Международное частное право (стр. 2 )

1. Развитие международного частного права по пути специальной кодификации является характерной тенден­цией для европейских стран. В одних государствах, например, Австрии, Венгрии, Италии, Польше, Турции, Чехии, Германии, Швейца­рии, Югославии приняты специальные законы по междуна­родному частному праву. В других (Бельгии, Нидерландах, Фран­ции) ведутся кодификационные работы.

В Польской Республике основным источником является Закон о междуна­родном частном праве 1965 г., который содержит коллизионные нормы трудового, семейного и гражданского права. Вопросы процессуального характера регулируются Гражданским процессуальным кодексом 1964 г.

В Чехословакии Закон о международном частном и процессуальном праве был принят в 1963 году. В нем достаточно подробно урегулированы обязательственные, семейные, наследственные и трудовые отношения с иностранным элементом. Вместе с тем международные вопросы, касающиеся собственности, регулируются статьями 729-755 Торгового кодекса Чехии 1991 года.

В Венесуэле 6 февраля 1999 г. вступил в силу Закон о международном частном праве, содержащий положения общего (напр., о применении норм международного публичного права и т. д.) и частного характера.

В Венгрии 1 июня 1979 г. вступил в силу Закон о международном частном праве. Закон содержит правила по общим вопросам международного частного права, мно­гие из которых в других странах решаются только на доктринальном уровне (проблемы квалификации, взаимности, установления содержания иностранного права, отсылки, публичного порядка и др.). Вместе с тем Закон предусматривает широкую, детализиро­ванную систему коллизионных норм по лицам (физическим и юридическим, а также по государству как субъекту гражданских отношений с иностранным элементом), по собственности, в том числе по интеллектуальной, по обязательствам, по наследствен­ным, семейным и трудовым отношениям. Последние три главы по­священы международному гражданскому процессу (гл. IX-XI).

В Австрии действует Закон о международном частном праве от 01.01.01 г. Он содержит коллизионные нормы в области гражданского и семейного права. В первой час­ти решаются общие вопросы международного частного права: ус­тановление содержания иностранного права, обратная отсылка, оговорка о публичном порядке, личный статут и его изменение, пределы автономии воли. Затем решаются коллизионные вопросы личного статуса (право - и дееспособности, признания умершим и др.). Последующие части содержат коллизионные нормы семей­ного, наследственного, вещного права. Подробно решаются коллизионные вопросы обязательственного права (седьмая часть), в том числе банковских операций, договоров относительно интеллектуальной собственности и т. д.

В Югославии в 1982 г. принят Закон о разрешении коллизий между законом и нормами иностранного права в определенных правоотношениях. Он содержит коллизионные нормы граждан­ского и семейного права (вторая глава), а также нормы междуна­родного гражданского процесса (главы третья и четвертая). В первой, пятой и шестой главах содержатся общие положения, касающиеся сферы действия самого Закона, применения ино­странного права, действительности сделок, исковой давности и некоторые другие.

Закон о международном част­ном праве Швейцарии, принятый 18 декабря 1987 г., объ­единяет как коллизионные нормы, так и нормы международного гражданского процесса. Отдельные главы посвящены физиче­ским лицам (личный статут, право - и дееспособность, безвестное отсутствие), юридическим лицам (понятие, компетенция, статут и сфера его действия, коллизионные нормы), семейному праву и отдельно праву детей, наследственному праву, вещному праву и обязательственному праву. Особенностью этого закона является включение в него раздела о международном коммерческом арбит­раже.

В Турции в 1982 г. был принят Закон о международном частном праве и процессе. Он состоит из 48 статей и разделен на две части. В первой содержатся коллизионные нормы по личному статусу, семейному праву, вещным правам, по наследованию, по договорным обязательствам. Во второй части решаются вопро­сы компетенции турецких судов по международным гражданским делам, признания и исполнения иностранных судебных решений.

В Италии разработанная система коллизионных норм содержалась в Гражданском кодексе 1942 г. Закон о реформе итальянской системы международного частного права был принят 31 мая 1995 г.

