам была предоставлена возможность заключать договор о совместной деятельности, но только для удовлетворения своих личных бытовых нужд. Второе отличие выражалось во включении в легальное определение договора перечня целей, которым он должен был соответствовать. Сюда вошли строительство и эксплуатация межколхозного либо государственно-колхозного предприятия или учреждения (не передаваемых в оперативное управление организации, являющейся юридическим лицом), возведение водохозяйственных сооружений и устройств, строительство дорог, спортивных сооружений, школ, родильных домов, жилых строений. При том было специально оговорено, что указанный перечень имел значение лишь примерного.
Основы гражданского законодательства 1991 г. предусмотрели обязанность сторон "путем объединения имущества и усилий совместно действовать для достижения общей хозяйственной или другой цели, не противоречащей законодательным актам". Тем самым применительно к цели значение должно было иметь прежде всего указание на общий характер деятельности. Что же касается среди прочего требования о законности действий, то оно носило лишь самый общий характер. Этот общий характер был отражен и в других кодификационных актах. Все они имели в своем составе нормы о запрещении противоречащих закону сделок. Можно указать в этой связи, в частности, еще на ГК 1922 г., в котором ст. 30 предусматривала недействительность сделки, совершенной с целью, противной закону или в обход закону, а равно сделки, направленной к явному ущербу для государства.
Действующий Гражданский кодекс дает весьма распространенное представление о целях договора простого товарищества. Имеется в виду содержащееся в нем указание на то, что соединение вкладов и совместная деятельность направлены на извлечение прибыли или на достижение иной не противоречащей закону цели. Таким образом, цель в этом договоре не должна непременно быть хозяйственной. Следует добавить к этому, что хотя в отличие от Основ гражданского законодательства 1991 г. и ГК 1964 г. действующий Кодекс термина "общая цель" не использует, легальное определение простого товарищества позволяет сделать вывод о единстве целей, на которые направлены совместные действия <*>.
<*> И это при том, что указанный элемент сделки имеет особое значение. Так, в составленном Верховным Судом РФ совместно с верховными судами республик, краевыми, областными и соответствующими судами Обобщении практики рассмотрения судами Российской Федерации дел по спорам между гражданами и организациями, привлекающими денежные средства граждан для строительства многоквартирных жилых домов, было признано ошибочным решение одного из судов по той причине, что оно было вынесено "без учета цели, преследуемой истицей" (Бюллетень ВС РФ. 2003. N 2. С. 20).
Подтверждением признаваемой арбитражными судами значимости указанной особенности договора простого товарищества может служить и такое дело. Индивидуальное частное предприятие предъявило иск о понуждении товарищества с ограниченной ответственностью исполнить в натуре обязательство по передаче пяти квартир в многоквартирном доме. Соответствующее обязательство вытекало из заключенного сторонами договора на долевое участие в строительстве многоквартирного дома. Отменяя решение нижестоящего суда, удовлетворившего иск, Президиум Высшего Арбитражного Суда РФ среди прочего обратил внимание на то, что "судом оставлен без исследования вопрос о правовой природе договора... хотя и названного договором на долевое строительство, но не отвечающего такому названию в полной мере. Исследование этого обстоятельства необходимо для определения в случае необходимости последствий неисполнения договорных обязательств" (Вестник ВАС РФ. 1998. N 6. С.
, имея в виду указанную особенность рассматриваемого договора, обращал внимание на то, что "цель должна быть ясно выражена в договоре: на что конкретно направлена совместная деятельность, какой материальный объект должен явиться ее результатом (ближайшая цель) и для удовлетворения каких потребностей он предназначается" <*>.
<*> Годес регулирование совместной деятельности // Советская юстиция. 1996. N 10. С. 57.
