Комментарий к гражданскому кодексу Российской Федерации (стр. 60 )

1. В соответствии со ст. 12 ГК одним из способов защиты гражданских прав является требование о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения. Коммент. ст. конкретизирует условия использования данного способа защиты применительно лишь к одному из случаев возможного причинения внедоговорного вреда. Им является осуществление производственной деятельности, которая создает опасность причинения вреда окружающим лицам. Поэтому, если угроза причинения вреда в будущем создается иными действиями потенциальных нарушителей субъективных гражданских прав, эти действия могут быть пресечены на основании ст. 12 ГК.

КонсультантПлюс: примечание.

Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части второй (под ред. ) включен в информационный банк согласно публикации - КОНТРАКТ, ИНФРА-М, 2е издание, исправленное и дополненное с использованием судебно-арбитражной практики).

2. Иск, о котором говорится в п. 1 ст. 1065, не является в строгом смысле деликтным, поскольку основанием для его предъявления служит лишь опасность причинения вреда в будущем, а не реально причиненный вред. Вместе с тем с ним соотносимы основные правила о деликтных обязательствах, если только иное не вытекает из существа заявленных требований. В частности, практически так же, как и при предъявлении иска из причинения вреда, решается вопрос о распределении бремени доказывания между сторонами. Так, потенциальные потерпевшие должны обосновать неизбежность причинения им вреда от той производственной деятельности, приостановления или прекращения которой они добиваются. Противоправность потенциально вредоносной деятельности предполагается исходя из принципа генерального деликта. Что же касается вины ответчика, то она, видимо, тоже должна презюмироваться (иное мнение см.: Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части второй (постатейный) / Под ред. . М., 1996. С. 658). Впрочем, вопрос о вине ответчика в данном случае чаще всего не имеет практического значения, поскольку деятельность ответчика обычно подпадает под признаки повышенной опасности (ст. 1079 ГК).

3. Пункт 2 ст. 1065, в отличие от п. 1, охватывает как обычное деликтное требование, основанием для которого служит уже причиненный потерпевшему вред, так и требование о запрещении (приостановлении) вредоносной производственной деятельности на будущее время. Возможность объединения этих требований в одном иске свидетельствует о близости их юридической природы и служит дополнительным доказательством возможности применения к ним одних и тех же правовых норм.

4. Хотя имеются все необходимые основания для удовлетворения иска о приостановлении или запрещении вредоносной производственной деятельности, в иске может быть и отказано со ссылкой на общественные интересы (абз. 2 п. 2 ст. 1065). Данный вопрос отнесен законом на усмотрение суда, который должен взвесить все положительные и отрицательные последствия этой деятельности, а также учесть, может ли общество обойтись без нее на данном этапе своего развития, существует ли возможность нейтрализации ее вредных последствий, насколько велика угроза причинения вреда и т. п.

Однако если даже суд с учетом всех этих обстоятельств отклонит требование о приостановлении или прекращении такой деятельности, это не может служить основанием к отказу в требовании о возмещении уже причиненного вреда и не лишает потенциальных потерпевших права в будущем требовать возмещения вреда, который может быть им причинен.

Статья 1066. Причинение вреда в состоянии необходимой обороны

Комментарий к статье 1066

1. В гражданском праве понятие необходимой обороны используется в том же значении, что и в уголовном праве. Согласно п. 1 ст. 37 УК не является преступлением причинение вреда посягающему лицу в состоянии необходимой обороны, т. е. при защите личности и прав обороняющегося или других лиц, охраняемых законом интересов общества или государства от общественно опасного посягательства, если при этом не было допущено превышения пределов необходимой обороны. Необходимая оборона является обстоятельством, исключающим противоправность действий обороняющегося, который воспользовался своим правом на самозащиту. Если этими действиями нападавшему причинен имущественный или моральный вред, он не подлежит возмещению.

