Формирование траектории устойчивого развития региональной социально-экономической системы (стр. 9 )

Экономическая политика имеет своей целью – разработку социально-экономической модели устойчивого развития и схемы размещения производительных сил, частного сектора и малого предпринимательства.

3. Существует множество критериальных признаков и подходов к выделению подсистем из системы или объединения подсистем в единую систему. Известные подходы к формированию системы из подсистем можно, по нашему мнению, сгруппировать в несколько принципиально отличительных групп:

–  социально-ориентированный – все вокруг и для человека;

–  природно-ресурсный, в основе природные и другие ресурсы;

–  геостратегический, в основе национальные интересы и стратегические природные ресурсы;

–  актуальный и перспективный, в основе которого настоящие или будущие приоритеты.

4. Территория округа, наряду с нефтью и газом богата другими природными ресурсами, как возобновляемыми, так и невозобновляемыми. Некоторые из них относятся к ресурсам мирового значения и занимают стратегическое место – лес, вода, другие являются национальными – твердые полезные ископаемые, финансы, флора и фауна, торф и региональными.

Учитывая состояние инфраструктуры, экологическую обстановку и уровень жизни населения, цель устойчивого социально-экономического развития ХМАО может быть достигнута только за счет новых видов деятельности, прогрессивных технологий и эффективных форм управления. Это требует инвестиций для развития производительных сил, которые, в свою очередь, должны обеспечиваться соответствующими экономическим и правовым механизмами. Тогда в структуре управления автономного округа появляются достаточно четкие частные цели и задачи, направленные на достижение главной цели и формирующие механизм обратной связи развития производительных сил.

Анализ и оценка природно-ресурсного потенциала ХМАО позволяют сделать вывод – как большая открытая система регион обладает необходимыми и достаточными ресурсами для поэтапного перехода на траекторию устойчивого развития.

ГЛАВА III. РЕГИОНАЛЬНАЯ ТРАЕКТОРИЯ УСТОЙЧИВОГО СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКОГО РАЗВИТИЯ

3.1. Моделирование обобщенной траектории устойчивого развития

Существенным методологическим препятствием для оперирования выражением устойчивое развитие как на глобальном, так и других уровнях детализации является отсутствие ясного ответа на вопрос «На какое направление управлять?»

«До настоящего времени, справедливо отмечает М. Ганопольский, деятельность в конструктивном направлении сводилась к разработке репрезентативного набора показателей SD, организованных в структуру «входное воздействие – состояние – управление». Причем известные исследования как отечественных, так и зарубежных ученых не «идут» далее оценки состояния» /15, с.48/.

От знания состояния различных подсистем и общей системы в целом к действию – управлению SD еще не перешли ни в теории, ни тем более на практике. Положительный момент не вызывает сомнения, однако ясно и другое: в нынешнем виде показатели устойчивого развития, которые иногда называют индикаторами (что одно и тоже как по форме, так и по содержанию) – это скорее информация к пониманию и размышлению, а не руководство к принятию решений и действию.

Поскольку сами по себе показатели не являются самоцелью, а дают ответ на вопрос “чем управлять?”, то возникает определенная проблема – сформулировать то состояние, точку или область SD, достижение которой будет свидетельствовать, что мы стали на путь SD и далее следует следовать именно по этой траектории.

Известно множество подходов к количественной оценке устойчивости системы. Наиболее распространенными являются оценки устойчивости по и .

Устойчивость по характеризует управление устойчивым, если при любом возмущающем воздействии со стороны окружающей среды система способна за конечное время (∆ t) или в пределе приблизиться как угодно близко к той траектории движения в пространстве состояний, которую она имела до начала возмущения.

Устойчивость по отражает состояние системы, а вместе с ней и управление устойчивыми, если при конечных возмущениях в окружающей среде ни один из параметров по модулю не стремится к бесконечности, оставаясь ограниченной величиной.

Приведем достаточно распространенное в экономической теории мнение – «Оценка устойчивости социально-экономических систем по практически невозможна из-за трудности описания ограничений на возможные возмущения и учета всех возможных возмущений» /53, с. 197/.

