Формирование траектории устойчивого развития региональной социально-экономической системы (стр. 7 )

Исходное состояние неравенства порождает экономическую и социальную дифференциацию в уровне развития регионов, разный вклад в ВРП и ВНП, что показано в таблице 15, рассчитанной на основании /91, с. 198/.

Таблица 15.

Валовый региональный продукт субъектов УрФО

Субъект УрФО	2001 г. ВРП на душу населения, руб.
1 Курганская область 2 Свердловская область 3 Тюменская область 4 Ханты-Мансийский автономный округ 5 Ямало-Ненецкий автономный округ 6 Челябинская область	17% 22,1 2,4 44,9 11,5 17,5	6 2 5 1 4 3	23780 / 6 46657/ 3 16719,9 / 5 3199001/ 1 2579001 / 2 41512/ 4
ИТОГО	100

1 – данные за 2000 г.

Существует множество /40, 48, 49, 53, 65, 81/ критериальных признаков и подходов к выделению подсистем из общей системы или разделения общей системы на подсистемы. Рассмотрим некоторые из них.

Так в региональном подходе к устойчивому развитию выделяют два аспекта. С одной стороны, глобальные проблемы существуют в единстве общего, частного и единичного применительно к тому или иному региону как самостоятельной подсистеме в пределах более сложной системы – страны. В то же время, региональная политика рассматривается как инструмент стабилизации социальной жизни, регулирования взаимоотношений общества с окружающей средой – природной, социальной, экологической, экономической и социокультурной. Кроме того, как мы уже указали, понятие регион с другой стороны включает физико-географическую составляющую. Регионы привязаны к географической и социальной среде. Они имеют устойчивое или взаимосвязанное взаимодействие с природой.

Как же выглядит описанная выше идея на региональном уровне? Возможна ли региональная SD-концепция или же по крайней мере программа устойчивого развития конкретной территориально-административной единицы? Как уже отмечалось, концептуальные постулаты SD-концепции предопределяют её как глобальную, апеллирующую ко всему человечеству. Точно так же и устойчивость (в кибернетическом и математическом смысле) является свойством всей системы, а не отдельных её частей. Соединение отдельных устойчивых подсистем в одну систему не гарантирует ее устойчивости. Наоборот, несколько нестабильных подсистем при объединении могут образовать устойчивую систему / 15 /. В экономической и социальной сферах жизни подобный парадокс агрегирования проявляется таким образом, что механизмы рыночного или иного регулирования могут усиливать неравномерность развития отдельных объектов в пользу устойчивости всей системы. С другой стороны, автономное стремление отдельных объектов к устойчивому существованию способно нарушить не только стабильность системы, но и её целостность.

Проблема регионализации в России стала чрезмерно актуальной, что для её разрешения применяются и более упрощенные схемы. Тем не менее, забота регионов об устойчивости (может быть, не столько развития, сколько выживания) – характерная черта прошедшего десятилетия. «В этих условиях, – отмечает , – устойчивость в плане SD-концепции представляет лишь академический интерес, отступая на второй и даже на третий план по сравнению со злободневными проблемами хозяйственной, социальной и политической стабильности. И тем не менее наряду с активизацией социально-экономической мысли, современная ситуация, побуждает и другие научные дисциплины, в том числе геолого-географического и биологического круга, откликаться на запросы социальной практики» /15, с. 45/.

С точки зрения настоящего исследования обратимся к проблеме социально-экономической устойчивости ХМАО. Как уже отмечалось, данная проблематика актуализировалась в нашей стране в связи с распространением идей Римского клуба и экономико-математическим бумом. Но на региональном уровне понятийный аппарат изучения социально-экономической устойчивости довольно эклектичен. Как правило, речь идет о системах балансовых моделей и методах согласования. Понятия стабильности (устойчивости) и развития часто бывают разнесены. Да и о каком устойчивом развитии можно говорить, если в качестве основных постулатов социально-экономической стратегии региона ещё недавно предлагались системы мер, призванные в пожарном порядке «сдержать спад производства», «смягчить бюджетный дефицит», «снизить масштабы безработицы», «преодолеть тенденции затухания инвестиций», «найти способы ликвидации неплатежей и взаимной задолжности». И в дальнейшем такого рода исследования при всей их научной и практической значимости были не более, чем реагированием на злободневность.

