Стенограмма тринадцатого заседания Совета Федерации (стр. 9 )

Результаты голосования (11 час. 38 мин.)

За 74 41,6%

Против 44 24,7%

Воздержалось 12 6,7%

Голосовало 130

Не голосовало 48

Решение: не принято

От головного комитета будут предложения относительно согласительной комиссии? Или оставим протокольное поручение: комитету поработать с согласительной комиссией и совместно с Госдумой разобраться в этом вопросе? Оставим протокольное поручение.

Переходим к рассмотрению вопроса о Федеральном законе "О внесении изменений и дополнений в Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР и Исправительно-трудовой кодекс РСФСР в связи с принятием Уголовного кодекса Российской Федерации". Слово предоставляется Платонову Владимиру Михайловичу.

Уважаемые коллеги! Новый Уголовный кодекс Российской Федерации содержит в сравнении с Уголовным кодексом РСФСР 1960 года принципиально иные концептуальные решения в области уголовно-правовой политики.

В связи с тем что нами не был одобрен проект федерального конституционного закона "О судебной системе Российской Федерации", мы не сможем в ближайшее время рассмотреть новый закон об Уголовно-процессуальном и Исправительно-трудовом кодексах. Нам приходится делать поправки, вносить изменения в действующие сейчас Уголовно-процессуальный и Исправительно-трудовой кодексы.

Отмечая необходимость и важность работы над рассматриваемым законом, с учетом замечаний экспертов консультативного совета на заседании комитета мы отметили наличие ряда неточностей и ошибочных положений по принципиальным вопросам, что исключает одобрение Советом Федерации этого закона.

У вас имеется подробное заключение нашего комитета. Остановлюсь на некоторых наиболее важных, с нашей точки зрения, замечаниях.

Вопреки положениям статей 46 и 52 Конституции Российской Федерации в ряде статей данного закона не предусмотрено судебное обжалование потерпевшим от преступлений решения следственных органов о прекращении уголовного дела. Хотя речь идет о преступлениях небольшой тяжести, конституционный принцип о праве на обжалование в суде любых решений и действий органов государственной власти должен быть неукоснительно соблюден.

Вызывает недоумение и запись о том, что прекращение уголовного дела в отношении несовершеннолетнего с применением принудительных мер воспитательного воздействия "не допускается, если несовершеннолетний против этого возражает". Уголовная ответственность несовершеннолетнего начинается с 14 лет, и в судебном процессе предусмотрено участие его представителя. Поэтому необходимо согласие по данному вопросу этого представителя, а не несовершеннолетнего.

В редакции статьи 15 УПК РСФСР содержатся практически невыполнимые указания о том, что дела о наиболее опасных преступлениях, за совершение которых предусмотрено наказание в виде лишения свободы сроком свыше 15 лет, пожизненное лишение свободы либо смертная казнь, по ходатайству обвиняемых должны рассматриваться судьей и присяжным заседателем.

Реализация этого положения закона приведет фактически к дезорганизации деятельности судов по рассмотрению дел об особо тяжких преступлениях, поскольку в настоящее время для этого отсутствуют необходимые материальные и организационные предпосылки.

Не случайно в статье 420 УПК РСФСР специально указано, что рассмотрение дел с участием коллегии присяжных заседателей суда, а также на территориях определяется высшим законодательным органом Российской Федерации. Соответствующий перечень судов и территорий насчитывает в настоящее время только девять позиций. Ссылка сторонников данного закона на то, что это положение сохраняет свое действие, поскольку в новой редакции закона указано, что такой порядок рассмотрения дел предусмотрен правилами раздела X действующего УПК, явно несостоятельна. Ибо в статье 420 УПК РСФСР говорится лишь о порядке, а не о правилах производства по уголовным делам, рассматриваемым судом присяжных. Эти правила содержатся в других статьях раздела X. Таким образом, может сложиться совершенно недопустимая ситуация, когда суды будут вынуждены отклонять формально основанные на законе ходатайства подсудимых о рассмотрении их дела судом присяжных.

