Международное частное право (стр. 3 )

Б) закон места заключения брака означа­ет применение права того государства, на территории которого за­ключен брак. Она используется, как правило, при регулировании вопросов, связанных с формой заключения и порядка заключения брака согласно ст.156 Семейного кодекса РФ. Однако некоторые стра­ны используют эту привязку более широко, в том числе для оп­ределения условий вступления в брак, действительности заклю­ченного брака и др.;

В) закон места исполнения договора означает применение права того государства, где подлежит исполнению обязательство, выте­кающее из договора. Закон места исполнения обязательства используется для регулирования договорных частноправовых обязательств в Германии, Турции и др. странах. Напр., ст.24 Закона Турции о международном частном праве и процессе, 1982 г. устанавливает, что если стороны не выбрали право, то применяется «право места испол­нения, а при нескольких местах исполнения - право исполнения того действия, которое образует центр тяжести обязательственно­го правоотношения».

Обычно указанный закон используется в узком понимании - как закон места фактической сдачи товара или места совершения платежа для регламентации такого комплекса вопросов, как порядок сдачи товаров и порядок осуществления платежа.

Применя­ется означенная формула прикрепления и при выборе компетент­ного правопорядка для отдельных договоров. Например, в подп. 1 п. 4 ст. 1211 ГК РФ предусмотрено, что если стороны не выбрали право, то в отношении договора строительного подряда и догово­ра на выполнение проектных и изыскательских работ применяет­ся право страны, где в основном создаются предусмотренные до­говором результаты;

Г) закон места причинения вреда (деликта) оз­начает, что применяется право того государства, на территории которо­го был причинен вред.

В законодательстве РФ эта формула выражена в п. 1 ст. 1219 ГК РФ, который устанавливает, что к обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда, применяется право страны, где имело место действие или иное обстоятельство, по­служившее основанием для требования о возмещении вреда;

Д) самым распространенным вариантом за­кона места совершения акта является его применение для разре­шения коллизий законов, связанных с формой гражданско-правового акта. Форма акта (сделки, договора) определяется по закону места его совершения. Так, согласно п. 1 ст. 1209 ГК «форма сделки подчиняется праву места ее соверше­ния». Точно так же форма доверенности определяется по праву страны, где была выдана доверенность (абз. 2 того же пункта).

6. Закон страны продавца означает применение права того государства, которому принадлежит продавец. Это одна из распространенных формул прикре­пления, используемая для регулирования договорных обяза­тельств. Она была положена в основу Гаагской конвенции 1955 г. о праве, применимом к международной продаже товаров.

Эта формула разрешения коллизий была применена в Законе о международном частном праве Венгрии 1979 г. (§ 25), в Законе о разрешении коллизий между законом и нормами иностранного права в определенных правоотношениях Югославии 1982 г. (ст. 20), в Гаагской конвенции о праве, применимом к международной ку­пле-продаже, 1986 г. и т. д.

Закон страны продавца используется в двух значениях: 1. В узком - он применяется в дословном его значении: к догово­ру купли-продажи, права и обязанности сторон которого регули­руются правом страны продавца. В таком смысле он при­менен в обеих гаагских конвенциях (1955 и 1986 ггВ широком - закон страны продавца понимался как право того государства, которому принадлежит сторона в догово­ре, чье обязательство составляет главное содержание этого договора, или сторона, осуществляющая решающее испол­нение. В таком узком и широком понимании закон страны про­давца закреплен во внутреннем праве разных государств, в том числе и в России.

В российском праве эта формула закреплена в ст. 1211 ГК РФ.

7. Закон наиболее тесной связи означает примене­ние права того государства, с которым данное правоотношение наиболее тесно связано. Чаще всего эта формула прикрепления ис­пользуется для решения коллизионных вопросов в сфере договорных обязательств, реже - в качестве общего подхода для регулирова­ния всех частноправовых отношений с иностранным элементом. Например, первый параграф Закона о международном част­ном праве Австрии 1978 г. устанавли­вает общее правило о том, что правоотношения с иностранным элементом подчиняются правопорядку, с которым имеется наиболее тесная связь.

