Русские в СССР: стереотипы и реалии (стр. 12 )

Среди факторов, которые формируют пессимистические национальные экспектаций, на первый план, по оценке респондентов, поставлены три:

1.Отсутствие в обществе ясной концепции выхода из сложившейся кризисной ситуации. Так считают 67% студентов (русские ‑ 70%) и 63% преподавателей.

2. Острота межнациональных отношений, преступления на межнациональной почве. Это более всего тревожит две трети как студентов, так и преподавателей.

3. Представления респондентов, будто СССР фактически развалился или разваливается. Такие социальная перцепция и трансформации СССР характерна для одной трети студентов и почти для 45% преподавателей. При этом уровень такого восприятия процессов у русских преподавателей и студентов не отличается от восприятия нерусских.

Можно заметить, что социальные экспектации русских испытывают интенсивное негативное воздействие, толкая к пессимизму, суждения об их более низком жизненном уровне по сравнению с представителями других национальностей. Так, 51% русских студентов считают, что русские в СССР живут хуже других народов. Между тем только 17% нерусских студентов так оценивают жизненный уровень русского народа. У преподавателей соответственно около 52% и 20%. Представления о заниженном жизненном стандарте с их комплексами обиды, ущемленности, существенно стимулируют и мотивируют пессимистические социальные экспектации у значительной части (свыше половины) русского студенчества и русских преподавателей.

Сколько либо существенных различий в социально-психологической тональности и смысловом содержании экспектаций между студентами разных типов вузов и факультетов практически не наблюдается. Правда, оптимистический уровень социальных ожиданий у студентов - общественников (44%) и технарей (46%). Студенты естественных факультетов в большей мере затрудняются в формулировании своих социально- прогностических предположений (каждый десятый затруднился в ответе, а среди студентов обществоведческих специальностей менее 4%).

Преподаватели были сгруппированы по трем типам кафедр: 1 ‑ общевузовские (кафедры иностранных языков, физкультуры и т. п.), 2 ‑ общенаучные и специальные, 3 ‑ обществоведческие. Самая высокая оптимистическая тональность социальных экспектаций у педагогов-обществоведов ‑ 60% . Более всего пессимистов на общенаучных и специальных кафедрах. Однако, в целом группировка респондентов по типам вузов, факультетов, кафедр показывает, что оптимистические и пессимистические умонастроения примерно равновелики в разных категориях, сталкиваются между собой. Уровень оптимизма в профессорско-преподавательской среде выше, чем в студенчестве. В том и другом случае пессимизму в большей степени подвержены представители естественно – научных и технических специальностей. По-видимому это связано с особенностями и уровнем культуры социального мышления. Распад старых социальных стереотипов и экспектаций у этой категории вузовской интеллигенции произошел стремительнее, перерастая в каких-то своих аспектах в катастрофу, и новая парадигма социального мышления формируется у нее труднее. Сказывается и хронический синдром недоверия у части представителей естественных и технических наук к социальным знаниям. Это, между прочим, сегодня порождает в их среде новые идеологизированные стереотипы мышления, отличающиеся от старых переменой знаков (плюс на минус и наоборот).

В ходе исследования выдвигалась гипотеза о зависимости характера и тональности социальных экспектаций от уровня самооценки респондентами своих знаний различных периодов истории страны. В целом эмпирический материал показал, что оптимизм и пессимизм практически в равной мере свойственен и тем, кто считает свои исторические знания хорошими, и тем, кто оценивает их как плохие. Однако нельзя не обратить внимание на то, что большинство студентов оценивают свои исторические знания как неудовлетворительные (по дооктябрьскому периоду более 55%, по истории Великой Октябрьской революции и гражданской войны более 50%, по истории 20-90-х гг. - 51%). Не случайно, респонденты с низкой самооценкой исторических знаний, особенно советского периода, труднее формулируют свои экспектаций и прогностические предположения. Однако их тональность практически мало отличается от тех, кто по самооценке хорошо знает историю страны. Несколько выше прогностический пессимизм у респондентов с плохим знанием истории Великой Октябрьской революции и гражданской войны (47% против 43% у студентов с хорошими - по самооценке - знаниями).