Серьезные замечания касаются новой редакции статьи 126 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР, определяющей подследственность уголовных дел. В частности, в этой статье резко сужены рамки подследственности дел органам прокуратуры, а также недостаточно разработан вопрос о передаче компетенции другим органам. Несмотря на то, что в соответствии с законом о ФСБ России на это ведомство возложена организация борьбы с незаконным оборотом наркотиков, эти дела относятся исключительно к подследственности органов МВД России. В то же время расследование уголовных дел о терроризме, которые в значительной своей части лишены политической окраски, подследственны ФСБ России, хотя у органов внутренних дел уже имеется положительный опыт борьбы с этим видом преступлений.

Есть и другие достаточно серьезные замечания по представленному закону. Остановлюсь на одном. В законе содержится запись, относящаяся к статье 303 УПК, регулирующей вопросы, разрешаемые судом при постановлении приговора. В пункте 61 было сохранено указание о том, что при постановлении приговора суда суд определяет, имеется ли основание для признания подсудимого особо опасным рецидивистом. После обсуждения закона на заседании экспертно-консультативного совета при комитете, на котором присутствовал один из разработчиков закона, было высказано замечание о неправильности подобной записи, поскольку новый Уголовный кодекс содержит понятие не "рецидивист", а "рецидив". Эта неточность была устранена. Однако автор закона не включил в текст указанной статьи запись о том, что суд обязан выяснить, имел ли место рецидив преступления, являющийся по новому Уголовному кодексу обстоятельством, существенно усиливающим ответственность виновного.

Касаясь предложений и изменений, вносимых в Исправительно-трудовой кодекс РСФСР, следует заметить, что они тоже существенны, но эти два документа мы можем рассматривать только вместе, так, как они к нам направлены.

Мы рассматривали этот вопрос на двух заседаниях комитета. На первом заседании сразу же отвергли этот документ, но, понимая его важность и необходимость, повторно вернулись к рассмотрению этого вопроса. Мы надеемся, что обсуждение в Совете Федерации любых поправок к законам будет начинаться не после того, как документ прошел Государственную Думу, а гораздо раньше.

Вы знаете, что 1 января 1997 года должен вступить в законную силу новый Уголовный кодекс. Если сейчас мы отклоним этот закон, есть вероятность того, что Госдума преодолеет наше вето. Тогда мне станет исключительно жалко коллег из судов и прокуратур: им будет тяжело работать с этими документами.

Есть альтернативный вариант. Наш комитет готов выступить с законодательной инициативой — перенести срок вступления в силу Уголовного кодекса на три месяца. Тогда можно будет внести все необходимые поправки, которые нам обещали сделать до 31 декабря (но до сих пор этого не сделали). В этом случае мы сможем доработать Уголовно-процессуальный кодекс так, как нужно.

Комитет предлагает отклонить данный закон.

Председательствующий. Вопросы есть? Нет.

Слово — полномочному представителю Президента Российской Федерации в Совете Федерации Анатолию Яковлевичу Сливе.

Уважаемые члены Совета Федерации! У меня сегодня весьма непростая миссия. Цена данного закона — вопрос о вступлении в силу с 1 января 1997 года закона о новом Уголовном кодексе, который был принят Государственной Думой, одобрен Советом Федерации и подписан Президентом.

Что касается прежде всего Уголовно-процессуального кодекса и Исправительно-трудового кодекса, то они должны соответствовать Уголовному кодексу, вступающему в силу с 1 января 1997 года. Поэтому никаких принципиальных изменений сейчас не происходит, речь идет только о поправках к действующим Уголовно-процессуальному и Исправительно-трудовому кодексам РСФСР (как они сейчас именуются).

Постараюсь ответить уважаемому Владимиру Михайловичу Платонову на основные аргументы, которые он привел.

В заключении комитета критикуются статьи 6 и 7 УПК в новой редакции за то, что там предусмотрено право потерпевшего обжаловать решение о прекращении уголовного дела вследствие изменения обстановки лишь вышестоящему прокурору. Во-первых, не только прокурору, но и в вышестоящий суд — такая норма и такая возможность сегодня существуют. И во-вторых, если прочитать четвертый абзац пояснительной записки, можно понять, зачем понадобилась новая редакция статей 6 и 7.

Далее. Критикуются срок и процедура обжалования. Но это действующий закон, он как применяется сегодня, так и будет применяться впредь.

