Цели Урала в XXI веке (стр. 2 )

Советская политика создания колоссальной промышленной базы на Среднем и Южном Урале до сих пор ощущается в ментальном пространстве этих территорий, как сильный отпечаток советского (имперского) эгрегора.

Большой Урал

В ходе обсуждения с представителями Заказчика были согласованы следующие условные границы Объекта прогнозирования, под которым будет пониматься Большой Урал:

Южная граница – Казахстанский Урал (входит в состав Республики Казахстан); Южный Урал – Орск, Магнитогорск; Восточный Урал – Курган; Район Челябинска – Златоуста; Екатеринбург и Свердловская область; Пермь и Пермская область; Район Нижнего Тагила; Северный Урал – Серов, Соликамск, Березняки; Полярный Урал; Вайгач, Новая Земля; Шельфовый Урал – шельф полярных морей вдоль 60 градуса восточной долготы и Земля Франца Иосифа.

Южная граница региона теряется между границей Казахстана и Аральским морем, северная условно совпадает с Северным Полюсом. Регион вытянут вдоль 60 меридиана и представляет собой симметричное веретенообразное образование, сужающееся с юга на север.

Формально – это этнокультурная общность (в античной терминологии Страна) Урал.

Горизонт сценирования

Все проведенные с представителями территории обсуждения, равно как и анализ недвижимости и изучение управленческих документов, показывают, что приблизительно до 2020 года сценарное пространство вырождено, то есть Возможное Будущее совпадает с Неизбежным.

В этой связи был принят двадцатилетний горизонт сценирования: 2011 – 2031 год, причем сценарные развилки проявлены только на втором шаге сценирования, то есть после 2020 года.

Продолжать сценирование после 2020 года, по-видимому, преждевременно из-за высокой неопределенности внешней по отношению к Уралу ситуации.

Контекст сценирования (Съемка с территории)

Каждая территория имеет свои особенности, которые невозможно или исключительно трудно выявить по внешним источникам информации. Понимание этих особенностей критически важно для процесса сценирования. Проще всего снимать уникальности территории с ее представителей.

Данное прогностическое исследование опирается на результаты семинара 25 сентября – 1 октября 2011 г., г. Екатеринбург. Использованы следующие базовые техники: опрос, глобальное интервью, расстановочные игры, сценарные игры, Знаниевый реактор.

Собственное время

Как правило, Объекты сценирования относятся к современной глобализированной Цивилизации европейского типа. Это подразумевает простое плоское пустое изотропное однородное бесструктурное пространство и сложное трехуровневое «слоистое время». Тем не менее, бывают исключения. Так, для Сибири характерна альтернативная картина СтраННы с простым и, в известном смысле, «неподвижным» временем и многосвязным осмысленным пространством. Китай живет в циклическом замкнутом пространстве-времени. Армения существует в совершенно уникальном мифологическом времени, имеющим смысл только для географически изолированного пространства со сложным рельефом.

В этой связи важен вопрос о типе пространства и типе времени Объекта Прогнозирования, а также о его собственном времени (характерном ритме) и собственном пространстве (характерных размерах).

Результаты Игр и опросов показывают, что Большой Урал относится к время-ориентированным сообществам, то есть является Цивилизацией. Его важной структурной особенностью является медленное время. Несколько утрируя, можно сказать, что для Объекта Прогнозирования во втором «слое» времени находится не биологическое живое время с характерными частотами порядка обратного года, а геологическое живое время с характерными частотами порядка обратного тысячелетия или даже миллионолетия. С прогностической точки зрения это означает следующее:

Для Большого Урала должно быть характерно тяготение к инерционному сценарию на малых временах и исключительно большие разбросы при больших временах. Другими словами, плотность сценарного пространства очень быстро падает при удалении от Неизбежного Будущего, но никогда не становится равной нулю. Или же можно сказать, что сценарное пространство Большого Урала напоминает хокинговскую «черную дыру»: все сценарии проваливаются в Неизбежное Будущее, теряя свою уникальность, но эта уникальность сохраняется на квантовом уровне и воспроизводится хокинговским сценарным излучением. Само по себе это является важным прогнозом: Неизбежное Будущее Большого Урала должно генерировать нетривиальные (уникальные) сценарные скрипты, в том числе – для прилегающих территорий;

Время Большого Урала и время жителей Большого Урала и созданных ими организованностей не синхронизировано и не может быть синхронизировано. В этом отношении, во-первых, генерируется определенное стационарное противоречие, а, во-вторых, время Большого Урала выступает в качестве хронотопического стабилизатора: характерная для России «потеря Настоящего» не должна сколько-нибудь явно проявляться на этой территории. Эффект стабилизации времени задает важное для прогностики свойство Урала: его инвариантность относительно целого ряда внешних значимых процессов, в том числе, возможно, фазового кризиса;

Урал является порогом, разделяющий Российскую Цивилизацию со сложным и быстрым временем и СтраННу Сибирь со сложным и нелинейным пространством. Эта особенность провидит к анизотропии всех трансакций, пересекающих Урал, в том числе – и сценарных трансакций. Иными словами, при движении с запада на восток и с востока на запад вы можете попасть на одном и том же Урале в разные сценарии!

