<*> Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации (1годы) М., 2005. С. 47.
К числу существенных и тем самым нуждающихся в согласовании относятся прежде всего условия договора, позволяющие установить, по поводу чего заключен договор (условие о предмете). Без такого условия он становится "договором ни о чем". Не случайно поэтому источником для установления указанного условия является, как правило, легальное определение договора, т. е. то, которым закон устанавливает его сущность. Для договора простого товарищества как заключенного по поводу совершения определенных совместных действий предметом служит индивидуализация подобным образом прежде всего самих действий, а если это вытекает из их характера - то и результата.
Уже из приведенного следует необходимость признания существенным условием договора простого товарищества наряду с иными его цель. Имеется в виду, что цель служит одним из основных средств индивидуализации договора простого товарищества.
Для данного договора такой целью являются обычно не просто действия, а деятельность, вследствие чего, в частности, определенный срок не является непременным условием договора. Более того, соответствующий договор нередко рассчитан именно на неопределенное время, в течение которого совместная деятельность будет осуществляться.
Легальное определение договора простого товарищества в ст. 1041 (п. 1) ГК позволяет признать существенным и условие о вкладе в общее имущество <*>.
<*> Президиум Высшего Арбитражного Суда РФ в постановлении по рассмотренному им делу указал на то, что соглашение участников о размерах вкладов в общее имущество является существенным условием договора простого товарищества. Из этого был сделан вывод, что у суда не было оснований для изменения указанного условия по требованию одной из сторон (см.: Вестник ВАС РФ. 1999. N 2. С. 39). Соответственно, "имущественные вклады, вносимые участниками договора простого товарищества, не являются вспомогательными или какими-либо еще предметами данного договора, а относятся к условиям, названным в законе существенными и одновременно необходимыми для данного вида договоров. Доказательством может служить то, что обязанность соединить вклады предусматривается в определении самого договора простого товарищества (ст. 1041 ГК)" (см.: Правовое регулирование совместной хозяйственной деятельности // Хозяйство и право. 1999. N 10. С. 89).
В случаях, когда речь идет о договоре простого товарищества с числом сторон более двух, существенным и тем самым необходимым следует считать и условие, в котором определяется полный состав участников договора. Имеется в виду, что при заключении рассматриваемого договора в самой оферте должны быть непременно указаны среди прочего все предполагаемые стороны (участники) договора. Поскольку каждая из сторон, формируя свою волю, направленную на возникновение договорных отношений, учитывает, на что уже обращалось внимание, кто именно станет его контрагентом, отсутствие соответствующих на этот счет данных в оферте должно влечь за собой признание договора незаключенным.
Под существенными условиями, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение, подразумеваются главным образом те, которые включены в направленную оферту, а также в ответе на оферту, превратившемся в таком случае в отказ от акцепта и в то же время в новую оферту (ст. 443 ГК).
Требования к содержанию договора простого товарищества отражают особенности его отдельных видов. По этой причине в законах, посвященных соответствующему виду договора простого товарищества, в ряде случаев предусмотрено, какие именно условия он должен включать. Так, например, Законом "О финансово-промышленных группах" установлена необходимость включения в договор наименования финансово-промышленной группы, порядка и условий учреждения центральной компании финансово-промышленной группы как юридического лица в определенной организационно-правовой форме, уполномоченного на ведение дел финансово-промышленной группы, порядка его образования, объема полномочий и других условий деятельности совета управляющих финансово-промышленной группы, порядка внесения изменений в состав участников финансово-промышленной группы, объема, порядка и условий объединения активов, цели объединения участников, срока действия договора. В Законе предусмотрено и то, что другие условия такого договора устанавливаются участниками с учетом целей и задач финансово-промышленной группы и соответствия законодательству Российской Федерации.
Во всех случаях, когда предстоит оценить какое-либо условие с точки зрения возможности признания его существенным, исходное значение может иметь среди прочего характер действующих на этот счет норм.
Подобно другим договорам, не являются существенными и для рассматриваемого договора условия, которые включены в императивную норму, уже по той причине, что правила, указанные в ней, автоматически, ipso facto, входят в содержание договора <*>. По-иному должны расцениваться те правила, которые закреплены диспозитивной нормой. Имеется в виду, что такого рода нормы вступают в действие для сторон автоматически, подобно императивным нормам, лишь при условии, если иное не будет указано в договоре. Примером, подтверждающим значимость предусмотренных в ГК и основанных на нем диспозитивных норм для оценки содержащихся в договоре простого товарищества условий, может служить рассмотренный Высшим Арбитражным Судом РФ спор, который возник по поводу исполнения ответчиком обязанностей, вытекающих из подобного договора. Ответчик в своих возражениях ссылался на то, что связывающий стороны договор не может считаться заключенным в связи с отсутствием в нем ряда существенных условий (речь шла, в частности, о распределении между сторонами прибыли и убытков). Однако Президиум Высшего Арбитражного Суда РФ отверг приведенный аргумент, сославшись на то, что согласно ст. 1046 ГК РФ при отсутствии такового соглашения каждый товарищ несет расходы и убытки пропорционально стоимости вклада. Одновременно было указано на необходимость при пересмотре дела проверить возможность применения других норм гл. 55 ГК в случаях отсутствия в тексте договора условий, регулирование которых осуществляется указанными нормами <**>.