Недостатками этой формулы прикрепления являются неопределенность содержания и трудности фактического применения, поскольку правопорядок устанавлива­ется путем толкования договора и всех относящихся к нему обстоятельств, что ведет к субъективизму правоприменительных органов.

В п.1 ст.1211 ГК РФ закреплено данное пра­вило в качестве основной субсидиарной формулы прикрепления к договорным обязательствам и в качестве общего направления выбора компетентного правопорядка для всей сово­купности гражданско-правовых отношений с иностранным эле­ментом (п. 2 ст. 1186).

8. Закон флага означает право государства, флаг ко­торого несет судно. Применяется он главным образом для реше­ния коллизионных вопросов в сфере торгового мореплавания. Так, в Кодексе торгового мореплавания РФ 1999 г. значительная часть коллизионных норм построена на этой привязке. Законом государства флага судна должны регулироваться: право собствен­ности и другие вещные права на судно, а также возникновение, переход и прекращение таких прав (ст. 415), правовое поло­жение членов экипажа (ст. 416), права на имущество, находящее­ся на затонувшем в открытом море судне (ст. 417), пределы от­ветственности судовладельца (ст. 426) и др. К вещным правам на судно, которому временно предоставлено право плавать под флагом другого государства, применяется закон государства, в котором судно зарегистрировано непосредственно до смены флага. В то же время права на строящееся судно определяются законом государства, в котором судно принято к постройке или строится, если иное не предусмотрено договором о постройке судна.

9. Закон суда означает применение права того государства, где рассматрива­ется частноправовой спор (в суде, арбитраже, третейском суде или в ином органе). Отсюда суд или иной правоприменительный орган должен руководствоваться правом своей страны, несмотря на наличие иностранного элемента в составе частнопра­вового отношения. Общепринятой сферой применения закона суда является международный гражданский процесс: суд, рассматривая гражданские дела с участием иностранного элемента, всегда руко­водствуется своим процессуальным правом (в порядке исключе­ния он может применить нормы иностранного процессуального права, если это специально оговорено в законе или в междуна­родном договоре). Однако в сфере международного гражданского процесса проблема выбора права отсутствует, поэтому закон суда здесь является не формулой прикрепления, а одним из принци­пов международного гражданского процесса.

Разд. VI ГК РФ использует закон суда в двусторонних коллизи­онных нормах неоднократно. Например, в отношении обяза­тельств, возникающих вследствие неосновательного обогащения, стороны могут договориться о применении права страны суда (абз. 2 п. 1 ст. 1223).

Международные договоры об оказании правовой помощи используют закон суда в качестве привязки двусторонней коллизи­онной нормы. По некоторым видам частноправовых отноше­ний договоры закрепляют правила подсудности, а затем устанавливается общее правило о применении пра­ва государства, органы которого рассматривают дело. Например, согласно ст. 25 Договора между Российской Федерацией и Эстон­ской Республикой о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам от 01.01.01 г. по делам о признании безвестно отсутствующим и объявлении умершим или об установлении факта смерти компетентные учре­ждения Договаривающихся Сторон применяют законодательство своего государства.

Закон суда получил распространение в международных договорах по унификации морского частного права (например, в Конвенции ООН о морской перевозке грузов – Гамбургские правила).

Тема 4. Правовое положение физических лиц

в международном частном праве

1. Правоспособность иностранных граждан и лиц без гражданства.

2. Коллизионные вопросы дееспособности иностранцев. Ограничение и лишение дееспособности иностранцев.

3. Безвестное отсутствие и объявление лица умершим.

4. Правовое положение иностранцев в Российской Федерации.

1. Правоспособность иностранных граждан и лиц без гражданства

В международном частном праве выделяются группы (категории) физических лиц: собст­венные (отечественные) граждане, иностранные граждане и лица без гражданства. В отношении каждой категории устанавливается дифференциро­ванный правовой режим.