В логике «социосистемной спектроскопии» Большой Урал, хотя бы, как граница между классической Цивилизацией и внятной СтраННой, относится к достроенному Балансу Сознания. Опыт показывает, что Урал стремится принимать участие в любой войне, только как поставщик вооружения – в этом отношении эта территория осознанно и отчетливо выбирает творчество, а не войну, как способ разрешения базового социосистемного противоречия между жизнью и смертью. По существу, это совершенно явно прописано в уральской мифологии («Хозяйка медной горы» и т. п.). Зато к противоречию часть – целое, которое конструирует проекты управления и самоуправления в форме прокрустики Урал индифферентен.

В итоге мы должны наблюдать на данной территории интерференцию трех организующих структур: мезолитической цивилизации (и надо отметить, Урал часто рассматривается как «индустрия, вписанная в мезолитические отношения»), восточной (китайской) «совершенной древности» или мезолитической прокрустики и малого когнитивного проекта, развиваемого Исландией до кризиса 2008 года. Следовательно, система сценариев, которые могут быть реализованы для Большого Урала, должна быть соотнесена с этими тремя социосистемными форматами.

С учетом ряда особенностей, порожденных уникальной структурой собственного времени Большого Урала, то есть, с некоторой осторожностью, можно в первом приближении принять характерные ритмы Объекта прогнозирования за «стандартное десятилетие» европейской цивилизации. Тогда горизонт прогноза в двадцать лет представляет собой вполне обычные для процедуры прогнозирования два шага развития. При этом уникальность Объекта проявится, хотя бы, (и прежде всего) в том, что динамика системы на первом и на втором шаге развития будет совершенно разной.

Как правило, характерные размеры пространственной ячейки (прогностического домена) определяются характерными временами, и для шага развития в десять лет, составляют один структурный уровень «вниз» от самого Объекта Прогнозирования, то есть, в нашем случае это – субъект Федерации. Будем пока работать в рамках этой гипотезы, хотя она, разумеется, неверна – уже потому, что структура Урала должна приводить к анизотропии прогностических доменов по осям «север-юг» и «запад-восток», не говоря уже о «пороговой анизотропии»: домены, считаемые с запада на восток, отличаются от доменов, считаемых с востока на запад.

Базовые противоречия

Опыт Игр выявил для Большого Урала следующие значимые для Большого Урала противоречия:

Большой Урал – Уральский Федеральный Округ Екатеринбург – Урал Екатеринбург – Свердловская область Екатеринбург – Москва Урал – Сибирь Екатеринбург – Новосибирск Индустриальный Урал – внеиндустриальный Урал Закрытый Урал (Урал для Урала) – Имперский Урал (Урал для России) – Открытый или Глобальный Урал (Урал для мира и мировых рынков)

Мифологическая оболочка

Опыт обсуждений продемонстрировал, что мифологическое пространство Большого Урала имеет ряд особенностей.

Прежде всего, само это пространство сформировано в позднее историческое время и даже имеет авторство. При этом жители, ассоциирующие себя с территорией, принимают Бажова и его сказки, как структурообразующий «миф места» и прописывают его в истории: Бажов де, собрал народное творчество, уходящее в глубину веков.

Далее, исключительно важно, что уральский миф о культурном герое (а сказка о Даниле-мастере и Хозяйке медной горы, несомненно, относится к этому типу мифологии) совершенно необычен.

Как правило, герой крадет, отбирает или, плутуя, выигрывает в кости технологии у богов. Боги тем или иным способом рано или поздно его наказывают, а люди – не понимают или не принимают. В конечном итоге новое – огонь, или ремесло, или земледельческие технологии – прививается, но ценой судьбы или жизни героя.

В данном же случае Богиня (Хозяйка медной горы) сама добровольно учит героя ремеслу, прилагая к этому значительные усилия. Никакого наказания за это не предполагается, а само знание, отнюдь, не рассматривается, как тайное. Сюжет не предполагает смерти героя, и вообще знание не рассматривается мифом в контексте расплаты. Важно и то, что само это знание необычно: оживление творчества – каменный цветок – есть социосистемное воплощение творчества, его квинтэссенция.

Иными словами, данная версия мифа о культурном герое представляет собой миф о со-творчестве, или, если хотите, о Втором Творении.

И с точки зрения внешнего наблюдателя, и с позиции акторов территории – именно «Хозяйка медной горы» – базовый миф Большого Урала.

Далее, было отмечено следующее:

Мифы о происхождении уральских гор существуют (пояс великана и т. п.), но не представляют интереса и не значимы для территории;