2. Во многих странах нормы международного частного права ко­дифицированы в отраслевых законодательных актах. Так, в Герма­нии коллизионные нормы содержались в Вводном законе к Германскому гражданскому уложению 1896 г. В 1986 г. был принят Закон о новом регулировании в области международ­ного частного права, который вошел в Вводный закон в качестве главы второй «Международное частное право», заменив ранее действовавшие соответствующие статьи Вводного закона. Одновременно в этот Закон были включены правила Римской конвенции 1980 г. о применении права к договорным обязательствам. Система коллизионных норм была несколько расширена: были включены нормы по семейному праву, по договорным обязательствам, некоторые процессуальные нормы. По-новому решены некоторые общие во­просы международного частного права: оговорка о публичном по­рядке, обратная отсылка, действие международных договоров и др. Кроме того, нормы международного частного права по-но­вому структурированы: кроме общего раздела существуют разделы «Право физических лиц и сделки», «Семейное право», «Наследст­венное право», «Обязательственное право».

В Японии по образцу Германского гражданского уложения был принят в 1898 г. Гражданский кодекс, в котором специальный раз­дел «Вводный закон к Гражданскому кодексу» содержит нормы ме­ждународного частного права. Они были обновлены в 1989 г.

В Испа­нии с 1974 г. действует новая редакция Вводного закона к Граждан­скому кодексу, в котором содержатся новые правила в области ме­ждународного частного права (изменения вносились в 1990 г. и в 2000 г.).

Во Вьетнаме в 1995 г. был принят первый Гражданский кодекс, куда включена ч. 7 «Гражданские отношения с иностран­ным элементом». В ней решен такой круг вопросов, как предмет международного частного права (ст. 826), юридические основания применения иностранного права, действие международных догово­ров (ст. 827), гражданская право - и дееспособность физических и юридических лиц (ст. ст. 829-832), коллизионные нормы по вопро­сам собственности (ст. 833), по интеллектуальной собственности (ст. ст. 836-838) и др. Также основные положения международного частного права содержатся в Законе о браке и семье 1986 г., Торговом кодексе 1997 года и др.

По пути кодификации международного частного права в от­раслевых актах пошло большинство государств, возникших после распада СССР. Коллизионные нормы были включены в качестве частей в гражданско-правовых актах в Латвии ( гг.), Литве (1994 г.), в Эстонии (1994 г.). На основе Модельного граж­данского кодекса для государств-участников СНГ ( гг.) были приняты новые гражданские кодексы с разделами, посвящен­ными Международному частному праву, в Узбекистане (1996 г.), Ар­мении (1998 г.), Белоруссии ( 1998 г.), Казахстане (1998 г.). Только в Грузии был принят в 1998 г. отдельный закон о между­народном частном праве. В нем содержатся наряду с материальными и коллизионными нормами также нормы международного процессуального права.

3. Вместе с тем во многих государствах до сих пор законода­тельство играет весьма незначительную роль в качестве источника ме­ждународного частного права. Эту роль выполняет судебная практика. Так, Французский гражданский кодекс (Кодекс Наполеона) 1804 г. практически не содержит коллизионных норм. Имеется несколько статей, относящихся к правам иностранцев, в которых сформулированы односторон­ние коллизионные нормы. В результате судебная практика является в настоящее время основным источником международного частного права.

Нет кодификации международного частного права в США и Великобритании. Преобладающее значение здесь имеет систе­ма судебных прецедентов, хотя по отдельным вопросам издаются законодательные акты, в которых встречаются и правила между­народного частного права. Например, в Великобритании самым значительным явлением стал Закон 1995 г. о международном ча­стном праве (вопреки своему названию решает несколько отдель­ных вопросов). Кроме того, действуют Закон о завещаниях 1963 г., Закон об усыновлении 1968 г., Закон о признании судебных ре­шений о разводе и раздельном жительстве супругов 1971 г., Закон о недобросовестных условиях договора 1977 г., Закон о государст­венном иммунитете 1978 г., Закон об иностранных сроках иско­вой давности 1954 г.