2. Под превышением пределов необходимой обороны понимаются умышленные действия, явно не соответствующие характеру и степени общественной опасности посягательства. Они признаются противоправными и служат основанием деликтной ответственности причинителя вреда. При этом вопрос об объеме возмещения решается с учетом степени вины потерпевшего (ст. 1083 ГК и коммент. к ней).

Статья 1067. Причинение вреда в состоянии крайней необходимости

Комментарий к статье 1067

1. Понятие крайней необходимости, которое раскрыто в абз. 1 ст. 1067, в основном совпадает с аналогичным понятием в уголовном праве (ст. 39 УК), различаясь с ним лишь в нюансах. Главное, что и в той, и в другой отрасли права действия лица в состоянии крайней необходимости признаются правомерными. Однако в отличие от уголовного права, где состояние крайней необходимости рассматривается как обстоятельство, исключающее преступность деяния, в гражданском праве оно по общему правилу не освобождает причинителя вреда от обязанности по его возмещению. Объясняется это разными функциями гражданской и уголовной ответственности. Если для уголовного права важнейшей является функция наказания преступника, то для гражданского права - компенсация вреда, причиненного потерпевшему. Поэтому в гражданском праве в ряде случаев возмещению подлежит даже правомерно причиненный вред.

В ситуации крайней необходимости потерпевшим может оказаться постороннее лицо, за счет ущемления прав и законных интересов которого выигрывает другой участник гражданского оборота. Поскольку это происходит вследствие умышленных действий причинителя вреда, на него возлагается обязанность по его возмещению, если только суд, исходя из конкретных обстоятельств дела, не решит вопрос о возмещении убытков по-иному.

2. Абзац 2 ст. 1067 указывает на возможность суда избрать другой вариант возмещения вреда, причиненного потерпевшему в состоянии крайней необходимости, либо оставить этот вред невозмещенным. При возложении обязанности по возмещению вреда на лицо, в интересах которого действовал причинитель вреда, суд обычно учитывает, виновно ли это лицо в создании ситуации крайней необходимости, каких потерь ему удалось избежать, каков объем и характер причиненного потерпевшему вреда по сравнению с вредом предотвращенным и т. п.

Статья 1068. Ответственность юридического лица или гражданина за вред, причиненный его работником

Комментарий к статье 1068

1. Субъектами деликтной ответственности могут быть не только граждане, но и юридические лица. Деликтоспособность, т. е. способность отвечать за причиненный вред, является неотъемлемым элементом правоспособности юридических лиц независимо от того, носит ли последняя общий или специальный характер. Однако для возложения обязанности по возмещению вреда на юридическое лицо необходимо, чтобы вред был причинен его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей (абз. 1 п. 1 ст. 1068).

При применении указанного положения важно учитывать, что в данном случае юридическое лицо отвечает не за действия других лиц, а за свое собственное поведение, которое только и может выражаться в действиях его работников. Поэтому перед потерпевшими отвечает само юридическое лицо, а не конкретные физические лица, фактически причинившие вред. Последние при наличии необходимых условий могут отвечать перед самим юридическим лицом в порядке регресса.

2. При возложении на юридическое лицо обязанности по возмещению внедоговорного вреда ключевое значение приобретают понятия "работник" и "исполнение трудовых обязанностей", которые наиболее полно раскрыты в трудовом праве. В коммент. ст. предпринята попытка определить их применительно к деликтным обязательствам. При этом понятию "работник" придано достаточно широкое значение, поскольку им признается не только лицо, с которым заключен трудовой договор (контракт), но и лицо, выполняющее работу по гражданско-правовому договору. Правда, в последнем случае необходимо, чтобы работник действовал или должен был действовать по заданию соответствующего юридического лица и под его контролем за безопасным ведением работ. Если же контрагент по гражданско-правовому договору действует независимо от заказчика, он под понятие работника не подпадает и в случае причинения вреда отвечает перед потерпевшими самостоятельно.