Поэтому «идея устойчивого развития, отмечается в / 15 /, на региональном уровне в нынешнем своем состоянии – это пока ещё метафора позитивных изменений, а не конструктивная программа. Впрочем, в этой метафоричности, эклектичности понятийного аппарата заключены и вполне определенные преимущества – прежде всего свобода творческой интерпретации ключевых понятий в соединении с прагматизмом действия. Потребность в обозримых ориентирах деятельности ощущается не только на региональном или же национальном уровне».

Впрочем, регион можно толковать не только в качестве объекта экономических и других – культурных, социальных, политических отношений, но и их субъектом. Действительная региональность и региональная политика имеют место лишь тогда, когда они опираются на суверенитет народа. Корни региональной политики уходят также в «гуманитарное пространство», которое создается социальной активностью граждан, участием в политической деятельности, социально-политическом управлении и самоуправлении. Подлинный регионализм имеет место только тогда, когда всем гражданам предоставляются равные права участия в управлении и самоуправлении независимо от местожительства. В местном политическом пространстве граждане осуществляют право на самоорганизацию, инициативно занимаются местными делами, решают вопросы и несут ответственность за оптимальную реализацию местных жизненно важных для населения дел.

К их числу относятся такие организационные формы и самоуправленческие статусы, как развитие непосредственной демократии, проведение собраний, сходок, местных референдумов, выборы в местные органы лиц, решающих вопросы, затрагивающие интересы коренного населения (это управление делами, связанными с жизнедеятельностью данного сообщества на его территории: коммунальное хозяйство, муниципальный жилой фонд, местные дороги, благоустройство, санитарное состояние, местные налоги, использование земли, ресурсов, охрана окружающей среды, местная система здравоохранения, довузовская организация образования, торговля, учреждения культуры, места отдыха, общественный порядок и пр.). Разумеется, для такой обширной сферы самодеятельности требуется уяснение и разрешение проблемы местного бюджета, автономных источников его существования.

Как мы видим, регион и местные территории с соответствующим населением – это самодостаточный, самоуправляемый субъект и эффективность его эволюции зависит в определенной мере от объективности и субъективности решений, принимаемых на региональном пространстве.

2.2. Социально-экономические цели регулирования

Поскольку в качестве цели устойчивого развития нами предложено соотношение (5), УПt ≤ УПt+1, постольку рассмотрим содержание региональной политики с этой точки зрения.

Региональная экономическая политика представляет собой совокупность мероприятий, обеспечивающих достижение поставленных целей на локальном уровне. Опыт показывает, что развитие общества сопровождается необходимостью одновременного достижения множества различных целей. Поэтому для ясного понимания, определения приоритетов и выработки управленческих решений требуется четкое представление о структуре задач, поставленных перед обществом и лицами, принимающими решения.

Наиболее часто структурную схему изображают следующим образом. На высшем уровне обозначают основную высшую или глобальную цель государства. Она состоит в стремлении достичь максимального благосостояния всех членов общества. В этой связи интересно отметить, что в экономической теории понятие «благосостояние» активно разрабатывалось экономистами США и Англии, где возник специальный научный термин «экономика благоденствия». В качестве главной цели это понятие было определено и прежде в рамках нерыночной экономики. Однако практика показала, что в теоретическом плане это понятие является сложносоставляющим. Причина в том, что говоря о благосостоянии, довольно сложно количественно сформулировать эту цель, поскольку она имеет относительный, субъективный и динамичный (переменный) характер. В реальной экономической политике цель благосостояния называется не в прямом, а опосредованном понимании.

Поэтому кроме глобальной цели существует совокупность задач второго уровня, называемых подгруппой главных целей и их обозначают как функции государства, а на региональном уровне – функции регионального уровня управления.

Отметим при этом, что соотношение разных целей находится в диалектической взаимосвязи и противоречии, что представляют в виде конфликта целей / 81 /. Сущность противоречий состоит в том, что достижение нижестоящей цели представляет собой средство для достижения цели более высокого уровня. Так если цель экономического роста представить как задачу, предполагающую более высокий по сравнению с достижением полной занятости уровень, то меры по устранению безработицы можно рассматривать как средство обеспечения экономического роста.

Согласно /81/ к глобальной и главным целям относят – свободное развитие человека; экономическую свободу; правовой порядок; внешнюю и внутреннюю безопасность. Достижение указанных целей обеспечивает принципиальные, так называемые «рамочные условия» существования рыночно-ориентированного общества.