Трудность описания, по нашему мнению, не должна быть препятствием для процесса познания и поэтому можно не согласиться с приведенным утверждением. Так на начальном этапе трудность описания всех возможных возмущений можно ограничить некоторой достаточной величиной. В первом приближении она может быть чрезмерной и несущественной. Однако по мере достижения заданных пределов можно перейти к необходимому объему определенных возмущений.

Если конкретную формулировку цели SD в виде точки нам не удалось отыскать в научной литературе, то попытка схематически представить траекторию движения в прошлом и необходимость изменения направления развития в будущем предложена в / 64 /. На основании дихотомических свойств систем / 64 / предложена схема цикла взаимозависимого развития социально-экономической системы и глобальной экологической среды, что показано на рис. 11.

 

1

V 2

2

1 3

t0 t1 t2 t3 t4

Рис. 11. Схема цикла взаимозависимого развития социально-экономической системы СЭС – «цивилизация» и глобальной экологической системы – ЭКОС.

1 – глобальный предел развития экосистемы (экологической среды), определяющийся размерами планеты Земля, внутренними функциями и космическими (внешними) факторами. 2 – предел, создаваемый взаимодействием СЭС и ЭКОС: 2.1 – доиндустриальный этап развития, 2.2 – индустриальный этап развития; 2.3 – климаксное состояние (состояние динамического постиндустриального равновесия, равновесные процессы); 2.4 – начало формирования хаоса (разрушение установившегося порядка); 3 – формирование новой парадигмы взаимоотношений СЭС и ЭКОС, начало развития нового цикла и необходимость перехода к устойчивому развитию.

Далее на основании предложенного цикла от точки 4 нами построена кривая устойчивого развития для РФ, которую будем считать возможной при прочих равных условиях, т. е. все факторы кроме соотношения между Эном и Элог остаются постоянными и неизменными. При таких обстоятельствах кривую будем называть эвентуальной траекторией устойчивого развития РФ (лат. еventus – случай).

На рис. 12 приняты следующие обозначения:

А – глобальный предел усталости окружающей среды, многократное (циклическое) нарушение которого приводит к прогрессирующему разрушению Элог;

В – предел, создаваемый взаимодействием подсистем Эном и Элог, при котором количественное и качественное развитие не угрожает самовосстановлению Элог, что было нами выражено соотношением (2):

С – формирование новой парадигмы взаимодействия подсистем Элог » Эном;

АД – область выносливости, в которой подсистема Элог может выдержать максимальное повторное воздействие со стороны Эном без разрушения;

2.5 – этап обеспечения стабилизации развития Эном; 2.6 – этап достижения самодостаточности; 2.7 – обеспечение экономической безопасности; 2.8 – этап обеспечения достаточной конкурентоспособности Эном ; 2.9 – переход к устойчивому развитию РФ и регионов.

Необходимость внесения изменений и продолжение схемы взаимодействия рис.11 продиктована, по нашему мнению, двумя обстоятельствами. Во-первых, природные и географические особенности, экономические и социальные диспропорции обусловливают разный стартовый уровень и возможности перехода к устойчивому развитию региональных экономик. Первые две особенности характеризуют так называемую статическую необратимость положения, объективно усиливающую те или иные относительные преимущества регионов при переходе к SD. Чрезмерно высокая степень диспропорциональности региональной экономики свидетельствует о наличии отсталых районов, социально-экономическое состояние которых находится на стадии 2.1, 2.2 рис.11. Следовательно, устойчивое развитие для таких регионов не является актуальным в настоящее время.

Если 89 субъектов РФ расположить на кривой (1-9) рис.11 и рис.12, то различия в размерах ВРП от точек t0 до t + 1, покажут что, разные регионы находятся на различном этапе развития от доиндустриального до информационного обществ.

Вывод о том, что стартовые условия различных регионов РФ различны, позволяет нам утверждать, что и продолжительность движения к цели SD, и набор (структура) этапов будут отличаться содержанием принимаемых управленческих решений.

Мнение о том, что траектория SD – РФ будет складываться из локальных этапов, признается как Концепцией перехода РФ к устойчивому развитию / 97 /, так и многими исследователями / 103 /.