В США в качестве законов штатов действуют: Единообразный торговый кодекс 1962 г., Закон 1976 г. об им­мунитете иностранных государств; принимаются законы о регу­лировании экспорта и др. Некоторые законы принимаются в отдельных штатах, например, Закон о международном частном праве штата Луизиана 1981 г., который вступил в силу со 2 января 1992 г.

4. Обычай как источник международного частного права.

Судебная и арбитражная практика

Обычай – единообразное устойчивое правило, сложившееся в практике и имеющее обязательную юридическую силу.

Обыкновение – единообразное устойчивое правило, сложившееся в практике, но не имеющее юридической силы. Правовой обычай может быть источником национального права и источником международного (публичного) права.

В национальном праве источником является санкционирован­ный обычай, т. е. сложившееся в практике правило, за которым государство признает юридическую силу. Примером санкционированного обычая может служить поло­жение, сформулированное в п. 1 ст. 6 ГК РФ, из которого следу­ет, что если отношения прямо не урегулированы гражданским за­конодательством или соглашением сторон, то они регулируются применимым к ним обычаем делового оборота. Под обычаем делового оборота понима­ется «сложившееся и широко применяемое в какой-либо области предпринимательской деятельности правило поведения, не преду­смотренное законодательством, независимо от того, зафиксирова­но ли оно в каком-либо документе» (п. 1 ст. 5 ГК РФ).

Из содержания ст. ст. 5, 6, 421 и 422 следует, что обычаи делового оборота применяются только в области предпринимательской деятельности, регулируемой гражданско-правовыми нормами в следующей последовательно­сти: 1) императивными нормами законов и подзаконных актов; 2) соглашением сторон (договорными условиями); 3) диспозитивными нормами законов и подзаконных актов; 4) обычаями дело­вого оборота; 5) гражданским законодательством по аналогии. В любом случае обы­чаи делового оборота не применяются, если они противоречат обязательным для участников соответствующего отношения поло­жениям законодательства или договорным условиям.

Обычаи делового обо­рота будут применимы к отношениям в области предпринима­тельской деятельности, осложненным иностранным элементом, но только в случае, когда коллизионный вопрос будет решен в поль­зу российского права. В таком качестве санкционированные обы­чаи делового оборота не являются источником международного частного права. Другое дело, если среди обычаев делового оборота встретится коллизионная норма. Такой обычай будет источни­ком российского международного частного права. Именно в та­ком качестве называет ст. 1186 ГК РФ «обычаи, признаваемые в Российской Федерации». В ст.1186 ГК подчеркивается, что речь идет о санкционированном государством обычае; во-вторых, выбор применимого права возможен только на основе коллизионных норм, поэтому речь может идти об обычаях, устанавливающих коллизионные нормы.

Международно-правовой обычай – это сложившееся в практике устойчивое правило поведения государств, за которым государства признают юридическую силу.

Общие положения о международном договоре спра­ведливы и в отношении международно-правового обычая: он яв­ляется источником международного (публичного) права, во внут­ренней сфере государства его действие реализуется националь­но-правовыми формами.

В международной практике широко применяются устойчивые правила, которые именуются обычаями международного торгового или де­лового оборота. Эти правила сложились в отношениях не между государствами, а между физическими и юридическими лицами разных государств в предпринимательской сфере (напр., международной торговле, междуна­родном торговом мореплавании и международных денежных расчетах). Они не имеют юридической силы и не могут быть юридическими источниками ни международного (публичного), ни национального права, в том числе международного частного пра­ва как его отрасли. Строго говоря, это не обычаи, а обыкновения. Однако это не означает, что обычаи международ­ного делового оборота не применяются при регулировании част­ноправовых отношений. Например, в договоре между­народной купли-продажи стороны предусмотрели применение ка­кого-либо обычая либо группы обычаев. Последнее, как любое другое контрактное условие, будет регулировать обязательство, вытекающее из договора.