Фактически та же самая картина наблюдается в профессорско-преподавательской среде. Однако здесь несколько иная структура самооценок исторических знаний по периодам. Фиксируется повышение самооценок знаний от дооктябрьского периода к советскому. 53% отметили плохие знания дооктябрьского периода, 48% - периода Великой Октябрьской революции и гражданской войны, 45% - современного периода. Такая эволюция самооценок знаний по-видимому связана с собственным жизненным опытом преподавателей. Дооктябрьский период для них ‑ предмет литературного изучения, советский период - это их личная биография (для студентов это практически последние два десятилетия). У преподавателей с низкой самооценкой истории ("плохо знаю"), несколько выше уровень пессимизма в оценке перспектив изменений в стране (на 3-7 пунктов). Они больше затрудняются в их определении.

Однако, что касается советского периода, то оптимизм и пессимизм практически одинаков и у тех, кто хорошо знает его историю, и у тех, кто признается в плохих знаниях.

В целом же, следует подчеркнуть необходимость повышения уровня исторических знаний и культуры социально-исторического мышления.

Контрастна и выразительна социально-психологическая тональность социальных экспектаций респондентов в зависимости от отношения к религии. В целом фиксируется высокий уровень позитивного отношения к религии. Это высказали 67% студентов и 59% преподавателей. Отрицательное отношение соответственно 5 и 14% опрошенных.

Но симптоматично другое. Распространенность пессимистических прогнозов, перспектив изменений в стране у студентов с отрицательным отношением к религии заметно шире, чем среди тех, кто относится положительно: соответственно - 56% и 47%. У преподавателей наоборот: пессимизм выше у респондентов с позитивным отношением (более 45%), чем у лиц с отрицательными взглядами на религию (29%).

Различия тональности социальных экспектаций в зависимости от отношения к религии у студентов и преподавателей связано с тем, что у последних бесспорно более основательный научный фундамент мировоззрения. Да и больший жизненный опыт, социокультурный кругозор обусловливает более реалистическую оценку того, что может и чего не может быть в социальных изменениях, в судьбах страны.

Таблица 6.4

Зависимость социальных экспектаций от отношения к религии, %

	студенты	преподаватели
Положи-тельное	Безразличное	Отрица-тельное	Положи-тельное	Безразличное	Отрица-тельное
Сверхоптимистический	8	8	8	6	11	13
Оптимистический	39	38	27	42	44	56
Осторожно пессимистический	4	7	7	8	5	3
Пессимистический	43	40	49	44	28	26
Затруднились в ответе	6	7	9	5	11	2

Сильное воздействие на социальные экспектаций оказывают типы гражданского и национального сознания. В анкету был введен вопрос о понимании и оценке интернационализма. Респондентам предлагалось выбрать одно из двух суждений: 1) интернационализм - это братская солидарность людей разных национальностей, благородство, гуманизм и демократизм в межнациональных отношениях; 2) интернационализм - это подавление национального сознания, игнорирование национальных интересов, чувств, эмоций, взглядов, антидемократизм. Последнее суждение ассоциируется, если не полностью идентифицируется с националистическим типом сознания.

По этому тесту выявилось, что среди студентов 73% дали высокую оценку интернационализму (интернационалистический тип сознания), 10 - отрицательно относятся к интернационализму (националистический тип сознания). 18% студентов затруднились в выборе суждений. Среди преподавателей соответственно: более 10 и 7% , затруднились 11% респондентов.