Понимание важности подгруппы главных целей с развитием человеческого общества менялось во времени. Первая классификация, ставшая «классической», была предложена А. Смитом. Опираясь на работы Ф. Бэкона и В. Петти, он выдвинул перечень следующих целей: 1) обеспечение безопасности по отношению к внешней сфере; 2) создание правового порядка; 3) обеспечение государством инфраструктуры для развития хозяйства. В последующем экономисты развили эту классификацию, сделав её значительно шире. В Стратегии развития РФ до 2010 г. на первое место как глобальная цель поставлено свободное развитие общества / 89 /.

На практике цели реализуются как стремление к максимальному росту валового национального продукта – (ВНП). Задача государственного управления состоит в том, чтобы обеспечить масштабы и пропорции создаваемого ВНП оптимальными, что на первый взгляд представляется понятным. Однако ориентация на показатель роста ВНП достаточно сложна в силу действия ряда обстоятельств – индекс ВНП недостаточно точно отражает уровень и качество жизни населения, его рост не отражает наиболее важные источники и ресурсы развития / 65 /.

Поэтому при использовании показателя ВНП в качестве критерия уровня благосостояния учитывается не абсолютный, а относительный объем ВНП на душу населения, т. е. пропорции между темпами роста ВНП и населения. Если прирост населения происходит быстрее увеличения ВНП, тогда реальный уровень благосостояния (несмотря на абсолютный рост ВНП) понижается.

Существует ещё одна слабая сторона показателя ВНП применительно к оценке благосостояния. Определенный темп роста ВНП не во всем однозначно показывает аналогичный прирост благосостояния нации в связи с тем, что определяется не только произведенным объемом продукта, но и характером распределения благ внутри страны.

Все это приводит к выводу: формулировка основной цели экономической политики как рост благосостояния не дает точных и однозначных ориентиров для конкретной выработки стратегии развития. Именно поэтому на практике требуется введение частных, масштабно и четко определяемых целевых установок.

«Экономическая политика в странах с развитой рыночной экономикой, – отмечает , - выработала стандартную группу показателей, совокупность которых достаточно реально выражает итоговую цель регулирования» /81, с. 21/. Вместе с тем, в отдельных странах и в определенные отрезки времени совокупность таких показателей меняется – по количеству намечаемых целей, иерархической расстановке, выбираемым приоритетам. Однако, отметим, что до настоящего времени сложилась и признана система четырех прикладных задач, представляющих конкретно-целевую группу:

- экономический рост; полная занятость трудоспособного населения; стабильность цен и устойчивость национальной валюты; внешнеэкономическое равновесие.

В западных странах со сложившейся системой экономических взглядов цель экономического роста считается ведущей. Её реализация осуществляется в рамках расчета абсолютного и относительного роста ВНП, несмотря на присущие недостатки.

Вместе с тем при едином подходе к важности экономического роста имеются расхождения по таким вопросам, как степень, методы обеспечения, источники роста. Мнения исследователей, как мы выяснили выше, разделились на сторонников активного экономического роста и приверженцев спокойного устойчивого равновесного состояния. Поэтому использование многих уточняющих прилагательных к категории роста: «равновесный», «соразмерный», «постоянный», «оптимальный», «максимальный», является обоснованным. Существует даже подход, согласно которому рост рекомендуется устанавливать «нулевым» - с целью сохранения окружающей среды и возможности длительного использования природных ресурсов. Однако количественную оценку такому варианту тоже установить сложно.

В целом важность показателя экономического роста определяется тем, что он отражает рост реального ВНП и прогрессивные изменения в области производительности труда. Недостаток его состоит в следующем: он не показывает социальную дифференциацию населения и неравенство в распределении продукта, а также негативные последствия экономической динамики на окружающую среду и истощение природных ресурсов.

Совместимой и взаимосвязанной с целью экономического роста является другая цель – обеспечение полной занятости трудоспособного населения. Она предполагает достижение максимально возможного в долгосрочной перспективе использования трудоспособного населения. В более конкретном аспекте это предполагает борьбу с безработицей, создание новых рабочих мест. Такие меры принято называть политикой по обеспечению занятости.