Вместе с тем обычаи международного делового оборота могут приобрести юридическую силу и стать источником права, если государства признают за ними это качество. Это возможно в двух случаях: либо индивидуально государством, и тогда междуна­родный торговый обычай становится санкционированным обыча­ем и в таком качестве - источником национального права; либо совместно с государствами в форме международного договора или в форме международно-правового обычая, и в таком качестве он становится источником международного (публичного) права.

Примером санкционированных обычаев международного дело­вого оборота может служить п. 2 ст. 285 Кодекса торгового море­плавания РФ 1999 г., которым предусматривается, что при опре­делении общей аварии, размеров общеаварийных убытков и их распределении применяются Йорк-Антверпенские правила об об­щей аварии и другие международные обычаи торгового морепла­вания в двух случаях: если это предусмотрено соглашением сто­рон или в случае неполноты подлежащего применению закона (коллизионные нормы, предусматривающие выбор права по об­щей аварии, закреплены в ст. 419 этого Кодекса).

Примером санкционирования обычаев международного торго­вого оборота совместно государствами в форме международного договора может служить п. 2 ст. 9 Конвенции ООН о договорах международной купли-продажи 1980 г., который предусматривает обязательное применение (при отсутствии договоренности между сторонами договора купли-продажи об ином) обычая, о котором стороны знали или должны были знать, который в международ­ной торговле широко известен и постоянно соблюдается в соот­ветствующей области торговли.

Таким образом, источником международного частного права является лишь санкционированный государством обычай между­народного делового оборота, которому государство своей суверен­ной волей придает силу национального права, в результате чего он действует в национально-правовой форме (в приведенном выше примере - в форме федерального закона). Если же между­народный торговый обычай санкционирован совместно государст­вами в форме международного договора или в форме междуна­родно-правового обычая, он будет действовать в националь­но-правовой сфере в таком же порядке, как и любая другая международно-правовая норма.

Многие международные органи­зации изучают, обобщают и публикуют своды обыча­ев по определенным группам вопросов. Особенно велико значение публикаций, подготовленных Международной торговой палатой, в том числе Международные правила по унифицированному тол­кованию торговых терминов (ИНКОТЕРМС) в редакции 2000 г.; Унифицированные правила и обычаи для документарных аккре­дитивов в редакции 1993 г.; Йорк-Антверпенские правила об общей аварии в редакции 1994 г., подготовленные в рамках Международного морского комитета, «Принципы международных коммерческих контрактов», подготовленные УНИДРУА в 1994 г. и др.

Судебная практика. В российской правовой системе так же, как и в романо-германской системе, судебная практика не явля­ется формально-юридическим источником права.

В равной степени судебная практика не является источником международного частного права.

Значение судебной и арбитражной практики еще более велико в международном частном праве, что связано с дополнительными трудностями применения коллизионных норм и с возможным применением иностранного права. При применении иностранно­го права, к которому отсылает национальная коллизионная нор­ма, возникает сложная задача по установлению его содержания (суд иностранное право не знает и не обязан знать). Раздел VI Гражданского кодекса РФ (ст. 1191) возлагает на суд обязанность по установлению содержания иностранного права. При этом суд обязан руководствоваться не только текстами иностранных зако­нов, но и «практикой применения», т. е. судебной практикой.

Судебная практика может рассматриваться в качестве источ­ника международного частного права в странах англо-саксонской системы права, которое именуют прецедентным правом. Но в этом случае терминологически правильно говорить не о судеб­ной практике, а о судебном прецеденте как источнике пра­ва - конкретном судебном решении, за которым признается госу­дарством сила закона.

Не является источником права, в том числе международного частного права, доктрина, поскольку она играет вспомогательную роль в правоприменительном процессе для установления содержания приме­няемых норм, особенно норм иностранного права. Не случайно ст. 1191 ГК РФ уполномочивает суд при установлении содержания иностранного права обращаться к док­трине соответствующего иностранного государства.

Таким образом, источника­ми международного частного права могут быть национально-правовые формы, в которых существуют нормы права и которые являются выражением их обязательной юридической силы в пределах госу­дарства. Это законы и подзаконные акты, санкционированный обычай, а также судебный прецедент в ограниченном круге госу­дарств.