<*> См.: , Витрянский право. Книга первая: Общие положения. С. 290. Применительно к договорам простого товарищества примером могут служить нормы, включенные в: ст. 1045 ГК - о праве товарищей на знакомство со всей документацией по ведению дел товарищества, ст. 1047 ГК - о невозможности полного освобождения кого-либо из товарищей от участия в покрытии общих расходов или убытков, ст. 1048 ГК - о недопустимости отстранения кого-либо из товарищей от участия в распределении прибыли. В подобных случаях условия договора, устанавливающие иное по отношению к предусмотренному в ГК, признаются ничтожными.
<**> Вестник ВАС РФ. 2001. N 7. С.
К числу помещенных в гл. 55 ГК диспозитивных норм относятся правила об общей долевой собственности на имущество, внесенное для осуществления совместной деятельности товарищей или полученное от такой деятельности (п. 1 ст. 1043 ГК), о праве товарищей на ведение общих дел товарищей (п. п. 1, 2 ст. 1044 ГК), о порядке принятия товарищами решений, касающихся общих дел товарищества (п. 5 ст. 1044 ГК), о размере покрытия общих расходов и убытков, связанных с совместной деятельностью (ст. 1046 ГК), о порядке распределения прибыли, полученной товарищами (ст. 1048 ГК), об основаниях и последствиях прекращения договора (ст. 1050 ГК).
Наряду с нормами императивными и диспозитивными включено в гл. 55 ГК и определенное число факультативных норм - таких, для вступления в силу которых сторонам необходимо положительно выразить на то свою волю. Примером последних могут служить нормы, составляющие п. 1 ст. 1054 ГК, которыми предусмотрено право сторон устанавливать в договоре, что его наличие (имеется в виду заключение договора о негласном товариществе) будет скрыто от третьих лиц, или п. 2 ст. 1043 ГК, допускающий включение в договор, совершенный в письменной форме, условия, в силу которого одному из товарищей поручается ведение бухгалтерского учета общего имущества товарищей.
Статья 434 (п. 1) ГК предоставляет сторонам возможность заключать договор в любой форме, предусмотренной для совершения сделок, если законом для договоров данного вида не установлена определенная форма. Именно такое положение складывается применительно к гл. 55 ГК. В ней отсутствуют специальные нормы, содержащие требования не только государственной регистрации, но и соблюдения определенной формы соответствующих договоров.
Единственное специальное упоминание о форме договора простого товарищества есть в п. 2 ст. 1044 ГК, в силу которого при отсутствии доверенности полномочия товарища на совершение сделок от имени всех товарищей могут быть закреплены и в самом договоре, но только в случаях, когда он заключен письменно.
Значение приведенной нормы состоит в том, что участники, от имени которых была совершена сделка с третьим лицом, могут ее оспорить, ссылаясь при отсутствии письменной доверенности на то, что договор, предусматривавший наличие у сторон необходимых полномочий, был совершен устно.
Если специальное указание относительно формы договора простого товарищества в законе отсутствует, стороны должны руководствоваться п. 1 ст. 434 ГК ("Форма договора"). Из него, в частности, вытекает необходимость при отсутствии таких же указаний на этот счет в специальных законах для договоров данного вида руководствоваться нормами о сделках, т. е. теми, которые содержатся в гл. 9 ГК. Это означает, что простая письменная форма договора признается не только обязательной (если установлена обязательная нотариальная форма), но и достаточной для случаев, когда договор совершен между юридическими лицами либо юридическими лицами и гражданами, а при заключении договора гражданами между собой - при условии, что сумма договора превышает не менее чем в 10 раз минимальный размер оплаты труда (МРОТ), а при соответствующем указании в законе - независимо от суммы сделки <*>.
<*> См. об особенностях решения вопросов о форме договора простого товарищества: О форме договора простого товарищества между гражданами-предпринимателями // Комментарий судебно-арбитражной практики. Вып. 7 / Под ред. . М., 2000. С. 72.
До сих пор в литературе существуют определенные расхождения в вопросе о том, как следует определять в подобных случаях сумму сделки применительно к договору простого товарищества, имея в виду обязательное требование к его доле. Так, предлагал в свое время считать суммой договора простого товарищества совместную стоимость вкладов <*>.
<*> См.: Шретер . соч. С. 103.
В отличие от этого , ссылаясь на то, что "в данном договоре обращаются суммы двойного рода (размер взноса и цена сообща возведенного объекта), считал необходимым ориентироваться на большую сумму, и если цена взноса не достигает 100 рублей (предельная сумма - та, которая была установлена в ст. 44 ГК 1964 г. для устных сделок. - М. Б.), договор все же должен быть оформлен письменно, учитывая общую сумму возводимого объекта, превышающую указанную сумму" <*>.
<*> Иоффе право. С.
Сопоставив эти две точки зрения, предложил третью: "Договор простого товарищества заключается в письменной форме в том случае, когда вклад хотя бы одного участника превышает установленную законом предельную сумму" <*>.
<*> Савельев . соч. С. 293. Близкую к этому позицию занимает , полагающий, что "договор простого товарищества между гражданами должен заключаться в письменной форме, если цена наибольшего по стоимости вклада в общее имущество товарищей не менее чем в десять раз превышает установленный законом минимальный размер оплаты труда. Во всех остальных случаях этот договор может быть заключен и в устной форме" (Гражданское право: Учебник. Часть вторая / Под ред. , . С. 658).
Представляется, что сумма, максимальная для возможности использования устной формы как более простой, должна в действительности выражать величину, отвечающую совокупности интересов участников. Этому требованию соответствует в наибольшей степени стоимость результата, которого стороны своими совместными действиями стремятся достичь. При этом размер вклада каждого из товарищей и вкладов всех участников значения иметь не будет. Если воспользоваться аналогией с договором подряда на строительство здания, это будет означать, что сумму договора выражает стоимость не отдельно материалов, затраченного труда и т. п., а самого здания.