3. Понятие "исполнение трудовых обязанностей" также трактуется в самом широком смысле. Под него подпадают любые действия работников, в которых выражаются материальные функции соответствующего юридического лица, т. е. действия производственного, технического, транспортного и иного характера. Как правило, действия в порядке исполнения трудовых обязанностей совершаются работниками в рабочее время и по месту работы, однако допустимы и исключения. Неисполнение трудовых обязанностей, когда работники должны были действовать, но незаконно бездействовали, также служит основанием для ответственности юридического лица за причиненный в результате этого вред потерпевшим. Таким образом, важно лишь, чтобы поведение работников было так или иначе связано с их трудовыми функциями и выражало деятельность самого юридического лица.

4. Положения, закрепленные коммент. ст., распространяются также на граждан, выступающих в качестве работодателей или заказчиков по гражданско-правовому договору, предполагающему контроль заказчика за безопасным ведением работ. Кроме того, согласно п. 2 ст. 1068 они применяются к хозяйственным товариществам и производственным кооперативам, если вред причинен их участниками (членами) при осуществлении ими предпринимательской, производственной или иной деятельности товарищества или кооператива. Выделение в законе этих двух видов юридических лиц обусловлено тем, что в соответствии с законодательством участники хозяйственных товариществ и члены производственных кооперативов должны принимать личное трудовое участие в их деятельности.

Статья 1069. Ответственность за вред, причиненный государственными органами, органами местного самоуправления, а также их должностными лицами

Комментарий к статье 1069

1. Коммент. ст. опирается на ст. 53 Конституции РФ и ст. 16 ГК, которые возлагают на государство ответственность за вред, причиненный незаконными действиями (бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц. Указанная норма появилась в отечественном законодательстве в 1981 г. после принятия Указа Президиума Верховного Совета СССР от 01.01.01 г. "О возмещении ущерба, причиненного гражданину незаконными действиями государственных и общественных организаций, а также должностных лиц при исполнении ими служебных обязанностей" (Ведомости СССР. 1981. N 21. Ст. 750). В настоящее время данный Указ и некоторые другие принятые в его развитие акты продолжают использоваться в части, не противоречащей ГК.

2. Данный деликт является специальным ввиду как особенностей применения к нему общих условий деликтной ответственности, так и наличия ряда специальных условий. Прежде всего спецификой обладает такое общее условие, как противоправность. В рассматриваемой области вплоть до 2002 г. действовало правило, согласно которому всякий акт власти, в том числе и тот, которым причинен вред, предполагался законным. Иными словами, незаконность акта власти должна была быть обоснована самим потерпевшим.

С вступлением в силу в 2002 г. новых ГПК и АПК положение дел кардинально изменилось. В соответствии с п. 1 ст. 249 ГПК (п. 6 ст. 194, п. 5 ст. 200 АПК) обязанности по доказыванию обстоятельств, послуживших основанием для принятия нормативного правового акта, его законности, а также законности оспариваемых решений, действий (бездействия) органов государственной власти, органов местного самоуправления, должностных лиц, государственных и муниципальных служащих возлагаются на орган, принявший нормативный правовой акт, органы и лиц, которые приняли оспариваемые решения или совершили оспариваемые действия (бездействие). Таким образом, презумпция противоправности причинения вреда распространена и на случаи причинения вреда актами власти.

Далее, акты власти, которыми гражданину или юридическому лицу причинен вред, должны быть противоправными с позиций той отрасли права, нормами которой осуществляется их регулирование. Условием возмещения вреда, причиненного актом власти, является предварительная отмена (или признание недействительным) акта власти, которая производится на основании норм соответствующей отрасли права. Не исключается, однако, и рассмотрение в одном судебном процессе как вопроса о признании акта власти недействительным, так и вопроса о возмещении вреда, причиненного этим актом власти.

Наконец, специфика противоправности в рассматриваемой области состоит еще и в том, что действия соответствующего органа или должностного лица на момент их совершения могут формально отвечать всем требованиям закона, но в конечном счете оказаться незаконными.