Тема 3. Коллизионные нормы

1.  Понятие и виды коллизионных норм

2.  Основные формулы прикрепления

1. Понятие и виды коллизионных норм

Сущность международного частного права сводится к коллизионной проблеме и ее разрешению с помощью коллизионных норм.

Как справедливо отмечает проф. , коллизионные нормы с юридико-технической стороны – это наиболее сложные нормы в международном частном праве … [9].

Под коллизионной нормой понимается норма, определяющая, право какого государства должно быть применено к данному частноправовому отношению, осложненному иностранным элементом.

Данная норма является отсылочной и отсылает к компетентному для конкретного правоотношения правопорядку, который определяет права и обязанно­сти сторон. При этом обычно она отсылает к материальным частноправовым нормам.

По структуре коллизионная норма состоит из двух элемен­тов: объема и привязки.

Объем – это указание вида частного пра­воотношения с иностранным элементом.

Привязка – это указание на право, подлежащее применению к данному правоотношению.

Объем (гипотеза) коллизионной нормы, указывая вид частных правоотношений с иностранным элементом, определяет условия, при которых эта норма применяется.

Привязка (диспозиция) ука­зывает на юридические последствия, которые наступают при воз­никновении данного частного правоотношения и которые заклю­чаются в выборе права, подлежащего применению.

Например, согласно п.1 ст.1224 ГК РФ: «Отношения по на­следованию определяются по праву страны, где наследодатель имел последнее место жительства». Данная статья не устанавлива­ет права и обязанности участников наследственных отношений, а отсылает к праву государства места жительства наследодателя. Это коллизионная норма, состоит она из двух элементов: объе­ма - «отношения по наследованию», привязки - «определяются по закону той страны, где наследодатель имел последнее место жительства».

Таким образом, объем - это часть коллизионной нормы, ука­зывающая на круг частноправовых отношений международного характера, подлежащих правовой регламентации. Традиционно объем соответствует конкретному частноправовому институту: на­следственные отношения, договорные обязательства, деликтные обязательства, заключение брака и т. д.

Виды коллизионных норм. 1. по форме коллизионной привязки - односто­ронние и двусторонние коллизионные нормы.

Односторонняя - это норма, привязка которой прямо называет право страны, подлежащее применению (напр., российское, анг­лийское и т. д.). Причем обычно указывается на применение права своей страны (российская коллизионная норма указывает на применение российского права).

Из абз. 2 п. 1 ст. 1224 ГК следует, что наследование имущества, ко­торое внесено в государственный реестр в Российской Федера­ции, определяется по российскому праву. Привязка определяется по российскому праву. Поэтому коллизи­онная норма является односторонней.

Односторонние нормы применяются в законодательстве некоторых стран. К односторонним нормам обращаются международные до­говоры обращаются реже. Более типична двусторонняя коллизионная норма, привязка которой не называет право конкретного государства, а формули­рует общий признак, используя который можно выбрать право. Поэтому привязку двусторонней нормы называют формулой прикрепления.

Рассмотренный выше п.1 ст.1224 ГК РФ является примером такой нормы. Привязка ее формулирует общий признак - «по­следнее место жительства наследодателя». Выбор права будет за­висеть от фактических обстоятельств: если умерший в момент смерти проживал во Франции, то следует применить к наследст­венным отношениям французское право, если он проживал в России - российское право. Следовательно, используя один и тот же признак, можно прийти к разному результату и выбрать либо свое собственное, либо иностранное право.

2. По форме выражения воли законодателя коллизионные нор­мы подразделяются на а) императивные, б) диспозитивные и в) альтерна­тивные.

А) Императивные - это нормы, которые содержат категори­ческие предписания, касающиеся выбора права, и которые не могут быть изменены по усмотрению сторон частного правоотно­шения (п. 1 ст. 1224 ГК РФ является примером такой нормы).

