Отечественная история (стр. 6 )

Налоговый гнет в течение XVIII в. усилился в абсолютном выражении достаточно незначительно, всего в 1,5 раза. Однако повинности крестьян в пользу их хозяев за этот же период увеличились в 12 раз. Иными словами, в стране развернулась острая и исключительно принципиальная борьба между государством и дворянством за возможность использовать плоды крестьянского труда, и пока государство эту борьбу проигрывало. Как бы то ни было, бюджет России вырос с 18,5 млн руб. в 1763 г. до 73,1 млн руб. в 1796 г. Но при этом он испытывал хронический дефицит, а внешний долг империи к концу столетия достиг 33,1 млн руб. Расточительное, непроизводительное использование бюджета, характерное для всех послепетровских правительств, не позволило исправить ситуацию. В 1730-х гг. содержание двора обходилось казне 2 млн руб. золотом в год, а Академия наук и Адмиралтейская академия в сумме получали 47 тыс. руб. В 1780-х гг. на расходы двора шло 13 % расходной части бюджета, а на народное образование – 1,7 %.

В целом же, экономическое развитие России в XVIII в. было достаточно благополучным. Страна сумела сделать два заметных рывка – в начале и конце столетия. Успешно развивалась и внешняя, и внутренняя торговля империи, связывая ее районы в единый хозяйственный механизм и содействуя их специализации. Значительно выросли объемы сельскохозяйственного производства, позволив России вывозить хлеб за границу.

Лишь к концу столетия потенциал крепостнической системы начал истощаться, и страна, которая к 1750-м гг. по основным показателям догнала развитые европейские государства, постепенно начала от них отставать. Крепостное право, оформившееся у нас в год Английской буржуазной революции (1649 г.), значительно влияло на социально-экономическую жизнь страны, не только становясь тормозом на пути предпринимательства, но и закладывая мину под возможности установления гражданского мира в государстве и искажая ход экономического развития страны.

3. Оформление абсолютизма в России в Петровскую эпоху

Петр Алексеевич был провозглашен царем вместе со своим сводным братом Иваном (хилый и отстающий в своем развитии Иван умер в 1696 г.) в 1682 г., когда ему было 10 лет.

Отдавая должное гению Петра, не будем забывать о том, что очень многое для начала его преобразований было подготовлено в предыдущие царствования. Мануфактуры, полки нового строя, зачатки правильного государственного аппарата и абсолютистского правления, тем более идея о необходимости выхода России к морю появилась задолго до воцарения будущего первого императора России. Три события, пожалуй, решительным образом повлияли на становление царя-реформатора. Первым из них по времени была поездка Петра в Архангельск в 1693–1694 гг., море и корабли навсегда покорили его. Вторым стали азовские походы против турок в 1695–1696 гг., во время которых он с особой силой ощутил необходимость перемен в армии и во флоте. Наконец, третьим событием явилась поездка с Великим посольством в Европу в 1696–1697 гг., давшая Петру возможность непосредственно познакомиться с иной цивилизацией, культурой, идеями, образом жизни.

Заграничные труды Петра I были прерваны в 1698 г. известием о начинавшемся в Москве бунте стрельцов, недовольных ужесточением условий службы и самовластием командиров полков. После подавления стрелецкого бунта Петр I провел первые преобразования, которые, что весьма характерно, коснулись вооруженных сил страны. Новые полки, набранные им, состояли из добровольцев и даточных крестьян. В 1700 г. началась долгая и тяжелая Северная война со шведами, во многом обусловившая характер и темпы преобразований в России.

На таком суровом фоне проходила модернизация всех отраслей жизни страны, в том числе и реформ государственного аппарата и формы политического правления. Именно в первой четверти XVIII в. в России происходит окончательное оформление абсолютизма. В воинском уставе Петр I дал следующее определение этой форме правления: «Его величество есть самодержавный монарх, который никому на свете о своих делах ответа дать не должен, но силу и власть имеет свои государства и земли – яко христианский государь по своей воле и благонамерению управлять». Абсолютизм представляет из себя форму правления периода позднего феодализма или переходного к капитализму времени, когда под влиянием развития буржуазных отношений феодальное государство начало разлагаться. Власть монарха в этот период приобрела характер неограниченной (абсолютной) и известную самостоятельность по отношению к господствующему классу.

