Социальные характеристики, проблемы семей опекунов (стр. 12 )

	Мать опекаемого	Отец опекаемого
умер(ла)	47,4	38,5
лишен(а) родительских прав	23,1	33,8
осужден(а)	6,4	7,7
находится в розыске	3,8	4,6
инвалид	3,8	1,5
учет ПНД	9,0	3,1
уклоняется от воспитания и содержания	3,8	4,6
дал(а) согласие на установление опеки	2,6	6,2

73. Количество членов семьи респондентов-опекунов

2 человека	17,1
от 3 до 5 человек	72,4
от 5 до 8 человек	10,5
от 8 и более человек	0,0

74. Количество несовершеннолетних членов семьи респондентов-опекунов

1 ребенок	55,4
2 ребенка	32,4
3 ребенка и более	12,2

75. Количество опекаемых детей в семьях респондентов-опекунов

1 ребенок	81,3
2 ребенка	18,7
3 ребенка и более	0,0

Источник: http://www. *****/state. php? ttop=120079&top=210260

[1] Данная часть работы проведена в рамках исследования на тему: «Эффективность деятельности органов соцзащиты населения. Оказание услуг населению.». В нее также входят следующие направления:

- «Социальные характеристики сургутских семей, проблемы социального сиротства»;

- «Выявление потребностей граждан старших возрастных групп населения г. Сургута в социальных услугах, анализ положения инвалидов и их участие в жизни г. Сургута».

[2] Кроме того, полезно обратить внимание также на распределение респондентов по уровню образования (табл.62 Паспорта исследования). Для сравнения рядом приведено распределение респондентов по данному признаку, характерное для Сургута «в среднем» (по данным уже упомянутого выше исследования):

	«в среднем»	«опекуны»	разность
Неполное общее среднее	3,3	16,9	-13,6
Полное общее среднее	11,1	18,2	-7,1
Среднее специальное	38,3	40,3	-2
Незаконченное высшее	15,4	3,9	11,5
Высшее	31,9	20,8	11,1

Совершенно очевидно, что среди «опекунов» резко выделяется группа респондентов с «неполным средним» и «средним» образованием, напротив, процент лиц с высшим образованием существенно ниже. Такие отличия не могут не сказаться и на бюджетах семей: низкоквалифицированный труд, соответственно, является по большей части и низкооплачиваемым.

[3] Для сравнения ниже приведены распределения по среднемесячному доходу «обычных» семей и семей респондентов-опекунов (данные по «обычным» семьям заимствованы в упомянутом выше исследовании):

	2 – 3 тыс. руб. и менее	4 – 6 тыс. руб.	7 – 10 тыс. руб.	11–15 тыс. руб.	Свыше 16 тыс. руб.
«обычные»	3,8	17,1	27,2	22,6	29,3
«опекуны»	2,8	30,6	34,7	15,3	16,7
Разность	-1	13,5	7,5	-7,3	-12,6

[4] Не исключено, что по причине занятости (или каким-то другим) взрослым сложнее осуществлять более «плотный» контроль за времяпровождением подопечных, а последним легче создавать иллюзию «порядка», чтобы тем самым обеспечить себе большую свободу действий и меньше «головной боли» со взрослыми. Отсюда и столь заметное отличие в оценках (табл.13)

[5] (*) – альтернативы в опроснике опекунов отсутствовали.

[6] Коэффициент корреляции характеризует степень «связанности» массивов данных, предельное значение ±1,0 означает, что данные взяты из одного и того же массива, либо между параметрами существует однозначная зависимость (увеличение значения одного из них обязательно влечет за собой увеличение или уменьшение другого). Чем ближе значение ρ к нулю, тем степень связанности ниже, в пределе – массивы «существуют» совершенно независимо друг от друга. В данном случае (табл.15, 16) уже нельзя уверенно сказать, что «картины мира» опекунов и подопечных совпадают, они во многом существуют в «параллельных мирах».

[7] «Социальные характеристики молодежной среды города Сургута», г. Сургут, октябрь-ноябрь 2004 г.

[8] «Социальные характеристики молодежной среды города Сургута», г. Сургут, октябрь-ноябрь 2004 г.

[9] Для «обычной» молодежи свойственна заметно более умеренная оценка возможностей доступа к желаемой работе (по данным работы «Социальные характеристики молодежной среды города Сургута», г. Сургут, октябрь-ноябрь 2004 г).

[10] Попутно следует отметить, что аналогичное завышение претензий по уровню доходов наблюдается и у «обычной» молодежи; у взрослой же части населения эти явления встречаются существенно реже (модальное значение желаемого дохода у «взрослых» находится в интервале 16 – 20 тыс. рублей в месяц – там же).

[11] При этом «страх наказания», по предположению, выступает ведущей причиной/основанием исполнения искомой функции. Такой способ «организации» является, по-видимому, уместным при исполнении примитивных операций, не требующих глубоких знаний и сложных умений, специальных технических средств и т. п. (напр., в условиях натурального хозяйства, ведения «кулачной» политики феодального типа и т. д.).

