Реформы в аграрном секторе КНР: 1980-1990-е годы (стр. 4 )

Политика реформ и открытости, инициируемая Дэн Сяопином в 1978 году, предусматривала т. н. «двухколейный» подход – совмещение элементов рыночной и плановой экономики. Новые руководители не могли полностью отказаться от плановой экономики или проводить «шоковую терапию» не только в силу больших сопутствующих рисков, но и также по той причине, что сами ранее активно участвовали в построении плановой экономической системы в стране.

На первых этапах реформирования сельскому хозяйству уделялось наибольшее внимание, т. к. больше половины населения по-прежнему находилась в селе. Поэтому улучшение ситуации в сельском хозяйстве стало одной из главных задач нового руководства, т. к. продолжение кризиса в этом секторе грозило перерасти в политическую нестабильность. Российский экономист отмечает и то, что важно было разрешить сельскохозяйственные проблемы не только для достижения внутриполитической стабильности, но и для того, чтобы заложить прочный фундамент для дальнейших реформ. Без решения проблем на селе, которое было представлено подавляющим большинством населения и обширными территориями, проведение любой значительной экономической реформы могло бы быть затруднено.32 

Линь Ифу выделил следующие проблемы, характерные для сельскохозяйственного сектора КНР в то время: во-первых, большой масштаб производственных бригад затруднял контроль и мало стимулировал производство, во-вторых, низкие закупочные цены отрицательно влияли на производительную активность крестьян, в-третьих, отказ от сельскохозяйственных рынков фактически привел к деградации сельской экономики до уровня натурального хозяйства, в-четвертых, эффективность снизилась из-за недостаточной специализации.33

Экономист Чэнь Ицзы, считающийся одним из главных архитекторов реформ 1980-х гг., также отмечал, что в 1978 году жизненный уровень населения в 2/3 районов страны был ниже, чем в начале 1950-х годов, а в 1/3 районов – ниже, чем в 1930-х годах. В 1978 году средний годовой доход крестьян составлял 76 юаней, из общего 800 млн. сельского населения 200 млн. человек имели годовой доход менее 50 юаней, а в самом бедном уезде страны крестьяне за год получали всего 22 юаня, т. о. в месяц они зарабатывали меньше 2 юаней.34 Помимо этого он указывает на то, что вопреки мировой послевоенной тенденции в Китае сельское население с 81,4% в 1949 году увеличилось до 84% в 1978 году, однако вместе увеличением количества рабочих рук производительность труда не только не выросла, но даже снизилась, также возросла себестоимость продукции сельского хозяйства.35

Подводя итог дореформенному развитию сельского хозяйства, Чэнь Ицзы выявил три категории районов со сравнительно высокими доходами. Первая категория – это районы с исторически высоким уровнем урожайности, например, дельты рек Янцзы, Чжуцзян, Ляохэ и т. д. Вторая – пригороды больших городов, они занимались поставками продуктов со своих подсобных хозяйств в эти города и получали с этого доходы. И, наконец, к третьей категории он отнес районы, находящиеся на границах двух или трех провинций, т. н. «глухие районы», где политические движения проводились слабее, чем в других местах.36 В остальных местах население в основном бедствовало. Так, например, он описывает ситуацию в производственной бригаде Дагуаньтоу уезда Яньцин в пригороде Пекина, где он побывал в составе исследовательской группы: «У детей зимой не было никакой одежды, от холода кожа их была фиолетовой, они пытались согреться на солнце. Треть работоспособных мужчин в деревне не были женаты; они не могли содержать жену. Крестьяне работали круглый год, а зарабатывали при этом столько, что этого хватало на пропитание в лучшем случае на полгода, зимой приходилось питаться только жиденькой рисовой кашей».37

На 3-м пленуме ЦК КПК 11-го созыва правительство, признав невысокую эффективность коллективного хозяйствования, приняло следующие меры:

Реформа закупочных цен: повышение закупочной цены на 17,1%, закупочная цена за продукцию, поставленную сверх квоты, увеличилась с 30% до 50%, средневзвешенная цена государственных закупок увеличилась на 22,1%.38 Реформа рынков: были вновь внедрены сельские рынки, а также практика перевозок продукции на дальние расстояния с целью сбыта. Уменьшение масштабов производственных бригад: было разрешено передавать производственные задания звеньям, т. о. коллективная форма хозяйствования продолжала функционировать, а индивидуальная все еще оставалась под запретом.

Однако именно в этот критический момент в одном из провинциальных уездов была внедрена такая форма хозяйствования, которая смогла повысить эффективность сельского хозяйства и решить многие другие проблемы. Необходимо отметить, что данная форма не была предложена или разработана некими реформаторами из правительства, ее внедрение было продиктовано безысходностью, а инициаторами стали обычные крестьяне. Более того, многие руководители поначалу выступали против подобного переустройства сельского хозяйства, но затем были вынуждены признать высокую эффективность этой модели и всячески способствовать ее распространению в масштабах всей страны.