Хотя относящееся к цели замечание имело в виду договор простого товарищества, автор все же не обозначил индивидуальные признаки такого договора, связанные с поставленными перед ним целями. Роль в выделении в таких договорах действительно присущих им признаков выражается в том, что, совершая любые юридические акты, к числу которых относятся и сделки, участники гражданского оборота действуют исключительно для достижения связывающей их общей цели. Соответственно, в одном из комментариев к Гражданскому кодексу РСФСР 1964 г. было подчеркнуто: "Содержание договора о совместной деятельности заключается в том, что его участники обязуются совместно действовать для достижения общей хозяйственной цели. Этой общей целью договор о совместности отличается от других договоров гражданского права, стороны которых хотя и объединены единством интересов, но каждая имеет и свои определенные цели" <*>. Столь же четко выразил еще ранее аналогичную мысль : "Стремление к извлечению прибыли должно объединять всех членов товарищества, т. е. оно должно быть общим, и не может быть простого товарищества там, где хотя бы один из участников товарищества отказывается по договору от участия в получении прибыли или иной материальной выгоды" <**>.
<*> Комментарий к Гражданскому кодексу РСФСР / Под ред. , . С. 508 (автор - ).
<**> Ландкоф . соч. С. 28.
Таким образом, общую в договоре цель составляет то, что можно считать его causa. Этим он отличается от большинства других договоров. Имеется в виду, что если, например, в договорах купли-продажи, подряда или перевозки для покупателя целью служит приобретение имущества, для заказчика - получение результата работ, для отправителя или получателя - перемещение груза, то в договоре простого товарищества целью служит получение прибыли.
Единство цели в рассматриваемом договоре влечет за собой и то, что "ни одна из сторон не вправе требовать исполнения в отношении себя лично и соответственно не должна производить исполнение непосредственно в отношении какой-либо другой стороны" <*>.
<*> Гражданское право: Учебник. Часть вторая / Под ред. , . М., 2003. С. 763 (автор - ).
В отличие от других признаков договора простого товарищества наличие общей цели у участников в равной мере присуще всем видам коллективных образований, в том числе и тем, которые являются юридическими лицами. Это может служить основанием для того, чтобы считать его индивидуализирующим признаком всех договоров о совместной деятельности.
Содержащееся в ст. 1041 ГК требование, не противоречащее цели совместной деятельности, предполагает действие общих норм о недействительности сделок, содержащихся в § 2 гл. 9 ГК, в том числе ст. 168 ("Недействительность сделки, не соответствующей закону или иным правовым актам") и ст. 169 ("Недействительность сделки, совершенной с целью, противной основам правопорядка и нравственности").
Вывод об особом значении общей для сторон договора простого товарищества цели не исключает того, что целей, о которых идет речь, при этом в равной мере общих, в действительности должно быть по меньшей мере две. Первой из них служит собственно создание коллективного образования. Общий характер указанной цели, достигаемой совместным волевым актом всех участников, составляет заключаемый сторонами договор, на основе которого создается простое товарищество, т. е. неправосубъектное коллективное образование, не вызывает сомнений. Однако эта цель не является самостоятельной. Она представляет собой определенное средство, с помощью которого стороны договора простого товарищества получают возможность совместно, хотя и каждый от своего имени, участвовать в гражданском обороте, добиваясь общего результата. А это как раз и составляет вторую, неразрывно связанную с первой цель.
Для установления особенностей договора простого товарищества значение имело положительное решение вопроса не только о "цене", но и об "интересе". , особо выделяя то, что целью этого договора является соединение лиц, подчеркивал: "...каждый из участников товарищества преследует собственные интересы. Но та общая цель, ради которой данные лица объединились в товарищество, придает их интересам известное единство. Поэтому участники товарищества в отношениях друг к другу именуются в законе не сторонами, как в других договорах, а товарищами. В то время, как в других договорах содержание прав и обязанностей каждой стороны различно (например, покупателя и продавца), права и обязанности каждого из товарищей в основном совпадают с правами и обязанностями других товарищей" <*>.