Авторы заключения считают недопустимым, что в части 4 статьи 8 не раскрыты статус и полномочия специализированного государственного органа, обеспечивающего исправление несовершеннолетнего. А зачем там это делать? Это не предмет процессуального закона, потому что само понятие данного специализированного органа содержится в главе 14 нового Уголовного кодекса. То есть мы не можем принять и это замечание.

Авторы делают вывод, что новая редакция статьи 15 УПК приведет к дезорганизации работы судов при рассмотрении дел судом присяжных. Нам это заявление кажется по крайней мере странным, поскольку закон ничего не меняет в прежнем порядке рассмотрения дел судом присяжных. Сейчас такие суды присяжных, как известно, действуют в девяти регионах России. Оговаривается лишь одно обстоятельство: поскольку новый Уголовный кодекс ввел более высокие максимальные сроки лишения свободы и новое наказание — пожизненное лишение свободы, то дела о преступлениях, за которые предусмотрены такие наказания, подсудны этим судам, то есть судам присяжных. Более ничего нового. При этом в законе говорится, что рассмотрение дел судом присяжных осуществляется в соответствии с правилами раздела X Уголовно-процессуального кодекса. Этот раздел начинается со статьи 420, согласно положениям которой рассмотрение дел должно осуществляться с участием суда присяжных. Между тем авторы заключения пишут, что закон противоречит статье 420, регулирующей порядок производства по делам, рассматриваемым судом присяжных, и определяющей ограниченный перечень судов и территорий, где может производиться рассмотрение дел.

В пункте 3 заключения комитета предлагается передать расследование дел о наркотиках из подследственности МВД в подследственность Федеральной службы безопасности, поскольку, мол, ФСБ борется с незаконным оборотом наркотиков. А разве МВД не борется? В данном министерстве, кстати говоря, целое управление для этого имеется. Но ФСБ обратилось в комитет с письмом. В этом письме содержится также просьба забрать у ФСБ дела о терроризме на том основании, что это не их профиль. При этом в заключении комитета не каждый даже разглядит данное предложение. На странице 5 заключения есть строка (я цитирую): "В части пятой цифры "206—210 заменить цифрами 205—210". Это какая-то эквилибристика. Принятие такой поправки и означает, что терроризм не будет расследоваться ФСБ, дела по наркотикам им ближе. Не хотел бы быть несправедливым, но мне кажется, что здесь есть элементы откровенного ведомственного лоббирования под прикрытием критики важнейшего закона.

Теперь об Исправительно-трудовом кодексе. Принципиальных замечаний здесь по существу не высказано. Говорится, что вне законодательного регулирования оказались такие виды наказаний, как штраф, лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью, лишение специального, воинского или почетного звания, классного чина, конфискация имущества.

Но возникает вопрос: разве эти наказания вводятся новым Уголовным кодексом? Нет. Все они взяты из действующего Исправительно-трудового кодекса, но он не содержит и никогда не содержал норм о порядке исполнения этих наказаний. Тем не менее все эти наказания исполнялись. И я не помню, чтобы Совет Федерации и его Комитет по конституционному законодательству и судебно-правовым вопросам когда-либо говорили о данном пробеле в законодательстве.

Сегодня, повторяю, решается судьба нового Уголовного кодекса Российской Федерации. И поэтому стоит задуматься над тем, что в Исправительно-трудовом кодексе нет перечня имущества, не подлежащего конфискации по приговору суда. Это действительно существенный пробел. В этом я полностью согласен с уважаемым Владимиром Михайловичем. Но я довожу до вашего сведения, что этот пробел в законодательстве ликвидирован вчера Государственной Думой. Соответствующая поправка внесена в закон и сегодня поступила в Совет Федерации. Прошу учесть это обстоятельство.

Отмечу, данный закон поддерживают Верховный Суд Российской Федерации и Министерство внутренних дел Российской Федерации. Если сегодня вы этот закон не одобрите, будут поставлены под вопрос (я говорю это осознанно) не только введение в действие с 1 января 1997 года Уголовного кодекса Российской Федерации, но и вообще работа правоохранительных органов и судебной системы. Это очень ответственное дело.

Есть шероховатости? Есть. А в каких законах, простите, их нет? Вопрос состоит в том, чтобы в стране были новые Уголовно-процессуальный и Уголовный кодексы. Работа над ними практически завершена. Если потребуется, мы их потом подправим.