Обязательным признаком абсолютизма, отличающим его от предыдущих форм правления, является наличие регулярной армии, бюрократии, правильно организованной финансовой системы, определенного уровня товарно-денежных отношений. Абсолютизм может выступать в разных обличьях – от цезаризма до просвещенного абсолютизма. Для выяснения того, какую из абсолютистских форм предпочел Петр I и его преемники, необходимо обратиться к анализу характера выстроенного им и государственного аппарата, и принципов его функционирования.

Описание реформы органов центрального управления можно начать с 1701 г., когда на смену Боярской думе пришла «Консилия министров». Дума с конца XVII в. вымирала чисто физически, поскольку Петр I перестал жаловать в бояре, да и компетенция этого органа власти постоянно сужалась. Полностью же новым верховным учреждением стал Сенат, образованный в 1711 г. и состоявший из 9 человек, лишь трое из которых представляли прежнюю титулованную знать.

Коренное отличие нового органа от Боярской думы характерно для всего направления реформ Петра I. Речь идет о том, что членов Думы назначали «по породе», а сенаторами делались по воле царя и пригодности к службе, сенатор – это была должность, которую легко было потерять. Поэтому сенаторы в значительно большей степени зависели от монарха, чем члены Боярской думы, что стимулировало инициативность новой бюрократии, ее желание угодить императору. В 1717–1718 гг. вместо скомпрометировавших себя приказов были созданы коллегии, состоявшие из собственно коллегий и канцелярии, ведавшей делопроизводством. Решающее значение в становлении бюрократического аппарата России сыграл «Генеральный регламент», принятый в 1720 г. и определивший принципы организации государственного аппарата. Эти принципы были заимствованы у Швеции, вернее, подсказаны камерализмом – учением о бюрократическом управлении, получившим распространение в Европе в XVI–XVII вв. Для камерализации характерно создание учреждений, специализирующихся в какой-то определенной сфере и основанных на принципах коллегиальности и регламентации обязанностей чиновника. Он устанавливал строгую подчиненность нижестоящих учреждений вышестоящим, возводил документ, бумагу в ранг решающего аргумента, стоящего над личностью человека (все инстанции сносились между собой только письменно), определял штаты, место и обязанности канцелярских служителей, унифицировав их положение и деятельность.

В 1721 г., после учреждения Синода, частью бюрократической машины стала и церковь. Но наибольшее значение для формализации российской жизни имела Табель о рангах, принятая в 1722 г. Согласно ей, военные, гражданские и придворные звания были разбиты на 14 рангов – ступеней. Существование общества в результате указанного процесса не только упорядочилось, но и оказалось под контролем императора и первого сословия, к тому же безусловно улучшилось функционирование государственных органов, каждый из которых получил определенное направление деятельности.

Гораздо меньших успехов император добился в строительстве властных структур на местах. Он дважды принимался за реформу местного управления, но реформа не слишком удалась. К концу правления Петра I сложилось довольно сложное образование, состоявшее, с одной стороны, из губерний и уездов (1708 г.), а с другой – из провинций и дистриктов (1719–1720 гг.).

Однако гораздо большие огорчения и боль принесла императору проблема наследника. Его единственный сын Алексей, воспитанный матерью, московским боярством и духовенством в традициях старины, не только не разделял взглядов отца, но и стал убежденным противником его реформ. Наследник престола умер 26 июля 1718 г. в заточении, то ли убитый ближайшими соратниками Петра I, то ли не выдержав жестоких пыток. В результате этих бурных событий появился указ 1722 г. о престолонаследии, который еще больше расширил права самодержца. Согласно указу, царствующий монарх получил право сам назначать себе преемника.

Что можно сказать по поводу итогов и характера царствования Петра I? Правление его было, безусловно, абсолютистским, в силу ряда объективных и субъективных причин оно было весьма похоже на цезаризм. Император считал необходимым вмешиваться во все государственные дела. Петру I по-своему удалось решить большинство тех задач, которые встали перед страной во второй половине XVII в. Россия получила выход к Балтийскому морю, создала регулярную армию и флот, получила государственное устройство, соответствующее европейским образцам, сделала рывок в экономике и культуре, заставила считаться с собой другие европейские страны. Революционность императора имела скорее консервативный характер, поскольку в основе его модернизации страны лежало желание усилить власть монарха, конституировать бесправность сословий перед государственной властью, подстегнуть предприимчивость людей, оставив их в то же время рабами трона.

