Школа не научает детей мышлению понятиями (стр. 1 )

Школа не научает детей мышлению понятиями.

Всякое настоящее образование – это learning, т. е.  самообразование. Личное освоение  и переживание образовательной программы, задаваемой самим себе  научающимся (хотя,  возможно, и по  программному плану, составленному взрослыми). Научить learning («научению») – значит  научить личностному (индивидуальному)  самоопределению в  образовательных программах. Т. е. научить ребенка (студента) формировать свои (для себя)  знаниево-информационные блоки в результате поиска, отбора,  наделения собственными смыслами,  конструирования комбинаций из  информационных единиц,  взятых из знаниевой ресурсной среды  Интернета, сайтов, nonfiction ресурсов библиотек, памяти.

А. Лобок и И. Христенко ввели понятия  закрытой и открытой образовательных программ. Закрытая  - программа, заданная государством  (министерством, а  часто  теми, кто «подвернулся под руку» или «втерся» к  министерскому начальству  в доверие, т. е. «ни тем, ни кем, черт знает  кем»,  - кто попался – ). Так, Советское  государство задавало 2 часа иностранного языка в неделю в старших (только) классах школы и на первых двух курсах  вузов. Целей было две: 1)  демонстрировать изучение иностранного языка перед собственным обществом и мировым тоже; 2) не допустить свободного  владения населением иностранными языками – чтобы оно не имело  доступа  к «несоветской» информации.

Закрытая программа, следовательно, это то, что кем-то  назначено для того, чтобы получить кем-то проецируемый результат. Такие результаты давали программы иностранного языка (результат – что-то знающий, но не читающий, не говорящий, не слышащий, не понимающий); литературы (обучаемый должен был видеть в произведениях литературы только угнетение народа повсюду, кроме как в СССР и его  сателитах); истории (обучаемый должен  был усвоить, что любая власть, кроме советской, включая её  сталинский вариант, - это угнетатели, и они канут в Лету с пришествием социализма);  даже биологи (обучаемый не должен был  знать генетики, хотя  она ничем не угрожала советской власти, зато  угрожала тем  прохиндеям, которые захватили  в СССР эту науку, физически уничтожив  подлинных ученых – биологов).

В одних случаях  закрытая программа посвящена «вылепке» некоего человеческого продукта  (как в СССР). В других случаях (как  в РФ) она лишилась какого-либо государственного замысла, но стала объектом монополии прорвавшихся к  изготовлению  таких программ предметных команд и индивидов. Последние получали заказ от госинститутов  (РАО, РАН), где и «распиливался» общий  программный пирог заодно с выделенными на него средствами. За такими программами вряд ли  стояла какая-либо идея  нового человека, идея личности. Вряд ли  хоть один из авторов  предметных или общих программ об этом  даже задумывался. Во всяком случае, тот  факт, что после 1991г. наша школа воспитала целое поколение непатриотов, говорит о многом. А реальные результаты ЕГЭ  или ГИА, если вдобавок их  рассматривать в  динамике, могут вызвать подозрение в том, что школа умышленно готовит новые поколения  со снижающимся постоянно IQ.

Однако, при любых обстоятельствах  (советских, постсоветских)  закрытая программа нацелена на то, чтобы именно её контентом  определялась  образованность выпускника школы, т. е.  финальный «продукт». Так повелось в нашей державе в советские времена, так сохраняется и ныне. Задача-то сводится к  производству неизменного продукта, каким его  замыслили «товарищи» едва ли не 10 лет назад.

Теперь поставим такой вопрос: «А возможно ли иметь «закрытую программу» в промышленности, в строительстве, либо ещё интереснее – в науке и культуре?» В СССР это было зачастую не только  возможно, но и  должно. 60 лет клепали «Волгу» и УАЗик, 50 лет «Жигули» и «Москвич»,  холодильник ЗИС (ЗИЛ), 5-ти, 9-ти, 12-ти этажки имени Хрущева/Брежнева. Но вот  в 1991г.  это кончилось. Теперь эти Х-этажки либо разрушаются, либо модернизируются, но строят теперь по–новому. Архитекторы вновь пользуются спросом. Промышленность медленно, но тоже  изменяется.  Культура, несмотря на бедность,  новизной просто цветет и не отстает ни от Запада, ни от Востока. Кто же стоит как  вкопанный, в прошлом веке? Образование и наука. В том числе наука об образовании.

Собственно существующей и царящей в мире науки об образовании (“Education”) у нас никогда  и не было. Точнее её не было ни в  педвузах,  ни тем более в школе.  Была «Педагогика». В чем же состояла её  методология, базовые принципы (fundamentals)?  Да ни в чем. Это была квазинаука, пытавшаяся доказывать, что  совокупность индивидуальных учебных находок, способов, приемов тысяч учителей и т. д.  к уроку  например №5 (т. е. методика) – это и есть  наука. Хотя ясно было, что это  ремесло. А науку  об образовании у  нас  загнали в АПН (теперь РАО): туда отправили Психологический институт, основанный . Но во всяких «веточках»  АПН ютились  единичные подлинные ученые в области образования (не «педагогики»): , и много других. Их «товарищи» почему-то не арестовывали,  не расстреливали, но в и в школы не пускали. Чтобы не начались опасные для коммуноутопии изменения.

