Роль эмигрантских организаций в интеграционном процессе (стр. 3 )

Финансирование Русского комитета осуществлялось из дохода от собственных предприятий комитета и пожертвований частных лиц и учреждений.

Русский комитет, через официальное декларирование благотворительных целей своей деятельности, попытался осуществить совсем иную задачу. Уже осенью 1920 г. он начал активно устанавливать связи с обществами помощи российским эмигрантам в других европейских государствах. В обращениях, разосланных Комитетом, исподволь проводилась мысль, что именно эта организация, т. е. Русский комитет в Чехословакии, может стать столь необходимой для эмиграции организацией общероссийского представительства. К этой цели должен был привести съезд представителей всех обществ помощи российским эмигрантам, как говорилось в документе, «…в одном из центральных городов Западной Европы, в стране нейтральной по отношению к России. Наиболее подходящим в этом отношении является город Прага в Чехословацкой республике». Этот недвусмысленный акцент о «наиболее подходящем» для предполагаемого съезда месте является проявлением той серьезной борьбы, которая развернулась в начале 1920-х гг. между российскими общественными организациями, именовавшими себя благотворительными, а на деле стремившимися лишь к овладению теми финансовыми потоками, которые направлялись на помощь российской эмиграции различными международными и иностранными институтами.

Среди российских общественных организаций, занимавшихся оказанием благотворительной помощи беженцам в Чехословакии, особое место занимал Временный главный комитет всероссийского союза городов заграницей. Согор сосредоточил свою деятельность, главным образом, на культурно-просветительной работе в среде российских эмигрантов. В 1921 г. Временный главный комитет открыл в Чехословакии смешанную русскую гимназию на 580 учащихся, живших в интернате при ней. Программа гимназии была приравнена к программе чехословацких реформированных реальных гимназий с добавлением «русских» предметов. При гимназии имелись два подготовительных класса и детский сад, открытый в ноябре 1922 г. на средства министерства Иностранных дел Чехословакии. При содействии чехословацкого Красного Креста и Земгора детский сад получил бесплатно помещение, оборудованное необходимым инвентарем, учебными пособиями и игрушками. В январе 1925 г. был открыт второй детский сад в Ржичанах; в ноябре 1925 г. – третий; и в январе 1926 г. – четвертый, в Черношицах. Постепенно росло число их воспитанников:

в 1922 — 1923 гг. 27 человек

1923 — 1924 53

1924 — 1925 57

1925 — 1926 98

1926 — 1927 119.

Российские школы в Чехословакии получили полное признание властей и финансировались наравне с местными учебными заведениями. В 1923 г. учащихся начальной школы в Чехословакии было свыше 1600 человек.

Весной 1921 г. генерал Врангель обратился к болгарскому и югославскому правительствам с запросом о возможности расселения российской армии на территории этих государств. В августе того же года переговоры успешно завершились. В результате Югославия дала согласие принять часть Русской армии для несения пограничной службы и на государственные работы. Переселяемым частям было обещано содержание за счет казны, включавшее в себя паек и небольшое жалование.

Болгария принимала все части Первого корпуса со штабом, военные училища и часть донцов. По условиям расселения части сохраняли свою организацию, но лишались оружия и находились на самообеспечении.

Суда с беженцами, направившиеся из портов Турции в Югославию, прибыли в три гавани Адриатического побережья: Бакар, Дубровник и бухту Которскую. Первая гавань, наиболее удобная для этих целей, была связана с центральным городом Хорватии – Загребом – ширококолейной железной дорогой, остальные поддерживали связь со страной по узкоколейкам.

К середине 1921 г. в Балканских государствах уже существовала определенная структура российских общественных организаций. Так, в Белграде с 1921 г. размещалось представительство Всероссийского Союза городов, а с 1917 г. вела деятельность «Делегация, ведающая интересами российской эмиграции в Югославии». В Болгарии работали Уполномоченный Всероссийского Союза городов, представительство Земгора, учрежденное 15 мая 1920 г. и Общество единения русских в Болгарии. Непосредственно перед началом процесса расселения, в мае 1921 г., Врангель издал приказ, по которому «…те, кто в силу своего слабого здоровья или по каким бы то ни было другим причинам, чувствует себя не в состоянии больше оставаться в рядах армии, должны в трехдневный срок заявить об этом по команде — они будут переведены на беженское положение». После издания приказа, около 20% всего состава армии покинуло ее ряды и перешло на беженское положение, попадая тем самым в сферу деятельности благотворительных организаций, что потребовало существенной перестройки работы последних. В июне 1921 г. Центральным Объединенным комитетом было утверждено «Временное положение о русском комитете по делам беженцев в Королевстве сербов, хорватов и словенцев». Целью комитета было рассмотрение вопросов, касавшихся помощи беженцам и объединения деятельности общественных и правительственных организаций по оказанию помощи; утверждение смет и распределение правительственных кредитов для общественных организаций, предварительное изучение финансовых и организационных вопросов перед их рассмотрением Державной комиссией. Председателем Комитета являлся правительственный уполномоченный по устройству российских беженцев в Королевстве СХС. В состав Комитета входили представители Российского общества Красного Креста, Земгора и Всероссийского Союза городов – по одному человеку; два выборных представителя беженцев, а также представители других организаций, привлекавшихся Комитетом к работе. Кроме того, на правах постоянных членов участвовали в работе представитель российской миссии и российский военный агент в Королевстве с правом решающего голоса.

