Расширение альтернатив улучшения экономической устойчивости в Центральной Азии (стр. 2 )

ЧПП                Чистая первичная производительность

КБО ООН        Конвенция ООН по борьбе с опустыниванием

ЮНЕП        Программа ООН по окружающей среде

USD                доллар США

* Примечание редактора: акронимы и аббревиатуры используются на взаимозаменяемой основе по всему документу параллельно с их соответственными полными расшифровками, в зависимости от контекста и слога.

Содержание

Об Инициативе ЭДЗ (ELD) ……….…………………………………………………………. 1

Акронимы и аббревиатуры ……….…………………………………………………………. 3

Аннотация ………..……………………………………………………………………………. 6

Глава 1        Введение ………………………………………………………………………... 8

Глава 2        Региональный обзор ……………………………………………………….... 12

2.1        Тенденции на местах …………...…………..………………………………………… 13

2.2        Общие вызовы и возможности ……..………………………………………………... 13

Глава 3        Структурный обзор ………….……………………………………………… 16

3.1        Партнеры проекта..…………………………………………………………………… 16

3.2        Подход и методология исследований …..…………………………………………… 17

Глава 4        Результаты исследований ………………………………………………….. 22

4.1        Подготовка почвы или начало (Подход ЭДЗ (ELD), Шаг 1) …………..…………... 22

4.2        Землепользование и географические характеристики выбранных экосистем (Подход ЭДЗ (ELD), Шаг 2) ………………………………………………………….. 22

4.3        Типы экосистемных услуг (Подход ЭДЗ (ELD), Шаг 3): Разбор реальности с целью сбора комплексного интегрированного видения …………………………………… 22

4.4        Роль экономических услуг и стоимостной оценки (Подход ЭДЗ (ELD), Шаг 4): Определение и измерение связи между экосистемами и людьми ………………… 28

4.5        Тенденции землепользования и нагрузки (Подход ЭДЗ (ELD), Шаг 5): Понимание реальности …………………………………………………………………………….. 30

4.6        Сценарий «как обычно» и экономические последствия действующей практики землепользования: Принятие реальности …………………………………………… 34

4.7        Анализ затрат и выгод (Подход ЭДЗ (ELD), Шаг 6): Определение альтернатив, сохранение экосистем ………………………………………………………………… 36

4.8        Какие возможные действия можно предположить? О чем говорят цифры (Шаг ‘+1’ Подхода ЭДЗ (ELD)) ………………………………………………………………….. 39

Глава 5        Извлеченные уроки …….…………………………………………………… 42

5.1        Научный подход: развитие экологического и экономического потенциалов в Центральной Азии ……………………………………………………………………. 42

5.2        Институциональный подход: как создавать и продолжать вести региональное сотрудничество ……………………………………………………………………….. 42

Глава 6        Рекомендации и следующие шаги ………………………………………… 43

6.1        Рекомендации по государственной политике на национальном уровне ………….. 43

6.2        Рекомендации по государственной политике на региональном уровне ………….. 49

6.3        Фаза II, следующие шаги …………………………………………………………….. 50

Список рисунков …………………………………………………………………………….. 52

Список таблиц ……………………………………………………………………………….. 52

Список информационных блоков …………………………………………………………. 52

Библиография ………………………………………………………………………………... 53

Аннотация

Деградация земельных ресурсов представляет собой острый вопрос, который затрагивает все республики Центральной Азии и все сильнее влияет на экономику и качество жизни в каждой из них. Вытекающая в результате этого потеря пахотных земель особенно сильно затрагивает бедные слои населения в сельской местности, которые напрямую зависят от того, что земля может обеспечить для самого их выживания и жизнеобеспечения. Распад бывшего Советского Союза привел к массовой деколлективизации сельскохозяйственных основ по всей Центральной Азии, когда были упразднены бывшие централизованные режимы коллективного управления землями. Реорганизация границ и приоритетов быстро привела к трансформации природных ландшафтов и традиционных земель под паром в сельскохозяйственные и промышленные ландшафты, на которых преобладали бессменные посевы, неэффективное управление водными ресурсами и чистое повышение поголовья скота, выпас которого теперь осуществлялся на тех же пастбищах круглый год, а не традиционное отгонное животноводство на сезонных пастбищах. В результате установление планирования управления земельными ресурсами, которое по понятным причинам было сосредоточено на экономическом росте, но не основывалось на долгосрочных, устойчивых стратегиях, земля теперь становится в опасной степени обедненной при все более растущих нагрузках на нее и потребностях людей.

