Изменение обвинения (стр. 14 )

1^ Следственной практике известны случаи, когда после формулирования по делу обвинения выясняется новое однородное преступное деяние обвиняемого, дающее возможность усматривать в его действиях специальную повторность.

Сафиуллину было предъявлено обвинение по ч. 2
ст. 89 УК РСФСР за то, что он в декабре 1966 года совершил с применением технических средств кражу 189кг
кровельного железа и 262 кг листового оцинкованного железа с территории завода. В процессе дальнейшего следствия обнаружили, что он примерно в то же
время с территории другого предприятия украл 371 кг электротехнической стали. При подобных обстоятельствах речь идет о включении в обвинение еще одного самостоятельного преступного деяния, образующего специальную повторность и подлежащего квалификации
вместе с ранее инкриминированным обвиняемому деянием. Независимо от того, требуется переквалификация
содеянного или нет, обвинение становится более тяжким, оно должно повторно формулироваться с учетом
всех деяний и предъявляться снова в порядке, предусмотренном ст. ст. 143, 144, 148 УПК РСФСР

Изменение органами предварительного расследования обвинения может быть обусловлено и установлением новых фактических данных о характере причиненного преступлением вреда, о месте, способе и времени
совершения преступления, если эти обстоятельства отражаются на существе данного состава преступления.
В таких случаях обычно обвинение либо несколько расширяется, либо видоизменяется. Поэтому для обеспечения права обвиняемого на защиту здесь тоже следует вновь формулировать обвинение, предъявить его обвиняемому и допросить последнего с учетом всех новых обстоятельств дела.

Дальнейшее следствие порою приводит к изменению
фактов, отражающих мотив и цель совершенного обвиняемым деяния. Эти изменения непосредственно влияют на обвинение в той мере, в какой мотив и цель входят в конструктивные признаки состава преступления
по делу.

Когда не подтверждаются приписываемые обвиняемому и указанные в обвинении специальные мотив и
цель, соответствующая часть обвинения просто отпадает. От этого, разумеется, преступление не становится
совершенно «безмотивным». Если, скажем, при расследовании убийства из корыстных побуждений или с целью сокрытия другого преступления выясняется отсутствие у обвиняемого такого побуждения или цели, то
будет установлен какой-то другой мотив совершения им
- преступного деяния (например, неприязненные отношения). Но это не специальный мотив, учитываемый при
конструировании обвинения. Подобные побуждения с
точки зрения данного состава преступления уголовно-
правового значения не имеют, они влияют только на
индивидуализацию меры наказания и меры профилактики. Общие мотивы такого рода не составляют нового
факта, являющегося ранее неизвестной частью обвинения.

Иногда следователь после привлечения лица к уголовной ответственности сталкивается с мотивом и целью, которые раньше не были установлены, несмотря
на то что они учитываются конструкцией соответствующей уголовно-правовой нормы. Допустим, человеку
предъявлялось обвинение в убийстве «в драке», т. е.
без специального мотива и цели. Однако позднее

обнаружилось, что он при совершении преступления руководствовался корыстными побуждениями. По подобным делам речь идет о включении в обвинение новых фактов, имеющих уголовно-правовое значение, отягчающих обвинение и осложняющих защиту. Следовательно, необходимо повторное предъявление обвинения со всеми вытекающими отсюда процессуальными последствиями

Возможно установление в ходе дальнейшего расследования и другого специального мотива преступления, заменяющего указанный в первоначальном обвинении.

При расследовании дела по обвинению Сидорчука в
умышленном убийстве из хулиганских побуждений
(п. «б» ст. 102 УК РСФСР) следователь пришел к выводу, что обвиняемый, совершая это преступление, исходил из корыстных побуждений, а не из хулиганских (п. «а»
ст. 102 УК РСФСР). При таких данных решается вопрос о включении в обвинение новых фактов взамен некоторых из указанных в первоначальном обвинении.
Хотя здесь сравнительная тяжесть и объем фактической фабулы обвинения почти не меняются, тем не менее
серьезно нарушается система защиты — обвиняемому
надо перестроиться, готовить доводы против только что
появившегося специального мотива совершения преступления. Поэтому для изменения обвинения требуется соблюдение порядка, предусмотренного в ст. ст. 143,
144, 148 УПК РСФСР.

Подчас после предъявления лицу обвинения органы
предварительного расследования устанавливают новые
отягчающие или смягчающие вину обстоятельства, меняющие юридическую формулировку и правовую квалификацию содеянного.

Голубев был привлечен к уголовной ответственности по ч. 1 ст. 144 УК РСФСР за то, что он в декабре
1966 года совершил кражу носильных вещей из квартиры одной женщины. Впоследствии выяснилось, что он
имеет неснятую судимость за грабеж и потому его действия должны квалифицироваться по ч. 2 ст. 144 УК
РСФСР.