Казаки появились в Югославии в разное время. Часть их, около пяти тысяч, прибыла еще в конце 1920-го г. На пароходах «Виктор Эстерн», «Владимир», «Херсон», «Австрия», «Белгравиан» к далматинским берегам была доставлена первая партия, размещенная в бывшей политической каторжной тюрьме. Вторая большая партия казаков, прибывшая летом 1921 г., довела их общую численность до 22-х тысяч человек. Привилегированные эмигранты пользовались в государстве значительной свободой, казаки же были расселены по всей стране и прикреплены к местам своего поселения, не имея права передвижения и гражданских документов. В каждом населенном пункте казаки сводились в «колонию». Первое время все российские эмигранты получали небольшое пособие в 240 динар в месяц (при цене 1 кг хлеба в 7 динар). Тяжелые условия жизни и эпидемии, привезенные из Константинополя и лагерей, создавали обширное поле деятельности для Российского общества Красного Креста, начавшего свою деятельность в Югославии в феврале 1920 г. Так, 20 –25 % зарегистрированных в Югославии смертей среди российских эмигрантов происходили из-за туберкулеза.

Смета Красного Креста за 1921 г. предусматривала содержание 120-ти госпитальных мест и 11-ти амбулаторий. К августу 1923 г. вся иная, помимо врачебной, деятельность Красного Креста в Сербии оказалась свернута из-за недостатка средств; медицинскую же помощь РОКК удалось значительно расширить. К концу 1923 г. на его балансе находилось четыре госпиталя, с общим количеством мест на 240 человек, 12 амбулаторий, пять врачебных пунктов.

Представительством Земгора в Болгарии для оказания «трудовой помощи» эмигрантам были созданы Бюро труда в Софии и Варне. Эти учреждения занимались сбором информации о наличии рабочих мест, обмениваясь ею между собой и с другими городами Болгарии, в которых концентрация российских беженцев, а следовательно и безработица, были достаточно велики. В статистических таблицах, относящихся к ноябрю 1920 г., содержатся сведения о 1238 беженцах, устроенных на работу при посредничестве названных бюро. Общее количество зарегистрированных безработных на тот же период составляло 2751. Даже делая скидку на большой процент приписок «мертвых душ», которыми грешила вся отчетность Земгора, следует признать работу Бюро труда достаточно эффективной. Помощь российским эмигрантам оказывалась в значительной степени на средства франко-болгарского благотворительного общества, осуществлявшего свою деятельность при посредничестве Российского общества Красного Креста в Болгарии. Другим источником финансовой помощи являлся Комитет помощи эвакуированным за границу и беженцам в Болгарии. Последняя организация, в отличие от многих других, возникавших на гребне эмигрантской волны из России и нацеленных лишь на скорейшее обогащение участников за счет присвоения «казенных» средств, имела реальные рычаги управления ситуацией и оказала положительное влияние на процесс обустройства и адаптации беженцев на чужбине. Решение текущих бытовых проблем, таких как обеспечение бельем, пищей и кровом, были совмещены с работой по созданию условий для социальной реабилитации российских беженцев – созданием рабочих мест, кредитованием и субсидированием малого бизнеса с участием российских эмигрантов, взаимодействием с правительственными органами в вопросах определения правового статуса беженцев и т. п. 12 декабря 1920 г. в Софии был создан Объединенный Комитет помощи российским беженцам. В его состав вошли представители РОКК, ВСГ, Земгора, Общества единения российских в Болгарии, Святейшего Синода, Русско-болгарского культурно-благотворительного комитета и ряд общественных деятелей.

Помимо Российского общества Красного Креста, Земгора и Всероссийского Союза городов, представительства которых располагались в Софии, в Болгарии из благотворительных организаций действовали Общество единения русских в Болгарии и Союз инвалидов в Болгарии. Последний пользовался личной поддержкой генерала Врангеля, периодически выделявшего средства из казны для создания условий для реабилитации инвалидов.

Финансирование представительств ВСГ и Земгора в Болгарии до 1921 г. осуществлялось за счет средств Главного Комитета ВСГ в Константинополе. Позднее, примерно с 1923 г. начали прослеживаться три основных источника финансирования: 1. Комитет Земгора в Париже; 2. Болгарское правительство; 3. Доходы от собственной деятельности. От Комитета в Париже поступало около 30% необходимых средств. Доходы, поступавшие от собственных учреждений ВСГ и Земгора в Болгарии, составляли около 20% их бюджета. В эту статью попадали, главным образом, взносы родителей за обучение детей в школах и гимназиях; доходы от платных библиотек и т. д. К той же сметной графе доходов относились благотворительные взносы и пожертвования от частных лиц и организаций, среди которых значились Российское общество Красного Креста, Американский Красный Крест, Дружество Славянская беседа, Славянское дружество и ряд других.