Поэтому, при всем моем уважении к Комитету Совета Федерации по конституционному законодательству и судебно-правовым вопросам, прошу поддержать закон.

Председательствующий. Высказаны две взаимоисключающие точки зрения. У кого-нибудь есть вопросы? Нет. Переходим к выступлениям. Пожалуйста, коллега Кравцов.

, председатель Законодательного собрания Санкт-Петербурга.

Уважаемые коллеги! Комитет долго рассматривал этот вопрос и не случайно принял решение, которое рекомендуется вам.

Реформа уголовного законодательства действительно началась с принятием Уголовного кодекса Российской Федерации, который должен быть введен в действие с 1 января следующего года. Однако его введение невозможно без соответствующего изменения Уголовно-процессуального кодекса и Исправительно-трудового кодекса, который будет называться Уголовно-исполнительным. Эти два очень важных и связанных с Уголовным кодексом документа до сих пор не подготовлены и потому не приняты Государственной Думой.

Что касается самого Уголовного кодекса, скажу следующее. Уже выяснилось, что в нем есть целый ряд существенных недостатков. И вчера представители Главного государственно-правового управления Президента Российской Федерации и Генеральной прокуратуры Российской Федерации говорили, что в скором времени в Уголовный кодекс Российской Федерации будет внесено множество изменений. Для этого в Государственную Думу будет направлен соответствующий документ.

Что делает Государственная Дума? Она сразу за один день принимает в трех чтениях закон, который нам сегодня представлен, фактически исключив возможность внесения в него поправок, согласования их на стадии первого или второго чтений. Основной акцент делается на том, что есть политическая необходимость вступления в силу с 1 января нового Уголовного кодекса.

Однако, если говорить о содержательной стороне проблемы, надо отметить следующее. Есть выход лучший, чем принятие сейчас этого документа, который имеет недостатки (это признается всеми): надо отложить на три месяца вступление в силу Уголовного кодекса. За это время можно будет внести изменения в этот кодекс, принять Уголовно-процессуальный и Уголовно-исполнительный кодексы. То есть в нормальных условиях осуществить реформу уголовного законодательства.

Поэтому предлагаю поддержать позицию комитета по конституционному законодательству, создать согласительную комиссию. Она может очень быстро (в течение месяца) доработать этот закон. А законодательная инициатива по поводу того, чтобы отсрочить введение в действие Уголовного кодекса на три месяца, нами уже подготовлена. Соответствующий документ будет направлен в Государственную Думу.

И в заключение по поводу замечания представителя Президента об отношении МВД к данному документу. Представители МВД действительно горячо поддерживали предложенный текст, в то же время представитель Генеральной прокуратуры полностью разделил позицию нашего комитета и предложение отложить введение в действие Уголовного кодекса до 1 апреля 1997 года.

Председательствующий. Александру Васильевичу Попову слово.

, председатель Законодательного Собрания Ростовской области.

Уважаемые коллеги! Думаю, выступление Анатолия Яковлевича пролило свет на ситуацию. Хочу просить вас поддержать его и проголосовать за одобрение проекта. Дело в том, что всякая ясность лучше любой неясности. А отсрочка срока вступления закона в силу на три месяца поставит правоохранительные органы в очень сложное положение. Позже можно будет откорректировать некоторые положения, а сейчас закон надо одобрять.

Председательствующий. Егор Михайлович Ларионов, пожалуйста.

, председатель Палаты Республики Государственного Собрания (Ил Тумэн) Республики Саха (Якутия).

, уважаемые коллеги! Просил бы Вас согласиться с заключением комитета, поскольку Уголовно-процессуальный кодекс недоработан. Профессионалы говорят о том, что в Уголовный кодекс можно внести изменения. У нас есть для этого время. Согласительная комиссия могла бы рассмотреть каждое предложение и замечание конкретно. При этом следует учесть принципиальную позицию Генеральной прокуратуры Российской Федерации, поскольку ее работникам предстоит руководствоваться данным Уголовно-процессуальным кодексом.

Председательствующий. Коллега Иванов, пожалуйста. И затем будем принимать решение.

