Политики XX столетия: Уинстон Черчилль (стр. 15 )

"Медовый месяц" Черчилля и Трумэна подошел к концу во второй половине мая 1945 г. Либо Черчилль переиграл, полагая, что провинциал будет долго и послушно учиться, либо Трумэн пришел к заключению, что в "век Америки" постыдно спрашивать советы у “примадонн” прошлого. Уже 21 мая 1945 года Трумэн пишет, что Черчилль пытается манипулировать им. В данном случае Черчилль (как и многие другие) недооценил характер своего американского союзника.

8 мая премьер-министр изменил своим правилам, отложил текст речи в сторону и, сняв очки, обратился к палате общин с простыми словами благодарности “за благородную поддержку”, показавшую силу парламентских установлений. Затем он поступил как когда-то его предшественник на этом посту Ллойд Джордж - предложил пройти в церковь Св. Маргариты, чтобы “смиренно возблагодарить Всевышнего за спасение от угрозы германского доминиро-вания”. С балкона министерства здравоохранения он сказал ликующей толпе: “Это ваша победа”. Но толпа не согласилась: “Нет - Ваша”. Черчилль восславил ”этот старый остров, который первым поднял меч против тирании и никогда не падал духом на долгом пути к победе”.

12 мая все дети Черчилля наконец собрались в Чекерсе, все они служили на войне и ждали речи отца, который не выходил к ним, занятый с секретарями. В последовавшем обращении к нации премьер говорил о прошедших пяти годах его правления. Он нашел слова благодарности "русскому народу, всегда выставлявшему больше войск, чем это могли сделать мы", признал "превосходящую другие заслугу Соединенных Штатов в освобождении Франции и нанесении поражения Германии", выразил надежду на англо-американское сотрудничество. Главная его мысль заключалась в том, что "мало будет пользы в наказании гитлеровцев за их преступления, если (в Европе) не возобладают закон и справедливость, если тоталитарные или полицейские правительства займут место германских захватчиков".

21 мая Сталин предложил Черчиллю и Трумэну встретиться в Берлине. Черчилль немедленно согласился. Но он уже начал говорить языком, который пугал окружающих. 28 мая, на официальном банкете в честь покидающих правительство членов кабинета он сказал, что если новая смертельная угроза возникнет, "мы повторим все, что проделали сейчас". Окружающим хотелось верить, что это только фраза. Черчилль видел свою историческую заслугу в том, что сохранил жизни целого поколения англичан. Ради этого он рисковал в антигитлеровской коалиции, ради этого он два года оттягивал открытие “второго фронта”.

Окончание войны быстро привело к развалу национальной коалиции, лейбористы вышли из правительства. Новые выборы были назначены на июнь. И на этом этапе жизненного пути Черчилля со всей жестокой силой сказалось то обстоятельство, что он никогда не интересовался обыденностью.

Премьер вел кампанию сорок пятого года словно позади не было шести лет войны. 16 июня он выступил в одиннадцати городах, 27-го - в десяти, 28 - в шести. Показывая на толпы народа, он сказал секретарю Колвилу, что "никто, кто видит энтузиазм этих людей, не может иметь сомнения в результате выборов". Колвил ответил, что это было бы так, "если бы это были президентские выборы". 4 июля в него бросили петарду, которая взорвалась, не долетев. Отец бросавшего написал Черчиллю письмо с извинениями.

Перед встречей в Берлине Черчилль провел десять дней на берегу Бискайского залива.
15 июля самолет из Бордо приземлился в Берлине, автомобиль отвез его на виллу, расположенную на Рингштрассе, 23.

Черчилль настаивал на том, чтобы прессу не допускали к работе Потсдамской конференции, только фотографов. Он потребовал привезти в Берлин множество карт. Саму конференцию он предлагал назвать "Терминал". Важным он считал абсолютно недвусмысленно поставить дело так, чтобы конференция не выглядела созванной по предложению русских, чтобы западные делегации не выглядели гостями советской стороны.