И только тогда, когда имеется в виду договор простого товарищества, который не предполагает достижения результата, способного быть выраженным в деньгах, сумму договора должна выражать полная стоимость подлежащих внесению всеми участниками вкладов.
Арбитражная практика выработала общее правило, относящееся к регистрации передачи в виде вклада недвижимости. Речь идет о том, что договор простого товарищества, в силу которого сторона обязуется в качестве вклада передать недвижимое имущество, не требует государственной регистрации. Однако, если одна из них по такому договору уклоняется от государственной регистрации возникновения общей долевой собственности сторон на это имущество, суд вправе по требованию другой стороны принять решение об обязательности государственной регистрации перехода недвижимого имущества в общую долевую собственность <*>.
<*> См.: Обзор практики разрешения споров, связанных с применением Федерального закона "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним" // Вестник ВАС РФ. 2001. N 4. С.
Особый порядок установлен применительно к заключению договора о создании финансово-промышленных групп. В посвященном ему Законе ст. 5 ("Порядок государственной регистрации финансово-промышленных групп") предусмотрела, что совокупность юридических лиц, которая образует финансово-промышленную группу, приобретает такой статус по решению полномочного государственного органа о ее государственной регистрации. Содержащаяся в этом же Законе ст. 6 предусматривает обязательность государственной регистрации изменения состава участников финансово-промышленной группы, которая должна производиться полномочным государственным органом на основании заключения федерального антимонопольного органа.
7. Права и обязанности сторон в договоре
простого товарищества
Подобно всем другим договорам, направленным на учреждение коллективных образований, договор простого товарищества охватывает весьма широкий набор прав и обязанностей сторон, часть из которых носит имущественный, а другие - личный (неимущественный) характер. Можно указать и на то, что договор простого товарищества, призванный опосредствовать внутренние отношения сторон, затрагивает в определенной мере внешние отношения - отношения с третьими лицами.
Отличающее договор простого товарищества единство целей всех его сторон, которое находит выражение в числе прочего в том, что набор прав и обязанностей у сторон один и тот же, освобождает от необходимости анализировать в отдельности права и обязанности сторон для каждого из видов этого договора.
Среди конституирующих договор простого товарищества обязанностей особое место занимают те, которые выражаются во внесении вкладов. Указанная обязанность не только составляет часть легального определения договора, но и выражена в этом определении особым образом. Речь идет об обязанности товарищей "соединить свои вклады". Тем самым закрепляется безусловная необходимость включения условия о вкладе в договор и вместе с тем возложение этой обязанности на всех участников товарищества. Это означает, что, во-первых, договор, который не содержит такого условия, не может считаться договором простого товарищества, а во-вторых, участником такого договора не может быть тот, кто не принял на себя подобной обязанности. Из последней особенности договора следует, что при освобождении участника от обязанности внести вклад договор простого товарищества как таковой не признается заключенным. Недопустимость освобождения кого-либо из товарищей от внесения вклада не исключает возможности установления для отдельных из них особого порядка исполнения соответствующей обязанности, в частности отсрочки или рассрочки внесения вклада.
Присущая договору простого товарищества множественность применительно к вкладам означает, что и обязательность их внесения связывает участников со всеми остальными товарищами, но все же не с каждым из них. На это указал Президиум Высшего Арбитражного Суда РФ в Постановлении по делу, в котором истец требовал взыскать в его пользу соответствующую сумму: "Особенностью договора простого товарищества является то, что у сторон по нему имеется обязанность соединить вклады и совместно действовать, но отсутствуют обязательства по передаче чего-либо одним товарищем другому в собственность... Поскольку подлежащий внесению денежный вклад по договору простого товарищества становится общей долевой собственностью товарищей, сторона не вправе требовать взыскания в принудительном порядке с другой стороны в свою пользу суммы вклада, так как это противоречит природе договоров данного вида. Нельзя признать это требование и способом возмещения убытков". Соответственно, имея в виду включенную в договор простого товарищества, по поводу которого возник спор, обязанность платить неустойку за пропуск срока выполнения финансовых обязательств. Президиум Высшего Арбитражного Суда РФ одновременно признал, что неустойка не подлежит взысканию, поскольку "вклад не является обязательством перед другим товарищем" <*>.
<*> Вестник ВАС РФ. 2001. N 11. С. 43.
Для договора простого товарищества был и остается действующим принцип, в соответствии с которым "участники товарищества объединяются в целях достижения определенных хозяйственных выгод (прибыль), но вместе с тем совместно несут риск возможных убытков. Там, где условие это не соблюдено, нет товарищества" <*>.
<*> Вольф . соч. С. 115.
Именно из него исходил арбитражный суд в одном из рассмотренных дел. В нем шла речь о том, что при разделе выстроенного дома истец не получил всей причитающейся ему доли, чему ответчик противопоставил ссылку на то, что недоданную часть составляли вспомогательные помещения. Рассматривавший этот спор арбитражный суд, однако, отклонил приведенное возражение ответчика. Соответственно, в решении появилось указание: "Поскольку без вспомогательных помещений (коридоров, лестничных площадок, лоджий, балконов, фойе и т. п.) не может быть построено и использовано административное здание, расходы по их строительству должны возмещать все товарищи по договору, что соответствует требованиям статьи 1046 ГК РФ" <*>.
<*> Обзор практики разрешения споров, связанных с договорами на участие в строительстве // Вестник ВАС РФ. 2000. N 9. С. 85.