Таблица 6.5

Зависимость социальных экспектапий от типа гражданского сознания, %

	Студенты	Преподаватели
Интернациональный	Националистический	Интернациональный	Националистический
Сверхоптимистический	9	4	10	8
Оптимистический	40	32	48	27
Осторожно пессимистический	4	11	2	10
Пессимистический	41	48	6	51
Затруднились в ответе	7	6	5	4

Оптимизм и пессимизм свойственен и националистам, и интернационалистам, но далеко не в одинаковой мере. У студентов с интернационалистическим типом сознания явно доминируют оптимистические экспектации ‑ 48% против 35% у респондентов с националистским сознанием, у которых заметно превалируют пессимистические ожидания (59% против 44% у интернационалистов). Тоже наблюдается и в профессорско-преподавательском сознании. Но здесь пессимизм охватывает уже около 60% респондентов с националистским сознанием. Интернационалисты значительно оптимистичнее.

Анализ показывает, что большая часть опрошенных связывает именно с интернационалистским характером межнациональных отношений ожидания прогрессивных сдвигов в обществе. Определенная часть возлагает надежды на национализм, однако, именно эта категория менее всего верит в стабилизацию и положительные изменения в обществе, несет в своем гражданском сознании сильный заряд пессимистических экспектаций, "прогнозирует" глубокие социальные потрясения. Недооценивать такие прогностические ожидания нельзя. Они имеют под собой реальную почву. Вместе с тем необходимо вновь и вновь обращать внимание на исключительную важность интернационалистского восприятия молодежи, нейтрализации национализма и преодоления его как в системе социальных отношений, так и в духовной жизни, в общении. Известно, что интеллигенция особенно чутка к проблемам национального развития, межнациональных отношений, судеб национально-этнической культуры. Опасность сорваться в крайности национализма и шовинизма у нее особенно высока по сравнению с другими слоями населения.

Материалы исследования показывают, что эту проблему недооценивают на вузовском уровне и в городах дислокации, т. е. там, где национально-этническое общение разных поколений очень интенсивно и плотно, к тому же имеет свою социокультурную специфику. Студенты и преподаватели особенно обеспокоены межнациональной конфликтностью в своих городах. Их ощущает и фиксирует каждый третий студент и 27% преподавателей (непосредственно в вузах соответственно каждый седьмой и восьмой). Тональность в оценке характера вероятных перемен в обществе практически одинакова как у тех, кто чувствует межнациональную конфликтность в городе и вузе, так и у тех, кто ее не замечает. Тем не менее пессимистические ожидания у преподавателей, фиксирующих напряженность межнациональных отношений в своем вузе несколько выше, чем у тех, кто полагает, что ее нет (45% против 40%). Скорее всего это связано с внутривузовскими кадровыми проблемами и трениями.

Прослеживается зависимость социальных и национальных экспектаций от оценки роли русских в истории страны.

Таблица 6.6 показывает, что оптимистические ожидания перемен в обществе у большей части респондентов связаны с оценкой прогрессивной роли русских (у студентов - 51%, у преподавателей -58%). Пессимизм характерен для тех, кто расценивает русских как гегемонистов, стремящихся к господству (синдром страха перед русским шовинизмом и тоталитаризмом). У студентов он охватывает 56% этого типа, у преподавателей - около 60%. При этом у нерусских он выше, чем у русских. Стало быть, проблема отношения русских к нерусским и нерусских к русским в сознании вузовской интеллигенции является одним из существенных факторов, определяющих не только тональность социальных и национальных экспектаций, но и характер изменений в обществе, их социального смысла и перспектив.

Таблица 6.6

Зависимость экспектаций от оценки роли русских в истории, %

	Студенты	Преподаватели
1*	2	1	2
Сверхоптимистические	9	7	11	9
Оптимистические	43	28	47	25
Осторожно пессимистические	51	7	2	6
Пессимистические	38	50	35	54
Затруднились в ответе	6	9	6	13
1* ‑ русские всегда играли прогрессивную роль;	2 – русские всегда стремились к господству

Один из самых важных вопросов - оценка партий, объединений, движений, на которых так или иначе возлагается надежда возрождения России. Есть ли в современном пестром спектре политических сил, которые, по мнению вузовской интеллигенции, способны реализовать прогрессивные преобразования в РСЗСР?