Выбор (в качестве места встречи) пал на удивительным образом нетронутый пригород Берлина Бабельсберг - немецкий Голливуд, центр кинопроизводства. В то время как неподалеку в Берлине “руины и трупы кричали о только что завершившейся войне”, дипломаты, по словам советника Черчилля Кадогана, "оказались в милом маленьком городке посередине разрушенной страны".

Неподалеку от Черчилля расположился президент Трумэн, и к нему Черчилль отправился на второй день. Проговорив с ним два часа, премьер-министр вышел со словами: "Я могу с ним работать". После этой встречи Черчилль поехал осматривать руины рейхсканцелярии, по ней его провели русские.

На этом этапе Трумэн сознательно стремился создать о себе мнение как о решительном и жестком политике, и был доволен, когда это ему удавалось. Сталин показал склонность сотруд-ничать при решении спорных проблем, что же касается Черчилля, то, казалось, что он поглощен предстоящими выборами, которые, по его словам, "нависли надо мной, как неизбежность". Можно сказать твердо, что Черчилль был не в лучшей форме, а это всегда сказывалось в потере им чувства такта, в исключительном многословии, которое явно раздражало его коллег по переговорам.

Очень важным представляется ланч Черчилля и Трумэна 18 июля, в течение двух часов они беседовали наедине. Предмет разговора - атомное оружие, "президент показал мне телеграммы о последних экспериментах и попросил совета, сообщать ли об этом русским... Я ответил, что, если президент решил рассказать, то лучше подождать окончания эксперимента". Продолжая действовать, так сказать, в роли ученика, Трумэн спросил, как отвечать на требование русских поделиться германским флотом. Черчилль считал, что "следует приветствовать выход русских на широкие мировые воды и сделать это следует в великодушной манере. Это затронет проблему Дарданелл, Кильского канала, Балтики, Порт-Артура. Трудно отрицать за русскими права на треть трофейного флота". Но вопрос этот следует связать с развитием событий в Центральной Европе.

Черчилль подошел к вопросу, которому придавал чрезвычайное значение. В Организации Объединенных Наций нельзя видеть панацею; соглашения бессмысленны, если к ним может присоединиться каждый. Он желал заключения двустороннего англо-американского соглашения, включающего в себя вопрос о совместном пользовании военно-морским и военно-воздушными базами. Британия, хотя она является меньшей державой по сравнению с Соединенными Штатами, может дать многое.

Вечером Черчилль отправился в гости к Сталину. Он взял с собой подарок - коробку сигар. Два политика обедали вдвоем. Переводчик втайне записал их беседу. Вначале Черчилль спросил, кто мог бы наследовать Сталину. Тот не назвал имени, но сказал, что этот вопрос решен на тридцать лет вперед. Сталин был высокого мнения о генерале Маршалле и как бы к слову заметил, что в образовании русским понадобится еще много лет, чтобы сравняться с их западными партнерами. Черчилль развивал тему, которая уже поднималась: Россия должна стать морской державой. Сталин извинился перед Черчиллем за то, что не поблагодарил официально Великобританию за материальную помощь в ходе войны. Это будет сделано. Курс на улучшение отношений с Западом определен на тридцать лет вперед.

16 июля поступили долгожданные сообщения об успешном испытании атомного оружия. Во время ланча, чтобы не привлекать лишнего внимания, военный министр Стимсон написал на листе бумаги: "Дитя родилось благополучно". Это было так неожиданно, что Черчилль не понял. Тогда Стимсон объяснил, что речь идет об экспериментах в пустыне. 21 июля Трумэну сообщили, что испытания превзошли все ожидания. Утром 22 июля 1945 года к Черчиллю пришел ранний посетитель - это был американский военный министр Стимсон с потрясающим известием: в Аламогордо испытана первая атомная бомба. В радиусе одной мили все было испепелено. Премьер-министр бросился к Трумэну. У президента сидели военные. Всех занимала одна мысль: кошмар высадки на Японских островах исчезает.