Европеизация страны в этих условиях носила, как оказалось, весьма поверхностный, а потому противоречивый характер. «Похожесть» на Европу отнюдь не сделала Россию действительно европейской страной, но созданное в России Петром пережило многие поколения: последний рекрутский набор состоялся в 1874 г., т. е. спустя 170 лет после первого (1705 г.). Сенат просуществовал с 1711 по декабрь 1917 г., т. е. 206 лет; синодальное устройство православной церкви оставалось неизменным с 1721 по 1918 г., т. е. в течение 197 лет, система подушной подати была отменена лишь в 1887 г., т. е. 163 года спустя после ее введения в 1724 г. Иначе говоря, в истории России мы найдем немного сознательно созданных человеком институтов, которые просуществовали бы так долго, оказав столь сильное воздействие на все стороны общественной жизни.

4. Политика «просвещенного абсолютизма»
и проблемы социально-экономического развития России
во второй половине XVIII в.

Внутренняя политика самодержавия во второй половине XVIII в. получила название политики «просвещенного абсолютизма». Ее реализация связана с именем императрицы Екатерины II (1762–1796 гг.). Екатерина II (в девичестве принцесса Ангальт-Цербтская; в 1745 г. вышла замуж за внука Петра I – Петра III и перешла в православие под именем Екатерины Алексеевны) заняла трон в результате дворцового переворота. Ее супруг император Петр III (1761–1762 гг.) своей ярко выраженной пропрусской политикой, несшей угрозу новой бироновщины, вызывал резкое недовольство дворянства. В 1762 г. гвардия отрешила Петра III от престола (сначала он был отправлен в заточение, а затем убит) и провозгласила императрицей его жену.

Давно грезившая о российском троне Екатерина (английскому послу она как-то заявила: «Я буду царствовать или погибну») прежде всего щедро отблагодарила участников переворота, обеспечивших воплощение этой мечты: им было пожаловано 18 тыс. крепостных и 86 тыс. рублей наградных денег (всего за время царствования Екатерина II раздала дворянам 800 тыс. крепостных обоего пола).

Основное содержание политики, которую стала проводить новая императрица, заключалось в оказании дворянам всесторонней помощи в деле приспособления к развивающимся товарно-денежным отношениям с целью сохранения господствующего положения дворянства в обществе. Предоставлять дворянам льготы и привилегии, направленные на повышение устойчивости крепостного хозяйства, начала во второй половине XVIII в. еще предшественница Екатерины II Елизавета Петровна. В 1754 г. ее правительство предприняло несколько акций в этом плане: объявление винокурения дворянской монополией, организация Дворянского банка, указ о генеральном межевании, предписывавший всем недворянам в шестимесячный срок продать земельные приобретения.

Екатерина II продолжила политику расширения дворянских привилегий, придав ей собственную специфику: для укрепления основ самодержавия в условиях процесса разложения феодализма она использовала отдельные положения просветительской (раннебуржуазной) идеологии (отсюда термин «просвещенный абсолютизм»).

Екатерина пыталась создать образ «философа на троне», вела переписку с французскими просветителями, часто цитировала их.

Екатерина II подтвердила обнародованный Петром III в 1762 г. Манифест «О даровании вольности и свободы всему российскому дворянству». Согласно этому документу, дворянин отныне мог уволиться в отставку в любое время или вообще нигде не служить. Предполагалось, что дворяне, освободившись от службы в казармах и канцеляриях, ринутся в деревню, чтобы лично, а не через приказчиков управлять вотчинами и внедрять хозяйственные улучшения.

В 1765 г. начало работу «Вольное экономическое общество», главной целью которого было провозглашено содействие дворянскому предпринимательству.

Параллельно с декларативным отказом от апологетики крепостничества (звучавшим, например, в письмах к Вольтеру) Екатерина II подписывала распоряжения, ставившие крепостных крестьян в еще большую зависимость от их владельцев. Так, указом 13 декабря 1760 г. помещику разрешалось ссылать в Сибирь «вредных обществу людей», под которыми подразумевались крестьяне, выражавшие непослушание барину. А указ 17 января 1765 г. предоставил помещику право отправлять крестьян не только в ссылку, но и на каторгу, причем срок каторжных работ устанавливался им самим.