Речь идет о «системе семейного подряда».39 Начиная с 1955 года, в  течение последующих более 20 лет, единственным методом организации производства на селе было коллективное хозяйствование. В его рамках, в соответствии с объемом выполненных работ за день рабочим начислялись трудовые единицы, в конце каждого года чистый доход бригад с вычетом налогов и отчислений распределялся между рабочими, учитывая количество накопленных за год трудовых единиц. Существовало несколько систем начисления трудовых единиц, например, по выполненным заданиям, по количеству отработанных дней, существовала также система начисления трудовых единиц, сутью которой было сравнение показателей того или иного рабочего и передовика производства. Вне зависимости от того как трудовые единицы начислялись, основной целью было максимальное отражение количества и качества труда каждого работника и справедливое распределение прибылей по итогам отчетного периода.

Линь Ифу считает, что главной проблемой на пути реализации этой задумки стало сложность осуществления полноценного контроля над производственным процессом и его результатами. В отличие от контроля в промышленном секторе, где весь производственный процесс происходит на относительно небольших площадях, контролировать работников на бескрайних пахотных угодьях крайне сложно. Отсутствие единых производственных стандартов и конкретных требований к процессам посева, сбора урожая, т. к. все эти действия производились на основе привычек и предыдущего опыта, также весьма затрудняли контроль. Помимо этого, часто на урожайность могут влиять различного рода природные явления, например, даже если крестьяне работали усердно, но после засухи, они все равно не смогут собрать большой урожай, или если весь год стояла благоприятная для урожая погода, то даже при небольших трудозатратах крестьяне получат хорошие результаты.40

В связи невозможностью реализации необходимого контроля, трудовые единицы в основном начислялись по количеству отработанных дней, таким образом, работнику необходимо было лишь выйти в поле, чтобы получить необходимое количество трудовых единиц. В сложившейся системе стало уже неважно то, насколько усердно он работает, все в бригаде получали одинаковое количество трудовых единиц. Отсутствие стимулов приводило к низкой производительной активности у населения и небольшому производству сельскохозяйственной продукции в дальнейшем. Так, например, средние темпы роста производства зерна в 1952-1978 гг. были лишь на 0,4% больше, чем средние темпы роста населения за этот же период – 2,4% и 2.0% соответственно.41

Чэнь Ицзы также указывает на большие сложности при реализации контроля над производством как одну из причин проблем на селе: «крестьяне говорили, что в обычное время всем начисляют поровну, а в сезон начисляют галопом. Потому, что ежедневно, вне зависимости от того, много ты работал или мало, был ли трудолюбив или работал спустя рукава, почти во всех случаях начислялось одинаковое число трудовых единиц. Честные люди работали много больше других, а за день им начислялось 10 трудовых единиц; ленивый не только не прикладывал усилий, но и стремился выгадать, ему за день начисляли 10 или 8 трудовых единиц: все в итоге получали гроши».42

Помимо этого, Чэнь отмечает проблему распределения продуктов сельскохозяйственного производства, которое производилось по принципу уравнительности, по едокам, и т. о. чем больше в семье едоков, тем больше продуктов она сможет получить при распределении. Поэтому те семьи, в которых было много детей и, следовательно, мало рабочих рук, получали больше зерна, т. к. им необходимо было именно столько зерна для поддержания существования. Тем семьям, в которых было много рабочих рук и меньше детей, напротив, зачастую не хватало зерна, т. к. они получали его меньше при распределении.43

Именно поэтому коллективное хозяйствование было малоэффективным, а более эффективным организационным методом могло бы стать индивидуальное хозяйствование. В рамках этого метода проблемы стимулов,  контроля и распределения во многом бы решались, однако в виду того, что в КНР до 1978 года развивался лишь по социалистическому пути, индивидуализм не только не разрешался, но и осуждался, считался капиталистическим методом. Индивидуальное хозяйствование многими членами КПК расценивалось как подрыв социалистической коллективной экономики, принципа распределения по труду, общественной собственности и т. д.

Несмотря на это, в конце 1978 года в небольшой деревне Сяоган в провинции Аньхой несколько крестьян начали работать индивидуально, взяв на себя тем самым большой риск. Как это было отмечено выше, внедрение небольшой группой крестьян индивидуального метода производства было продиктовано отсутствием какого-либо другого выхода в сложившейся сложной ситуации. Население в деревне Сяоган по большей части было нищим, здесь часто случались различные природные бедствия, свирепствовал голод. Осенью 1978 года в уезде Фэнъян, где находилась деревня, вновь случилась засуха, которая привела к большому сокращению урожая, это угрожало крестьянам очередным голодом к весне. До этого крестьяне упорно трудились в колхозах, однако уровень их жизни и благосостояния не только не увеличился, но даже и ухудшился. В связи с этим, глава местной производственной бригады решился на беспрецедентный шаг – равномерно распределить землю, скот, сельскохозяйственные орудия, хлебозаготовки и прочие ресурсы между семьями и разрешить им вести отдельное хозяйство. Крестьяне подписали письмо, в котором обещали позаботиться о детях главы бригады, если власти обнаружат это и посадят его в тюрьму за «следование капиталистическому пути». Сейчас это подписанное крестьянами письмо стало историческим документом и хранится в Национальном музее Китая.