После обеда началась очередная пленарная сессия конференции. Язык западных союзников стал заметно жестче. Черчилль тотчас же увидел перемену в Трумэне. Трумэн и его государственный секретарь Бирнс сошлись на том, что Конференцию нужно заканчивать, что с атомной бомбой Америка уже непобедима и на Тихом океане - в боях против Японии, и повсюду.

25 июля в пылу обсуждения польской проблемы и составления планов окончательного наступления на Японию, Черчилль вернулся в Англию, чтобы узнать результаты всеобщих выборов. День выборов Черчилль провел в комнате карт. Перед ним была огромная карта Англии, поделенной на избирательные участки. После каждой победы консерваторов в новом месте премьер предлагал ответственному за карты - капитану Пиму рюмку бренди. Но таких предложений последовало лишь три. После получаса с начала поступления результатов стало ясно, что в электорате произошел огромный сдвиг “влево”. Представительство консервативной партии упало с 585 голосов до 213. Лейбористы превзошли консерваторов, за них проголосовало двенадцать миллионов избирателей, а за консерваторов – лишь десять. Черчилль был переизбран, но теперь он был главой партии меньшинства.

Черчилль немедленно представил королю свою отставку. Король предложил ему высший орден рыцарства - Орден подвязки. Черчилль отклонил предложение. Нет сомнения, что Уинстон Черчилль испытал глубокое унижение, получив вотум недоверия от английского электората. Вся его жизнь была как бы подготовкой к той роли, которую он сыграл в течение Второй мировой войны, и вот теперь, на гребне победы, он был выставлен с политической сцены. Причем произошло это наиболее сенсационным образом – на виду у всего мира, в период, когда он возглавлял английскую делегацию на Потсдамской конференции.

В течение войны правящая часть британского общества соглашалась с Черчиллем, что война идет ради свободы страны и сохранения положения Великобританией своей роли как великой державы. Но после победы люди в шинелях, та основная масса населения, которая собственно вела войну и внесла вклад в победу, желала достижения других целей. Эти люди желали покончить с массовой безработицей, они хотели уничтожить развалины, в которых жили многие англичане, они хотели накормить детей и равенства возможностей для британского народа. Это означало, что Черчилль с его имперским “маханием флага” уже становился фигурой, неприемлемой для страны. Теперь в Потсдаме английскую сторону начали представлять лидеры лейбористов.

Дом в Чартвеле была запущен, квартиры в Лондоне не было. Семье Черчилля пришлось взять машину напрокат. Многие из сторонников Черчилля полагали, что теперь ему следует уйти из политики, по крайней мере, из партийной политики. Он должен занять положение национального
героя, и подобно Ллойд Джорджу стать членом палаты лордов, откуда с достоинством давать советы нации и миру.

Клементина и Иден склонялись к мнению, что ему следует уйти в отставку, а Бивербрук и Брендан Бракен призывали не сдаваться и продолжать борьбу. После долгих размышлений Черчилль пришел к выводу, что ему будет трудно справиться с "ролью украшенного призами быка в загоне, привлекательной чертой которого является лишь прошлая ловкость", но он не оставит политику и сохранит руководство консервативной партией, перешедшей в оппозицию. Но Черчилль уже меньше времени уделял дебатам в палате общин, он много путешествовал, боролся со старым врагом - пневмонией, переезжая в холодный сезон на юг Франции.

Черчилль начал писать свои мемуары тотчас после ухода с поста премьера. Поражение стимулировало его исторический вкус - также было с написанием "Мирового кризиса" на четверть века раньше. Деятельная натура Черчилля не терпела безделья. В сентябре 1945 г. он вылетел для отдыха и на этюды в Италию в качестве гостя фельдмаршала сэра Гарольда Александера. Так началась многолетняя эпопея литературно-исторической деятельности Черчилля.