Иностранный гражданин – это лицо, имеющее особую право­вую связь – гражданство – с определенным государством. Имеется и другое, более конкретное определение: иностранный гражданин – физическое лицо, не являющееся гражданином Российской Федерации и имеющее доказательства наличия гражданства (подданства) иностранного государства[10]. Лицо без гражданства (апатрид) – физическое лицо, не являющееся гражданином Российской Федерации и не имеющее доказательств наличия гражданства (подданства) иностранного государства[11].

В этой связи на иностранца распространяется два правопорядка: своего государства и иностранного, на территории которого лицо находится.

Под гражданской правоспособностью лица понимается его способность иметь гражданские права и обязанности, возни­кающая с момента рождения и устанавливаемая законом. Содержание гражданской правоспособности определяется в законодательстве каждого государства (например, в РФ – ст.18 ГК).

Что касается объема правоспособности иностранных граждан, то она зачастую определяется законодательством государства пребывания.

В РФ в ст.1196 ГК предусматривается, что гражданская правоспособность физического лица определяется его личным законом. При этом иностранные граждане и лица без гражданства пользуются в Российской Федерации гражданской правоспособностью наравне с российскими гражданами, кроме случаев, установленных законом.

Состояние законодательного закрепления коллизионных норм РФ показывает две стороны проблемы правоспособности: объема правоспособности, определяемого принципом на­ционального режима и правоспособности как таковой, определяемой на основе отсылки к личному закону лица.

С целью устранения отмеченной проблемы государства в соглашения о правовой помощи (например, Конвенции о правовой помощи и правовых отноше­ниях по гражданским, семейным и уголовным делам 1993 г.) включают правила об уравнивании в правах граждан не только договариваю­щихся государств, но и других лиц, постоянно проживающих на территории соответ­ствующей договаривающейся стороны.

Граждане РФ за рубежом пользуются защитой и покровительством России. Как отмечено в ч.2 ст.61 Конституции РФ «Российская Федерация гарантирует своим гражданам защиту и покровительство за ее пределами». С этой целью на российских консулов возлагаются обязанности по принятию мер, направленных на пользование гражданами России в полном объеме правами, предоставленными им законодательством государства пребывания, международными договорами, участниками которых являются Россия и государство пребывания, а также международными обычаями.

Законодательство любого государства содержит изъятия из принципа национального режима. Причем в одних государствах имеются отдельные нормативные акты, в которых исчерпывающим образом перечислены все эти ограничения, в других государствах (к ним относится Российская Федерация) ограничения сформулированы в различных нормативных актах.

Иностранные граждане пользуются правом свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, а также правом на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной, не запрещенной законом экономической деятельности с учетом ограничений, предусмотренных федеральным законом. Например, иностранные граждане не могут занимать высшие государственные должности, избирать и быть избранными в пред­ставительные органы власти, исполнять воинскую обязанность, быть судьями, прокурорами, нотариусами, командирами экипажей речных, морских и воздушных судов, машинистами железнодо­рожных локомотивов и т. д.

Помимо ограничений, связанных с занятием определенных должностей, в законодательстве государств имеются ограничения, касающиеся приобретения в собственность объектов. Например, в нашей стране участки континентального шельфа, лесного фонда не могут находиться в собственности иностранных граждан и юри­дических лиц, а могут быть предоставлены им только на правах пользования или аренды при условии, что иностранные граждане и юридические лица наделены правом заниматься соответствую­щим видом деятельности (ст. 7 Закона РФ «О континентальном шельфе Российской Феде­рации» 1995 г., ст. 22 Лесного кодекса РФ 1997 г.).

В целом общей для многих государств областью, в которой действуют ограничения правоспособности иностранных граждан, являются трудовые отношения, а также отношения собственности, особенно в том, что касается вещных прав на недвижимость. С этой целью значительное количество государств (Франция, Италия, Великобритания и др.) вводят ограничения на въезд на их территорию иностранных граждан, ищущих работу. А в отношении лиц, незаконно пересекших границу, принимаются установленные законодательством меры, например, высылка на родину.