Известную специфику имеет и такое общее условие ответственности, как причинная связь. В рассматриваемой сфере вред чаще, чем где бы то ни было, является нераздельным результатом действий (бездействия) нескольких органов или должностных лиц, что объясняется существующей системой построения государственной власти.

3. К специальным относятся следующие условия:

а) вред должен быть причинен актом власти, т. е. властным предписанием, обязательным для исполнения всеми лицами, которым оно адресовано. Акты власти, подпадающие под действие ст. 1069, носят подзаконный характер, могут быть как нормативными, так и ненормативными и не ограничены каким-либо перечнем. Основанием ответственности может быть и незаконное бездействие соответствующих органов и их должностных лиц;

б) акт власти может быть принят лишь самим государственным органом или органом местного самоуправления либо их должностными лицами. Под последними применительно к данному деликту понимаются только те государственные и муниципальные служащие, которые наделены полномочиями распорядительного характера по отношению к лицам, не подчиненным им по службе, т. е. представители власти в узком смысле этого понятия;

в) акт власти должен быть принят должностным лицом при исполнении служебных обязанностей.

4. Потерпевшими в рассматриваемом деликте могут быть не только граждане, но и юридические лица, ответственность перед которыми наступает на тех же основаниях.

В качестве общего основания ответственности выступает вина лиц, принявших незаконный акт власти. При этом вина соответствующих лиц, особенно тогда, когда незаконный акт власти принят коллективным органом, понимается достаточно широко, поскольку сама по себе незаконность акта власти едва ли не во всех случаях свидетельствует о вине тех лиц, которые приняли такой акт.

Вред возмещается в полном объеме за счет казны Российской Федерации, казны субъекта РФ или казны муниципального образования. Лица, выступающие от имени казны, указаны в ст. 1071 ГК. Непосредственный причинитель вреда, в частности должностное лицо, при наличии предусмотренных в законе оснований привлекается к ответственности в порядке регресса (см. ст. 1081 ГК и коммент. к ней).

Статья 1070. Ответственность за вред, причиненный незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда

Комментарий к статье 1070

1. Коммент. ст., как и ст. 1069 ГК, посвящена ответственности за вред, причиненный актами власти. Однако в данном случае речь идет об актах особого рода, которые применяются правоохранительными органами и судами. Поскольку правила возмещения вреда, причиненного в указанной сфере, отличаются значительной спецификой, они как в ранее действовавшем законодательстве, так и сейчас урегулированы особо. В основном ст. 1070 воспроизводит положения ст. 447 ГК 1964 г., несмотря на единодушную критику их со стороны ученых. В настоящее время она нуждается в коренном пересмотре, поскольку в значительной степени "перекрыта" правилами гл. 18 "Реабилитация" УПК, с принятием которого гарантии прав и законных интересов потерпевших значительно повышены. Шаг этот тем более знаменателен, поскольку его не сделали или не смогли сделать составители проекта ГК.

2. Статья 1070 подразделяет незаконные акты власти правоохранительных органов и суда на три группы, устанавливая для каждой из них несовпадающие условия возмещения вреда. Во-первых, это акты власти, исчерпывающий перечень которых дан в п. 1. Ответственность за причиненный ими вред наступает независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда.

Во-вторых, это иные незаконные акты власти правоохранительных органов (но не суда!), которые не подпадают под перечень, содержащийся в п. 1. Причиненный ими вред возмещается по правилам ст. 1069 ГК, т. е. лишь при наличии вины соответствующих должностных лиц, которая в соответствии с общим правилом презюмируется.