Грубый нажим на крестьян чередовался с мерами, облегчавшими их положение. К наиболее важным проявлениям политики «просвещенного абсолютизма» относится осуществленная в 1764 г. секуляризация церковных владений (обращение государством церковной земельной собственности в светскую). Согласно Манифесту о секуляризации вотчин церквей, монастырей и архиереев, около 2 млн крестьян обоего пола были изъяты из ведения духовенства и переданы в управление светскому учреждению – Коллегии экономии. Это привело к некоторому облегчению положения бывших монастырских крестьян, поскольку работа на монастырской барщине была заменена денежным оброком, что в меньшей степени ограничивало их хозяйственную деятельность.

Пик политики «просвещенного абсолютизма» приходится на 1766–1767 гг. 14 декабря 1766 г. Екатерина опубликовала Манифест о созыве Уложенной комиссии, призванной выработать новый свод законов, который заменил бы устаревшее Уложение 1649 г. По установленному в Манифесте порядку выборов в депутаты комиссии, дворянам было разрешено избирать одного депутата от уезда, горожанам – одного от города. Право избрания депутатов было предоставлено и государственным крестьянам. Членам комиссии надлежало руководствоваться написанным императрицей Наказом, своего рода программой действий (3/4 текста этого документа – цитаты из трудов европейских просветителей, подобранные таким образом, чтобы теоретически обосновать необходимость сильной самодержавной власти, которую должен осуществлять просвещенный монарх).

В июне 1767 г. состоялось открытие Уложенной комиссии. Неожиданно для императрицы главным вопросом деятельности комиссии стал крестьянский вопрос. Ряд депутатов – дворяне, крестьяне, однодворцы – выступили с резкой критикой крепостнических порядков, хотя требование отмены крепостного права никем не выдвигалось. В целом, деятельность комиссии оказалась бесплодной. В декабре 1768 г. она была распущена в связи с начавшейся войной против Турции (официальная версия) и больше не собиралась.

Проведение политики «просвещенного абсолютизма» сопровождалось острой идейной борьбой.

В 1769 г. Екатерина II начала издавать журнал «Всякая всячина», в котором пыталась увести общественное мнение от критики крепостничества к критике человеческих слабостей, пороков и суеверий. Противником «Всякой всячины» выступил выдающийся русский просветитель , издававший журналы «Трутень» (1769–1770 гг.) и «Живописец» (1772–1773 гг.), доказывавший, что дело не в пороках отдельных лиц, а в порочности самой крепостнической системы.

Екатерина II, проиграв в идейном споре, прекратила выпуск журнала. Новиков впоследствии был заключен в Шлиссельбургскую крепость.

Закрытие «Живописца» совпало с началом крестьянской войны, которая прервала осуществление политики «просвещенного абсолютизма».

Третью четверть XVIII в. отличает резкое повышение социальной активности трудового населения России, которая достигла своего апогея в крестьянской войне под предводительством Е. Пугачева (1773–1775 гг.).

Крестьянская война провела четкую разграничительную линию в расстановке социальных сил: в борьбе с мятежным крестьянством главную опору самодержавию составило дворянство. Но во враждебном крестьянству лагере оказались также купцы и промышленники. Этот факт убедительно характеризует низкий уровень развития капиталистических отношений в России и такой же низкий уровень классового сознания формировавшейся буржуазии (западноевропейская буржуазия во второй половине XVIII в. выступала революционным классом, ведущим крестьянство к победе над феодалами).

Правительственная политика после крестьянской войны была нацелена на удовлетворение чаяний дворянства и купечества.

Пугачевское восстание обнаружило слабость местных органов власти, их неспособность собственными силами поддерживать «тишину». Именно поэтому заботы императрицы были направлены на совершенствование областной администрации.

В 1775 г. началось проведение областной реформы, преследовавшей охранительные и фискальные цели. Вместо ранее существовавшего деления территории России на губернии, провинции и уезды вводилось деление на губернии и уезды, в основе которого лежал принцип численности податного населения: в губернии должно было жить 300–400 тыс. душ, в уездах – 20–30 тыс. душ мужского пола.

