Реформы в аграрном секторе КНР: 1980-1990-е годы (стр. 6 )

Однако наряду с этими положительными последствиями во время осуществления этих преобразований начали проявляться и некоторые проблемы. То, что крестьяне не могли свободно распоряжаться землей, ввиду того, что они обладали правом пользования землей, но не правом собственности на нее, ограничивало, в некоторой степени, производственную активность и свободу выбора методов получения средств к существованию. Например, даже если доходы крестьянской семьи от хозяйства были низки, они все равно не могли полностью бросить землю, т. к. им пришлось бы заплатить штраф или вернуть эту землю обратно коллективу. Поэтому часто можно было наблюдать картину, когда обработкой земли занимались старики, дети или женщины, т. к. это нужно было для того чтобы просто сохранить право пользования землей, крестьяне зачастую колебались между двумя альтернативами – остаться на земле или заняться другими промыслами. Но, несмотря на это, около 80 млн. крестьян спустя некоторое время после начала реформ стали заниматься несельскохозяйственным производством, например, подсобным промыслом, обработкой сельскохозяйственной продукции и т. д., или создали поселково-волостные предприятия и занялись торговлей.53

Отсутствие права собственности на землю также приводило к тому, что крестьяне не планировали производство и вложения капитала на длительные сроки. Результатом этого стало то, что многие крестьяне не относились к возделываемой земле и другим средствам производства с должной бережностью, их целью было получение максимального объема той или иной сельхозпродукции и, следовательно, максимальной прибыли. Например, леса и отмели также находились в коллективной собственности, поэтому со временем стали отмечаться массовые вырубки в лесных районах и ловля рыбы сверх нормы в отмелях, что наносило большой вред окружающей среде.54

К этой же группе проблем можно отнести также то, что новой системе наделения землей не хватало должных правовых гарантий. Отсутствие четко структурированной правовой нормы, где определялись бы соответствующие правовые процедуры, формы, а также методы правовой защиты, приводило к тому, что правительства на местах могли произвольно регулировать подряд на землю, уменьшать его срок, приостанавливать подрядный контракт, незаконно изымать пахотные угодья и т. д. Это, в свою очередь, также не способствовало возникновению большой заинтересованности крестьян в то, чтобы вкладывать свои средства в хозяйство на длительный период.

  Помимо этого, если при коллективистской экономике можно было мобилизовать коллективы на строительство важных объектов инфраструктуры (прежде всего, ирригационных), то после внедрения системы семейного подряда, по причине того, что возможности отдельного крестьянского двора ограничены, обнаружились сложности с возведением необходимой инфраструктуры. Вместе с этим также возникла проблема получения земли для строительства инфраструктуры, ведь зачастую эти земли уже были заняты крестьянскими хозяйствами.

Наконец, по причине того, что крестьянские семьи вели хозяйства отдельно, они были ограничены своей землей, которую они получили в распоряжение. Каждый двор располагал частью рабочей силы и времени для возделывания небольшого участка земли, крестьянам особо не требовалось повсеместно использовать технику или прибегать к механизированной обработке земли. Все это, в некоторой степени, препятствовало дальнейшей механизации, внедрению новой техники, повышению научно-технического уровня сельского хозяйства.

В целом, можно сказать, что введение семейного подряда, безусловно, сыграло важнейшую роль в ускорении развития сельского хозяйства на начальном этапе реформ. Эта мера была весьма положительно воспринята населением, крестьяне называли практику закрепления производственных заданий «вторым по счету освобождением»55, благодаря своему труду они смогли увеличить доходы и решить проблему обеспечения продовольствием, некоторые из них начали заниматься несельскохозяйственным производством. Однако практика показала, что, несмотря на все положительные эффекты, индивидуальное хозяйствование не есть решение всех проблем, здесь также существует большое количество проблем, поэтому перед руководством государства ясно встала необходимость продолжения реформ на селе. 

1.3. Изменения в аграрном секторе в 1985-1988 годах и сельскохозяйственное развитие в 1989-1991 годах

Первый этап экономических реформ на селе при наличии всех возникших и обострившихся проблемах, все же, был успешен. В 1984 году страна собрала рекордно богатый урожай зерновых – 407 млн. тонн, урожай на единицу площади составил – 241 кг. Это был самый высокий уровень производства зерновых с момента образования КНР.56 Благодаря этим успехам, наконец, удалось решить проблему недостаточного предложения продовольствия для населения и сырья для промышленности, которая постоянно беспокоила руководство на протяжении последних 30 лет.57

По итогам 3-го пленума ЦК КПК 12-го созыва, который прошел в октябре 1984 года, «центр тяжести» реформ решено было переместить из села в город. По меткому выражению, которое вошло в публицистический и научный обиход тех лет, «государство начало уделять большее внимание промышленному сектору и гораздо меньшее – селу»58.　В связи с эти, с 1985 года в аграрном секторе начинают происходить изменения, которые имели как положительные, так и негативные последствия.