<*> Гражданское право. Т. 2 / Под ред. , . С. 219.
Можно обратиться в этой связи к ст. 885 Общего имущественного законника для княжества Черногорского в издании 1898 г. Имея в виду простое товарищество, эта статья содержала указание: "Товарищество есть договор, посредством которого двое или более лиц обязуются один перед другим соединить свой труд и работу, свои деньги или другое имущество для достижения какой-нибудь общей цели. Члены товарищества называются удруженицы, удругари, другови, а их совокупность есть дружина".
Это послужило основанием для сделанного вывода: "В совпадении интересов сторон естественным образом проявляется координационный характер данного договора, требующий от товарищей постоянно согласовывать свои действия в процессе его исполнения. Таким образом, договор простого товарищества является основой не только для заключения сделок с третьими лицами, но и для последующих соглашений между самими сторонами" <*>.
<*> Авилов товарищество // Гражданский кодекс Российской Федерации. Часть вторая: Текст. Комментарии. Алфавитно-предметный указатель. М., 1996. С. 569.
Единство интересов позволяет противопоставить договор простого товарищества другим договорам, для которых достижение результата - получение имущества, выполнение работ или предоставление услуг - составляет в указанных случаях цель только для одного из контрагентов. Соответственно, в договоре о простом товариществе для всех участников общей является не только сама цель, но и интерес к ее достижению.
Отправляясь от того, что "далеко не всякий контракт о совместной деятельности, о научно-техническом, творческом или ином содружестве, о долевом участии или кооперации, даже предусматривающий объединение вкладов партнеров, действительно является простым товариществом", В. С. Ем и сформулировали обобщающий вывод о самой сущности соответствующей правовой конструкции. Имеется в виду, что "договором простого товарищества является... соглашение, участники которого: 1) преследуют единую (общую) цель; 2) совершают действия, необходимые для достижения поставленной цели; 3) формируют за счет вкладов имущество, составляющее их общую долевую собственность; 4) несут бремя расходов и убытков от общего дела; 5) распределяют между собой полученные результаты. Договоры, в которых эти условия отсутствуют, квалифицируются иначе" <*>. В то же время , подчеркивая наличие ряда обязательных признаков рассматриваемого договора, особо выделяет то, что: "а) это соглашение, по которому объединяются два и более лица... б) соглашение между товарищами не приводит к образованию юридического лица... в) соглашение предполагает личное участие (личные действия) каждого из товарищей по достижению общей цели... г) для совместной деятельности товарищи вносят и соединяют свои вклады... д) соглашение заключается для достижения общей цели - извлечения прибыли или достижения иной не противоречащей закону цели (совместное строительство дома, дороги и т. п.)".
КонсультантПлюс: примечание.
Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации (части первой) (под ред. ) включен в информационный банк согласно публикации - КОНТРАКТ, ИНФРА-М, 2004.
<*> Гражданское право. Т. 2. Полутом II / Под ред. . М., 2000. С. 307. См. также: Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части второй (постатейный) / Под ред. . М., 2003. С. автор - ).
Применительно к ГК 1922 г. признавал достаточным существование четырех особенностей простого товарищества. В это число автор включил то, что, "во-первых, в основании простого товарищества лежит договор; во-вторых, простое товарищество может ставить перед собой любую хозяйственную цель; в-третьих, вклад может носить как денежный, так и неденежный характер, и, наконец, в-четвертых, хозяйственная деятельность, ради которой товарищи объединяются в товарищество, осуществляется ими совместно, так что все юридические действия совершаются товарищами от имени коллектива товарищей" <*>. При этом особое внимание обращалось на то обстоятельство, что, выступая в гражданском обороте, указанный коллектив не пользуется правами юридического лица, а действует как совокупность объединенных физических или юридических лиц <**>.
|
Из за большого объема эта статья размещена на нескольких страницах:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 |
Основные порталы (построено редакторами)