В итоге проведения реформы вместо 23 губерний было создано 50. Почти вдвое увеличилось количество городов в стране: все пункты размещения губернской и уездной администрации объявлялись городами, а их население – мещанами и купцами (появилось 216 новых городов). Областную администрацию возглавлял наместник или генерал-губернатор, управлявший 2–3 губерниями, во главе некоторых стояли губернаторы. Исполнительным органом губернатора являлось губернское правление, осуществлявшее общий надзор за деятельностью учреждений и должностных лиц. Среди них важнейшим была Казенная палата, ведавшая промышленностью и финансами. К новым органам относятся сословные судебные учреждения: Верхний земский суд для дворян, Губернский магистрат, рассматривавший тяжбы между горожанами, и Верхняя расправа для суда над государственными крестьянами.

Если наместники, губернаторы, председатели казенных палат назначались правительством, то уездная администрация находилась в руках местного дворянства: реформа вводила дворянские уездные собрания, на которых избирались предводители дворянства. Уездные дворяне раз в три года избирали из своей среды высшее должностное лицо уезда – капитана-исправника. В каждом уезде должны были существовать такие же сословные учреждения, как и в губерниях: для дворян (Уездный суд), для горожан (Городской магистрат) и для государственных крестьян (Нижняя расправа).

Разветвленная сеть губернских и уездных органов власти позволяла усилить надзор за жизнью населения, причем осуществление надзора передавалось в руки дворян.

Одновременно с проведением областной реформы правительство осуществило ряд мер в пользу купечества. Манифестом 1775 г. была объявлена свобода предпринимательства. Этот документ провозглашал свободу открытия предприятий, то есть они могли вступать в строй без разрешения правительственных инстанций и без регистрации в их учреждениях. Причина обнародования Манифеста – стремление устранить помехи в развитии промышленности. Эту же цель преследовало освобождение купцов, владеющих капиталом свыше 500 руб., от уплаты подушной подати: для них устанавливался сбор в размере 1 % с капитала. В следующем, 1776 г. купцам была предоставлена еще одна привилегия – они освобождались от рекрутской повинности при условии уплаты за каждого рекрута 360 руб.

Процесс оформления привилегий дворян и купцов завершают две грамоты, опубликованные 21 апреля 1785 г.: «Грамота на права вольности и преимущества российского дворянства» и «Жалованная грамота городам».

Жалованная грамота дворянству повторяла привилегии, которыми издавна пользовалось это сословие, и определяла новые. Отныне запрещалось производить конфискацию имений дворян за уголовные преступления. В этом случае имения переходили к законным наследникам. По сравнению с предыдущим законодательством Жалованная грамота повысила роль дворянских корпораций. Дворяне каждой губернии составляли «дворянское общество», органом которого являлось дворянское собрание, созываемое раз в три года. Помимо выборов предводителя и прочих должностных лиц, собранию разрешалось представлять наместнику или губернатору о своих нуждах, а в случае необходимости доносить о них Сенату и императрице. Грамота вводила ценз, цель которого состояла в том, чтобы лишить права занимать выборные должности дворянскую мелкоту: избранным мог быть только дворянин, чей доход с имения превышал 100 руб. в год. Дворянин, не имевший офицерского чина, лишался избирательных прав.

Итак, Жалованная грамота дворянству предоставляла дворянину обширные личные права, право сословного самоуправления и возможность влиять на местную правительственную администрацию.

Жалованная грамота городам включала в свой текст права и привилегии горожан, сформулированные предшествующим законодательством, и вводила некоторые новшества. К ним относится разделение городского населения на 6 разрядов и определение прав и обязанностей каждого из них (жившие в городе крестьяне не были включены в состав городского общества). Жалованная грамота городам устанавливала сложную систему городского самоуправления. Важнейшим органом самоуправления являлось созываемое раз в три года общегородское «Собрание градского общества», на котором производились выборы должностных лиц: городского головы, бургомистров, заседателей магистрата. Исполнительным и постоянно действующим органом была шестигласная дума. Она осуществляла текущее управление городом.

Таким образом, Жалованная грамота городам определяла принципы городского самоуправления, но при этом ставила его органы под контроль губернатора.