Материалы исследования по вузам РСФСР, входящих в выборку, дали парадоксальный ответ на этот вопрос, вокруг которого сталкиваются различные политические силы. Подавляющее большинство респондентов (среди студентов 68%, преподавателей - 55%) считают, что таких партий, объединений сегодня нет. В студенческой среде несколько больше надежд возлагают на Демократическую партию России (но их всего 7,5%) и на движение "Демократическая Россия" (немногим более 9%). У преподавателей отдается предпочтение тем же силам (соответственно немногим более 10% и 15%). Позитивные экспектации с Коммунистической партией РСЗСР связывают только I% студентов и полтора процента преподавателей. Это на уровне либерально-демократической партии. С КПСС чуть больше: 3% и 6%. Из остальных партий выделяют социал-демократов (4% студентов и 2% преподавателей. Такой же процент - верят в "Демократический Союз"). К остальным партиям, движениям питают доверие менее одного процента опрошенных. Эти данные свидетельствуют, что фактически наблюдается интенсивный процесс департизации сознания вузовской интеллигенции в том смысле, что большинство не видит в нынешних партийно-политических образованиях реальных сил, способных эффективно содействовать возрождению России. Вместе с тем следует ожидать в ближайшее время усиления борьбы различных партий и объединений за влияние на вузовскую интеллигенцию.

В исследовании ставился вопрос: "С кем из политических деятелей страны Вы связываете свои надежды на улучшение жизни?" Характерно, что и в ответах на этот вопрос проявилась тенденция преобладания в студенчестве пессимистических настроений и суждений. 57% русских студентов ответили, что таких деятелей они сегодня не видят. У нерусских этот показатель выше - 62%. В профессорско-преподавательской среде 45% русских и 52% нерусских тоже не видят таких лидеров. Однако часть респондентов все же определяет политических деятелей, с которыми в той или иной мере связывают свои надежды на улучшение жизни.

Таблица 6.7

Политические деятели, с которыми связываются надежды
на улучшение жизни, %

	Студенты	Преподаватели
Русские	Нерусские	Русские	Нерусские
Таких нет	57	62	45	52
	24	17	21	17
	5	8	8	11
"Демократы" (Собчак, Попов, Станкевич и т. п.)	8	5	12	7
Коммунисты (Рыжков, Бакатин, Яковлев)	4	5	11	9
Другие	2	3	3	4

Многие респонденты уклонились от ответа на этот вопрос. Бросается в глаза доминирование склонностей у студентов, и преподавателей к деятелям, которые обрели в массовом сознании имидж демократов. У русских респондентов это выражено сильнее, чем у нерусских. Однако персональный рейтинг современных политических лидеров по оценке вузовской интеллигенции (особенно ее студенческой части) очень не высок. Выделяется только , имидж которого внушает оптимистические экспектации менее одной пятой респондентов.

Это можно интерпретировать по-разному. Но нельзя не обратить внимание на то, что и общая политика, и политика в области образования современных политических деятелей не создают психологической почвы для оптимистических экспектаций. По-видимому, сказывается и то, что респонденты недостаточно знакомы с содержанием этой политики, ее направленностью, больше ориентируются на имиджи политических деятелей, в значительной мере формируемых средствами массовой информации.

Невысокая ориентация социальных ожиданий на политические партии и политических деятелей свидетельствует о том, что, во-первых, старые политические стереотипы и социальные ожидания (в том числе и возникшие на первом ‑ эйфорическом ‑ этаже перестройки) разрушены. Во-вторых, новые политические ориентации, с которыми связывались бы оптимистические социальные ожидания формируются крайне трудно, а у значительной части вузовской интеллигенции, особенно у студенчества, не складываются. В-третьих, любые политические ориентации (по партиям и лидерам) несут в себе сильный заряд пессимизма. В-четвертых, все это вместе взятое может стать факторами социальной нестабильности и острых конфликтных ситуаций в вузах и высшей школе в целом, что в свою очередь может отрицательно сказаться на социальной ситуации в отдельных регионах и в стране.