Из почти 400 млн га в регионе две трети являются засушливыми районами с экстремальными биофизическими ограничениями аридного и континентального климатов, уязвимые к даже небольшим нагрузкам вне их пропускной способности, и которые, в свою очередь, существенно затрагивают местное население. Каждая страна стоит перед вызовами, связанными с ее ландшафтом и сельскохозяйственными потребностями, однако имеют место повсеместные потери плодородного слоя и питательных веществ, необходимые для роста, сокращение продуктивности посевов и пастбищ, потери биоразнообразия и среды обитания, повышение засоленности и обезлесения и повышение засоренности почвы сорняками на пастбищных угодьях. Расчеты неточны в силу отсутствия исследований по состоянию на сегодняшний день, однако, наблюдается существенная деградация, варьирующаяся на уровне 4-10% посевных площадей, 27-68% пастбищных земель и 1-8% лесных площадей, что в целом составляет 40-100% деградировавшей земли в каждой стране. В Казахстане 48 млн га земель уже подверглись деградации в результате трансформации земель, а в Кыргызстане более 30% всех высокогорных пастбищ деградировали. В Таджикистане расчетное значение потерь в ВВП составило 7,8% (5,6 млрд долларов США) в 2010 году в результате деградации земельных ресурсов. В Туркменистане 70% всех пастбищ деградировали, а в Узбекистане более половины всех орошаемых ландшафтов подверглись засолению в результате несоответствующего их управления.

Это представляет собой все более значимый вопрос, который нужно прорабатывать незамедлительным образом на уровне государственных органов с целью установления долгосрочных устойчивых стратегий управления земельными ресурсами для благосостояния экономики и людей. Часть этих стратегий обязательно включает в себя понимание биофизического аспекта – науки – вне изменений в землепользовании, однако для лиц, принимающих решения, также присутствует необходимость в понимании экономических результатов и последствий планирования управления земельными ресурсами, с целью принятия решений, которые бы оптимальным образом отражали наиболее выгодные сценарии, как в экономическом, так и в экологическом смыслах. Именно на этой основе в 2015 году Инициатива «Экономика деградации земельных ресурсов» (ELD) поддержала разработку регионального Центрально-Азиатского исследования с исследовательскими примерами в каждой стране в определенных экосистемах. Национальные исследователи из Казахстана, Кыргызстана, Таджикистана, Туркменистана и Узбекистана получили поддержку в проведении анализа затрат и выгод для текущих сценариев управления земельными ресурсами, а также осуществимых альтернативных сценариев, в которые включалось интегрированное устойчивое управление земельными ресурсами, с целью определить экономически жизнеспособные варианты устойчивого планирования управления земельными ресурсами. Конкретные экосистемы были выбраны с целью охватить широкий ряд ландшафтов по всему региону, таким образом, чтобы страны могли участвовать в обмене знаниями и передовой практикой, включая высокогорные пастбища (Кыргызстан), предгорные пастбища (Таджикистан), леса (Казахстан), низинные пастбища (Туркменистан) и орошаемое сельское хозяйство (Узбекистан).

Этот анализ охватывал не только рыночную стоимость (ценность) посевов, которая, как правило, выступает в качестве показателя стоимости (ценности) земли. Он также учитывал широкий ряд выгод от экосистемных услуг, от хранения и депонирования углерода до снабжения и круговорота питательных веществ, которые подпадают под четыре категории в рамках попытки измерить общую экономическую стоимость (ценность) земли. В то время как оценивали они не напрямую по рыночным ценам, эти значения стоимости (ценности) (и их потеря) в конечном итоге участвуют в качестве фактора в будущих экономических затратах (потерях) и выгодах, в зависимости от их ведения и использования. К примеру, в Кыргызстане имеются чистые выгоды, когда четко рассматривается стоимость углерода, однако, текущие экономические стимулы для лиц, управляющих землями, не способствуют этому. В Таджикистане повышающаяся продуктивность сельского хозяйства приводит к улучшению жизнеобеспечения параллельно лишь незначительным экономическим потерям от управления пастбищными землями с целью обеспечения способности предотвращать чрезвычайные ситуации.

Общая экономическая стоимостная оценка становится все более часто используемой на международной арене с целью улучшения понимания выгод от земли и наземных экосистем. Они участвуют в качестве фактора в международных соглашениях и связывающих обязательствами конвенциях ООН и могут помочь странам достичь целевых показателей, таких как те, что обозначены в Целях устойчивого развития ООН, ратифицированных в г. Нью-Йорк в 2015 г., в частности в Цели 15: Защита и восстановление экосистем суши и содействие их рациональному использованию, рациональное лесопользование, борьба с опустыниванием, прекращение и обращение вспять процесса деградации земель и прекращение процесса утраты биоразнообразия.

Этот анализа затрат и выгод также помогает в определении того, как распределять выгоды таким образом, чтобы такие землепользователи, как фермеры и животноводы, которые могут напрямую поддерживать устойчивое управление земельными ресурсами и, таким образом, создавать экономические выгоды, могли бы получать выгоды, которые, в противном случае, распределяются по всей остальной части общества. К примеру, усилия в части сокращения обезлесения могут привести к депонированию углерода и, таким образом, играть роль в митигации последствий изменения климата – выгодам, которые необязательно распространяются напрямую на фермеров, и от которых остальные члены общества также получают пользу. Поощрение устойчивых практик управления земельными ресурсами через предоставление таких экономических стимулов представляет собой эффективный инструмент создания устойчивого управления земельными ресурсами, который остро необходим в свете существенной деградации и последующих экономических и экологических потерь, перед которыми стоят республики Центральной Азии.