Б) Диспозитивные - это нормы, которые, устанавливая общее прави­ло о выборе права, оставляют сторонам возможность отказаться от него, заменить другим правилом. Диспозитивные нормы дейст­вуют лишь постольку, поскольку стороны своим соглашением не договорились об ином правиле. Диспозитивность проявляется в таких формулировках, как «стороны могут», «если иное не уста­новлено соглашением сторон» и др.

Например, п. 3 ст. 1219 ГК предусматривает: «После соверше­ния действия или наступления иного обстоятельства, повлекших причинение вреда, стороны могут догово­риться о применении к обязательству, возникшему вследствие причинения вреда, права страны суда», т. е. права государства, суд которого рассматривает дело.

В) Альтернативные - это нормы, которые предусматривают не­сколько правил по выбору права для данного, т. е. указанного в объеме этой нормы, частного правоотношения. Правоприменительные органы, а также стороны могут применить любое из них (иногда в норме устанавливается определенная последователь­ность в применении этих правил). Однако достаточно, чтобы ча­стное правоотношение было действительным по одному из закре­пленных правил.

В качестве примера можно привести абз.1 п.1. ст.1209 ГК РФ: форма сделки подчиняется праву места ее совершения. Однако сделка, совершенная за границей, не может быть признана не­действительной вследствие несоблюдения формы, если выполне­ны требования российского права.

Объемом этой коллизионной нормы является «форма сделки». К нему предусмотрены две альтернативные привязки: во-первых, закон места совершения сделки и, во-вторых, российское право. Вместе с тем закон устанавливает жесткую последовательность их возможного применения. Главной привязкой является первая - форма сделки должна быть, прежде всего, рассмотрена по замену места ее совершения. И только тогда, когда форма сделки не будет отвечать требованиям этого закона, что привело бы к ее недействительности, нужно применить российское право. Если форма сделки будет соответствовать требованиям российского права, она должна быть признана действительной.

Следует обратить внимание на то, что альтернативность отно­сится только к привязке - в ней может быть сформулировано не­сколько правил выбора права для одного вида частного правоот­ношения, указанного в объеме. Если в нормативном тексте есть несколько объемов (например, один вид частного правоотноше­ния, но дифференцированный по каким-либо дополнительным условиям), то в таком тексте будет уже столько коллизионных норм, сколько сформулировано объемов (к каждому из них сфор­мулирована своя привязка). Поэтому анализ таких коллизионных норм бывает непростым.

3. Выделяются нормы генеральные и субсидиарные (дополнительные). На практике их система бывает весьма сложной: используются субсидиарные нормы пер­вой, второй, третьей и так далее степеней, т. е. субсидиарные к субсидиарным. Часто субсидиарные нормы дополнительно дета­лизируются по своему объему. В результате образуются последова­тельные цепочки, своего рода ассоциации норм, основанных на внутренних связях. Например, генеральная (основная) коллизионная норма содержится в п. 1 ст. 1210 ГК, согласно которому «стороны договора могут... избрать по соглашению между собой право, которое подлежит применению к их правам и обязанностям по этому договору». Возможность выбрать право для регулирования взаим­ных договорных обязательств сторон, является главным коллизи­онным правилом, подлежащим преимущественному применению. Такая возможность вытекает из ст. 1211, которая предусматри­вает применение к договорным обязательствам других коллизион­ных привязок, но только «при отсутствии соглашения сторон о подлежащем применению праве». В частности, «применяется право страны, с которой договор наиболее тесно связан». Вторая норма является субсидиарной по отношению к первой.

А право страны, с которой договор наиболее тесно связан, детализируется по признаку места жительства или основного места деятельности стороны, осуществляющей испол­нение, имеющее решающее значение для содержания договора. Закон предусмат­ривает отдельные коллизионные привязки для разных видов дого­воров: для договора купли-продажи - право страны продавца, для договора дарения – право страны дарителя и т. д.

2. Основные формулы прикрепления

Формула прикреп­ления лежит в основе привязки двусторонней коллизионной нормы. Применение формулы к конкретным фактическим обстоя­тельствам ведет к выбору права того государства, которое компе­тентно регулировать конкретное трансграничное частноправовое отношение, указанное в объеме этой нормы.