«Переход к устойчивому развитию, отмечается в / 97 /, процесс весьма длительный, так как требует решения беспрецедентных по масштабу социальных, экономических и экологических задач. По мере продвижения к устойчивому развитию само представление о нем будет меняться и уточняться, потребности людей – рационализироваться в соответствии с экологическими ограничениями, а средства удовлетворения этих потребностей – совершенствоваться. Поэтому реализация принципов устойчивого развития должна рассматриваться поэтапно. Причем только относительно ранних этапов могут быть разработаны соответствующие программные и прогнозные документы».

Начальный этап перехода России к устойчивому развитию предопределен необходимостью решения острых экономических и социальных проблем, но поскольку именно они формируют главные целевые ориентиры данного этапа, особенно важно строго соблюдать в этот период обоснованные экологические ограничения на хозяйственную деятельность. Одновременно следует разработать программы оздоровления окружающей среды в зонах экологического кризиса и начать их планомерное выполнение, наметить комплексные меры по нормализации обстановки на экологически неблагополучных территориях и подготовить организационную основу реализации этих мер.

На следующем этапе должны осуществляться основные структурные

A

Д

В

С

4

УПt

 

УПt + 1

 

2.9

 

t4 t5 t6 t7 t8 t+1 T

Рис.12. Графическая интерпретация траектории SD

А – глобальный предел развития окружающей среды, В – предел, создаваемый взаимодействием Элог и Эном; С – формирование новой парадигмы взаимодействия и взаимосвязей Элог » Эном; 2.5 – обеспечение стабилизации развития Эном; 2.6 – уровень самодостаточности; 2.7 – экономическая безопасность; 2.8 – уровень конкурентоспособности; 2.9 – переход к устойчивому развитию.

преобразования в экономике, технологическое обновление, существенная экологизация социально-экономического развития. На этом этапе экологическое благополучие территории страны обеспечивается прежде всего за счет рационализации использования богатого природного потенциала России и снижения относительных затрат как на душу населения, так и на производство ВВП.

В дальнейшем постепенно должна решаться проблема гармонизации взаимодействия с природой мирового сообщества. Россия, на долю которой приходится значительная часть ненарушенных экосистем, будет играть в этом процессе одну из ключевых ролей.

По нашему мнению, осуществление стратегии SD – РФ будет не ламинарным, а ступенчатым процессом и подвергнется неоднократным коррективам. Это объясняется тем, что на разных этапах на первый план будут выдвигаться различные проблемы, свойственные подсистемам общей системы. Так, затратная или экстенсивная модель, характерная для стабилизационного периода, будет заменена интенсивной моделью, присущей этапу формирования эффективных и конкурентоспособных производств.

На рис. 12 нами введены параметры D5, D6, D7, D8 и D9, смысл которых вытекает из определения устойчивости системы, предложенного . То есть, Di обозначают ограниченную величину, пределы которой ни один из параметров подсистем и общей системы не пересекает при конечных возмущениях в окружающей среде.

Поясним содержание Di. Развитие любых подсистем и общей системы, как правило, не является линейным. Концепция стратегического управления экономическими системами Эном предполагает в качестве одной из важнейших задач осуществление согласования интересов по времени, т. е. между глобальными и текущими интересами, о чем было отмечено выше.

Согласованию интересов по времени, т. е. между стратегическими и тактическими целями, уделялось внимание многих теоретиков и практиков. Общеизвестен принцип согласования, по которому ради достижения перспективных целей целесообразно жертвовать сегодняшними интересами. Однако, несмотря на наличие такого фундаментального положения, в экономической литературе и на практике согласование по времени либо не учитывается, либо рассматривается на эмпирическом, поверхностном уровне. В этих случаях естественно снижается эффект как управленческих мероприятий, так и функционирование экономики. Главная причина – отсутствие методов расчета временных жертв и перспективного выигрыша в условиях непредсказуемости будущего.

 

Gт + 10 Hт

G20 H2

В

Y0 G10 H1 H-120Q-12

 

С

 

0 1 Т + 1 Т

Рис. 13. Иллюстрация определения глобальной области и глобального оптимума (В и С – аналогично рис.12).