Конец заигрываниям Екатерины II и ее окружения с идеями Просвещения положила Французская буржуазная революция (1789–1794 гг.). Штурм Бастилии, тревожные сведения о сожжении дворянских замков и феодальных грамот напоминали русским дворянам события крестьянской войны в России. Екатерина, получив известие о казни французского короля, слегла в постель. Двор в Петербурге разорвал дипломатические отношения с Францией, была установлена строгая цензура за печатанием информации о французских событиях.

Одновременно усилились преследования внутри страны. Первой жертвой стал Александр Радищев – автор знаменитого «Путешествия из Петербурга в Москву». Екатерина II назвала его «бунтовщиком хуже Пугачева». Книга Радищева появилась в продаже в мае 1790 г., а уже в июле ее автору был вынесен смертный приговор, замененный императрицей ссылкой в Тобольск сроком на 10 лет. Судьбу Радищева разделили и некоторые другие активные представители русского просвещения.

Враждебное отношение к Французской революции, преследования передовых взглядов внутри страны свидетельствуют о полном свертывании в 90-е гг. XVIII в. политики «просвещенного абсолютизма», отход от которой наметился ранее.

Екатерину II сменил на российском престоле ее сын, Павел I (1796–1801 гг.). У Павла издавна установились напряженные отношения с матерью. В 1794 г. Екатерина II даже намеревалась лишить его права наследования престола и передать это право старшему внуку Александру, однако не осуществила свое намерение. Во время четырехлетнего царствования Павла I преследовали мания величия и мания страха. Первая выражалась в глубокой вере в свою непогрешимость и исключительность, что можно проиллюстрировать его словами: «В России велик только тот, с кем я говорю, и только пока я с ним говорю». Выше всего Павлом ценилось умение подчиненных в точности выполнять артикулы. Не случайно первой значительной мерой императора было утверждение через три недели после вступления на престол нового воинского устава, заменившего традиционные русские порядки в армии прусскими.

Проявлением страха за свое будущее явился закон Павла I о престолонаследии 1797 г., согласно которому трон передавался только по мужской линии по прямой восходящей, то есть старшему сыну, затем младшим сыновьям и только при их отсутствии – дядьям. Тем самым, как показалось Павлу, исключалась возможность царствования его супруги, которую император заподозрил в намерении отнять у него корону.

Некоторые меры Павел I осуществил в пику матери Екатерине II. Так, он прекратил ссылку Радищева, а Новикова освободил из Шлиссельбургской крепости, сократил число губерний, восстановил в полном объеме коллегиальную систему без надлежащего юридического обоснования этой меры и ее целесообразности.

Желание противопоставить свои действия акциям Екатерины прослеживается и в политике Павла по отношению к дворянству. Он предпринял ряд мер по ограничению дворянских привилегий: ликвидировал их свободу от обязательной службы, обложил податью (почти двухмиллионным сбором), поставил под контроль губернские дворянские общества, восстановил телесные наказания для дворян.

Возмущение дворянства вызвало и вмешательство Павла I в их взаимоотношения с крестьянами. Павел издал в 1797–1798 гг. ряд указов: указ, рекомендовавший ограничение барщины тремя днями в неделю; указ, запрещавший продавать дворовых и безземельных крестьян с молотка; указ, содержащий запрет на продажу дворовых людей и крестьян без земли.

Всеми этими мерами, а также непоследовательностью во внешнеполитических акциях (см. следующий раздел) Павел I восстановил против себя дворянство. Еще в 1800 г. против него возник заговор, который сначала возглавил вице-канцлер , а после его ссылки руководство перешло к петербургскому военному губернатору Палену. В ночь на 12 марта 1801 г. заговорщики проникли в императорский замок и убили Павла.

Тема 5. Россия в первой половине XIX в.

План.

1. Социально-экономическое развитие России. Кризис феодализма.

2. Внутренняя и внешняя политика российского самодержавия. Отечественная война 1812 г.

3. Движение декабристов. Идейная борьба в российском обществе в 30–40-е гг. XIX в.

4. Внутренняя и внешняя политика царизма во второй четверти XIX в. Крымская война 1853–1856 гг.

Литература

1.  Корнилов истории России XIX века. М., 1993.

2.  Ключевский пособие по русской истории. М., 1992.

3.  , Устинов России. М., 2005.

4.  Освободительное движение и общественная мысль в России XIX в. М., 1991.