Уважаемые коллеги! Хочу возразить Александру Васильевичу Попову. Если мы отклоним этот закон и отложим срок введения в действие Уголовного кодекса, ситуация не изменится. А вот если примем вносимые дополнения, они только осложнят работу. Поэтому реальный выход — это отсрочить введение в действие Уголовного кодекса и отклонить предложенные изменения и дополнения в Уголовно-процессуальный и Исправительно-трудовой кодексы.

Председательствующий. Кто за то, чтобы одобрить Федеральный закон "О внесении изменений и дополнений в Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР и Исправительно-трудовой кодекс РСФСР в связи с принятием Уголовного кодекса Российской Федерации"? Прошу голосовать.

Результаты голосования (12 час. 00 мин.)

За 33 18,5%

Против 76 42,7%

Воздержалось 17 9,6%

Голосовало 126

Не голосовало 52

Решение: не принято

Закон отклонен. Профильному комитету необходимо подготовить решения по согласительной комиссии.

Прежде чем объявить перерыв, одно объявление, скорее напоминание. Вчера мы поручили трем комитетам (по бюджету, по вопросам экономической политики, по вопросам социальной политики) подготовить проект решения по вопросу об информации Правительства. Прошу такой проект представить, а после перерыва перейдем к его обсуждению...

Пожалуйста, коллега Деревянко.

, председатель Комиссии Совета Федерации по регламенту и парламентским процедурам.

! Я вчера рассматривал вопрос, который вносил член Совета Федерации Машковцев...

Председательствующий. Этот вопрос есть в повестке дня. Мы будем его рассматривать.

Он не включен в повестку дня.

Председательствующий. Нам ничто не мешает рассмотреть его в разделе "Разное".

Спасибо.

Председательствующий. Объявляется перерыв на 30 минут.

(После перерыва)
Председательствует Председатель Совета Федерации
Е. С. СТРОЕВ

Председательствующий. Уважаемые коллеги! Продолжаем работу. Коллега Галазов хочет сделать заявление.

, Президент Республики Северная Осетия — Алания.

, уважаемые коллеги! Обращаю ваше внимание на статью, которая сегодня напечатана в "Независимой газете", — "Кандидатов в президенты стало шесть". В ней, в частности, говорится: "...Секретарь Совета Безопасности РФ Иван Рыбкин сегодня вновь отправляется в Чечню. Как сообщил "Интерфаксу" пресс-секретарь Аппарата СБ Игорь Игнатьев, он примет участие в очередном заседании Объединенной комиссии по чеченскому урегулированию. Его будет сопровождать представительная делегация лидеров северокавказских республик, в которую вошли Валерий Коков, Руслан Аушев, Ахсарбек Галазов, Магомедали Магомедов..." и другие.

Почему меня насторожило вот это сообщение? Во-первых, о том, что вхожу в состав Объединенной комиссии по урегулированию обстановки в Чечне, я никакого документа не читал, узнал об этом "с базара" и считаю это нарушением элементарных государственных этических норм.

Во-вторых, заседания Объединенной комиссии назначаются в то время, когда проводится заседание Совета Федерации. Наверное, Секретарю Совета Безопасности, Аппарату Совета Безопасности должно быть известно, что Совет Федерации рассматривает важные законы, поэтому присутствие членов Совета Федерации на заседании обязательно.

В-третьих, я не готов кого-либо сопровождать. Если я вхожу в состав Объединенной комиссии, то, наверное, у меня, как у члена этой комиссии, должны спрашивать мнение по тому или иному вопросу.

Следующий момент, о котором я уже говорил. Есть Президент Российской Федерации — глава государства, есть Федеральное Собрание — парламент, состоящий из двух палат, есть Правительство. Думаю, создавать какую-то дополнительную структуру власти нет никакой необходимости.

Мне представляется, что те люди, которые перечислены в этой статье, привлечены в качестве какого-то фона, на котором отдельные люди могут принимать свои решения.

Прошу Вас, Егор Семенович, передать мое мнение Секретарю Совета Безопасности. Думаю, что мы — члены Совета Федерации, верхней палаты парламента — должны защищать свою честь.

Председательствующий. Коллега Коков, упомянутый в статье, находится здесь и никого не сопровождает. Члены Совета Федерации не записывались ни к кому в сопровождающие.