В-третьих, это незаконные акты правосудия, не вошедшие в перечень п. 1 ст. 1070. В данном случае ответственность наступает, если только вина судьи установлена приговором суда, вступившим в законную силу. Конституционность этой нормы была подтверждена в целом Постановлением Конституционного Суда РФ от 01.01.01 г. N 1-П (СЗ РФ. 2001. N 7. Ст. 700). При этом Конституционный Суд РФ пришел к выводу, что под осуществлением правосудия в п. 2 ст. 1070 понимается "не все судопроизводство, а лишь та его часть, которая заключается в принятии актов судебной власти по разрешению подведомственных суду дел, т. е. судебных актов, разрешающих дело по существу (п. 4)... Вследствие этого положение о вине судьи, установленной приговором суда, не может служить препятствием для возмещения вреда, причиненного действиями (или бездействием) судьи в ходе осуществления гражданского судопроизводства, в случае если он издает незаконный акт (или проявляет противоправное бездействие) по вопросам, определяющим не материально-правовое (решение спора по существу), а процессуально-правовое положение сторон. В таких случаях, в том числе в случае противоправного деяния судьи, не выраженного в судебном акте (нарушение разумных сроков судебного разбирательства, иное грубое нарушение процедуры), его вина может быть установлена не только приговором суда, но и иным судебным решением (п. 5)".

Со вступлением в действие новых УПК и КоАП указанное подразделение незаконных актов правоохранительных органов и суда во многом утратило свое значение. В частности, согласно ст. 133 УПК правом на возмещение вреда, причем независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда, обладают любые лица, незаконно подвергнутые любым мерам процессуального принуждения, а также принудительным мерам медицинского характера в ходе производства по уголовному делу.

Данное мнение, судя по Определению от 4 декабря 2003 г. N 440-О "По жалобе гражданки Аликиной Татьяны Николаевны на нарушение ее конституционных прав пунктом 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации" (документ официально не опубликован), разделяется и Конституционным Судом РФ. В указанном Определении Конституционный Суд РФ еще раз подтвердил свою позицию, отраженную в Постановлении от 01.01.01 г. по делу о проверке конституционности положений ч. 1 ст. 47 и ч. 2 ст. 51 УПК РСФСР, согласно которой применительно к обеспечению конституционных прав понятия "задержанный", "обвиняемый", "предъявление обвинения" должны толковаться в их конституционно-правовом смысле, а не в придаваемом им УПК РСФСР, и что в целях реализации конституционных прав граждан необходимо учитывать не только формальное процессуальное, но и фактическое положение лица, в отношении которого осуществляется публичное уголовное преследование.

Положение лица, задержанного в качестве подозреваемого и помещенного в условия изоляции, по своему правовому режиму, степени применяемых ограничений и претерпеваемых в связи с этим ущемлений тождественно положению лица, в отношении которого содержание под стражей избрано в качестве меры пресечения. Следовательно, и вред, причиненный незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия и прокуратуры, должен возмещаться государством в полном объеме независимо от вины соответствующих должностных лиц не только в прямо перечисленных в п. 1 ст. 1070 случаях, но и тогда, когда вред причиняется в результате незаконного применения в отношении гражданина такой меры процессуального принуждения, как задержание.

Сказанное лишний раз убеждает в необходимости решительного отказа от закрепления в коммент. ст. какого-либо перечня конкретных мер процессуального принуждения.

3. Непременным условием возникновения у потерпевшего права на возмещение вреда на основании ст. 1070 является прекращение уголовного или административного преследования по так называемым реабилитирующим основаниям (за отсутствием события преступления или административного правонарушения, за отсутствием в деянии состава преступления или административного правонарушения и т. п.). Напротив, прекращение преследования по иным основаниям (акт амнистии, истечение срока давности, недостижение возраста, с которого наступает ответственность, и др.) не является основанием для возмещения причиненного вреда.

4. Вред подлежит возмещению в полном объеме. Тот перечень имущественных потерь потерпевшего, который имеется в Положении о порядке возмещения ущерба, причиненного гражданину незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, утв. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 01.01.01 г., в настоящее время носит лишь примерный характер и к тому же в значительной степени "перекрыт" ст. 135 УПК.

Что касается порядка и сроков обращения за возмещением вреда, то они определены гл. 18 УПК и сохраняющим силу Положением от 01.01.01 г. Последний акт, разумеется, применяется с учетом последующих изменений, связанных с возможностью обжаловать в суд любые решения, принятые в административном порядке.