Каждое государство издает свое коллизионное право на основе коллизионных привязок, исходя из собственных интере­сов. Коллизионные привязки стро­ятся на определенных одинаковых правилах, сложившихся в течение длительного времени.

Формулы прикрепления – это максимально обобщенные правила, используемые для построения коллизионных норм. Их на­зывают коллизионными принципами, коллизионными критериями или типами коллизионных привязок.

1. Личный закон – это распространенная формула прикрепления, применяемая для разрешения коллизий законов разных государств. Встречаются две разновидности личного за­кона:

а) национальный закон, или закон гражданства, означает применение права того государства, гражда­нином которого является участник частноправового отношения;

б) закон места жительства означает применение права того государства, на территории которого участник частно­правового отношения проживает.

Личный закон применяется для определения правового положения физических лиц: право - и дееспособности, личных прав (права на имя, место жительства, на честь и т. п.). Широко применяется личный закон в сфере семейно-брачных и наследственных отно­шений.

В некоторых странах для регули­рования перечисленных вопросов используют личный закон в форме закона гражданства (Германия, Франция, Италия), в других – в форме закона места жи­тельства (Новая Зеландия, Норвегия, Чили), в третьих – смешанной системе личного закона, объединяющей предыдущие варианты (Австрия, Швейцария, Венгрия). Но подобное деление не является абсолютным, поскольку переход к смешанной системе личного за­кона позволяет повысить эффективность между­народного частного права.

Например, во Франции расторжение брака, в частности, рассматривается по закону гражданства супру­гов. Применение этого правила при разном гра­жданстве супругов для решения всех вопросов, связанных с рас­торжением брака (возможность, основания расторжения и т. д.), требовало обращения к праву двух различных государств, в результате чего создавались ситуации, когда в отношении одно­го супруга (француза) брак расторгался, а в отношении другого супруга (например, итальянца) брак не расторгался. Возникали «хромающие отношения», и закон гражданства не позволял решить спор. В конечном итоге судебная прак­тика при сохранении общей генеральной нормы (расторжение брака подчиняется закону гражданства супругов) выработала субсидиарную коллизионную норму: если супруги не имеют общего гражданства, то применяется закон государства, на территории которого они имеют совместное место жительства. Как видим, субсидиарно стала применяться вторая форма личного зако­на - закон места жительства (домицилия).

Смешанная система личного закона использована в российском коллизионном праве. В Основах гражданского законодательства 1991 г. для одного случая предусматривалось применение личного закона в форме закона гражданства: дееспособность иностранного граж­данина определяется по закону страны, гражданином которой он является (п. 2 ст. 160). В ГК включена отдельная ст. 1195, озаглавленная «Личный закон», предусматривающая разные варианты личного закона в зависимости от ситуационных обстоятельств, причем основным является закон гражданства.

Таким образом, переход к смешанной системе личного закона является характерной чертой современного развития международ­ного частного права, что повышает его эффективность.

2. Закон юридического лица – формула, используемая при решении коллизий законов, связанных с правовым положением иностранного юридического лица. Она предусматривает применение права того государства, которому принадлежит юридическое лицо. Иногда данная формула звучит как «закон на­циональности юридического лица».

При решении спорного вопроса, связанного с юридическим лицом, обращаются к праву государства, которому такое лицо принадлежит. Последнее образует личный статут юридического лица, обладаю­щий экстерриториальностью: он следует за юридическим лицом независимо от того, где оно осуществляет свою деятельность. Вместе с тем, в праве разных государств по-разному определя­ется национальность (государственная принадлежность) юридиче­ских лиц. Используются два основных критерия - оседлости и инкорпорации. Критерий инкорпорации применяется и в российском международном частном праве.

3. Закон места нахождения вещи означает применение права того государства, на территории которого находится вещь, являющаяся объектом частноправовых отношений.

