3. Прочие города Урала физически и психологически не могут конкурировать с Екатеринбургом и дотягиваться до его уровня развития. Это значит, что в традиционном понимании конкуренция между городами Урала невозможна в принципе. Прочие города будут всегда в подчиненной / детской позиции по отношению к Екатеринбургу. Одной из задач сценирования и данной работы является, таким образом, поиск для прочих городов региона референтных образцов и моделей для роста.
Таким образом, растяжка «фронтир – оседлый центр» является базовой для сценирования развития региона. Проектные следствия из нее могут включать в себя следующее:
• Необходимость сохранения внутри городов и территорий «фронтирных элементов», в т. ч. прорывных научных проектов, экспедиций в дикие территории, резерваты неосвоенных земель и т. д. Урал всегда будет претендовать на статус площадки для того или иного прорыва; надо обеспечить ему такую возможность, иначе он возьмет ее сам.
• Отношения между городами внутри Урала определяется транспортной теоремой. С другой стороны, меры по обеспечению связности не должны увеличивать градус интегрированности периферийных фронтирных городов в оседлую территорию.
• Развитие «фронтирной» ветки сценария для Урала может происходить не только экстенсивно (на дикие территории), но и интенсивно – в космос, под землю или в богатый внутренний мир. Соответствующие интенции присутствуют и могут быть проектно обустроены.
Урал представляет собой достаточно цельную территорию, имеющую собственный постиндустриальный центр, промышленную полупериферию и ресурсную периферию. Екатеринбург, в этом смысле, является с точки зрения внутреннего самоощущения и внешнего позиционирования открытым конкурентом Москвы. Жители Екатеринбурга готовы вкладывать в свой город хотя бы из пацанского ощущения «быть не хуже». А других референтных образцов для подражания, кроме Москвы, у них нет.
Городская среда Екатеринбурга
Последовательные массовые инвестиции в развитие Екатеринбурга по лекалам Москвы по состоянию на 2011 год привели к следующим результатам:
• По уровню развития торговой недвижимости и общественного питания в центральной части города – не уступает Москве. Окраины заметно отстают. Интегрально – уровень 2009 года по Москве.
• По развитию жилья – заметно отстает от Москвы. Екатеринбург, вследствие особенностей высотного регламента, инерции рынков и низкой культуры застройки, застыл на отметке 2006-2007 года «по Москве». Характерные форматы – многоэтажные дома типа «кондоминиум». Существенная разница между классами жилья отсутствует. Основная проблема – отсутствие интенций к качественному росту. В полном соответствии с модельными характеристиками города (Екатеринбург по структуре – промышленный город), бурно развивается субурбия, а наиболее престижные районы относятся явно не к центральной части города.
• По качеству развития общественных пространств и сектора развлечений – уровень 2007 года. Присутствуют современные кинотеатры, пешеходные улицы, общественно-торговые пространства. Вокруг общественно-торговых пространств происходит освоение прилегающих территорий. Однако общественно-культурные зоны в городе практически отсутствуют. Отметим, впрочем, что интенция к движению в эту сторону в городе четко обозначена. Не в последнюю очередь – вследствие очередного всплеска стремления «быть не хуже». Екатеринбургу нужна своя Дарья Жукова и «Винзавод». Из довольно общих соображений скажем, что появление соответствующих объектов относится к неизбежному будущему и произойдет в горизонте 2014 года.
В этом смысле, сценирование развития Екатеринбурга в горизонте до 2015 года не представляет никакого интереса: это последовательное «доращивание» города по разным вопросам до уровня Москвы. Интересное начинается в районе 2015-2020 года, когда Екатеринбург догонит Москву и получит реальный шанс опередить ее в ряде вопросов. Это позволит поставить вопрос о перспективе формирования к 2020 году в Екатеринбурге интенции к тому, чтобы стать «Уральской столицей России» и начала практической реализации концепции многостоличности. Поскольку соответствующая интенция, по всей видимости, также относится к Неизбежному Будущему, разумно уже сейчас обсуждать движение в эту сторону в городской среде, транспортной системе, экономике, культуре.
