Беседы на книгу Бытия (стр. 21 )

4. Не знаю, как мы течением слова увлеклись сюда. Возвратимся же, наконец, к предмету, и посмотрим, чему и еще хочет научить нас сегодня этот блаженный пророк. Сказав: сия книга бытия небесе и земли, он далее опять повествует нам, с большею обстоятельностию, о создании человека. Выше он сказал кратко: и сотвори Бог человека, по образу Божию сотвори его (Быт, II, 27); а теперь говорит: и созда Бог человека, персть взем от земли и вдуну : и бысть человек в душу живу (Быт. II, 7). Многозначительны эти слова; много содержат они поразительнаго и превышающаго ум человеческий. И созда, сказано, Бог человека, персть взем от земли. Как относительно всех видимых тварей я показал, что Творец всяческих все делает не так, как люди, дабы и в этом открылась Его неизреченная сила, так теперь и в создании человека оказывается тоже. Смотри: Он землю основал на водах, чего ум человеческий понять не в состоянии без веры; Он, показали мы, когда захочет, заставляет все существа делать противное их свойствам. Тоже самое, как показывает нам теперь божественное Писание, было и при создании человека. Созда, говорит оно, Бог человека, персть взем от земли. Что говоришь: взяв персть от земли, создал Он человека? Так точно, говорит. И сказано не просто: взял землю, но - персть, то, что, так сказать, в самой земле всего легче и ничтожнее. Это кажется тебе необычайным и странным? Но если помыслишь, кто - Творец, то уже не будешь не верить событию, а подивишься и преклонишься пред могуществом Создателя. Если же вздумаешь судить об этом по соображениям слабаго ума твоего, то, верно, придешь к такой мысли, что из земли никогда не может быть тела (человеческаго), но будет или кирпич или черепица, только не такое тело. Видишь ли, что если мы не примем во внимание могущество Создателя и не умерим своих, столь слабых, умозаключений, то не сможем постигнуть высоты сказаннаго. Слова эти требуют очей веры и сказаны так по великому снисхождению к нашей немощи, потому что и самое выражение: созда Бог человека и вдуну, недостойно Бога, но божественное Писание так повествует об этом ради нас и нашей немощи, снисходя к нам, чтобы мы, удостоившись такаго снисхождения, могли взойти на высоту (истинного понятия). И созда, говорит, Бог человека, персть взем от земли. Отсюда вытекает, если будем внимательны, немаловажный урок смирения. Когда подумаем, из чего первоначально образовано наше тело, то сколько бы мы ни насупливали бровей - должны принизиться, смириться; размышляя о Природе своей, мы научаемся скромности. Поэтому-то Бог, пекущийся о нашем спасении, так и направил язык пророка к нашему вразумлению. Так как божественное Писание прежде сказало: сотвори Бог человека, по образу Божию сотвори его, и дал ему всю власть над видимым, то, чтобы человек, не зная состава своей природы, не возмечтал о себе высоко и не преступил за свои пределы, - оно, начав опять говорить (о создании человека), показывает и способ его образования и начало бытия, - из чего т. е. и как создан первый человек. Если и после этого наставления, показавшаго (человеку), что он первоначально составлен из той же земли, из которой (произошли) растения и безсловесныя животныя (хотя образ создания и безтелесное существо души дали ему, по человеколюбию Божию, великое преимущество, потому что вследствие этого он получил разумность и владычество над всем), - так если, узнав это, человек, по обольщению змия, возмечтал о равенстве с Богом, - он, созданный из земли, - то до какого бы не дошли мы безумия, если бы блаженный пророк удовольствовался первым сказанием, и в новом повествовании не изложил нам все в подробности?

5. Таким образом, весьма полезным вразумлением служит познание о том, из чего первоначально мы получили состав нашего существа. И сотвори, сказано, Бог человека, персть взем от земли, и вдуну . Такой грубый образ речи употребил (Моисей) потому, что говорил людям, которые не могли слышать его иначе, как это возможно нам; и для того еще, чтобы показать нам, что человеколюбию Божию угодно было - этого, созданнаго из земли, сделать причастным разумнаго существа души, чрез что животное это явилось превосходным и совершенным. И вдуну, говорит, . То есть, вдуновение сообщило созданному из земли жизненную силу и так образовалось существо души. Потому (Моисей) и прибавил: и бысть человек в душу живу; созданный из перста, приняв вдуновение, дыхание жизни, бысть в душу живу. Что значит: в душу живу? В душу действующую, которая имеете, члены тела, как орудия своих действий, покорныя ея воле. Не знаю, как мы извратили порядок и зло усилилось до того, что мы заставляем душу следовать пожеланиям плоти, и ту, которая, как госпожа, должна и председательствовать и повелевать, низведши с престола, принуждаем повиноваться прихотям плоти, забывая ея благородство и преимущество (пред плотию). В самом деле, подумай о порядке создания (человека), и размысли, что такое был он прежде вдуновения Господня, которое стало для него дыханием жизни, - и бысть в душу живу? Он был просто истуканом бездушным, бездейственным и ни к чему негодным, так что все столько возвышающее его преимущество состоит в том Божием в него дуновении. И чтобы ты уразумел это не из того, что совершилось тогда, а из того, что и ныне происходит каждый день, подумай, каким некрасивым и неприятным является это тело по исходе из него души. И что говорю: некрасивым и неприятным? Как оно страшно, зловонно и безобразно, между тем как прежде, когда управляла им душа, было светло, приятно, весьма благообразно, проникнуто было разумом и обладало большою способностью к деланию добрых дел. Размышляя обо всем этом и представляя благородство нашей души, не будем делать ничего, недостойнаго ея, не будем осквернять ее непристойными делами, порабощая ее плоти и оказываясь столь безчувственными и несправедливыми в отношении к той, которая имеет такое благородство и удостоена такого преимущества. Чрез ея существо мы, облеченные плотию, если захотим, можем при содействии Божией благодати, соревновать безтелесным силам и, находясь на земле, жить и действовать как бы на небе, и достигнуть не меньшаго сравнительно с ними, а, может быть, в чем-либо и большаго. Как же это? Скажу. Если найдется кто такой, что, будучи облечен плотью, поступает также, как и вышния силы, то как ему не сподобиться большей милости от Бога за то, что подлежа и телесным нуждам, сохранил благородство души неповрежденным? Можно ли, скажет кто-либо, найти такого человека? Конечно это признается делом невозможным для нас по причине великой скудости в добродетели. Но если хочешь знать, что это не невозможно, подумай о тех, которые от начала и до настоящаго времени угождали Господу, - о великом Иоанне, сыне неплодной, обитателе пустыни, о Павле, учителе вселенной, и о всем сонме святых, которые имели общую с нами природу, подлежали таким же телесным нуждам, - и не считай более этого дела невозможным, не будь более нерачителен к добродетели, получив от Господа столько средств, чтобы легко к ней прилепиться. Зная слабость нашей воли и непостоянство, человеколюбивый Господь наш оставил нам важныя врачества в чтении Писаний, чтобы мы, постоянно пользуясь ими и размышляя о жизни чудных тех и великих мужей, располагали себя к подражанию им, чтобы не были безпечны к добродетели, но избегали греха и делали все, чтобы не явиться недостойными неизреченных тех благ, которыя да получим все мы благодатию и человеколюбием Господа нашего Иисуса Христа, с Которым Отцу, со Святым Духом, слава, держава, честь, ныне и присно, и во веки веков. Аминь.