Данные выводы подтверждены решением ВС от 5 апреля 2004 г. (РГ. 20июня).

5. Пересмотру подлежит и ранее считавшееся незыблемым положение о том, что по ст. 1070 вред возмещается только гражданам. В соответствии со ст. 53 Конституции РФ истцами могут выступать и юридические лица, которым причинен вред незаконными актами правоохранительных органов и суда. Это подтверждает ст. 139 УПК, согласно которой причиненный юридическим лицам вред возмещается государством в полном объеме в порядке и сроки, установленные гл. 18 УПК.

Поэтому следует признать явно недостаточным внесенное 9 мая 2005 г. в п. 1 ст. 1070 дополнительное указание на то, что возмещению подлежит также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности. Данное дополнение является даже вредным, так как создает почву для рассуждений о том, что в иных случаях причинения вреда юридическому лицу незаконными действиями правоохранительных органов и суда он не подлежит возмещению.

6. Причиненный потерпевшим вред возмещается в настоящее время лишь за счет казны Российской Федерации, поскольку законом не предусмотрены случаи, когда вред возмещается за счет казны субъекта РФ или казны муниципального образования. О лицах, выступающих от имени казны, см. коммент. к ст. 1071 ГК.

Статья 1071. Органы и лица, выступающие от имени казны при возмещении вреда за ее счет

Комментарий к статье 1071

1. Под казной Российской Федерации (субъекта Федерации, муниципального образования) в коммент. ст. понимается принадлежащее Российской Федерации (субъекту Федерации, муниципальному образованию) имущество, не закрепленное за конкретными государственными (муниципальными) предприятиями или учреждениями. В первую очередь к казне относятся средства соответствующих бюджетов, которые управляются органами Минфина России, финансовыми органами субъектов Федерации и муниципальных образований. При удовлетворении иска взыскание средств производится за счет средств соответствующего бюджета, а при отсутствии средств - за счет другого имущества, составляющего казну (п. 12 Постановления ВС и ВАС N 6/8). При этом отсутствие в бюджете необходимых ассигнований на возмещение вреда, причиненного физическому или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, не может служить основанием к отказу в иске, поскольку принцип иммунитета бюджетов на данный случай не распространяется (ст. 239 БК).

2. Указание в коммент. ст. на то, что от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если эта обязанность согласно п. 3 ст. 125 ГК не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина, не дает прямого ответа на вопрос о том, к кому же конкретно должен предъявляться иск о возмещении вреда.

Законодательство и судебная практика последних лет при решении данного вопроса крайне непоследовательны и противоречивы. В конце 1990-х гг. в роли ответчика чаще всего привлекался Минфин России как уполномоченный действовать от имени казны Российской Федерации (п. 1 Положения о Министерстве финансов Российской Федерации, утв. Постановлением Правительства РФ от 6 марта 1998 г. N 273). Функцию по выступлению от имени казны в судах по делам о взыскании денежных средств за счет казны Российской Федерации Минфин России возложил своим Приказом от 01.01.01 г. N 26 на управления федерального казначейства по субъектам Федерации, руководителям которых были выданы доверенности по выступлению от имени казны Российской Федерации.

Однако с 1 января 2000 г. вступил в силу БК, п. 10 ст. 158 которого предусматривает, что от имени казны Российской Федерации по искам о возмещении вреда, причиненного незаконными решениями и действиями (бездействием) соответствующих должностных лиц и органов, выступает главный распорядитель средств федерального бюджета по ведомственной принадлежности.

Согласно п. 1 ст. 158 БК главный распорядитель средств федерального бюджета - орган государственной власти Российской Федерации, имеющий право распределять средства федерального бюджета по ведомственным распорядителям и получателям бюджетных средств и определенный ведомственной классификацией расходов федерального бюджета. Ведомственная классификация расходов федерального бюджета группирует расходы и отражает распределение бюджетных ассигнований по прямым получателям средств из федерального бюджета, а в рамках их бюджетов - по целевым статьям и видам расходов (ст. 4 ФЗ от 01.01.01 г. N 115-ФЗ "О бюджетной классификации Российской Федерации" // СЗ РФ. 1996. N 34. Ст. 4030; 2000. N 32. Ст. 3338; 2001. N 33. Ст. 3437; 2002. N 19. Ст. 1796).