В другом деле, которое возникло по поводу требования истца об изменении заключенного сторонами договора, Президиум Высшего Арбитражного Суда РФ указал на связанную с соответствующим обязательством стороны особенность: "Соглашение участников о размерах вкладов в общее имущество является существенным условием договора простого товарищества. У суда (имелся в виду нижестоящий арбитражный суд, вынесший соответствующее решение. - М. Б.) отсутствовали основания для изменения этого условия по требованию одной из сторон". Соответственно, было признано неправомерным внесение изменений в условие договора о распределении долей в общем имуществе участников <*>.
<*> Вестник ВАС РФ. 1999. N 2. С. 39.
Созданная для договора простого товарищества модель предопределяет особенности вкладов и прежде всего их цели, размер, состав и назначение.
В отличие от хозяйственных товариществ и обществ в простом товариществе вклады, сделанные товарищами, - это все, что внесено ими в общее имущество <*>. При этом в отличие от вклада в уставный капитал, включающего передачу лишь имущества (денег, ценных бумаг, иных вещей или имущественных прав либо других прав, имеющих денежную оценку, - п. 6 ст. 66 ГК), вклады, внесенные в общее дело по договору простого товарищества, могут представлять собой помимо денег и другое имущество, профессиональные и иные знания, навыки и умения, а также деловую репутацию и деловые связи (п. 1 ст. 1042 ГК). При этом все входящее во вклад, вносимый в общее имущество, должно иметь денежную оценку, которая производится по соглашению между сторонами. При этом, если иное не вытекает из самого договора простого товарищества либо из фактических обстоятельств <**>, денежная оценка вклада предполагается равной.
<*> Положением по бухгалтерскому учету "Информация об участии в совместной деятельности" ПБУ 20/03 предусмотрено, что все внесенное в счет вклада каждым из товарищей должно включаться им в состав финансовых вложений по той же стоимости, по которой они отражались в бухгалтерском балансе на дату заключения договора. Положением также устанавливается, что вклады обособленно (на отдельном балансе) не учитываются. Они отражаются в бухгалтерском балансе каждого из участников (равно как хозяйственные операции, которые связаны с выполнением совместно осуществляемых операций). Сделанный вклад учитывается на соответствующем счете и в состав финансовых вложений не переводится.
<**> Как отмечает , "фактическими обстоятельствами, влияющими на размер вклада, следует считать такой реальный вклад товарища, который оказался несоизмеримо выше отраженного в договоре или вытекающего из равенства долей" (Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части второй (постатейный) / Под ред. . С. 756).
Вклад, сделанный товарищем в общее имущество, служит критерием, позволяющим оценить размер некоторых конкретных прав и обязанностей простого товарищества. Так, ст. 1046 ГК ("Общие расходы и убытки товарищей") связывает при определенных условиях с размером вклада в общее дело величину расходов и доходов товарищей, а ст. 1044 ГК ("Ведение общих дел товарищей") - размер ответственности одного из товарищей по общим обязательствам.
Внесение вкладов по договору простого товарищества в общее имущество подчинено особому фискальному режиму. Имеется в виду, что не признается реализацией товаров, работ, услуг с вытекающими отсюда последствиями налогового порядка передача имущества, которая носит инвестиционный характер в виде вкладов по договору простого товарищества, а равно передача имущества в пределах первоначального взноса участником договора простого товарищества или правопреемниками - в случае выдела его доли из имущества, которое находилось в общей собственности участников договора. И только сумма, равная превышению доли, является объектом налогообложения как безвозмездная реализация <*>.
<*> См.: Налоговый кодекс Российской Федерации. Часть первая / Под ред. . М., 1998. С. 94.
Основное значение для правового регулирования вкладов имеют прежде всего их возможный состав, а также размер.
Статья 1042 (п. 1) ГК содержит перечень того, что может быть включено во вклад. Это деньги, иное имущество: профессиональные и иные знания, навыки и умение, а также репутация и деловые связи. Таким образом, наряду с материальными в перечне фигурируют и нематериальные блага. Неотчуждаемость и непередаваемость нематериальных благ применительно к возможности их включения в состав вкладов товарищей позволили сделать вывод: "Вкладом в товарищество являются не отделимые свойства личности товарища, а его деятельность на общее благо, в которой эти свойства используются" <*>. К приведенному можно добавить то, что из числа перечисленных нематериальных благ только деловая репутация и деловые связи рассчитаны на участие в товариществе как граждан, так и юридических лиц; все остальное имеет в виду исключительно товарищей - граждан.
<*> Иоффе право. С. 762.
В составе передаваемого во вклад имущества в случае, когда оно носит комплексный характер, могут оказаться и долги. Тогда с момента внесения вклада наряду с передачей прав происходит и перевод долга. Это означает вступление в действие соответствующего ограничения. Оно состоит в том, что переданные активы должны во всех случаях превышать пассив. Как отмечал еще , "пассивные части имущества сами по себе не могут быть предметом вклада (ибо они, сами по себе, не способны содействовать достижению общей цели)" <*>.
<*> Вольф . соч. С. 31.
Приведенный в ст. 1042 ГК перечень того, что передается в виде вклада, может показаться более узким по сравнению с тем, что было предусмотрено в ранее действовавших кодексах. Так, ГК 1922 г. содержал указание на то, что вкладом признается помимо прочего складочное имущество товарищества, а также "все, что каждый товарищ вносит в общее дело, будут ли это деньги, другое имущество или услуги" <*>. ГК 1964 г. устанавливал, что взносы производятся "деньгами или другим имуществом либо путем трудового участия". Сравнивая редакцию всех трех Кодексов, следует учесть, что речь не идет об определенных пробелах действующего ГК, поскольку перечень составляющего вклад имущества, содержащийся в действующем Кодексе, носит все же примерный характер и тем самым оставляет место, в частности, для "участия трудом".