2. Коллизионные вопросы дееспособности иностранцев. Ограничение и лишение дееспособности иностранцев

Вопросы дееспособности в международном частном праве традиционно определяются в основном по личному закону в двух основных разновидностях – закона гражданства и закона местожительства.

Российская Федерация не является исключением. Так, в п.1 ст.1195 ГК РФ установлено, что «личным законом физического лица считается право страны, гражданство которой это лицо имеет», в п.6 – «личным законом беженца считается право страны, предоставившей ему убежище». Эта статья содержит несколько норм, устанавливающих, право какой страны будет выступать в качестве личного за­кона гражданина, лица без гражданства или беженца. П.1 статьи 1197 гласит: «Гражданская дееспособность физического лица определяется его личным законом». Отсюда можно сделать вывод о том, что в нашей стране установлена разновариантная система коллизионных привязок, обеспечивающих установление личного закона.

В ст.1196 ГК установлено, что гражданская правоспособность физического лица определяется его личным законом.

Рассмотренные положения в том или ином виде нашли свое отражение в законах о международном частном праве Венгрии, Чехии, Польши, соответствующих разделах гражданских кодексов МНР, СРВ и других стран. В ст. 7 Кодекса Бустаманте было сформулировано компромиссное решение: «В каждом дого­варивающемся государстве будет применяться в качестве личных законов закон домициля или закон гражданства, или те, которые уже приняты либо будут приняты его внутренним законодательст­вом».

В течение длительного времени признанным правилом выступало положение о том, что лицо, дееспособное по закону отечественного государства, признается таковым и за границей, и наоборот – не­дееспособное по праву своего государства лицо должно быть объявлено недееспособным во всех других государствах. Однако со временем его соблюдение стало вызывать определенные возражения ввиду явной несо­вместимости с интересами стабильности торгового оборота, поскольку имелись обоснованные опасения, что иностранный предприниматель мог объявить сделку, совершенную им в другом государстве, недействительной под предлогом отсутствия у него дееспособности по национальному закону.

Именно поэтому в законодательстве государств мира (Алжир, Германия, Япония и др.) все чаще встречается норма, в которой речь идет о том, что если иностранец заключает в пределах государства пребывания сделку, в отно­шении которой он недееспособен по закону гражданства, но мог бы считаться дееспособным по праву государства пребывания, то он признается дееспособным для целей заключения такой сделки.

Аналогичное в целом положение закреплено в гражданском законодательстве. Так, в п.2 ст.1197 ГК РФ расположена норма о том, что «лицо, не обладаю­щее гражданской дееспособностью по своему личному закону, не вправе ссылаться на отсутствие у него дееспособности, если оно является дееспособным по праву места совершения сделки».

В праве Великобритании общей нормой определения дееспо­собности с давних пор выступал принцип домициля, в обязательствен­ных правоотношениях – «собственное право договора», а в неко­торых их видах - закон места совершения сделки. В частности, английский Вексельный закон 1882 г. большинство коллизионных проблем подчиняет закону места совершения действия.

В некоторых международных документах (например, в Женевской конвенции, имеющей целью разрешение таких коллизий, как законы о переводных и простых векселях 1930 г.) также был отражен подход, ос­нованный на привязке отношения к «территориальному» закону.

Исключение из рассматриваемого принципа существует для сделок с недвижимо­стью: в отмеченных нормативных актах уточняется, что способность лица заключить сделку по поводу недвижимой собственности подчиняется закону места нахождения недвижимости.

Особое внимание государства уделяют другому вопросу – вопросу определения дееспособности предпринимателя. На этот счет ст. 1201 ГК указывает, что определение дееспособности предпринимателя осуществляется по закону того государства, в котором лицо зарегистрировано в качестве таково­го: «Право физического лица заниматься предпринимательской деятельностью без образования юридического лица в качестве ин­дивидуального предпринимателя определяется по праву страны, где такое физическое лицо зарегистрировано в качестве индиви­дуального предпринимателя. Если это правило не может быть применено ввиду отсутствия обязательной регистрации, применя­ется право страны основного места осуществления предпринимательской деятельности».