Полная занятость обеспечивает оптимальный экономический рост, поскольку именно на основе полного использования производственного потенциала можно достичь максимально возможного увеличения масштабов производства. Однако, как бы ни был важен экономический рост, следует исходить из реальных ограничений: избавится от определенных форм безработицы – фрикционной, сезонной, общество не в состоянии. Определенное число лиц, не имеющих работу, всегда существует в рыночной экономике. Принято считать, что состояние полной занятости, не угрожающей экономической безопасности, достигается тогда, когда уровень безработицы находится в пределах от 1,5 до 4%, превышение данной нормы является опасным социальным моментом / 81 /. Допустимый уровень безработицы зависит от социально-политической ситуации в стране. По данным Государственного Комитета РФ по статистике численность экономически активного населения в 2002 г. составила 71,9 млн. человек, из которых 66,4 млн. человек (92,4%) были заняты в экономике, а 5,5 млн. человек (7,6%) классифицировались в соответствии с методологией МОТ как безработные. В течение 2002 г. наблюдались устойчивое сокращение общей численности безработных, рост численности экономически активного и занятого населения, уровень занятости составил 92,9% - столь высокое значение данного показателя наблюдалось в 1993 г.

Выполнение трех перечисленных выше целей обеспечивает достижение в рамках национальной экономики макроэкономического равновесия. Однако на закономерность: чем более высоким уровнем развития обладает экономика, тем более открытой она становится, влияют другие дополнительные факторы. Причина состоит в том, что рыночная система имеет три стадии развития и три формы проявления: формирование – возникновение, количественное и структурное развитие, качественное развитие, пространственное распространение. В этом смысле рыночная система воспроизводит три формы существования живой природы, экономика есть институциональное отражение живой системы. При активной экспансии во внешнюю – международную и глобальную сферу положение национальных экономик во многом зависит от достижения баланса, т. е. устойчивого состояния в системе внешних экономических связей. В связи с этим и выделяется самостоятельная конкретная цель – обеспечение экономического равновесия в международном разделении труда.

Задача данной целевой установки – снять барьеры на пути перемещения товаров и услуг, с одной стороны, капитала и денег – с другой. Свобода торговли, движения факторов производства – естественное условие для успешного существования и роста рыночных структур. Однако каждая страна должна при этом стремится к определенному равновесию в своей экспансии, с целью обеспечения устойчивости в глобальном масштабе.

Таким образом, экономическая политика содержит большую совокупность целей, между которыми существует иерархическая соподчиненность. В современной теории систему целей обозначают понятием «пирамида целей» или «дерево целей».

В /55, с.23/ представлена пирамида целей для РФ, построенная на основании Стратегии развития РФ до 2010 г. / 89 /. Заметим, что она отличается содержанием глобальной цели, а также соотношением между целями обеспечения экономического роста, экономической свободы и стабильности.

В таблице 16 выполнено сравнение целей, задач и методов по достижению целей, сформулированных на мировом, федеральном уровнях и в Концепции социально-экономического развития ХМАО, в разработке которой принимал участие автор /39/.

Значимость нефти и газа для экономики России обусловливает необходимость рассматривать ХМАО как объект управления: по одним видам деятельности, по крайней мере в переходный период, он должен рассматриваться как объект внешнего управления, по другим – как субъект самоуправления.

Если рассматривать ХМАО как большую открытую систему, то следует отметить, что она в значительной мере приведена в состояние хаоса. Основной характеристикой такого состояния является нечеткость описания границ взаимодействия:

– округа с субъектами иностранных государств, административно-территориальными образованиями зарубежных стран и международными организациями;

– округа с другими субъектами Федерации и федеральным центром;

– округа с муниципальными образованиями;

–  коммерческих организаций округа между собой и различными структурами власти;

–  отдельных граждан (как субъектов) между собой;

–  отдельных граждан со структурами государственной власти.

Анализируя динамику происходящих процессов, можно утверждать следующее:

–  кризис экологической и социально-экономической подсистем является результатом глобального противоречия в отношениях между людьми и природой;

–  кризис социально-политического управления также имеет не местный, а глобальный характер и проявляется в несоответствии (неадекватности) методологических подходов к сущности объектов управления;

–  кризисы неплатежей и экономической дезинтеграции страны обусловлены транспортным фактором.

Преодоление перечисленных кризисов, при всей их глобальности, возможно лишь при условии заинтересованности и участия населения в дальнейшем развитии округа, а также осознания того, что не конкуренция, а взаимопонимание и взаимодействие позволят восстановить стабильность и обеспечить дальнейшее устойчивое развитие.