Разумеется, историографическая работа представляла собой и вариант самоутверждения, возвращения в национальную жизнь в качестве эпического героя, проведшего корабль британской политики сквозь бурные воды самого большого национального испытания. И Черчилль еще надеялся. Он думал, что написанная с фантастической быстротой история Второй мировой войны будет эффективным оружием в главной сфере его жизни - политике.

После перенесенного инфаркта в июне 1953 года Черчилль приступил к финалу мемуаров. Журналист из "Тайма" был свидетелем этой битвы семидесятивосьмилетнего Черчилля. "История Второй мировой войны" сделала его финансово независимым, в 1953 году дала ему Нобелевскую премию по литературе и дала ему признание, о котором он всегда мечтал - творца и автора величайшей исторической драмы своего времени.

Получив неожиданное количество свободного времени, Черчилль, помимо мощных авторских усилий, стремится давать советы тем, кто готов был его слушать. Чтобы преодолеть послевоенную депрессию, Черчилль отправился в начале 1946 года “за солнцем” во Флориду. Перед отплытием фото экс-премьера появилось на обложке журнала "Лайф". Черчилль стоял в своем "костюме сирены", сигара в зубах, на голове шляпа, перед мольбертом. Текст гласил: "Уинстон Черчилль сыграл много ролей в современной истории, но ни одну из них он не воспринимает с большим энтузиазмом, чем художник-любитель".

У него уже было приглашение выступить в Вестминстерском колледже города Фултон, в родном штате президента Трумэна - Миссури. Черчилль согласился выступить там только потому, что Трумэн пообещал сопровождать его. 5 марта 1946 года Черчилль в присутствии президента США Г. Трумэн выступил в г. Фултоне с речью, благодаря которой широкое хождение получил термин «железный занавес», т. е. завеса секретности, окружавшая действия СССР. Смысл его послания заключался в том, чтобы предупредить некоммунистическую часть населения земного шара об угрозе агрессии со стороны СССР. Лейбористское правительство одобрило мероприятие по собственным соображениям: в американском конгрессе обсуждался вопрос о предоставлении Англии займа в 3,7 млрд долл. Известность Черчилля могла склонить американских законодателей в пользу положительного решения.

В Майами Черчиллю в очередной раз присвоили докторскую степень. Во Флориде для написания первой картины ему понадобилось всего три дня. Но затем мысли о будущем выступлении решительно отвлекли его от мольберта. Хуже всего, если его речь будет воспринята как фантазия отставного политика, поэтому Черчилль обсуждал ее идеи с Трумэном. Они играли в карты, он проиграл семьдесят пять долларов, но, как позднее сказал лорду Галифаксу, "дело стоило того".

Мы должны отметить, что именно в этом, 1946 году, Англия получила от США займов и другой финансовой помощи на сумму более 6 млрд долл. Позднее она получила еще больше средств в ходе реализации "плана Маршалла". Большие займы она получила в ходе реализации программы перевооружения, когда был создан Североатлантический договор. Зависимость требовала союзнической лояльности.

Впервые Черчилль стал богатым человеком. Он купил несколько домов в Лондоне и снимал шикарный номер в отеле "Савой". Гости, которым он устраивал прием раз в две недели, удивлялись его аппетиту. Файф однажды записал, что Черчилль кряду съел дюжину устриц, две большие порции ростбифа с овощами, большой кусок яблочного пирога и пирожное, запивая все это томатным соком, вином и коньяком. Черчилль был велик во всем.

Природа наделила Черчилля отменным здоровьем, хотя и он не миновал болезней. В приготовительной школе он пережил серьезную форму воспаления легких, в юности отрицательный эффект дало его падение с лошади, в молодые годы серьезно повредил плечо во время игры в поло. Сбитый автомобилем в 1929 году он успешно преодолел серьезные травмы. Первый инфаркт (в относительно легкой форме) он перенес в декабре 1941 года, а двумя самыми большими приступами болезни в военные годы были пневмония в 1943 и в 1944 годах. Периодически - и на государственном посту, и в отставке - он страдал от приступов депрессии. И, несмотря на это, мы не можем не поражаться щедрости данных ему природой сил. Его расписание работы военных лет убило бы обладателя любого здоровья. Подсчитано, что он работал в среднем девяносто четыре часа в неделю.