В процессе расследования другого дела, по которому Сантимов привлекался к уголовной ответственности
по ч. 1 ст. 144 УК РСФСР за кражу моторной лодки,
после допроса обвиняемого и проверки его показаний
стало очевидным, что эта кража совершена им совместно

с Федорчуком. В связи с этим возникла необходимость дополнить обвинение Сантимова таким отягчающим вину обстоятельством, как «совершение преступления группой лиц», и соответственно изменить правовую квалификацию содеянного.

В аналогичной ситуации всегда надо снова предъявить обвинение с последующим допросом обвиняемого. Это объясняется значительным видоизменением фактических и юридических признаков, а иногда и правовой квалификации обвинения.

Изложенное относится и к случаям выявления новых смягчающих вину обстоятельств, влияющих на уголовно-правовую оценку инкриминируемого обвиняемому деяния. Если, к примеру, после предъявления лицу обвинения в простом умышленном убийстве (ст. 103 УК
РСФСР) устанавливается, что убийство совершено обвиняемым в состоянии внезапно возникшего сильного
душевного волнения, вызванного насилием со стороны
потерпевшего (ст. 104 УК РСФСР), то обвинение формулируется вновь, с тем чтобы после предъявления его обвиняемому снова допросить последнего по всем фактам и обстоятельствам, вошедшим в измененное обвинение.

То же следует делать и при условии, если серьезно
меняются фактические признаки самого деяния, вмененного обвиняемому в вину.

Малинко привлекался к уголовной ответственности
по ч. 3 ст. 117 УК РСФСР за изнасилование несовершеннолетней, а впоследствии выяснилось, что в действительности им совершались развратные действия
(ст. 120 УК РСФСР). Ввиду существенности изменения
обвинения здесь применяется порядок, указанный в
ст. ст. 143, 144, 148 УГЩ РСФСР.

Все эти варианты изменения обвинения так или иначе были связаны с корректировкой его фактической фабулы. В следственной практике встречаются и иные изменения обвинения, при которых факты, изложенные в
постановлении о привлечении лица к уголовной ответственности, остаются неизменными, а преобразуются
только две остальные части обвинения — его юридическая формулировка и правовая квалификация. Некоторые из таких изменений осуществляются в том же
порядке,

В частности, если после привлечения лица к уголовной ответственности следователь приходит к выводу,
что содеянное квалифицировано ошибочно, что при тех
же фактических признаках его надо квалифицировать
по другой уголовно-правовой норме с более суровой санкцией, то из-за необходимости изменения обвинения на более тяжкое требуется снова формулировать обвинение по делу, повторно предъявить его обвиняемому и допросить это лицо в качестве обвиняемого. Такой же
порядок должен соблюдаться при выявлении в содеянном, квалифицированном по одной уголовно-правовой
норме, признаков идеальной совокупности преступлений,
при дополнении обвинения каким-либо пунктом соответствующей статьи уголовного закона и т. д.

Таким образом, во всех тех случаях, когда в процессе дальнейшего расследования появляется необходимость либо в дополнении первоначального обвинения
новыми фактическими или юридическими признаками
(обстоятельствами), либо в замене одних фактов, отраженных в обвинении по делу, другими, либо в переквалификации содеянного на закон с более суровой санкцией или с иными более тяжкими последствиями для
обвиняемого, либо в дополнении правовой квалификации указанием еще на один из самостоятельных пунктов той же статьи материального закона, либо в квалификации деяния, до сих пор считавшегося одним преступлением, по признакам идеальной совокупности преступлений,— то обязательно повторное формулирование
обвинения с учетом всех изменений, предъявление его
обвиняемому с соблюдением общего порядка (ст. ст. 143,
144, 148 УПК РСФСР).

, В отличие от этого изменение обвинения путем вынесения специального об этом постановления приемлемо в первую очередь в случаях, когда следует исключить из первоначального обвинения отдельные факты (эпизоды) без изменения правовой квалификации содеянного в целом.

Например, в ходе дальнейшего расследования дела,
по которому Лашин был привлечен к ответственности
по пп. «б», «д» ст. ст. 15—102 УК РСФСР за покушение на убийство из хулиганских побуждений и опасным
для жизни многих способом, выяснилось, "что один из
инкриминируемых ему фактов — стрельба вслед за

прошедшей по улице машиной «скорой помощи» — не подтверждается. Хотя юридическая формулировка и квалификация содеянного в целом от этого не изменились,
тем не менее следователю необходимо было исключить из обвинения недоказанный факт. При таком условии достаточно вынести постановление об изменении
обвинения, указав в нем на исключение из первоначального обвинения соответствующих фактов (действий), и
безотлагательно вручить его копию обвиняемому с тем,
чтобы он своевременно узнал об этом изменении.
Таким же образом можно поступать по делам, где
исключение из фабулы обвинения отдельных фактов
(эпизодов) связано с переходом на другую уголовно-правовую норму о менее тяжком преступлении.