Нынешние кризисные явления в ХМАО уходят корнями в начальный период освоения богатств округа. Геологоразведочные работы (ГРР) лишились комплексности и развивались, прежде всего, в направлении поисков и разведки нефтяных и газовых месторождений. Другие виды ГРР имели второстепенный характер. В результате, к моменту открытия нефтяных месторождений мировой значимости, округ оказался не готовым к освоению запасов строительных материалов и других ресурсов, без которых невозможны капитальное строительство и жизнеобеспечение большого количества привлекаемых в округ граждан. Начавшееся бурное развитие экономики округа, таким образом, обрело моносырьевую ориентацию. Проявленная при этом излишняя поспешность обусловила:

– нерациональную эксплуатацию месторождений, выразившуюся в сжигании «попутного газа», загрязнении природной среды;

– преобладание трудо - и ресурсоемких технологий, повлекших излишнюю концентрацию населения в городах и поселках, большие энергозатраты на транспорте, отставание развития жизнеобеспечивающей инфраструктуры.

Большие объемы «отбора» природных ресурсов (в большей степени нефти, в меньшей степени – леса) на относительно ограниченных площадях неизбежно должны были привести к неустойчивости развития экосистем и функционирования хозяйственных систем. Это, собственно, мы и наблюдаем в настоящее время, в т. ч. на примере большого расслоения населенных пунктов по численности населения – 45 % всего населения округа проживает в трех городах, а промышленных предприятий – по крупности.

Локальный принцип освоения и моносырьевая направленность промышленности при одновременном использовании энергоресурсоемких и трудоемких технологий могли существовать только в период разработки высокопродуктивных месторождений. Однако с середины 80-х годов, когда продуктивность старых и вновь вводимых в эксплуатацию месторождений упала, предстоящий экономический кризис стал очевиден. Кризис объясняется тем, что для поддержания достигнутого уровня добычи традиционными технологиями надо было на порядок увеличить объемы буровых работ, капитального строительства. В это время уже ощутимо обозначился дефицит материально-технических и трудовых ресурсов, необходимых для того, чтобы обеспечить должное содержание инфраструктуры в Западно-Сибирском нефтегазовом комплексе. Несмотря на наличие интеллектуальных и материально-технических ресурсов для перехода на новые энергосберегающие и экологически более чистые технологии, а также технологии, обеспечивающие повышение производительности труда, системе управления не удалось справиться с этой задачей. Таким образом, через управленческий обозначились технологический и экологический кризисы, которые в последующем определили экономический и социальный кризисы.

Стремление добывать как можно больше и быстрее – миллион тонн нефти и миллиард кубических метров в сутки усугубили кризисные явления. Перестройка, выразившаяся в поспешном отказе от планомерности в переходе к принципам рыночного регулирования, сделала кризис явным, а транспортный фактор обусловил разрыв пространства, создав угрозу целостности экономического единства не только России, но и отдельных регионов.

Средства достижения цели развития ХМАО – переход к устойчивому развитию нами разделены на социальную и экономическую политики и соответствуют рис. 3. Социальная политика предусматривает мероприятия, направленные на развитие человеческого капитала (ЧК):

ЧК = Кж + Коб + Кзд, (10)

где Кж – инвестиции в мероприятия, направленные на повышение уровня и качества жизни населения;

Коб – инвестиции в мероприятия, направленные на модернизацию и развитие системы науки и образования;

Кзд – инвестиции и мероприятия, направленные на поддержание и обеспечение здоровья населения, здорового уровня жизни и увеличение продолжительности жизни.

Тогда, мероприятия, предложенные Концепцией социально-экономического развития ХМАО / 39 /, можно сгруппировать согласно параметрам формулы (10).

Кж – обеспечение приемлемых жизненных стандартов для всех категорий населения, снижение уровня бедности и сокращение дифференциации доходов за счет усиления адресности социальной поддержки населения, стимулирования роста оплаты труда, обеспечения эффективного уровня занятости трудоспособного населения, улучшения пенсионного обеспечения;

-  перераспределение социальных расходов в пользу малоимущих при одновременном сокращении социальных трансфертов обеспеченным семьям, перевод льгот и компенсаций в денежные выплаты наиболее нуждающимся гражданам, создание единого банка информации по учету льготных категорий граждан;

-  осуществление максимально эффективной защиты социально уязвимых граждан, которые не обладают возможностями для самостоятельного решения социальных проблем и нуждаются в государственной поддержке;

-  создание для трудоспособного населения экономических условий, позволяющих гражданам за счет собственных доходов обеспечивать более высокий уровень социального потребления, включая комфортное жилье, лучшее качество услуг в сфере образования и здравоохранения, достойный уровень жизни в пожилом возрасте;

-  создание условий для эффективной занятости населения, обеспечение баланса спроса и предложения на рынке труда, в том числе на основе повышения качества и конкурентоспособности рабочей силы;

-  создание условий для реализации новой экономической модели реформы жилищно-коммунального хозяйства, которая в полном объеме повысит адресность и эффективность расходования бюджетных средств, будет способствовать активизации инициатив граждан в жилищной сфере, стимулировать развитие конкурентных отношений, снижение неэффективных затрат в отрасли, обеспечит рациональное ресурсопотребление;

-  осуществление пилотных проектов по созданию и апробированию в различных вариантах систем адресных социальных счетов граждан на оплату жилищно-коммунальных услуг;

Таблица 16.