5.  Семенникова в мировом сообществе цивилизаций. Брянск, 1996.

6.  Уткин и Запад: история цивилизаций. М., 2000.

7.  История России с начала XVIII века до конца XIX века / Под ред. . М., 2001.

8.  , Шабельникова России с древнейших времен до начала XXI века. М., 2002.

9.  Платонов курс лекций по русской истории. СПб., 2002.

10. Троицкий в XIX веке. М., 2003.

11. История России с начала XIX века до начала XXI века / Под ред. . М., 2003.

12. Цимбаев России XIX – начала XX вв. М., 2004.

1. Социально-экономическое развитие России.
Кризис феодализма

Развитие социально-экономической жизни России в 1800–1850 гг. определялось разложением феодально-крепостнических и формированием капиталистических отношений. Российская империя к концу XVIII в. занимала территорию в 17,4 млн кв. км с населением 37,4 млн человек. В первой половине XIX в. в результате войн и различного рода внешнеполитических акций территория страны значительно расширилась, и ее пределы увеличились примерно на 20 % с изменением западных, южных и юго-восточных границ. К середине XIX в. население Российской империи достигло 74 млн человек. В ее состав входило 69 административно-территориальных единиц – губерний и областей, каждая из которых делилась примерно на 10-12 уездов.

Основной средой, где раньше и интенсивнее стал формироваться новый капиталистический способ производства, выступала промышленность. Для России первой половины XIX в. было характерно широкое распространение мелкой, преимущественно крестьянской, промышленности. Появилось немало деревень и целых промысловых округов, в которых промысловые занятия (ткачество, изготовление посуды, обработка кож, кружевное и ювелирное дело, литографирование лубочных картин и др.) играли главную роль в крестьянском хозяйстве. А в крупных торгово-промышленных селах земледелие вообще отсутствовало.

В сферу мелких крестьянских промыслов властно вторгался скупщик, к которому попадали в зависимость мелкие товаропроизводители. Скупщик сначала отрезал их от рынка сбыта, а затем и от рынка сырья, превращая в конечном счете в своих рабочих-надомников, а сам становился предпринимателем-мануфактуристом. Таким образом, мелкая крестьянская промышленность служила базой для становления крупного капиталистического производства в форме мануфактуры. В процессе углубления имущественного неравенства среди мелких товаропроизводителей-кустарей выделялись представители будущей промышленной буржуазии. Династии известных фабрикантов – Морозовых, Гарелиных, Гучковых, Гандуриных, Ямановских – вышли из крепостных крестьян-кустарей.

Показателем роста неземледельческих занятий крестьянства было расширение отхода. В этом отношении ведущее место занимал центрально-промышленный регион: к 50-м гг. XIX в. на заработки здесь уходило 30–40 % мужского населения. Промысловый отход служил важным фактором в складывании рынка рабочей силы для промышленности.

Крупная капиталистическая промышленность росла за счет распространения капиталистической мануфактуры. Количество предприятий в обрабатывающей промышленности России увеличилось за 1799–1860 гг. с 2094 до 15338, а численность рабочих на них выросла с 82 тысяч до 565 тысяч человек. Удельный вес наемных рабочих на этих предприятиях возрос к 1860 г. до 82–85 %, что свидетельствует о полном преобладании в обрабатывающей промышленности накануне отмены крепостного права наемного труда над крепостным.

Горнодобывающая промышленность в первой половине XIX в. продолжала базироваться преимущественно на принудительном труде. В этой сфере промышленности накануне отмены крепостного права было занято 540 тысяч душ мужского пола, из них 2/3 собственно на заводских работах («мастеровые») и 1/3 так называемые «приписные к заводам крестьяне», выполнявшие вспомогательные работы.

Первая треть XIX в. характеризуется дальнейшим ростом капиталистической мануфактуры, а вторая треть – началом перехода от мануфактуры к фабрике. Этот переход связан с промышленным переворотом, который имеет две стороны: 1) техническую – систематическое применение машин и 2) социальную – формирование промышленной буржуазии и пролетариата.