Правдой в отношении Черчилля было то, что в одну минуту он мог выглядеть трагически старым, но в следующую минуту его алертность поражала всех окружающих. Его ум подчинялся несгибаемой воле. И если иногда в конце войны двое дюжих моряков вносили его по лестнице наверх в кресле, то в 1948 году он охотился в диком лесу. И, как признавали почти все, пока он не потерял своего политического искусства. Многие города и страны представили ему награды, и он как король в торжественной кавалькаде пересекал декорированные площади. У него был теперь личный поставщик шампанского, а с далекой Кубы присылали специально приготовленные сигары. Один из гостей на вилле Бивербрука на юге Франции отметил в 1949 году, что "Черчилль был на пике своей формы. Он пел, плавал, писал или играл в карты. Один из таких вечеров, затянувшийся далеко за полночь, привел к инфаркту. "Удар ножа, - сказал, придя в себя Черчилль, но он не достиг цели". Публику о происшедшем не информировали. К ноябрю 1949 года Черчилль вышел из кризиса, свой 77-й день рождения он встретил в постели, обложенный подарками и телеграммами. После Рождества он отправился в южные моря.

Там Черчилль узнал о предстоящих внеочередных выборах и немедленно вылетел в Англию, чтобы, как он сказал, восстановить "подлинное место Британии в море... во главе империи, над которой никогда не заходит солнце". В предвыборной кампании он был сама ярость и энергия. Когда лейбористы неделикатно намекнули на его возраст, он опубликовал официальный бюллетень, что его смерть еще не наступила. 23 февраля 1950 года консерваторам не хватило до победы лишь 6 мест, но на следующих выборах - в октябре того же года они все же победили.

4.2. Второе премьерство

Став снова премьером в 1951 году, Черчилль попытался остановить “отлив” истории, остановить падение мощи Британии. Черчилль, разумеется, участвовал во внутренней трансформации консервативной партии после войны. Он поддержал критически важную в этом плане Индустриальную хартию консерваторов 1947 года, призвавшую к широким социальным реформам (что и помогло консерваторам вернуться к власти в 1951 году). Проблемы империи, место Британии в мире волновали его более всего.

Исходя из своего понимания истории, Черчилль полагал, что война является естественным состо-янием человечества, что Карлейль, Ницше, Гобино и Клаузевиц правы: война - это легитимное продолжение политики. Пережив три периода расцвета пацифизма, - перед мировыми войнами, между и после Второй мировой - он не изменил своей точки зрения. Фолклендский кризис и война в Персидском заливе наверное не удивили бы его. Но если конфликтов не избежать, нужно быть к ним готовыми. И здесь Черчилль твердо следовал старой британской традиции – владеть контролем над морскими подходами к Европе и не позволять континенту оказаться в руках одной державы. Елизаветинская Англия противостояла посягательствам со стороны Мадрида. Герцог Мальборо вел английские полки против Франции - Веллингтон победил Наполеона при Ватерлоо.

Поколению Уинстона Черчилля пришлось решать в ХХ веке ту же историческую задачу - отражать посягательства на владычество в Европе - на этот раз со стороны Германии при кайзере Вильгельме Втором и Гитлере. Вторая мировая война вывела вперед двух “гигантов” - Россию и США. Для Черчилля началась длительная “интеллектуальная агония”: победа на положении младшего партнера оказалась неотличимой от поражения, на пути к победе Англия была оттеснена со своих прежних мировых позиций. Черчилль отказывал в поддержке близкого американцам Чан Кайши, энергично пресекал вмешательство Рузвельта в индийские проблемы, старался вовлечь американцев в “вязкую” средиземноморскую стратегию, чтобы в небывалой истребительной войне Германия и Россия исчерпали свою жизненную энергию. Одновременно Черчилль стремился воссоздать западноевропейский центр силы, опираясь, в частности, на правительства, в немалом числе нашедшие убежище в Лондоне. Лидер французского сопротивления де Голль получил поддержку вопреки неприязни к нему американцев. Черчилль заложил основы строительства западноевропейского блока, способного восстановить авангардные мировые позиции западноевропейского региона, утерянные в гг.