Беседа XIII. И насади Господь Бог рай во Едеме на востоцех, и введе тамо человека, егоже созда (Быт. II, 8)

1. Видя, как ненасытимо у вас желание, велико усердие и напряжен ум, как все вы охотно внимательно слушаете духовное поучение, я, хотя и сознаю свою великую бедность, стараюсь однако постоянно и всякий день предлагать вам эту убогую и скудную трапезу, в уверенности, что, воспламеняемые усердием, вы с охотою примете слова (наши), как это бывает и с чувственными снедями, - что всякий знает. Когда гости имеют хороший аппетит, то хотя и убога трапеза и не богат хозяин, они с большим удовольствием кушают предлагаемое; а если гости имеют слабый аппетит, то, хотя трапеза будет и роскошная и обильная разными яствами, пользы нет никакой вследствие того, что (гости) не могут употребить приготовленное. А здесь, так как вы, по благодати Божией, воспламенены усердием к духовной трапезе, мы говорим с большою ревностью, зная, что предлагаем это божественное учение внимательным слушателям. И земледелец, когда найдет тучную и плодовитую ниву, прилагает к ней все свое старание, - проводит борозды, пашет сохою, вырывает терние, щедро бросает семена и, питаясь уже добрыми надеждами, всякий день ожидает, как возрастет посеянное; следя за производительностию земли, он готовится пожать гораздо более, чем сколько посеял. Подобным образом и мы, видя, как с каждым днем умножается ваше усердие, возрастает желание, ревность усиливается, возлагаем за вас добрыя надежды, и сами с большим усердием и ревностию стараемся делать все, что можем, к назиданию вашей любви, во славу Божию, в похвалу св. церкви. Итак, если угодно, повторим нечто из прежней беседы, а затем по порядку разсмотрим нынешнее чтение. О чем же мы разсуждали в последний раз, как далеко простерли слово, и на чем остановили его, - об этом надобно сказать. И созда, говорит (Моисей), Бог человека, персть взем от земли, и вдуну ; и бысть человек в душу живу (Быт. II, 7). Что я тогда сказал, то и теперь повторю и всегда буду говорить, именно то, что любовь общаго всех Владыки к роду нашему велика и несказанна. Подлинно, ради нашего спасения Он сделал великое снисхождение, великой чести удостоил это животное, т. е., человека; и словами и делами доказал, что об нем печется более, чем о всем видимом. Ничто не препятствует нам и сегодня разсмотреть пред вашею любовию тот же предмет. Как благовонныя вещества, чем более растираются нашими пальцами, тем большее издают благовоние, так бывает и с Писанием: чем больше кто старается вникать в него, тем больше может усматривать заключающееся в нем сокровище и приобретать из него великое и несказанное богатство. И созда, сказано, Бог человека, персть взем от земли. Усматривай различие из самаго уже начала речи. Блаженный Моисей, когда хотел показать нам, каким образом созданы все прочия твари, сказал: рече Бог: да будет свет, и бысть свет; да будет твердь; и: да соберется вода, и: да будут светила; да произрастит земля былие травное; и: да изведут воды гады душ живых; и: да изведет земля душу живу. Видишь, как все было создано словом? Посмотрим же теперь, что говорит он о создании человека: и созда Бог человека. Смотри, как этою приспособительностию в словах, которые употребил ради нашей немощи, показывает и способ создания (человека), и особенность, то есть, что он, говоря по человечески, как бы, образован руками Божиими, о чем и другой пророк говорит: руце твои сотвористе мя и создасте мя (Иов. X, 8). Ведь, если бы Бог просто повелел человеку явиться из земли, ужели бы, скажи мне, не исполнилось это повеление? Но, чтобы в самом образе сотворения преподать нам всегдашний урок - не мечтать о себе свыше меры, для этого (Моисей) повествует обо всем с такою тщательностию, и говорит: созда Бог человека, персть взем от земли.