Среди отечественных историков и экономистов существуют разные мнения о датировке промышленного переворота в России. Большинство специалистов относят его начало к рубежу 30–40 гг. XIX в. Раньше всего этот процесс начался в текстильной (в первую очередь, хлопчатобумажной) промышленности, позднее – в горнодобывающей. В связи с переходом к машинной технике производительность труда в середине 50-х гг. XIX в., по сравнению с началом столетия, выросла в три раза, и на долю машинного производства приходилось уже 2/3 продукции крупной промышленности.

Важным показателем развития капиталистических отношений выступало формирование новых социальных групп – наемных рабочих и буржуазии. Однако наемные рабочие в первой половине XIX в. существенно отличались от пролетариата конца века. Они были представлены преимущественно помещичьими и государственными крестьянами, ушедшими на заработки, но находившимися в феодальной зависимости и связанными с сельским хозяйством, с деревней. Такие рабочие испытывали двойную эксплуатацию – феодальную (со стороны помещика или государства) и капиталистическую (со стороны нанявшего их предпринимателя). Буржуазия того периода тоже отличалась от буржуазии эпохи капитализма: в ее составе преобладала торговая буржуазия, представленная гильдейским купечеством и «торгующими крестьянами», получившими специальные свидетельства («билеты») на право торговли. Русское гильдейское купечество имело ряд феодальных привилегий: освобождалось от податей, телесных наказаний, а купцы первых трех гильдий – и от рекрутской повинности. Царизм поощрял купеческое предпринимательство, защищал его высокими покровительственными пошлинами от конкуренции иностранного капитала. Отсюда зависимость русской нарождающейся буржуазии от царизма, ее консерватизм.

В связи с ростом промышленности и углублением разделения труда развивался внутренний рынок. Повысилась роль ярмарок, ежегодно собиравшихся в определенное время и продолжавшихся от нескольких дней до нескольких месяцев. В 40-х гг. XIX в. в России насчитывалось до 4 тыс. ярмарок, преимущественно сельских. Широкое развитие получила торговля вразнос. Предприимчивые офени и коробейники закупали на ярмарках товары и разъезжали с ними по всей стране, проникая в самые отдаленные районы.

Расширялись внешнеторговые связи. Для внешней торговли России был характерен активный торговый баланс – превышение вывоза над ввозом, который в значительной степени обуславливался протекционистской таможенной политикой правительства. На долю Европы приходилось 9/10 объема внешнеторгового оборота России. Главным ее торговым партнером была Англия, на долю которой приходилось свыше одной трети экспорта и импорта, тогда как на долю Германии – 11 %, Франции – 10 %. Торговля с европейскими странами велась в основном через Балтийское море.

К середине XIX в. в связи с усилением вывоза помещичьего хлеба на заграничные рынки через порты Черного моря значительно возросла и роль черноморской торговли. Втягивание России в мировой капиталистический рынок было одним из факторов, разлагавших феодально-крепостнические основы ее хозяйства.

Основными видами транспорта были водный и гужевой. Главной транспортной артерией страны являлась Волга. В обслуживании внутренних водных путей была занята огромная армия бурлаков, коноводов, грузчиков, которых в 30-40-х гг. XIX в. насчитывалось до 450 тысяч человек.

Во втором десятилетии XIX в. было положено начало пароходному сообщению. Первый пароход появился на Неве в 1815 г. С 1817 г. стали ходить пароходы по Волге и Каме. До 1825 г. по внутренним водным путям ходило всего 11 небольших пароходов. Пароходство в России заметно возросло в 50-е гг. XIX в., чему немало способствовало основание в 1849 г. Сормовского судостроительного завода под Нижним Новгородом. К 1860 г. на внутренних водных путях России насчитывалось 339 пароходов.

В первой половине XIX в. началось строительство шоссейных и железных дорог. Шоссейные дороги соединили Петербург с Москвой и Варшавой, Ярославлем и Нижним Новгородом. Однако протяженность шоссейных дорог (к 1860 г. их имелось около 9 тыс. верст) для огромных пространств России была ничтожно мала. Первая железная дорога была построена в 1837 г. между Петербургом и Царским Селом. Всего в России к 1861 г. насчитывалось 1,5 тыс. верст железнодорожных линий, в то время как сравнительно небольшие по своей территории западноевропейские страны – Англия, Германия, Франция – уже были покрыты густой сетью железных дорог. Слабое развитие транспорта в дореформенной России существенно тормозило развитие торговли и промышленности.