Трагедия деятельности Черчилля заключается в том, что он возглавил свою страну и империю на этапе спада ее мировой мощи. При непосредственном участии Черчилля Великобритания победила в обеих мировых войнах прошлого века. Но общий ход мирового развития - появление конкурентов, ослабление индустриальной мощи страны и отделение от метрополии доминионов придало бурной дипломатической деятельности Черчилля характер "битвы на склоне холма", движения против исторической тенденции.

Находясь не у дел и размышляя во второй половине 40-х гг. ХХ в. о роли Британии как мировой державы, Черчилль приходит к выводу, что в мире, где Соединенные Штаты поставили Западную Европу в положение подчиненного союзника, получают новую значимость идеи военных лет, идеи объединения западноевропейских сил под главенством Британии. И Черчилль в Гааге в мае 1946 г. призвал к созданию объединенной Западной Европы. Более детально Черчилль обрисовал свой план западноевропейского объединения, выступая в Цюрихе в сентябре 1946 г.: следует найти противовес двум сверхдержавам.

Он считал, что Германия должна быть частью этой западноевропейской группировки. Теперь он меньше боялся Германии, он полагал, что западноевропейскому объединению следует полностью использовать германский потенциал в мире двух сверхдержав. Можно сказать, что в своем восприятии западноевропейского объединения Черчилль, так же как и его союзник в этом деле де Голль (премьер-министр Франции в первый послевоенный год), считал, что объединенная Европа должна быть именно конфедерацией наций, в которой каждая из них сохранила бы свои внутренние отличительные черты и необходимую долю суверенитета. (Британское отношение к Европейскому Союзу сохранило черчиллевские традиции до сих пор).

Черчилль как человек и политик был образцом парадокса. Будучи выходцем из аристократической семьи, он примкнул к либералам, отнюдь не игнорировавшим социальные вопросы. Будучи дважды премьер-министром от консервативной партии, он тем не менее всегда с подозрением воспринимался "торийскими фундаменталистами". Будучи едва ли не воплощением антикоммунизма, он установил союз со Сталиным.

Получив доступ к британским архивам, с большим основанием, чем прежде, можно сказать, что на последнем этапе своей политической карьеры Черчилль сыграл позитивную роль в преодолении "холодной войны". В начале 50-х гг. ХХ в. он начинает задумываться над тем, что противостояние Востока и Запада привело к тому, что Англия вместе с остальной Западной Европой превратилась в периферию мировой политики, Индия получила независимость, имперские связи ослабли, США перестали обращать внимание на партнеров. "Холодная война" cковала позитивные возможности британской дипломатии. Исходя из этого анализа, Черчилль выдвинул тезис, что необходимо изменить застывший послевоенный мир посредством улучшения отношений с Советским Союзом.

Второе премьерство (26 октября 1951 года - 5 апреля 1955 года) было отмечено переходом Лондона к поискам компромисса в "холодной войне".

По поводу смерти Сталина Черчилль послал телеграмму с выражением "сожаления и симпатии". Президента Эйзенхауэра он немедленно информировал, что если тот не отправится в Москву, он, Черчилль, готов сделать это сам. Не встретив одобрения в Вашингтоне, Черчилль все же приказал Идену составить письмо новым советским лидерам с предложением встретиться в Вене. Черчилль хотел напрямую встретиться с Маленковым, который, как он знал, никогда не имел контактов с высокопоставленными иностранцами. Он верил, что первое впечатление - самое верное. В эти дни он думал о том, что ослабление противостояния с Востоком даст науке шанс улучшить судьбу человека. Потратить еще годы на безумную взаимную ненависть Востока и Запада казалось ему безумным расточительством.