ВЫВОДЫ

1. Результаты проведенного исследования подтверждают выводы предыдущих исследований программы "Общественное мнение" о том, что в сознании вузовской интеллигенции противоборствуют два типа социальных ожиданий - оптимистическое и пессимистическое. Причем пессимизм более характерен для студентов, свыше 40% которых ожидают в ближайшее время серьезных социальных потрясений, и проявляется, прежде всего, в регионах с повышенной социально-политической конфликтностью (Прибалтика, Закавказье, Москва и Ленинград).

Общая нестабильная ситуация в стране накладывает свой отпечаток и на восприятие этнических процессов.

2. В восприятии русского национального характера и проблем русского народа достаточно ярко проявили себя две крайние тенденции - русофильская, отличающаяся выраженным эмоциональным приятием русскости и русофобская, характеризующаяся негативными оценками роли России и русских в истории народов СССР. Русофильская тенденция статистически более выражена в среде русских преподавателей и студентов, однако около 30% русских имеют в целом отрицательное отношение к истории и традициям своего народа. При этом среди русофилов распространено мнение о том, что русские незаслуженно нелюбимы окружающими их представителями других национальностей, в то время как русофобы склоняются к мысли о неизбежной напряженности между русскими и нерусскими и в этом виноваты прежде всего сами русские.

3. Основными признаками образа русских в сознании представителей других национальностей являются сегодня общность культуры и происхождения. Общность языка, своеобразие национального характера, общность территории выступают в данном случав как детализирующие или второстепенные признаки. Значимость этих признаков в массовом сознании не является раз и навсегда заданной и определяется существом национального вопроса.

Русский язык не воспринимается как специфически русское явление, а значит имеет перспективы использования в качестве языка межнационального общения. Даже в условиях противоречивого процесса становления и расцвета национального самосознания многих народов страны.

4. Рост национального самосознания русских, зафиксированный в двух последних исследованиях, наиболее ярко проявляет себя в студенческой среде. Накладываясь на слабое знакомство студентов с собственной историей и культурой, это создает благоприятную почву для их использования в политических и националистических манипуляциях.

Противоречивость русского национального самосознания проявляет себя, в частности, в том, что подавляющее большинство студентов и преподавателей поддерживают возрождение православной церкви, но в то же время реально не представляют себе ни ее истории, ни ее значения в становлении современной русской государственности. Православие для них - не история российской духовности и культуры, а лишь внешняя форма, атрибутика, дань моде.

Очевидна необходимость возрождения национальной русской школы. На уровне вузов целесообразно чтение спецкурсов по русской культуре, истории, в том числе истории наук и техники для всех специальностей.

5. В массовом сознании идет процесс постепенного разрушения традиционного стереотипа русских, основанного на признании уникальности их национального характера, хотя этот образ по-прежнему является самым распространенным. Русофобски настроенная часть преподавателей и студентов (особенно нерусских студентов) наиболее критично настроена по отношению к стержневым чертам этого образа (великодушие, самоотверженность, надежность), предлагая собственную трактовку набора структурообразующих черт русских (лень, бескультурье, агрессивность).

Судьба образа русских во многом будет зависеть от эволюции этнических представлений большой группы людей %), занимающих в целом нейтральную позицию по отношению к господствующему стереотипу русских, но не приемлющих его наиболее мифологизированные черты (мессианское предназначение и т. д.). Если подъем русского национального самосознания пойдет по пути возвеличивания именно этих черт, то следует ожидать сползания нейтралов на позиции русофобии.

6. В сознании русских преподавателей и студентов существует серьезное противоречие между высокой оценкой роли своей нации в жизни страны и представлениями о низком, по сравнению с другими нациями, уровнем ее жизни. Это противоречие сегодня затушевывается в рамках традиционного стереотипа о мессианском предназначении русских, но по мере его разрушения, будет обостряться и превращаться в один из центральных факторов политической жизни не только России и русских, но и всех народов и территорий СССР.

[1] См.: Скворцов самосознания. М., 1989. - С. 29.