У нас в повестке дня стоит вопрос о Чечне, тогда мы продолжим этот разговор.

Коллега Платонов, мы не утвердили состав согласительной комиссии. Пожалуйста, предложение.

Уважаемые коллеги! Предлагаю ввести в состав согласительной комиссии по ранее обсуждавшемуся Федеральному закону "О внесении изменений и дополнений в Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР и Исправительно-трудовой кодекс РСФСР в связи с принятием Уголовного кодекса Российской Федерации" членов Совета Федерации Кравцова, Ларионова, Платонова.

Председательствующий. Возражения будут? Нет.

Кто за это предложение? Прошу голосовать.

Результаты голосования (12 час. 41 мин.)

За 114 64,0%

Против 0 0,0%

Воздержалось 0 0,0%

Голосовало 114

Не голосовало 64

Решение: принято

Пожалуйста, коллега Савченко.

Уважаемые члены Совета Федерации! На ваше рассмотрение по инициативе ряда членов палаты вносится проект постановления Совета Федерации "О мерах по улучшению финансового положения сельскохозяйственных товаропроизводителей и организаций перерабатывающей промышленности Российской Федерации".

Безусловно, все члены Совета Федерации представляют сложившуюся ситуацию в аграрном комплексе страны. В результате неприемлемой, а нередко и ошибочной экономической политики весь агропромышленный комплекс живет и работает в долг и, я бы сказал, функционирует в режиме угасания.

В настоящее время общая задолженность организаций агропромышленного комплекса (по текущим долгам и долгам прошлых лет) приближается к 80 трлн. рублей, тогда как стоимость всей валовой продукции сельского хозяйства в действующих к 1995 году ценах составила 276 трлн. рублей. Как известно, все это ведет к окончательному разрушению аграрного сектора экономики страны.

В связи с этим Комитет Совета Федерации по аграрной политике считает необходимым предложить Правительству Российской Федерации максимально ускорить внесение в Государственную Думу проекта федерального закона о списании задолженности по централизованным кредитам, товарному кредиту и начисленным по ним процентам организаций агропромышленного комплекса. И незамедлительно обеспечить в полном объеме реализацию указов Президента Российской Федерации по данному вопросу, с тем чтобы в 1997 год товаропроизводители агропромышленного комплекса Российской Федерации вступили без старых, главным образом не ими нажитых долгов. А сумма долгов приближается к 30 трлн. рублей. Для оздоровления финансового положения организаций АПК считаем также необходимым решить ряд других вопросов.

Первое. Обеспечить погашение до 1 января 1997 года задолженности федерального бюджета АПК за 1996 год и в первоочередном порядке — задолженности по компенсациям части затрат, связанных с приобретением минеральных удобрений и химических средств защиты растений.

Второе. Разработать порядок отсрочки платежей по задолженности федеральному бюджету организаций АПК по товарному кредиту за 1996 год до 1999 года.

Третье. Предусмотреть в 1997 году выделение на условиях товарного кредита дизельного топлива и минеральных удобрений сельскохозяйственным товаропроизводителям, мазута и газа сахарным заводам с условиями его зачета в качестве авансового платежа по закупкам сельскохозяйственной продукции, сырья и продовольствия в федеральный фонд сельскохозяйственной продукции.

На этом заседании палаты был поднят вопрос о протекционистских мерах в отношении сахара-сырца вместо белого сахара. Поэтому сюда следует дописать еще одно положение, в котором Правительству Российской Федерации рекомендуется в двухнедельный срок принять меры по стимулированию импорта сахара-сырца вместо белого сахара.

Хотелось бы отметить, что пути решения проблем, предложенные в проекте постановления, согласованы со многими членами палаты. Проект единогласно одобрен на заседании нашего комитета, от имени которого прошу Совет Федерации поддержать наше предложение.

Председательствующий. Кто за принятие этого постановления? Прошу голосовать.

Результаты голосования (12 час. 42 мин.)

За 126 70,8%

Против 0 0,0%

Воздержалось 0 0,0%

Голосовало 126

Не голосовало 52

Решение: принято

Следует учесть, что наши предложения будут учитываться при формировании бюджета на 1997 год и подготовке стратегической программы развития АПК. Здесь собраны все грамотные идеи.