Черчилль пришел к выводу, что в условиях наличия ядерного оружия у обеих сторон, у западных союзников нет шансов сдержать советские войска в случае начала военного конфликта в Европе. Основные Вооруженные Силы Англии были расположены в Азии и Африке, а французы послали все свои ударные силы в Индокитай - они могли выставить в Европе лишь 10 дивизий
(по сравнению со 100 дивизиями весной 1940 г.). Становилось ясно, что западные союзники с первых же дней конфликта будут вынуждены применить в Европе атомное оружие, что означало гибель Англии как страны.

В 1953 году Черчилль уменьшил военный бюджет, он содействовал заключению перемирия в Панмыньчжоне, препятствовал вовлечению США в индокитайские проблемы и категорически отказался послать туда английские войска.

Западные коллеги, американцы и французы выразили сомнения в отношении возможностей взаимопонимания с Москвой. Советскую инициативу Черчилля фактически погасили американцы. Во время трехсторонней встречи (США, Британия, Франция) на Бермудских островах в декабре 1953 года президент Эйзенхауэр и госсекретарь Даллес "в самой грубой форме" отвергли "сепаратные инициативы".

И все же Черчилль одним из первых пришел к выводу, что детант в той или иной форме исторически неизбежен. Грандиозное видение развития мировой истории в последний, пожалуй, раз было продемонстрировано, когда стареющий премьер-министр поднялся на трибуну палаты общин 1 марта 1955 года. Как и в прежние годы Черчилль заучил речь наизусть. С галереи гостей доктор Моран не без тревоги наблюдал за премьер-министром, устремившимся к трибуне палаты общин. Он двигался медленно и на одной из ступенек почти потерял равновесие. Однако энергия, которую излучали его слова, заставила публику вспомнить о пламенном красноречии 1940 года. Предметом рассуждений стало взаимное ядерное сдерживание.

В день восьмидесятилетия Чечилля лидер лейбористской партии Эттли воздал должное старому политическому противнику. Благодарный Черчилль восславил старый британский принцип – не привносить политику в частную жизнь. В январе 1954 года умер старый друг Ричард Молино, которому Черчилль шестьдесят лет назад - после битвы при Омдурмане – отдал часть своей кожи для залечивания раны.

Черчилль увядал, хотя, как пишет его секретарь, временами виден был прежний блеск: ум и юмор искрились, мудрость плавно плыла в выразительных предложениях, а искры гения ощущались в решениях, письмах, фразах. В начале весны 1955 года он объявил Идену, что уходит. Старый премьер отметил "жадные глаза" преемника.

Амбиции владели Черчиллем до тех пор, пока природа не истощила щедрый в данном случае запас жизненных сил. Железная решимость и непреклонная прежде воля, которую ничто не могло превозмочь, теперь показали свои пределы. Хотя в свои 80 лет Черчилль был весьма активен, близкие явно ощущали, что он уже не тот. Он стал чаще подчиняться приступам глубокой депрессии.

Черчиллю выпала доля на склоне британского могущества в течение 60 с лишним лет быть защитником имперских бастионов. "Последний лев" - Уинстон Черчилль прошел свой путь как энергичный, умелый, проницательный, активный защитник того дела, которое, увы, было обречено историей. Британия прошла пик своего могущества. Территории, которыми она владела, стали самостоятельными. Тот мир, в котором она господствовала в девятнадцатом веке, резко изменился. Выросли конкуренты и противники.