В двусторонних договорах о правовой помощи между заинтересованными государствами закрепляется национальный режим, т. е. уравнивание в правах ино­странных и национальных граждан (Договор о право­вой помощи между Россией и Китайской Республикой от 01.01.01 г.).

Предоставление национального режима иностранцам означает не только уравнивание их с нашими гражданами, но и возложение на иностранцев как участников гражданских правоотношений определенных обязанностей, вытекающих из правил нашего законодательства. Например, из факта причинения вреда личности или имуществу юридического лица согласно ст. 1064 ГК РФ возникает обязательство по возмещению вреда. В необходимых случаях возможна компенсация морального вреда (ст. ст. ГК).

Что касается дееспособности иностранных граждан, то она подчиняется их личному закону, и преимущественно закону гражданства. Так, в Дого­воре о правовой помощи, заключенном между РФ и Эстонской Республикой от 01.01.01 г. (ст. 22), дееспособность физиче­ского лица определяется законодательством договаривающейся стороны, гражданином которой является это лицо.

В Конвенции о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам от 01.01.01 г. закреплены унифи­цированные нормы в области определения правоспособности на началах национального режима (ст. 1), а в части дееспособно­сти – на принципах гражданства для граждан договаривающихся государств и домициля (постоянного местожительства) - в том, что касается лиц без гражданства, проживающих на их террито­риях (ст. 23).

Вопрос об ограничении и лишении дееспособности иностранцев вызывает немало расхождений в материальном праве разных государств: различными являются основания для ограничений дееспособности (расточительство, алкоголизм, наркомания и т. д.); различен и порядок объявления ограниченно дееспособным или недееспособным.

Более признанным является принцип, со­гласно которому лишение дееспособности или огра­ничение в правах иностранца должно подчиняться его личному закону. Вместе с тем в законодательстве государств по-раз­ному сформулированы критерии для лишения или ограничения дееспособности. Так, игрок в рулетку может быть объявлен ограниченно дееспо­собным как расточитель в Италии, Монако, Германии и т. д., но не в Англии, где такое основание неизвестно.

Другой вопрос связан с определением суда конкретного государства, который вправе объявить лицо ограни­ченно дееспособным или лишенным дееспособности. В этом случае компетентными будут являться учреждения страны гражданства или основного места жительства (домициля) и при­менимым правом будет закон суда. Напри­мер: возникновение, изменение и прекращение опеки и попечительства в германском суде по общему правилу подчиня­ется праву гражданства лица, в отношении которого устанавлива­ется опека или попечительство. «Для гражданина ино­странного государства, который свое обычное местопребывание или в отсутствие такового свое местопребывание имеет внутри Германии, попечитель может быть назначен согласно германскому праву» (ч. 1 ст. 24 Вводного закона к ГГУ).

Юридические последствия признания лица ограниченно дее­способным или полностью недееспособным определяются по праву того государства, в котором имело место такое признание.

В п. 3 ст. 1197 ГК РФ предусмотрено, что признание в Российской Федера­ции физического лица недееспособным или ограниченно дееспо­собным, подчиняется российскому праву. Таким образом, правовым последствием признания лица ограни­ченно дееспособным или лишенным дееспособности является ус­тановление опеки и попечительства.

В ст. 1199 ГК РФ размещены коллизионные нормы, предназначенные для выбора права, подлежащего применению к опеке и попечительству. В частности, предусматриваются такие коллизионные привязки, как личный закон лица, в отношении которого учрежда­ется опека или попечительство (п.1), так и личный закон опекуна (попечителя) (п.2). Кроме того, не исключается и обращение к зако­ну места совершения акта либо закону суда.