Переходим к следующему вопросу — о статусе города Севастополя. Лужков.

, мэр, премьер правительства Москвы.

, уважаемые коллеги! Мы настаивали на рассмотрении Советом Федерации вопроса о статусе города Севастополя отнюдь не случайно. Это действительно чрезвычайно важный, актуальный и сложный вопрос.

Мы прекрасно понимаем, что решить его в сложившейся ситуации будет совсем непросто, и не призываем к жесткой конфронтации с украинской стороной — к тому, чтобы рубить сплеча. Но вместе с тем, убежден, замалчивать этот вопрос, делать вид, что ничего не происходит, играть в поддавки — также недопустимо. Избиратели нас не поймут и не простят, поскольку речь идет о проблеме национальной безопасности и строительстве новой российской государственности.

В розданных вам материалах имеется справка, в которой впервые так подробно анализируется (главным образом с юридической точки зрения), почему и как возникла проблема статуса города Севастополя. Поэтому остановлюсь только на основных моментах.

Первое: Севастополь никогда не передавался Украине. В октябре 1948 года указом Президиума Верховного Совета Российской Федерации он был отнесен к категории городов республиканского подчинения в составе Российской Федерации с выделением из Крымской области в самостоятельный административно-хозяйственный центр со своим особым бюджетом. В дальнейшем он финансировался из Москвы.

В 1954 году Украине была передана только Крымская область, что подтверждается документально, но ни в одном документе не говорилось о передаче Украине и города Севастополя, так же как и об отмене указа от 1948 года.

Согласно нормам международного права передача территорий одного государства другому осуществляется только на основании двусторонних договоров. Таких договоров между Украиной и Россией относительно Севастополя никогда не было. Следовательно, все действия Украины, которые привели к фактическому владению ею Севастополем, носили односторонний характер. Россия их никогда не признавала, что зафиксировано, в частности, в постановлении Верховного Совета Российской Федерации от 9 июля 1993 года. Поэтому никакие ссылки на географические карты или односторонний документ, в том числе Конституцию Украины, не могут быть юридически значимы с точки зрения международного права.

Российско-украинский договор 1990 года, в котором было зафиксировано отсутствие у сторон территориальных претензий друг к другу, заключался как договор между республиками — составными частями единого государства, СССР. И только в этом контексте документ имел смысл и юридическое значение. Верховный Совет Российской Федерации и ратифицировал его (это также документально подтверждено) с оговоркой: в случае прекращения существования СССР территориальные вопросы, в том числе и вопрос о статусе Севастополя, должны стать предметом рассмотрения на высшем государственном уровне. Такого рассмотрения после 1991 года, насколько я знаю, не было.

Хотелось бы особо подчеркнуть следующее. Изучая проблему Севастополя, я убедился в том, что права России на Севастополь подтверждены документально. Украина такой документальной базой, если не считать ее односторонних актов, не располагает. Может быть, поэтому российская сторона до сих пор вела себя столь пассивно, чего нельзя сказать об Украине. Но ведь когда-то мы должны выйти из состояния пассивности! Сейчас это сделать еще не поздно.

Второе: вопрос о статусе города Севастополя имеет прямое отношение к безопасности России. Отказ от Севастополя, являющегося главной базой Черноморского флота, исторически возникшего как южная крепость России, приведет к резкому ослаблению геополитических позиций нашей страны и предопределит доминирование в черноморском бассейне вооруженных сил других стран. Через какое-то время мы все это поймем и потребуем от Правительства активных действий, но исправить положение будет уже гораздо сложнее, чем сейчас. Для этого понадобятся огромные усилия, колоссальные средства, которых, как известно, у нас сейчас нет.

Третье: население города Севастополя более чем на 70 процентов состоит из русских, которые всегда осознавали себя гражданами России, что подтверждено данными нескольких референдумов. Между тем украинские власти ускоренными темпами проводят там политику насильственной украинизации, ограничивая использование русского языка даже в детских садах и школах. Я был потрясен, когда узнал, например, следующее: за три последних года правительство Москвы выделило более 800 млн. рублей на закупку учебников на русском языке для школ города Севастополя, и вот теперь, оказывается, эти учебники изымаются и сжигаются. И все это происходит в конце XX века! На мой взгляд, российские власти просто не имеют права молчать, когда так поступают с нашими соотечественниками.