Сравнение концепций регионального развития

Управляемые переменные	Мировой опыт /81/	Федеральная региональная политика /89, с. 214, с. 223/	Региональная политика ХМАО /39, с.19/
Цели	1)Пространственно-производственное равновесие между совокупным предложением и совокупным спросом	1)Укрепление единого социального и экономического пространства 2)Завершение переходного этапа 3)Изменение размещения производительных сил 4)Выход на траекторию устойчивого развития	1)Переход к устойчивому развитию
Задачи	1)Формирование инфраструктуры рынка, обеспечивающей относительное равенство регионов. 2)Обеспечение социально-экономических пропорций между регионами национальной экономики	1)Преодоление последствий экономического кризиса 2)Снижение дифференциации по уровню развития (в 1,5-2 раза) 3)Ускорение межрегиональной интеграции	1)Расширение сферы хозяйственного освоения и получение доступа к новым источникам природных ресурсов 2)Рост экономической интеграции между субъектами УФО и западной Сибири 3)Повышение уровня занятости населения и создание комфортных условий жизни
Методы и стратегии	1)Обеспечение правовой базы (законные «правила игры», регулирующие отношения «предприятия – поставщики ресурсов – потребители. 2)Поддержание рациональных масштабов конкуренции.	Стратегия территориального развития РФ: 1)Развитие коммуникационных систем: транспортных, энергетических, телекоммуникационных, логистических 2)Диверсификация источников энерго-теплоснабжения	1)Модернизация нефтедобывающей отрасли, направленная на снижение себестоимости нефти 2)Увеличение потребления энергоресурсов на территории УрФО

Продолжение таблицы 16

Управляемые переменные	Мировой опыт /81/	Федеральная региональная политика /89, с. 214, с. 223/	Региональная политика ХМАО /39, с.19/
	3)Перераспределение доходов путем прямого вмешательства в систему налоговых и трансфертных платежей /50, с. 103/	3)Структурная перестройка промышленности, экологизация производства 4)Модернизация системы расселения и регулирования миграционных потоков	3)Усложнение структуры экономики нефтяных компаний за счет развитие нефтегазохимии.

-  демонополизация управления и содержания жилищного фонда, обеспечение равных конкурентных условий для всех субъектов хозяйствования при предоставлении жилищно-коммунальных услуг.

Коб – дальнейшее развитие науки и системы образования, в том числе дошкольного, стимулирование развития сети новых форм и структур, осуществляющих дошкольное образование, построение системы преемственности дошкольного, начального и основного общего образования, структурная перестройка сети образовательных учреждений, отвечающих реализации различных образовательных запросов населения, развитие системы межшкольных учебных комбинатов;

-  развитие национального образования коренных малочисленных народов Севера и формирование окружной инфраструктуры единого образовательного пространства, совершенствование структуры управления системой профессионального образования;

-  удовлетворение потребностей экономики округа в профессиональных кадрах всех уровней и реформирование системы повышения квалификации и переподготовки кадров.

Кзд – развитие здравоохранения и совершенствование нормативно-правовой базы, регулирующей предоставление медицинской помощи, выполнение гарантированных объемов бесплатной медицинской помощи, а также легализации платных медицинских услуг;

-  развитие стационарозаменяющих форм организации и проведение реструктуризации системы здравоохранения, внедрение новых медицинских технологий.

Экономическая политика, предложенная Концепцией, имеет своей целью: разработку экономической модели устойчивого развития и схемы размещения производительных сил, частного сектора и малого предпринимательства / 39 /.

Среди системы мер, предусмотренных в рамках экономической политики следующие:

-  создание условий для развития экономически эффективных производств, расширение внутренних финансовых источников инвестиций, прежде всего, за счет роста доходов и накоплений реального сектора экономики, привлечения сбережений населения, а также притока прямых иностранных инвестиций;