С этого момента наблюдается явное сокращение сельскохозяйственного производства. Наибольшее внимание общественности, ввиду стратегического значения этого товара, привлек спад производства зерна, который начался уже на следующий год после самого большого урожая за всю историю КНР – в 1985 году. В том году крестьяне собрали на 28 млн. тонн зерна меньше, чем в предыдущем.59 В 1986 и 1987 годах производство зерновых составило 392 млн. и 400 млн. тонн соответственно. Урожаи хлопка также упали за этот период: с 6,26 млн. тонн в 1984 году до 4,19 млн. тонн в 1987 году (и это не было минимумом, годом раньше производства хлопка насчитывало всего 3,54 млн. тонн).60  Уменьшилось и количество зерна на душу населения: в 1984 году на человека приходилось 394 кг зерна, в 1988 году – уже 359 кг.61

Здесь следует заметить, что в 1985 году государство упразднило практику спускания производственных заданий, а также систему единых централизованных закупок сельскохозяйственной продукции, которая функционировала на протяжении предыдущих 30 лет. Ввиду того, что она выполняла важную функцию снабжения продовольствием населения и играла значительную роль в поддержании социальной стабильности, а также по причине того, что при всех своих минусах, эта система обладала развитой сетью закупочных станций по всей стране и прочей инфраструктурой, государство не могло полностью отказаться от нее.62 Но не модифицировать ее было уже нельзя. Документом №1, выпущенным ЦК КПК и Госсоветом в начале, было утверждено внедрение системы контрактных закупок некоторых видов сельскохозяйственной продукции. В рамках этой системы устанавливался определенный объем закупок, который государство должно осуществить, а также механизм ценообразования, в соответствие с которым 30% установленного объема закупалось по первоначальной закупочной цене («твердой цене»), а остальные 70% - по первоначальной сверхплановой закупочной цене.63 По контрактам государство закупало зерно и хлопок, а такие товары, как овощи, фрукты, продукция водного промысла, животноводства, разрешалось продавать на рынках по рыночным ценам.

Возвращаясь к проблеме сокращения производства основных сельскохозяйственных товаров, начавшегося в 1985 году, ряд экономистов, в т. ч. Линь Ифу 64, 65, считают, что главной причиной этого стало то, что крестьянам стало невыгодно продавать продукцию по системе контрактных закупок, т. к. закупочные цены были низки. отмечает, что ввиду этой причины крестьяне повсеместно отказывались подписывать контракты на поставку зерна. План контрактных закупок 1985 и 1986 годов был сорван.66 В целях выполнения планов заготовки государство в конце 1985 года придает системе контрактных закупок в установленных объемах обязательный характер, что «означало фактический откат назад к административно-командной системе».67 Однако следует заметить, что объем зерна, закупаемый по т. н. «твердым ценам» (т. е. те 30% от общего объема закупок), с каждым годом сокращался. Например, в 1985 году он составил 88,2 млн. тонн, в 1986 году  – 61,5 млн. тонн, в 1987 году – уже 50 млн. тонн.68 Этот объем оставался неизменным до 1993 года. Важную роль в сокращении производства зерна за этот период сыграл также и фактор повышения цен на средства производства (удобрения, пестициды, сельскохозяйственная пленка и т. д.).69

Линь Ифу указывает также на то, что многие крестьяне, ранее выращивающие зерно, в новых условиях переквалифицировались на производство другой сельскохозяйственной продукции, реализация которой принесла бы им больший доход.70 Это возымело положительный эффект, т. к. с сокращением доли производства основных сельскохозяйственных товаров (зерно, хлопок и др.) удалось диверсифицировать производственную структуру и увеличить производство другой продукции.71

Система контрактных закупок вместе с возрожденным рынком стали двумя важнейшими элементами т. н. «двухколейной системы» обращения сельскохозяйственных товаров, которая должна была «обеспечить относительно безболезненное и плавное вхождение в рынок китайской деревни».72 На рынке обращались основные сельхозтовары (зерно, масличные и т. д.), которые были поставлены сверх нормы, и другая продукция, о которой было сказано выше. Часть продукции реализовывалась по рыночным ценам, которые определяли спрос и предложение на них. Однако другая часть (в основном, зерно и другие, стратегически важные культуры) по т. н. «договорным ценам», которые устанавливались правительствами на местах на уровне ниже рыночных. отмечает, что наличие этих договорных цен, а также то, что по ним продукцию закупали государственные компании, не дает достаточных оснований для отнесения подобного механизма обращения продукции к сугубо свободному рынку. Что же касается рыночных цен, то по ним товары закупали другие участники рынка – специализированные снабженческо-сбытовые кооперативы, а также частники-лоточники.73