Четвертое. Сейчас идет работа по подготовке российско-украинского договора. Переговоры проходят очень непросто, но убежден, что почти никто из сидящих в этом зале не информирован в достаточной степени о сути и характере этих трудностей (это по меньшей мере странно). Однако известно, что украинская сторона настаивает на включении в договор пункта об аренде Россией военно-морской базы в Севастополе. Что это будет означать, если мы согласимся с данным пунктом? С одной стороны, отвлечение огромных средств из экономики России, с другой — косвенное признание Севастополя территорией Украины. Прошу вас обратить внимание именно на это: добиваются пока не открытого, прямого отказа России от Севастополя, а хотя бы в завуалированной форме.

Коллеги, я, как и все вы, являюсь сторонником установления самых тесных и дружественных отношений с Украиной. Но, во-первых, не в ущерб интересам России и ее граждан. И во-вторых, процесс установления таких отношений должен проходить на законной двусторонней основе и цивилизованными методами. Бесполезно пытаться разрешить проблему в одностороннем порядке, так ее можно только загнать вглубь. Надо садиться за стол переговоров и честно искать варианты решения проблемы, опираясь на нормы международного права.

Не последнюю роль здесь должны играть парламентарии — мы не должны оставаться статистами в политическом процессе. Нас народ избирал для того, чтобы мы выражали и отстаивали его интересы. Можно, конечно, кивать на Правительство, а потом приглашать сюда его руководителей, как вчера, для отчета. Но много ли от этого пользы? Именно поэтому мы предлагаем Совету Федерации принять сегодня два документа, проекты которых вам розданы.

Во-первых, проект заявления, в котором излагаются принципы подхода к решению проблемы статуса города Севастополя на законной основе и, подчеркиваю, посредством переговорного процесса.

Во-вторых, проект постановления, согласно которому создается комиссия Совета Федерации по подготовке законодательного акта о статусе города Севастополя с привлечением к ее работе представителей Президента, Правительства, Государственной Думы.

Оба документа, как нам кажется, изложены достаточно сдержанным языком и преследуют цель — начать переговорный процесс с Украиной по проблеме Севастополя, отразив в нем активную и убедительную позицию России.

Убежден, что, приняв эти документы, Совет Федерации внесет существенный вклад в укрепление российской государственности и обороноспособности. И самое главное — в налаживание добрососедских отношений с Украиной, ибо наличие этой проблемы не способствует нормальным человеческим, деловым, экономическим, межгосударственным отношениям между Россией, россиянами и Украиной, украинцами.

И последнее. Говорят, сейчас не время поднимать данный вопрос, надо подождать. Хочу спросить: чего ждать, разве проблемы решаются сами собой? Нет. Мы просто теряем время и создаем прецедент территориального отторжения исконных земель России. Давайте не будем делать этого, чтобы нам не было стыдно ни перед нынешними своими гражданами, ни перед будущими поколениями.

Председательствующий. Есть вопросы? Анатолий Павлович Сычев, пожалуйста.

, председатель Комитета Совета Федерации по делам Федерации, Федеративному договору и региональной политике.

! На проекте постановления есть заключение начальника Правового управления Аппарата Совета Федерации: "Считаю, что правовых оснований для сомнений в статусе города Севастополя нет". Вопрос относительно этой фразы, может быть, следует задать не Вам, но задаю его Вам, поскольку Вы являетесь докладчиком.

И еще один вопрос. Вы считаете необходимым принимать два документа? Может быть, ограничимся только постановлением?

Считаю необходимым принять два документа, ибо в заявлении мы обосновываем необходимость решения проблем. Они должны решаться в "мягком" режиме, никаких крайних действий здесь допускать не следует. Переговорный процесс необходимо начать с контактов парламентариев, а затем перейти на межгосударственный уровень (по линии Министерства иностранных дел Российской Федерации). И только после соответствующей подготовки руководители государств приступят к обсуждению вопроса. Но на первом этапе и Россия, и Украина должны признать существование проблемы. И в этом смысле данный документ не является конфронтационным, он защищает интересы Российской Федерации. Проекты заявления и постановления выполняют именно эти функции.