Первым уровнем указанной классификации является Перечень прямых получателей средств из федерального бюджета, которые и рассматриваются в качестве главных распорядителей средств. Этот Перечень, содержащийся в приложении 9 к указанному Закону, может дополняться и уточняться законом о федеральном бюджете на соответствующий год. Он включает более 150 прямых получателей средств из федерального бюджета, в состав которых входят как различные министерства и ведомства, так и отдельные важнейшие государственные организации и учреждения. Именно они согласно п. 10 ст. 158 БК, с учетом их ведомственной принадлежности (т. е. МВД России, Минюст России, Генеральная прокуратура РФ и т. д.), и должны выступать от имени казны по искам о возмещении вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) государственных органов и их должностных лиц.

3. Практическое воплощение в жизнь указанных положений БК столкнулось, однако, с массой проблем, обусловленных, в частности, отсутствием в федеральном бюджете средств на их реализацию, и обернулось тем, что подходы судов общей юрисдикции и арбитражных судов к решению вопроса о том, какой конкретно государственный орган должен привлекаться к участию в деле в качестве ответчика от имени казны Российской Федерации, оказались разными.

Правильной представляется практика арбитражных судов, согласно которой от имени казны Российской Федерации в подобных делах выступают главные распорядители средств федерального бюджета, т. е. различные министерства и ведомства, должностными лицами и органами которых причинен вред. Эта практика опирается на ст. 158 БК, которая имеет приоритет перед правилами, закрепленными в подзаконных актах. Поскольку, однако, в составе средств, выделяемых из федерального бюджета министерствам и ведомствам как главным распорядителям, не предусмотрена такая статья расходов, как возмещение вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) их органов и должностных лиц, реальное возмещение производится Минфином России за счет федерального бюджета по разд. 30, подразд. 04 "Прочие расходы, не отнесенные к другим целевым статьям".

4. Правильность данного подхода подтверждается положениями ежегодно принимаемых законов о федеральном бюджете, согласно которым исполнительные листы по искам к казне Российской Федерации по данной категории дел направляются для исполнения в Минфин России и исполняются им в соответствии с законодательством в порядке, установленном Правительством РФ.

Постановлением Правительства РФ от 9 сентября 2002 г. N 666 утверждены Правила исполнения Министерством финансов Российской Федерации судебных актов по искам к казне Российской Федерации на возмещение вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) органов государственной власти либо должностных лиц органов государственной власти (СЗ РФ. 2002. N 37. Ст. 3529). Из данных Правил следует, что Минфин России лишь исполняет судебный акт, но казну Российской Федерации в суде представляет иной орган исполнительной власти, который указывается в исполнительном листе.

5. Как видно из изложенного, вопрос о том, кто должен выступать от имени казны Российской Федерации по искам из причинения вреда незаконными действиями (бездействием) государственных органов и их должностных лиц, достаточно сложен и решается на практике неоднозначно. Однако любые трудности, связанные с его решением, не должны ложиться на плечи потерпевших от незаконных действий, с чем, к сожалению, приходится сталкиваться на практике.

Ответственность по ст. 1ГК несут Российская Федерация, субъект Федерации или муниципальное образование, в связи с чем потерпевшие могут предъявлять иски к ним самим. Определение того органа, который управомочен выступать от имени казны Российской Федерации, казны субъекта Федерации или казны муниципального образования, не является задачей потерпевших. Ответить на этот вопрос должен сам суд, который не вправе отказать в рассмотрении дела лишь на том основании, что истцом не указан или неправильно указан орган, уполномоченный выступать от имени соответствующей казны.