В цивилизованных условиях данная постановка вопроса является исходно бессмысленной, поскольку исполнение требуемых функций должно быть обеспечено инструментами и ресурсами, а также наличием у исполнителя соответствующих профессионализмов. В противном случае независимо от наличия у исполнителя «чувства ответственности» искомая функция не может быть исполнена. Следовательно, при «поиске виноватого» (в случае неисполнения функции) оргуправленец «списывает» собственную некомпетентность на исполнителя, т. е. осуществляет подлог. Однако такое «наказание невиновного» все равно не обеспечивает исполнения функции – и все повторяется вновь.

[12] Что характерно: «натуралистическое» обиходное массовое сознание (а именно так «устроено» оно в подавляющем проценте) склонно обнаруживать только «наблюдаемые» (осязаемые, обоняемые и т. д.) феномены, «идеальные» же концепты им не обнаруживаются, поэтому оно как бы не замечает идейно-идеологической «нагруженности» учебно-воспитательных (а равно – политических и проч.) «мероприятий» и организаций. Такое сознание, нацело лишенное рефлексии, постоянно натыкается на «сюрпризы» (по формуле В. Черномырдина: «Хотели, как лучше, а получилось, как всегда»)…

[13] При этом становится вполне очевидно, что популярный (по сути - популистский) лозунг: «Дети перегружены учебой, домашними заданиями,…!!!» (произносимый, как правило, «на повышенных тонах») есть не более, чем прикрытие политики, ориентированной на резкое снижение культурно-образовательного уровня нации (и, следовательно, качества жизни в ней, ее конкурентоспособности и т. д.), что, как это ни прискорбно, значительным процентом населения встречается с одобрением…

А потом на полном серьезе требуют от властей, чтобы те снизили подростковую преступность…

[14] Кстати, в этой ситуации возникают некоторые сомнения по поводу «заинтересованности» этого самого «заинтересованного лица»: по-видимому, оно действительно заинтересовано, но не в воспитании ребенка, а в чем-то другом… (полезно при этом иметь в виду тезис о том, что «бескорыстных» интересов не бывает, иначе это вообще не «интересы»…)

[15] В этом месте логичным продолжением разработки темы должно было бы стать прояснение вопроса о траекториях движения/развития цивилизации, поскольку механизмы воспроизводства «человеческого материала» для таких макро-процессов могут оказаться совершенно непохожими на все предыдущие (подобно тому, как вариант «конструкции» школы, предложенный , радикально отличался от семейно-трудового воспитания, «нормального» в то время; однако сейчас никто не считает «школу» чем-то из ряда вон выходящим…). Однако рамки данного исследования такой разработки не предполагают.

[16] Выделение «спорта» в число лидирующих позиций, где подростки хотели бы как-то проявить себя, видимо, неслучайно, т. к. в массовом обиходе бытует представление, что достижение высоких результатов доступно практически любому, надо только очень захотеть, постараться и напрячься. Иллюзии исчезают при практическом соприкосновении с реальностью.

Еще один мотив такой «популярности» спорта – достижение собственного физического превосходства над окружающими, позволяющего противостоять унижению и насилию со стороны сверстников…

[17] Нельзя утверждать, что все подобные реализации обязательно имеют «негативную окраску» («растление» и т. п.), безусловно, подростку необходимо приобретать опыт независимого взаимодействия с окружающим миром. Однако и управляемость этим процессом становится достаточно сомнительной (соответственно, и «продукты» его тоже могут быть какими угодно).

[18] Кстати, полезно соотнести данные табл.35 и 44: обнаружится, что попытки включить подростка в организованные формы досуга, ориентированные на развитие тех или иных «продуктивных» способностей, являются во много иллюзией «заботы о подростке», т. к. в данной социальной среде в большом проценте бытуют совершенно иные нравы, ориентации и т. д.

[19] Сделать основательное итоговое суждение по этому поводу достаточно затруднительно, т. к. не существует «начала отсчета» - какие значения следовало бы считать «нормой» (?). Кроме того, по мере оснащения медицинской диагностики современными средствами (а также постоянного уточнения списка регламентируемых физиологических отклонений) процент подростков с выявленными отклонениями неизбежно должен возрастать (ранее некоторые отклонения попросту не учитывались).

[20] Кстати, полезно обратить внимание на данные табл.52 (см. ниже): почему-то респонденты-опекуны считают в значительном проценте оценок, что «физическое развитие» есть забота самого ребенка – в отличие от всех остальных направлений развития (интеллектуального, нравственного и т. д., где «ответственными» назначаются либо сами опекуны, либо учителя).

[21] Случаи преждевременной смерти (гибели) родителей в данном случае – отдельная тема, однако они составляют менее половины от общего объема (в пределах имеющейся выборки).