Для решения задачи согласования интересов и приоритетов во времени рассмотрим концепцию перспективного развития экономики.

Пусть период движения в направлении к устойчивому развитию соотношение (5) делится на Т подпериодов, Т=9 согласно рис. 12. На каждый t-й подпериод известно производственное отображение Gt, преобразующее ресурсы Xt в результат Yt , причем каждому значению соответствует множество результатов Gt (Xt), а под действием производственного отображения множество допустимых вариантов ресурсов Xt образует соответствующее множество допустимых вариантов результата Yt. Производственное отображение является многозначным,

Gt : Xt → Yt (10)

Аналогичным образом определяется многозначное распределение (11), преобразующее

Ht+1 : Yt → Xt+1, (11)

Результат одного подпериода в ресурсы следующего подпериода. Кроме того, пусть существуют обратные к ним отображения (12), т. е.

G -1 t : Yt → Xt,

H-1 t+1 : Xt+1 → Yt, (12)

Также предполагается, что для каждого t-го подпериода, t=1, T, задана целевая функция предпочтения (13):

ft :Yt → R+ (13).

Тогда задача перспективного развития экономики при заданном начальном положении Y0 заключается в отыскании оптимальной траектории (14):

Y +t = {Y+t : t = 0, T; Y+0 = Y0}. (14)

Согласно цели экономического развития предпочтение должно быть оказано траектории, которая обращает в максимум целевую функцию на последнем подпериоде Т. Такую траекторию будем называть глобально-оптимальной. Можно заметить, что из-за многозначности производственных и распределительных отображений теоретически существует бесконечное множество обращений глобально-оптимальных траекторий из Y0 в глобальный оптимум Y+T, а это позволяет выбрать среди них абсолютно оптимальную траекторию Y+ путем, например, последовательной максимизации промежуточных значений целевых функций с первого t0 до предпоследнего 9-го подпериода.

Следовательно, задача перспективного развития включает в себя три подзадачи:

-  определение совокупности допустимых траекторий и глобального оптимума;

-  определение множества глобально-оптимальных траекторий, или глобальной области;

-  определение оптимальной траектории

На рис. 13 проиллюстрировано решение двух первых подзадач. Для определения совокупности допустимых траекторий проводится перспективный анализ. Исходя из начального значения Y0 , в результате последовательного выполнения пар распределительного и производственного отображений (15), как правило, получается последовательность допустимых результатов (16)

{Gt * Ht : t = 1, T}, (15)

{Yt : t = 1, T}. (16)

В / 111 / доказано, что для любого значения Yt Є Yt, t = I, T, всегда существует хотя бы одна допустимая траектория из Y0 в Yt , и тем самым утверждено, что {Yt : t = I, T} есть искомая совокупность допустимых траекторий, а значение Y+T из YТ, которое обращает в максимум целевую функцию fT, - это глобальный оптимум.

Для определения глобальной области проводится ретроспективный анализ, исходя из глобального оптимума Y+T, путем последовательного выполнения пар обратных отображений (17):

{Ht-1 0 Gt-1 : t = T, 1} (17),

и в результате получается последовательность множеств (18):

_

{Yt : t = 1, T}. (18).

Аналогично приведенному выше утверждению видно, что для любого Yt Є Yt, t = I, T - I, всегда существует хотя бы одна допустимая траектория движения из него в Y+T. В / 109 / доказана теорема, позволяющая утверждать, что {YtG : t = I, T} – есть глобальная область. Исходя из этого можно определить оптимальную траекторию. Оптимальная траектория Y+ определяется формулой (19):

ft (Yt+ ) = max ft (Yt+ ) (19),

где Yt+ = YtQ П Gt 0 Ht(Yt-1+ ).