В целом по этому закону определя­ется правовое положение имущества как движимого, так и не­движимого. Например, он решает следующие вопросы: может ли вещь быть объектом права собственности, юридическая квали­фикация вещи (движимая или недвижимая, делимая или недели­мая, отчуждаемая или неотчуждаемая и т. д.), порядок возникно­вения, изменения и прекращения права собственности и иных вещных прав, содержание вещных прав. Данный закон используют даже в случаях, когда он не зафиксирован в национальном законодательстве соответствующего государства. Применение закона места нахождения вещи преду­смотрено и в разд. VI ГК РФ в статьях, определяющих право, подлежащее применению к вещным правам (ст. ст. 1205, 1206, 1213).

Имеются три исключения из закона места нахождения вещи: 1) если все фактические дейст­вия, необходимые для возникновения какого-либо вещного права, полностью совершились на территории того государства, где вещь находится, а затем она будет перемещена на территорию другого государства, то возникшие вещные права будут обсуждаться по праву государства, где соответствующие действия совершались, а не по праву государства, где вещь реально находится; 2) право­вое положение вещей, занесенных в государственный реестр, не­зависимо от того, где вещь реально находится, определяется пра­вом страны, где она внесена в реестр; 3) место нахождения вещи, находящейся в пути постоянно меняется, и по­тому для определения ее правового режима в случае необходи­мости используется искусственная привязка: или закон места отправки вещи, или закон места назначения (в РФ - закон место отправки, п. 2 ст. 1206 ГК РФ).

4. Закон, избранный сторонами гражданского правоотношения, означает применение права того государства, кото­рое выберут сами стороны-участники частного правоотношения. Такой способ выбора права используется лишь в договорных обязательствах. В настоящее время эта формула прикрепления является общепризнанной. Как национальное коллизионное право, так и международные догово­ры исходят из того, что при решении всех коллизионных вопро­сов в сфере договорных обязательств решающей является воля сторон. Данная формула прикрепления, называемая еще «автоно­мией воли», в российском коллизионном праве выражена в ст. 1210 ГК, в п. 1 которой сказано: «Стороны договора могут при заключении договора или в последующем избрать по согла­шению между собой право, которое подлежит применению к их правам и обязанностям по этому договору».

5. Закон места совершения акта - формула при­крепления, означающая применение права того государства, на территории которого совершен частноправовой акт (например, заключен брак и т. д.). Это обобщенная формула прикрепления, и в таком виде она ис­пользуется нечасто. Классический случай применения данной формулы в обобщенном виде – при разрешении коллизий зако­нов, связанных с формой частноправового акта: форма акта под­чиняется закону места совершения. Частноправовой акт - это широкое понятие, охватывающее многооб­разные частноправовые действия. Существует несколько наиболее часто встречаемых вариан­тов закона места совершения акта:

А) закон места совершения договора - означа­ет применение права государства, где заключен договор. Использу­ется данная привязка для регулирования обязательств, вытекаю­щих из частноправовых договоров: купли-продажи, подряда, мены и пр. Несмотря на кажущуюся простоту закона места со­вершения договора, применяется он в международной практике все реже, поскольку договоры чаще заключаются меж­ду сторонами путем переписки. В результате до­говор потерял реальную, физическую связь с территорией како­го-либо государства.

Место заключения договора из физической, объективной ка­тегории превратилось в юридическую категорию, по-разному трактуемую в праве разных государств. Например, в англо-амери­канском праве используют так называемую концепцию «почтово­го ящика», согласно которой договор считается заключенным в том месте, откуда отправлен акцепт. В странах Европы, в том числе в России, напротив, считает­ся что договор заключен в том месте, где получен акцепт. В результате договор, заключенный по переписке между россий­ским и английским контрагентами, в случае, когда акцепт от­правлен из Москвы и получен в Лондоне, юридически вообще не будет иметь своего места заключения. С другой стороны, когда акцепт отправлен из Лондона в Москву, договор будет иметь два юридических места заключения. Этот пример достаточно ярко свидетельствует о юридических сложностях, которые могут воз­никнуть при обращении к закону места заключения договора, что привело к сужению сферы его действия;