<*> "Услуги" применительно к ГК 1922 г. включали и "труд". Так, обращал внимание на то, что "вклад, вносимый каждым отдельным товарищем, может состоять не только в деньгах или другом имуществе, но также и в услугах. Отдельные товарищи могут, например, обязаться по товарищескому договору обслуживать предприятие в качестве бухгалтеров, товароведов, инженеров, юрисконсультов и т. п. с тем, чтобы эти их услуги рассматривались как взнос в общее дело" (Вольф . соч. С. 37).
Более четкие указания на этот счет, относящиеся к тому же времени, были даны : "Для того чтобы личный труд представлял собою вклад, допускаемый настоящей статьей, не требуется, чтобы этот труд являлся квалифицированным, чтобы личная деятельность выходила за пределы понятия ведения дел вообще (имелось в виду положение, которое содержалось на с. 10 работы и "Товарищество простое, полное и на вере". - М. Б.). Так как закон вовсе не требует обязательного личного участия всех членов товарищества (ибо отождествлять "совместное действование" с "личным участием" нельзя), то следует признать, что договорная обязанность члена товарищества к личному участию или личному ведению дел товарищества, в отличие от обязанностей других членов товарищества, представляет собою "услуги" в смысле настоящей статьи и может поэтому служить предметом вклада" (Ландкоф . соч. С. 30).
Весьма обоснованным является и утверждение о том, что "под вкладом... следует понимать такую деятельность, которая выходит за пределы понятия "совместное ведение дела", например деятельность генерального директора, бухгалтера и т. д. Таким образом, речь идет о предоставлении лицом своих специальных познаний в той или иной области, соответствующей целям общества" <*>.
<*> Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части второй (постатейный) / Под ред. , . М.: Юрайт, 2003. С. 854 (автор - ).
В состав передаваемого в общую собственность имущества могут входить среди прочего и незавершенные объекты строительства, в том числе доли в таком объекте. В подтверждение можно сослаться прежде всего на п. 16 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 01.01.01 г. N 8 "О некоторых вопросах практики разрешения споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" <*>. В нем предусмотрено, что по смыслу соответствующих статей законодательства не завершенные строительством объекты, не являющиеся предметом действующего договора строительного подряда, относятся к недвижимому имуществу. Поэтому при разрешении споров о праве собственности на не завершенные строительством объекты судам необходимо руководствоваться нормами, регулирующими правоотношения собственности на недвижимое имущество и порядок совершения сделок с ним, с учетом особенностей, установленных для возникновения права собственности на незавершенные строительством объекты и распоряжения ими.
<*> Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации (1годы). С. 76. См. об этом: Хаскельберг в долевом участии в строительстве: Вопросы судебно-арбитражной практики // Гражданское законодательство Республики Казахстан. Вып. 14. Астана, 2000. С. 166.
Можно указать и на то, что Закон "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним" (ст. 25) особо выделил обязательность государственной регистрации наряду с правами на вновь создаваемые объекты также права на объекты незавершенного строительства.
Еще одним подтверждением оборотоспособности объектов незавершенности строительства может служить Закон "Об ипотеке (залоге недвижимости)". Имеется в виду включенное в него указание на то, что "в случае залога не завершенного строительством недвижимого имущества, находящегося в государственной и муниципальной собственности, определяется рыночная стоимость этого имущества". Приведенное правило может быть по аналогии распространено и на случаи включения в состав передаваемого в общую собственность в качестве вклада не завершенного строительством объекта независимо от того, какой из сторон он принадлежит.
В результате вызывает определенные сомнения позиция , когда, ссылаясь на ст. 1043 ГК, "согласно которой товарищи приобретают право общей долевой собственности на то, что ими вложено в совместную деятельность", автор сделал из этого вывод: "Участник действующего договора простого товарищества не вправе требовать признания за ним права на долю в праве собственности на не завершенную созданием новую вещь, так называемый "договорный полуфабрикат" (будь то здание, не завершенное строительством, или любое другое имущество)" <*>.
<*> Романец простого товарищества и подобные ему договоры (вопросы теории и судебной практики) // Вестник ВАС РФ. 1999. N 12. С. 106.
Оспариваемая точка зрения, как представляется, дает повод отождествить различные по существу ситуации без учета того, что незавершенное строительство здания или сооружения - это все же "реально существующий объект". Последнее признано теперь новой редакцией ст. 130 ГК, выделившей в числе "недвижимых вещей" то, что представляет собой "объекты незавершенного строительства".
Отмеченное отнюдь не исключает справедливости другого вывода автора: "Товарищ... не вправе ставить вопрос о признании права на долю в общей собственности на имущество, которое должно быть создано согласно договору, до его создания, поскольку право собственности (в том числе и общей) возникает только на реально существующее индивидуально-определенное имущество" <*>.
<*> Там же.