6. Отмеченные выше сложности не ограничиваются стадией судебного разбирательства, они затрагивают и стадию исполнения принятых судами решений. Суть проблемы заключается в том, что исполнение судебных актов по искам к Российской Федерации службой судебных приставов не производится. Нормативно-правовой основой для этого служат указанные выше (см. п. 4 коммент. к настоящей ст.) статьи законов о федеральном бюджете на соответствующие годы, согласно которым исполнительные листы направляются непосредственно в Минфин России и исполняются им в порядке, установленном Правилами, утв. Постановлением Правительства РФ от 9 сентября 2002 г. N 666. В частности, согласно указанным Правилам обязанность Минфина России исполнять судебные акты на основании исполнительного листа в двухмесячный срок (п. 5) обусловливается представлением в Минфин России самим взыскателем ряда документов: исполнительного листа, заверенной в установленном порядке копии судебного акта, заявления взыскателя с указанием реквизитов банковского счета, на который должны быть перечислены средства, подлежащие взысканию. Несоответствие этих документов требованиям законодательства или отсутствие какого-либо из них представляет Минфину России право возвращать исполнительный лист взыскателю без исполнения.

Указанный выше порядок исполнения Минфином России судебных решений по искам к казне Российской Федерации о возмещении вреда стал предметом рассмотрения Конституционного Суда РФ, принявшего 14 июля 2005 г. Постановление по делу о проверке конституционности отдельных положений Федеральных законов о федеральном бюджете на 2003 г., на 2004 г. и на 2005 г., и Постановления Правительства РФ от 9 сентября 2002 г. N 666 (РГ. 20июля). Конституционный Суд РФ пришел к выводу, что сам по себе особый порядок исполнения судебных актов по искам к казне Российской Федерации (т. е. необходимость непосредственного обращения в Минфин России, минуя службу судебных приставов) Конституции РФ не противоречит. Однако неконституционным признано возложение на Правительство РФ регламентации исполнения судебных решений по искам к Российской Федерации и п. 3, 5 и 6 Правил, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 9 сентября 2002 г. N 666. Конституционный Суд РФ разъяснил, что по просьбе взыскателя суд обязан сам направлять исполнительный лист в уполномоченный орган государственной власти (Минфин России) для исполнения.

Статья 1072. Возмещение вреда лицом, застраховавшим свою ответственность

Комментарий к статье 1072

1. Страхование причинителем вреда риска своей ответственности за причинение вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц не освобождает его от обязанности возместить вред потерпевшему. В частности, потерпевший вправе (да и то согласно ст. 931 ГК не всегда), но не обязан предъявить требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы непосредственно к страховщику. Если же он этого не желает, ответственность перед ним должен нести сам причинитель вреда.

2. Коммент. ст. рассчитана на ситуацию, когда вред потерпевшему с его согласия частично возмещен страховой организацией. В оставшейся части вред возмещается самим причинителем вреда, что полностью согласуется с принципом полного возмещения вреда.

Статья 1073. Ответственность за вред, причиненный несовершеннолетними в возрасте до четырнадцати лет

Комментарий к статье 1073

1. Ответственность по деликтному обязательству могут нести лишь лица, способные руководить своими действиями и правильно оценивать их возможные последствия. Такая способность согласно российскому законодательству появляется у граждан лишь с 14 лет. Лица, не достигшие этого возраста (малолетние), признаны законом неделиктоспособными. Тем не менее тот вред, который причиняется малолетними, подлежит возмещению лицами, которые названы в коммент. ст.

К таким лицам относятся: а) родители (усыновители) или опекуны малолетних: привлечение указанных лиц к ответственности за вред, причиненный малолетними, имеет значение общего правила; б) организация для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей (например, детский дом), если вред причинен малолетним, помещенным под надзор указанной организации; в) образовательная, медицинская или иная организация (например, школа или детский сад), а также лицо, осуществляющее надзор за малолетним на основании договора (например, няня), если малолетний причинил вред тогда, когда он временно находился под надзором указанных лиц.