Интересным представляется положение п. 3 ст. 1199 ГК РФ, которое позволяет сравнивать содержания материальных норм иностран­ного и российского (если лицо, находящееся под опекой или попе­чительством проживает на территории РФ) правопорядков. Причем может быть применено российское право, если оно более благо­приятно для опекаемого лица:

Вопросам признания лица ограниченно дееспособным или недееспособным посвящена ст.24 Минской Конвенции о правовых отношениях и правовой помощи по гражданским, семейным и уголовным де­лам от 01.01.01 г. В ней, в частности, отмечается, что по делам о признании лица ограниченно дееспособным или недееспособным компетентен суд Договаривающейся стороны, гражданином которого является это лицо.

3. Безвестное отсутствие и объявление лица умершим

В международном частном праве по вопросу регулирования объявления безвестно отсутствующим и признания лица умершим можно выделить несколько групп стран.

В одних странах (Франция, Алжир и др.) не признается принцип объявления лица отсутствующим или умершим. Возмож­но лишь в рамках судебного производства по конкретному делу вынести судебное определение о безвестном отсутствии лица, ко­торое будет иметь значение только для данного дела, но не для иных отношений. Право Великобритании и США не знает института объявления лица безвестно отсутствующим. В Англии, например, допустимо лишь для целей судебного разрешения конкретного дела установить презумпцию смерти лица, о котором не было из­вестий в течение 7 лет.

Коллизионные аспекты безвестного отсутствия и объявления умершим решаются на основе привязки отношения к личному закону, каковым выступает либо закон гражданства, либо закон постоянного места жительства (Чехия, ФРГ), либо закон суда, если он рассматривает данный вопрос в отношении иностранца (Польша).

В других го­сударствах имеются специальные законы, предусматривающие по­рядок признания безвестно отсутствующего лица умершим, а так­же конкретные предпосылки для подобного признания (Австрия, ФРГ, Италия).

В третьих разработаны только отдельные нормы (Польша, Венгрия, Чехия, Россия, Монголия и др.).

Государства стремятся включить в двусторонние соглашения положения о признании лиц безвестно отсутствующи­ми, умершими и тем самым предотвратить определенные трудности. Так, Договор о правовой помощи от 01.01.01 г. между Россией и Кубой предусматривает, что объявить лицо безвест­но отсутствующим, умершим или установить факт его смерти вправе только судебное учреждение страны, гражданином которой являлось это лицо в то время, когда по последним данным оно было в живых. Вместе с тем установлен и другой вариант, когда закрепляется компетенция учреждений и другой договаривающейся стороны в случаях: а) по просьбе лица, намеревающегося реа­лизовать свои наследственные права или права, вытекающие из имущественных отношений между супругами, применительно к недвижимому имуществу умершего или безвестно отсутствую­щего лица, находящегося на территории договаривающейся сто­роны, суд которой должен вынести решение; б) по просьбе суп­руга умершего или безвестно отсутствующего лица, проживающе­го на день подачи просьбы на территории договаривающейся стороны, суд которой должен вынести решение (ст. 21). И в той и в другой ситуации применяется законодательство того государ­ства, учреждение которого рассматривает дело.

Подобные положения зафиксированы в до­говорах о правовой помощи с Азербайджаном, Болгарией, Венг­рией, Вьетнамом, Грузией, Киргизией, Латвией, Литвой, Эстони­ей, Республикой Молдова, Монголией, Чехословакией, Египтом, КНДР, а также в многосторонней Конвенции о правовых отноше­ниях и правовой помощи по гражданским, семейным и уголов­ным делам 1993 г. стран СНГ. Однако в данном документе полу­чили решение также и вопросы аналогичного свойства, касаю­щиеся лиц без гражданства. Для них предусмотрен принцип привязки к последнему месту жительства лица, в отношении ко­торого орган юстиции договаривающегося государства ведет про­изводство по делу об объявлении безвестно отсутствующим, умер­шим либо устанавливает факт смерти (ст. 25).

4. Правовое положение иностранцев в Российской Федерации

Основной закон - Конституция РФ, являясь нормативным актом прямого действия, закрепляет правовой статус иностранных граждан на территории РФ. Так, в п. 1 ст. 17 указано: в РФ признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права.