Следует согласиться и с возможностью "предположить, что если стороны договором не установили иного, то потребляемые и определенные родовыми признаками вещи, вносимые в товарищество в качестве вклада, становятся общей собственностью товарищей" <*>. Тем самым имеется в виду презумпция в пользу передачи участником части имущества, принадлежащей ему на праве собственности, в состав общего имущества товарищей. В подтверждение значения подобной презумпции может быть приведено дело, в котором предметом спора оказался характер прав на переданное товарищам имущество. Речь шла о различных видах оборудования, составляющего вклад в простое товарищество. При этом имелось в виду, что использование оборудования должно обеспечить осуществление соответствующей совместной деятельности по помолу зерна. Сославшись на указанное обстоятельство, арбитражный суд, рассматривавший дело по первой инстанции, посчитал, что в данном случае мукомольный комплекс был передан не в общую собственность, а для совместной эксплуатации. Однако Президиум Высшего Арбитражного Суда РФ с этим не согласился, сочтя для признания оборудования переданным в общую собственность достаточным того, что "какие-либо оговорки об условиях внесения указанного имущества в качестве вклада в договоре отсутствуют" <**>.
<*> Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части второй (постатейный) / Под ред. , . М., 2003. С. 866.
<**> Вестник ВАС РФ. 2000. N 5. С.
Наряду с составом вкладов и их размер, подобно другим существенным условиям договора простого товарищества, подлежит согласованию между сторонами с тем, что достигнутое по указанному поводу соглашение может быть оспорено только в силу его противоречия закону. Соответственно, при рассмотрении дела по иску АОЗТ к Архитектурно-строительной академии Президиум Высшего Арбитражного Суда РФ в своем постановлении указал: "Соглашение участников о размерах вкладов в общее имущество является существенным условием договора простого товарищества. У суда не было оснований для применения этого условия по требованию одной из сторон" <*>.
<*> Вестник ВАС РФ. 1999. N 2. С. 39.
Для защиты интересов товарищей по общему правилу оказывается достаточным установление порядка, при котором денежная оценка вклада, сделанная любым из них, приобретает юридическое значение лишь с согласия остальных товарищей. По этой причине, в частности, такого рода соглашение - об оценке вклада может быть оспорено только товарищами и только при их ссылке на наличие порока, достаточного для признания соглашения недействительным (речь идет главным образом о пороках воли или волеизъявления).
Кодекс (п. 2 ст. 1042) содержит, на что уже обращалось внимание, требование о равенстве вкладов товарищей по их стоимости, если только иное не следует из самого договора либо из фактических обстоятельств.
В рассматриваемых случаях речь идет тем самым об условии договора, определенном диспозитивной нормой. Последняя как таковая по самой своей природе предполагает возможность отсутствия соответствующего положения в самом тексте договора. И именно в расчете на данный случай закрепленное в указанной норме правило, носящее диспозитивный характер, становится договорным условием. Таким образом, при отсутствии специального на этот счет указания в достигнутом сторонами соглашении (договоре) размер вклада товарища, для которого он не был установлен в договоре, должен считаться равным размеру вкладов остальных товарищей. Правда, это относится только к случаям, когда хотя бы у одного из товарищей размер вклада был закреплен в договоре (есть тем самым, с чем сравнивать) либо в договоре содержится указание общей суммы подлежащих внесению вкладов.
Диспозитивный характер соответствующей нормы - о равенстве вкладов участников договора простого товарищества позволяет восполнить отсутствующее в договоре условие, устанавливающее строго определенный размер вклада каждого из участников <*>.
<*> В подтверждение можно сослаться на одно из дел, помещенных в составленном Высшим Арбитражным Судом РФ обзоре судебной практики. Речь в нем, в частности, шла о споре, в котором предметом иска служило определение доли в праве собственности на объект, построенный для общего использования сторонами, заключившими договор. Нижестоящий арбитражный суд в своем решении, подтвержденном Высшим Арбитражным Судом РФ, указал на то, что "в случае, если стороны... не придут к соглашению, следует исходить из того, что в соответствии со ст. ст. 1042 и 245 ГК вклады товарищей, а также доли в общей собственности считаются равными" (Обзор практики разрешения споров, связанных с договорами на участие в строительстве (информационное письмо от 01.01.01 г.) // Вестник ВАС РФ. 2000. N 9. С. 86).
Определенный комплекс прав и обязанностей товарищей связан и с действием ст. 1044 ГК. Эта статья хотя и носит название "Ведение общих дел товарищей", в действительности проводит разграничение между обязанностями по управлению общими делами и собственно ведению общих дел.
Как и для любого другого коллективного образования, и для простого товарищества важное значение имеет порядок управления им. Отсутствие в простом товариществе общих органов управления означает, что вопросы, связанные с внутренними и внешними для товарищества отношениями, регулируются сообща всеми товарищами. Соответственно, п. 5 ст. 1044 ГК закрепляет правило, в силу которого решение, касающееся общих дел товарищей, должно приниматься по общему согласию. При этом указанная норма предоставляет сторонам возможность предусмотреть в договоре иное - то, что может затрагивать самые различные вопросы, связанные со способами формирования общей воли товарищей и ее выражения вовне. Прежде всего, имеется в виду решение вопроса о том, необходимо ли в подобных случаях согласие товарищей либо достаточно большинства их голосов. На практике не исключено использование обоих способов. Единогласие является обязательным для решения всех вопросов, кроме точно обозначенных в договоре. В последнем случае определяется порядок подсчета голосов, в том числе по принципу "один товарищ - один голос" либо пропорционально размеру вклада каждого из товарищей (последний вариант применим для случая, когда вклады товарищей являются неравными) <*>.
<*> Гражданский кодекс 1922 г. включал по этому поводу норму, в силу которой при отсутствии иного в договоре большинство голосов должно определяться не по размеру вкладов, а по числу голосов (ст. 281).
При любом способе голосования неизменным остается основной для простого товарищества принцип: каждый из товарищей имеет право на принятие решения по управлению. Различие, таким образом, может затрагивать только порядок реализации товарищами соответствующего права.