Как утверждается, теорема имеет теоретическое значение. Так поскольку YI+ Є YI, то, обозначая как Yt++ локальный оптимум на первый подпериод, который обращает в максимум целевую функцию fI на множество YI, естественно fI (YI+ ) ≤ fI (YI++ ). Величина fI (YI++) - fI (YI+) характеризует жертвы в первом подпериоде ради глобальной цели. Если вариант Yt++ выбран, то локальным оптимумом во втором подпериоде является значение, обращающее в максимум функцию f2 на множестве G2 0 H2(YI++ ). Величина f2 (Y2++ ) – f2 (Y2+ ) может быть положительной или отрицательной. Это означает, что жертвы в предыдущем подпериоде уже дают положительный эффект, если данная величина положительна, либо придется продолжать жертвовать – в противном случае. Таким образом, продолжая сопоставления ft (Yt+ ) и ft (Yt++ ), в принципе можно определить критический подпериод, с которого глобальный подход начинает давать положительный эффект.

Наиболее важным является принятие управленческих решений в случаях:

-  отклонения фактического промежуточного результата от расчетного;

-  изменения глобальной цели.

При неизменной глобальной цели, если в каком-нибудь t-ом подпериоде фактический результат Ytфак отклонился от Yt+ , но находится в

глобальной области или хотя бы в ретроанализированном множестве Yt то, согласно теореме, глобальная цель YТ+ вероятно будет достижима. В случае, если фактический результат находится вне этого множества, то для достижения глобальной цели требуются чрезвычайные изменения условий функционирования с целью «загона» фактической траектории в ретроанализированную область.

Концепция оптимизации перспективного развития экономики является важным теоретическим инструментом для стратегического управления динамикой экономических систем. Тем не менее, эта концепция непосредственно не может быть применена в практике руководства сложными экономическими системами, ибо в ней не учитываются расходы на осуществление управленческих мероприятий, а также интересы объекта управления, без которого всякие планы управления носят волюнтаристский характер.

Из приведенных выше рассуждений, основанных на / 111 / и определении устойчивости системы по / 53 /, можно предположить следующее. Первое, в развитии общей системы и составляющих ее подсистем существует совокупность допустимых траекторий движения (ДТД), которые равноудалены на величину Di от оптимальной траектории (УПt - УПt+1) – точки 5, 6, 7, 8, 9 на рис. 12. Второе, совокупность ДТД образует область или множество глобально-оптимальных траекторий движения подсистем к заданной нами цели – пространство от точки, например, 5 до линии В. И, наконец, третье – как общая система в целом, так и отдельные подсистемы развиваются устойчиво и являются, следовательно, устойчивыми, если ни один из параметров системы не выходит за пределы области глобально-оптимальных траекторий, т. е. наблюдаемые показатели развития находятся внутри окружности радиусом Di. Величина Di, по нашему мнению, будет дифференцирована как относительно регионов РФ, так и относительно различных подсистем, включаемых в общую систему.

Анализ уровня социально-экономического развития объекта исследования позволяет нам утверждать о том, что ХМАО как подсистема и субъект РФ находится в точке экономической безопасности – 7. Следовательно, движение к устойчивому развитию должно начинаться из этой точки в направлении состояния конкурентоспособности региона, т. е. точки 8. Внутренняя конкурентоспособность будет обозначать привлекательность региона для жителей как самого региона, так и других субъектов Российской Федерации. Миграционный прирост населения как раз свидетельствует о начале такого движения. Если в 1999 г. он был отрицательнымчел.), то в 2000 г., наоборот, составил (+ 13898 чел.).

Внешняя конкурентоспособность характеризует вклад региональной социально-экономической системы в национальное и международное развитие и разделение труда. Наибольший вклад 69% в национальную экономику и конкурентоспособность России вносит, как известно, нефтедобывающая отрасль промышленности. Объем промышленного производства ХМАО составляет 76,9% общеобластного уровня /91, с.13/

Вклад региона в мировую добычу нефти в 1996 г. составил 5% /39, с.10/. В то же время, уровень затрат на добычу нефти делают ее неконкурентоспособной на мировом рынке. Поэтому главной стратегией при переходе к устойчивому развитию региона и достижения конкурентоспособности будет стратегия минимизации издержек на добычу нефти.