В ст. 18 Конституции РФ отмечается, что права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием. Отсюда следует, что в РФ закреплен в отношении иностранцев принцип национального режима, который предос­тавляется иностранцам в нашей стране без встречного требования о взаимности в отношении наде­ления аналогичным режимом российских граждан в конкретном зарубежном государстве.

Но в случае, если какое-либо государст­во необоснованно устанавливает по отношению к российским гражданам ограничения в правах, тем самым дискриминируя их, Российская Федерация вправе установить ответные ограничения для граждан этого госу­дарства на своей территории в изъятие из принципа национального режима, применив тем самым реторсию. Сущность реторсии раскрывается в ст. 1194 ГК РФ – Правительством РФ могут быть установлены ответные ограничения (реторсии) в отношении имущественных и личных неимущественных прав граждан и юридических лиц тех государств, в которых имеются специальные ограничения имущественных и личных неимущественных прав российских граждан и юридических лиц.

Федеральный закон от 01.01.01 г. «О гражданстве Рос­сийской Федерации» раскрывает понятия «иностранный гражданин», «иностранный поданный», «лицо без гражданства» и другие, безусловно, важные для понимания правового статуса физических лиц.

Некоторые понятия, например, «иностранный гражданин», «лицо без гражданства», повторяются в другом Федеральном законе от 01.01.01 г. «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации». В этом законе указаны основы правового положения иностранных граждан в РФ (ст.4), сроки их пребывания (ст.5), возможности их передвижения в РФ (ст.11), отношения их к избирательному праву (ст.12), к государственной или муниципальной службе и к отдельным видам деятельности (ст.14) и т. д. Так, в ст.14 закона указано, что иностранный гражданин не имеет права: 1) находиться на государственной или муниципальной службе; 2) замещать должности в составе экипажа судна, плавающего под Государственным флагом РФ, в соответствии с ограничениями, предусмотренными Кодексом торгового мореплавания РФ; 3) быть членом экипажа военного корабля РФ или другого эксплуатируемого в некоммерческих целях судна, а также летательного аппарата государственной или экспериментальной авиации; 4) быть командиром воздушного судна гражданской авиации; 5) быть принятым на работу на объекты и в организации, деятельность которых связана с обеспечением безопасности РФ. Перечень таких объектов и организаций утверждается Правительством РФ; 6) заниматься иной деятельностью и замещать иные должности, допуск иностранных граждан к которым ограничен федеральным законом.

Иностранные граждане и лица без гражданства наделены российским законодательством социальными и экономическими правами. В их числе особо следует отметить право собственности. Иностранные граждане могут иметь в собственности любое имущество, за исключениями, установленными в законодательстве, и защищать законными способами.

Реальное содержание прав собственности иностранных физических лиц на территории РФ раскрывается в тех правомочиях, которыми располагают, с одной стороны, граждане РФ, а с другой – ограничениях, которыми данные правомочия сопровожда­ются в случае их использования иностранцами.

Эти ограничения установлены для иностран­ных физических лиц в имущественной сфере. Прежде всего, они связаны с приватизацией государственного и муниципального имущества, а также со статусом территории. Например, существует прямой запрет на использование иностранных ин­вестиций при приватизации государственных и муниципальных предприятий, расположенных в границах закрытого территориаль­ного образования, кроме случаев, предусмотренных постановле­ниями Правительства РФ (п. 1 ст. 8 Закона РФ от 01.01.01 г. № 000-1 «О закрытом административно-территориальном обра­зовании»).

Иностранцы в РФ могут иметь на праве собственности с соблюдением требований российского права следующие объекты недвижимости - строения, здания, соору­жения, дома, квартиры в жилых домах. Но в этом случае содержание права собственности и иных вещных прав на недвижимое имущество и движимое имущество, их осуществление и защита определяются по праву страны, где это имущество находится (ст. 1205 ГК РФ). Причем по российскому законодательству будет определяться и принадлежность имущества к недвижимым или движимым.