Остальные нормы ст. 1044 ГК посвящены совершению товарищами комплекса действий, в которых выражается ведение общих дел. Так, за каждым из них признается равное право на выступление от имени всех товарищей. Соответствующее право закреплено и на этот случай диспозитивной нормой, что дает участникам возможность предусмотреть в договоре порядок ведения дел отдельными участниками либо всеми совместно. В последнем случае на совершение конкретной сделки всякий раз необходимо получение согласия всех остальных товарищей (п. 1 ст. 1044 ГК).
Предоставляемые участнику полномочия, о которых идет речь, предполагаются имеющими одинаковый объем. Это отнюдь не исключает возможности установления в договоре ограничений полученных отдельными товарищами полномочий.
Статья 1044 (п. 2) ГК допускает, как уже отмечалось, удостоверение полномочий товарища на выступление от имени остальных участников либо путем выдачи доверенности, либо включением соответствующего указания в самом договоре простого товарищества при том, что он совершен письменно. Это, в частности, означает, что при совершении сделки от имени остальных товарищей третье лицо, не ознакомившись при отсутствии доверенности с договором, принимает на себя определенный риск последующего оспаривания совершенной сделки кем-либо из товарищей.
Положение участника, который действовал на основе договора простого товарищества, существенно отличается от положения того, чьи полномочия определяются доверенностью. При этом сохраняет свое значение относящееся еще к ГК 1922 г. утверждение : "Поверенный во всякое время может быть лишен доверителем своих полномочий и устранен от ведения дел. Для товарища поручение руководства делом - это не только его обязанность, но и неотъемлемое по договору товарищества право, которого он может быть лишен лишь в случае ненадлежащего исполнения своих обязанностей" <*>.
<*> Шретер . соч. С. 158.
Сопоставляя по их значению в указанном смысле доверенность с договорным условием, следует иметь в виду и то, что выдача доверенности сама по себе в отличие от включения соответствующего условия в договор порождает лишь право (но не обязанность) совершить определенные действия от имени остальных товарищей.
При оценке существа п. 2 ст. 1044 ГК нередко отдается предпочтение условию договора и соответственно утверждается, что "назначение уполномоченного может быть предусмотрено договором простого товарищества, совершенным в письменной форме, или же, если соглашение было заключено в устной форме, удостоверено доверенностью, выданной остальными товарищами" <*>. Между тем наделение полномочиями договором отнюдь не исключает возможности выдачи доверенности. Односторонний характер доверенности как таковой сохраняется во всех случаях, с чем именно связан ее приоритет по отношению к договору. Из этого следует, в частности, что п. 3 ст. 1044 ГК, посвященный последствиям ограничения полномочий, в равной мере относится и к договору, и к доверенности.
<*> Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части второй (постатейный) / Под ред. , . С. 857.
Защищая интересы третьих лиц, помещенное в гл. 55 ГК правило (п. 3 ст. 1044) предусматривает, что применительно к третьим лицам товарищи могут ссылаться на ограничение прав совершившего сделку участника только тогда, когда ими будут приведены достаточные на указанный счет доказательства. Это послужило основанием для того, чтобы признать: "Если товарищи желают предоставить право ведения дел одному или нескольким участникам либо ограничить полномочия кого-либо из них определенным кругом сделок или суммой, на которую может быть совершена отдельная сделка, они должны прямо отразить это в договоре или в доверенности, выдаваемой ими соответствующему товарищу. В противном случае товарищи не вправе ссылаться на подобные ограничения в отношениях с третьими лицами. Это означает, что сделка, заключенная товарищем с превышением предоставленных ему прав на ведение общих дел, будет признана обязывающей всех товарищей, если им не удастся доказать, что в момент заключения сделки контрагент знал об отсутствии у заключившего ее товарища надлежащих полномочий" <*>.
<*> Авилов . соч. С.
В результате остается согласиться с тем, что и к товарищу, действовавшему на основе договора простого товарищества, непосредственно применяются, если это не противоречит отдельным нормам гл. 55 ГК, ст. 182 ("Представительство") и ст. 183 ("Заключение сделки неуполномоченным лицом"), другие статьи гл. 10 ГК. В этой связи, отказывая в одном из дел в признании совершенной товариществом с третьим лицом сделки, арбитражный суд сослался на то, что "в соответствии со статьей 1041 ГК РФ простое товарищество не является юридическим лицом, а сторонами договора простого товарищества являются лица, его подписавшие". По указанной причине последствия совершенной сделки были возложены судом на совершившего сделку товарища. Основанием приведенного решения послужила ст. 183 ГК, в силу которой при отсутствии полномочий действовать от имени другого лица сделка считается совершенной от имени и в интересах того, кто ее, не обладая необходимыми полномочиями, совершил <*>.
<*> Вестник ВАС РФ. 2001. N 8. С. 22.
Специальная норма (п. 4 ст. 1044 ГК) посвящена последствиям заключения участником с третьими лицами от имени остальных товарищей сделки, в отношении которой его право на ведение общих дел было ограничено, либо совершения участником сделки в интересах всех товарищей, но от собственного имени. На этот случай установлено, что совершивший сделку участник вправе требовать возмещения произведенных им за свой счет расходов только при условии, если имелись достаточные основания признать соответствующую сделку необходимой в интересах всех товарищей. Остальные товарищи в свою очередь не лишены права требовать возмещения понесенных ими вследствие совершенной сделки убытков от товарища, который ее совершил.