Но на Западе они начались еще в 70-е, причем  именно на основе работ  плодотворной школы и других  выдающихся отечественных ученых – психологов  образования (не педагогики!!). Вновь: мы создали, открыли, изобрели, а «там» освоили и бегут впереди нас лет на 50. Сегодня в  мире есть наука «Образование» (возникла в 70-е годы 20-ого века). Её fundamentals – психология образования,  социология образования, философия образования, ИКТ в образовании, экономика образования. А у нас – Педагогика и тысячи тех, кто «ни то ни сё, черт знает, что такое» (опять Гоголь). Почему? А потому, что по физике кандидатом и доктором так просто не станешь. А по педагогике – без проблем и всякий.  Ныне у нас науки для отрасли «Образование» нет. Есть физики, математики, историки, ставшие кандидатами и докторами ПЕДнаук. И их становится все больше. Потому что стать кандидатами и докторами по физике или истории им было «слабо».

Без науки «Образование»  наша школа оказалась в руках чиновников и РАО. Она – их продукт, продукт непрофессионалов.  Продукт, подвергающийся имитациям изменений, но  неизменный, ибо не меняется (а  часто и не хочет меняться)  персонал этого важнейшего института общества. Но и в не меньшей степени потому, что ни РАО, ни её клоны  в педвузах (педкандидаты и педдоктра)  об истинно необходимых  изменениях не знают  и знать  не хотят.

Почему в начальной ступени школы  практически исчезла технология /? Потому что учителя не хотят  (часто и не могут) её применять, а чиновникам это вообще ни к чему. Не хотят, ибо трудно, не могут, ибо по плечу только  рутинное, почти  доисторическое.

Открытая программа – та, которая  не следует  прописанным кем-то  (и  не  обсужденным  профессионалами)  задачам и темам. Она в руках учителя и школы, открыта для них.  Это может и не означать, что открытая программа не  задана  академическими,  социальными или политическими целями. Контенты её предметных полей  неизбежно задаются самими научными дисциплинами. Речь идет о том, чтобы эта  заданность  воспринималась учителем, школой, учениками как фактор или факторы (условия)  формирования их собственных подходов к моделям применения этих программ с целью формирования индивидуальности ребенка (учителя и школы тоже, да и родителя), его личностных свойств.

В любой программе сегодня «напихивается» всё, что может  прийти  в голову авторам и критикам, хотя в них есть и  обязательная ориентация  н а академический  (часто  излишний,  перенасыщенный)  контент,  также  как и на всю сумму  распространяемых «политико-воспитательных» и педагогических слоганов (патриотизм, идентичность,  креативность и т. д.) В этом плане для учителя, который сам является learner (т. е. овладевший свойством саморазвития, постоянного  изменения себя, через собственный опыт), даже такая программа тоже позволяет создавать собственную модель образовательных действий, целей, задач, включая  технологии взаимодействия с ребенком,  классом, группой. Смелые и продвинутые директора так и делали, не оглядываясь  на чиновников и РАО,  и сформировали первоклассные по любым мировым меркам школы.

Именно это и провозглашает новый школьный ФГОС,  не предлагая  ни обязательных предметных программ (только  рекомендательные) ни  законченного набора дидактических единиц. Но зато предлагая набор обязательных предметных  и «непредметных» компетенций ребенка (контент для этого – дело  учителя и школы, с участием родителя, если он способен), ставя в качестве императивных – задачи развития личности и интеллекта. Но предоставляя  свободу действий самой школе и учителю.

Этот подход основан на идеях культурно-исторической (деятельностной) психологии школы , его идеях развития речи и мышления. Перед каждым учителем и каждой школой ставится задача постоянного стремления выхода за свои пределы и научения детей (родителей тоже)  постоянному преодолению своих пределов. В этом ведь и состоит  суть саморазвития и развития вообще. Но выйти за свои пределы можно только, если ты сам выходишь, а не тебя «выносят», ибо это процесс внутренний,  он не реализуем извне. Выход за свои пределы возможен только через свою деятельность, свои действия, самоорганизацию своего учебного, социального и поисково-исследовательского опыта, через learning.  Главное в этом выходе за свои пределы – формирование у ребенка своих способов  саморазвития и  самообразования,  своего личностного образовательного и развивающего опыта, через свою деятельность, через «действия-рефлексия». Субъектность  образования ребенка – вот цель школьной системы по Выготскому, ибо всякая цель является атрибутом развития. Эта цель реализуется через  создание школой, учителем, родителем, образовательной среды  деятельности всех участников образовательного процесса, через  механизм «действие-рефлексию».