3.2. Диагностика угроз устойчивому развитию и экономической безопасности

Нами сформулировано выше и в /39, с. 24/, что главной целью социально-экономического развития ХМАО является переход к устойчивому развитию. В настоящее время отношение в регионе к данному понятию достаточно противоречиво, как и в российском обществе в целом. В связи с этим целесообразно раскрыть его, основываясь на нормативных правовых документах, принятых в целях формирования государственной региональной политики. «Под региональной политикой в Российской Федерации понимается система целей и задач органов государственной власти по управлению политическим, экономическим и социальным развитием регионов страны, а также механизм их реализации» / 98 /.

Переход к устойчивому развитию предусматривает целеполагающий вектор «…обеспечивающий сбалансированное решение социально-экономических задач и проблем сохранения благоприятной окружающей среды и природно-ресурсного потенциала в целях удовлетворения потребностей нынешнего и будущих поколений людей» / 97 /. Концепция определяет целевые ориентиры для управления переходом к устойчивому развитию и оценкой эффективности используемых средств, которые существенны для России и субъектов Федерации. Ими являются показатели, характеризующие качество жизни, уровень экономического развития, экономическое благосостояние территорий.

При этом к основным показателям относят:

–  качество жизни, включающее продолжительность жизни человека, питание, состояние здоровья и окружающей среды, а также факторы, определяющие возможность реализации гражданами своих творческих сил, духовных запросов;

–  природоемкость хозяйств, выражаемая показателями потребления природных ресурсов и нарушения экосистем в результате хозяйственной деятельности;

–  экономическая сфера, к которой могут быть отнесены уровни энерго - и ресурсоемкости производства, а также производство загрязняющих отходов.

При этом для России и каждого региона должна быть осуществлена разработка критериев и параметров (пороговых значений) экономической безопасности, выход за пределы которых вызывает угрозу экономической безопасности страны.

Названная цель и показатели социально-экономического развития ХМАО на концептуальном уровне / 39 / представлены в виде следующего перечня задач, решение которых будет способствовать достижению цели:

–  расширение сферы хозяйственного освоения и получение доступа к новым потенциально эффективным источникам природных ресурсов (возобновляемых и невозобновляемых), которые можно рассматривать в качестве альтернативы эксплуатируемым месторождениям углеводородного сырья;

–  рост экономической интеграции с территориями Урала и Западной Сибири согласно рис. 6 в интересах каждой из территорий в отдельности и России в целом;

–  изменение роли округа от стратегического поставщика углеводородного сырья к региону, выполняющему связующее, пространственное положение в общенациональной транспортной системе;

–  сокращение издержек и энергоемкости в производственном секторе экономики;

–  формирование благоприятного инвестиционного климата округа;

–  повышение уровня занятости населения путем создания дополнительных рабочих мест в различных сферах деятельности и развития диверсификации производства;

–  создание более комфортных условий жизни, обеспечивающих реализацию населением творческих способностей и духовных запросов.

Реальность осуществления этих задач во многом определяется четкостью разделения компетенции по уровням власти рис. 8, а именно:

– задачи, которые могут быть решены самим округом, а также путем объединения усилий округа и соседних регионов;

–  задачи, решение которых невозможно без участия или поддержки федерального центра.

При всей значимости перечисленного осуществление региональной политики устойчивого развития прежде всего на первый план выдвигает необходимость обеспечения экономической безопасности. Приоритет экономической безопасности России в целом и регионов в частности, определен и официальными документами Правительства РФ и Указами Президента РФ /97, 98/.

Это обусловлено тем, что регионы России сталкиваются со множеством острых и сложных проблем – экономических, социальных, этнополитических, экологических, в большей или меньшей степени затронутых кризисными явлениями. В настоящее время отмечают исследователи «трансформация принципов региональной политики происходит от пространственной экспансии, моноцентризма и интеграции к принципам полицентризма, федерализма и дифференциации, на которых должна строиться региональная стратегия обеспечения экономической безопасности» /114, с. 365/. Поэтому перспективы устойчивости вытекают из состояния экономической безопасности региона и возможны в рамках экономической безопасности РФ в целом. Далее именно состоянию экономической безопасности и угрозам в регионе уделим особое внимание.