Совместное ведение общих дел является не только правом, но и обязанностью товарищей. Прямое указание на этот счет содержится в ст. 1041 (п. 1) ГК, который включил совместное ведение общих дел в число конституирующих договор простого товарищества признаков. При этом смысл указанного признака состоит в том, чтобы "соединить свои вклады и совместно действовать". Разделительный характер союза "и" позволяет при толковании данной нормы прийти к выводу, что стороны не могут ограничить свои обязанности одним лишь внесением вклада.
О том, какое значение имеют предусмотренные в ст. 1041 ГК договорные обязанности сторон, можно судить применительно к тому, что составляет ведение общих дел товарищей как таковое. В то время как представитель, действующий на основе договора поручения, может отказаться от исполнения поручения лишь при наличии строго определенных обстоятельств, отказ товарища от осуществления предоставленных ему полномочий должен оцениваться помимо прочего и с точки зрения недопустимости противоречия его действий лежащей на нем обязанности по совместному ведению общих дел товарищества, вытекающей из договора.
Одна из обязанностей, непосредственно относящаяся к осуществлению совместной деятельности товарищей, выражается в необходимости содержать общее имущество <*>. А это, в частности, предполагает возмещение товарищу понесенных им расходов, связанных с выполнением указанной обязанности. Существующая на этот счет норма, включенная в п. 4 ст. 1043 ГК ("Общее имущество товарищей"), ограничивается отсылкой к соглашению сторон, которым должен быть определен порядок исполнения ими обеих обязанностей.
<*> Вестник ВАС РФ. 2000. N 5. С.
При применении приведенной нормы необходимо учесть и действие ст. 1046 ГК ("Общие расходы и убытки товарищей"). Указанная статья помимо аналогичной отсылки по поводу покрытия расходов и убытков к соглашению сторон включила на этот счет еще две нормы. Одна из них диспозитивная, а другая - императивная. Первая на случай недостижения сторонами согласия относительно порядка покрытия связанных с совместной деятельностью расходов и убытков возлагает на каждого из товарищей обязанность нести расходы и убытки, о которых идет речь, пропорционально стоимости его вклада в общее дело. В то же время вторая содержит запрещение освобождать кого-либо из товарищей от участия в покрытии общих расходов или убытков, предусматривая одновременно, что соглашение относительно полного освобождения кого-либо из товарищей от подобной компенсации признается ничтожным. Приведенное может служить основанием для вывода, в силу которого и диспозитивная норма о последствиях недостижения согласия сторонами на соответствующий счет, и императивная норма о запрещении полного освобождения от компенсации действуют также применительно к отношениям, о которых идет речь в п. 4 ст. 1043 ГК, т. е. к тем, которые выражаются в обязанности содержать общее имущество.
Применительно к договору простого товарищества был и остается теперь действующим принцип, в соответствии с которым "участники товарищества объединяются в целях достижения определенных хозяйственных выгод (прибыли), но вместе с тем совместно несут риск возможных убытков. Там, где условие это не соблюдено, нет и товарищества" <*>.
<*> Вольф . соч. С. 115.
Аналогичную позицию занял арбитражный суд в одном из рассмотренных дел. В нем шла речь о том, что при разделе выстроенного дома истец не получил всей причитающейся ему доли, чему ответчик противопоставил ссылку на то, что недоданную часть составляли вспомогательные помещения. Суд, однако, отклонил это возражение ответчика. Соответственно, в решении появилось указание: "Поскольку без вспомогательных помещений (коридоров, лестничных площадок, лоджий, балконов, фойе и т. п.) не может быть построено и использовано административное здание, расходы по их строительству должны возмещать все товарищи по договору, что соответствует требованиям статьи 1046 ГК РФ" (Обзор практики разрешения споров, связанных с договорами на участие в строительстве // Вестник ВАС РФ. 2000. N 9. С. 85).
Статья 1045 ГК закрепляет право товарища на информацию, предусматривая одновременно определенную его гарантию.
В силу указанной статьи за каждым участником независимо от того, уполномочен ли он вести общие дела товарищей либо таким правом не обладает, закреплена возможность знакомиться со всей документацией по ведению дел. Без этого он вообще не смог бы участвовать в ведении общих дел, т. е. осуществлять право, которому посвящена ст. 1044. Придавая особое значение праву, имеющему предметом обеспечение информацией, Кодекс установил, что и отказ от него, и ограничение права на информацию, в том числе по соглашению товарищей, в равной мере ничтожны. Праву товарища на получение информации корреспондирует обязанность каждого из остальных товарищей предоставлять информацию, относящуюся к осуществляемой им совместной деятельности.
Применительно к отдельным видам договоров простого товарищества обязанности, связанные с предоставлением информации, включая и такие, которые выходят за границы, определенные договором, и носят тем самым публичный характер, соответствующим образом конкретизируются. Примером может служить ст. 8 Закона "О банках и банковской деятельности" <*>. Ею предусмотрена необходимость ежегодно публиковать консолидированные отчеты о прибылях и убытках. Форма, порядок и сроки подобной информации устанавливаются Банком России. Самим Законом предусмотрена необходимость подтверждения достоверности соответствующих бухгалтерских балансов и отчетов заключением аудитора или аудиторской фирмы. При этом на головную кредитную организацию банковской группы (ст. 43) возлагается обязанность вместе с годовым отчетом предоставлять Банку России консолидированную отчетность о деятельности банковской группы. Полученная от иных юридических лиц, входящих в состав банковской группы, информация может быть разглашена только в случаях, указанных в самом Законе, либо в тех пределах, в каких это вытекает из обязанности опубликования консолидированной отчетности.
|
Из за большого объема эта статья размещена на нескольких страницах:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 |
Основные порталы (построено редакторами)