Пиктографический анализ Большого Урала (исторический контекст прогнозирования)
XI – середина XVI вв.
Начало русской колонизации Урала. Регулярные походы новгородских купцов в югорские земли (территория между Печорой и Уральским хребтом и Северное Зауралье), Пермскую землю, Вятско-Камское междуречье. Основание Вятки по типу Новгорода.
Заключение временных союзов с владимиро-суздальскими князьями. Основание г. Великий Устюг.
Московское движение на Урал в начале XIV в. Занятие новгородских волостей. Присоединение вятских, пермских земель. Движение в Зауралье.
Торговое, ремесленное, религиозное освоение земель.
Вторая половина XVI – XVII вв.
Основное занятие населения – сельское хозяйство. Расширение посевных площадей. Значительную роль играют занятия, связанные с переработкой сельскохозяйственной продукции. Широкое распространение мукомольного производства.
Создание собственной продовольственной базы.
Возникают первенцы уральской металлургической промышленности.
|
XVIII – XIX вв.
Петровские преобразования, интенсификация освоения рудных богатств Урала, создание крупного горнометаллургического производства. Екатеринбург – столица горнозаводского Урала.
Канцелярия главного заводов правления.
Приуралье выведено из состава Сибирской губернии.
Центр солеварения. Кожевенная, салотопенная, винокуренная, мыловаренная, свечная, лесопильная, бумажная промышленность.
Открытие Большого Московско-Сибирского тракта. Торговля, в том числе развитие торговли с Казахстаном.
Период бунтов приписных крестьян, заводских рабочих, недовольных условиями работы на заводах. Восстания казаков.
В 1840-1850-е гг. возникают машиностроительное, сернокислотное и инструментальное производства, что свидетельствовало о начале промышленного переворота на Урале.
Создание первых регламентирующих документов («Горный устав», «Наказ шихтмейстеру» и др.).
Геологоразведочные экспедиции по Уралу во 2й половине XIX в.
Первое «Описание Уральских и Сибирских заводов».
В XVIII – первой половине XIX вв. на Урале получило значительное развитие техническое творчество.
XX в.
НЭП. Индустриализация (1928-1941). В ходе первых трех пятилеток здесь построены металлургические и машиностроительные заводы (Магнитогорский и Нижнетагильский комбинаты, завод тяжелого машиностроения «Уралмаш» в Екатеринбурге и т. д.). Эвакуация предприятий из оккупированных районов на Урал во время Второй мировой войны.
1990 г. – по наше время
Расформирование Уральско-Поволжского ВО. Формирование УФО.
Разрушение научной и организационной базы исследований. Объединение Университета пока что не покрывает, как проект, надобностей восстановления связи между промышленностью и наукой, геологическими разработками и наукой.
Екатеринбург обретает специфику столичного города в рамках Урала.
|
Сценарные растяжки
Растяжки, порождающие сценарное пространство, как обычно, достаточно просты:
Прежде всего, Большой Урал может развиваться в рамках существующих глобализационных трендов – как открытый регион, включенный в мировую систему рынков и находящийся в обслуживающей позиции по отношению к этим рынкам: «развитие, как у всех». С другой стороны существует и общемировая тенденция «отката от глобализации» в пользу локальности, сохранения «самости», «уникальности», идентичности: «развитие не как у всех». В большинстве случаев – на первом шаге анализа Большого Урала – эта развилка вырождена, и «развитие не как у всех» осуществляется «как у всех». На следующих этапах, однако, могут проявиться отдельные локусы самостоятельных сценариев – с тем большей вероятностей, чем глубже проявится в мировых центрах силы фазовый кризис.
|
Из за большого объема этот материал размещен на нескольких страницах:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 |