Иностранцы обладают процессуальной правоспособностью, т. е. способностью быть стороной в гражданском процессе. Их правовой статус закреплен в ст. ст. 398-399 Гражданского процессуального кодекса РФ и в ст. 254 Арбитражного процессуального кодекса РФ.

Тема 5. Правовое положение юридических лиц и государства в международном частном праве

1. Основные доктрины определения личного статута.

2. Участие юридических лиц в международных хозяйственных отношениях.

3. Правовое положение иностранных юридических лиц в РФ.

4. Особенности правового положения государства как субъекта международного частного права.

5. Понятие и виды иммунитета государства. Правовое регулирование.

1. Основные доктрины определения личного статута

В международном частном праве принято делить всех лиц, действующих на данной территории, на отечествен­ных (национальных) и иностранных.

Для того чтобы выяснить, является ли то или иное образование юридическим лицом, необходимо установить, к какому государству это образование относится. Для уточнения гражданско-правового статуса ино­странных юридических лиц необходимо учитывать, что на них воздействуют по крайней мере две системы – система национального права государства, считающегося для данного юридического лица «сво­им», и государства, на территории которого оно действует или предполагает действовать.

Соответствующим двусторонним международным договором может быть установлено, что юридическим лицам, при­надлежащим к договаривающимся государствам, на основе взаимно­сти предоставляется национальный режим (либо режим наибольше­го благоприятствования) для осуществления деятельности на территории другого договаривающегося государства. В этом случае необходимо разграничить, во-первых, своих, т. е. национальных, юридических лиц, во-вторых, иностранных, т. е. при­надлежащих к договаривающемуся государству, и, в-третьих, таковых «чужих» - принадлежащих к недоговаривающимся государствам.

К иностранным юридиче­ским лицам употребляется категория «личного статута» юридического лица. Категория личного статута юридического лица закрепле­на в п. 1 ст. 1202 ГК РФ, указывающем, что «личным законом юридического лица считает­ся право страны, где учреждено юридическое лицо».

Личный закон юридического лица определяется его национальностью.

На сегодняшний день в мире выработаны несколько критериев, которые позволяют законодателю или судье определить соответствующее образование качестве правосубъектного лица собственного или иностранного правопорядка. К ним относятся критерии учреждения, или регистрации (инкорпорации), местопребывания головных органов (административного центра, центра управления) юридического лица, центра эксплуатации (основной производственной, коммерческой и т. п. деятельности), критерий «контроля». Поскольку данные критерии разрабатывались доктриной, принято различать и соответствую­щие теории, в основу которых положен тот или иной признак: теорию «инкорпорации», теорию «оседлости» - местонахождения административного центра, «центра эксплуатации».

Теория инкорпорации. В современном международном частном праве основными критериями высту­пают категории инкорпорации и местонахождения юридического лица. Первый признак для определения личного статута иностранного юридического лица свойствен стра­нам, принадлежащим к англосаксонской системе права (США, Великобритания и др.).

Однако и государства, относящиеся к континентальной системе права, активно используют рассматриваемый при­знак (Россия, Бразилия, Казахстан, Китай и др.). От­сылку к закону места инкорпорации (учреждения, регистрации) закрепляют как необходимый коллизионный принцип для опре­деления личного статута.

В праве Великобритании и США основным критерием для определения национальности юридического лица является место его учреждения, т. е. закон того государства, где юридическое лицо создано и где утвержден его устав. В Великобритании такой закон называют законом инкорпорации.

Содержание теории инкорпора­ции (учреждения) сводится к тому, что компания (применительно к США – корпорация) принадлежит правопорядку страны, в ко­торой она учреждена в соответствии с ее законодательством. При этом компания, образованная по английскому закону и существующая на основании его предписаний, будет признаваться английской компанией в тех государствах, правопорядок которых в этой области строится на принципах инкорпорации.

В законодательстве Швеции и Норвегии установлено, что компания подчиняется закону той страны, в которой сделана первая запись ее регистрации (была занесена в реестр).