Будучи реалистом, Черчилль смотрел в будущее достаточно пессимистически. Он никогда не писал "гимнов" всеобщему прогрессу и никогда не говорил о возможностях построения совершенного общества. Он знал, что за горизонтом встают новые проблемы, новый вызов тем, кто желает идти вперед. Странным образом он черпал вдохновение в поражениях. Во времена, когда все вокруг опускали руки, он излучал энергию вопреки всему. Как ни оценивать его политическую карьеру, фактом является то, что он выиграл обе мировые войны. Другое дело, какую он при этом заплатил цену.

4.3. Закат политической карьеры

Черчилль отошел от политической деятельности в апреле 1955 г. Но уже через сорок восемь часов после ухода из дома номер десять по Даунинг-стрит он работал в Чартвеле над "Историей англоговорящих народов". Он сохранил свое место в палате общин до осени 1964 г. В это десятилетие выступать ему приходилось очень редко. В конце своего жизненного пути он посещал парламент не часто, а когда посещал, то был обычно молчаливым наблюдателем, “живым памятником” на том форуме, который знал его лучшие времена.

С ним довольно много советовались во время Суэцкого кризиса, в период, последовавший за отставкой Идена (в 1956 году). Но он уже мало что мог подсказать: изменилось время, изменилась Британия, изменился мир, новые идеи овладели человечеством. Идеи, которым он был привержен, все больше уходили в прошлое.

Став всемирно известной личностью, Черчилль испытал усиление интереса к своим взглядам, воззрениям, привычкам. Было многократно отмечено, что Черчилль являлся одним из самых замечательных читателей своего времени. В фокусе его внимания были история и текущая пресса. Без них он не обходился практически ни дня. Газеты он читал в их первых выпусках, начиная с полуночи. Мастерство журналиста он отмечал немедленно.

Будучи признанным историком, Черчилль питал не меньший, чем к прошлому, интерес к будущему. Он знал книги Герберта Уэллса буквально в деталях и однажды сказал, что мог бы сдать экзамен по ним. Такие профессионалы научной футурологии, как Линдеман находили в Черчилле самого внимательного слушателя.

Черчилль, при всей его несомненной самонадеянности и эгоизме, был чувствительным человеком, и остро чувствовал иронию, ужасные повороты судьбы. В разбомбленном рабочем квартале Лондона сорокового года он послал узнать, за чем стоит очередь, и когда ему сказали, что за кормом для птиц, он залился слезами.

Что полностью отсутствовало в долгой и примечательной карьере Черчилля, так это участие в интригах, которые он ненавидел. Циники, вроде выступающего в данном контексте таковым
Э. Бивена, считали, что он "был слишком большим эгоистом, чтобы думать, что на уме у других людей". Но фактом является, что Черчилль пренебрег жалкими экзерсисами в предательстве, столь свойственные, увы, политической жизни. Его великодушие не вязалось с заведомым хладнокровным коварством. В его книгах можно найти что угодно, кроме гимнов макиавеллизму.

Черчилль всегда - до последних лет жизни – следовал моде и не позволял себе выглядеть не заботящимся о мнении окружающих. Помимо собственного изобретения - домашнего костюма – он любил клубный костюм, мундир коммодора военно-воздушных сил, морские блезеры. Сигара, часто не зажженная, находилась у него во рту.

Черчилль никогда не изображал отчужденную интеллектуальность. Он скорее стремился ухватить господствующее в стране настроение и следовать ему, а не “высоколобой” самоуверенности. С явным удовольствием получал подарки и готов был променять торжественность на проявление чувства юмора. Потомок герцогов корчился от шутки прохожего - и в этом не было профанации его профессии, поста, символа веры, высших принципов.

Жизненные силы его были поразительны. Он никогда не придерживался диеты - ел, пил и курил сколько хотел. "Я извлек из алкоголя, - говорил Черчилль, - больше, чем алкоголь извлек из меня". Его здоровье никак нельзя назвать наследственным (отец его умер рано, в детстве Уинстон Черчилль был слабым ребенком). Но он обладал невероятной волей и преодолел все гандикапы, в том числе и все "недоданное" природой. В конце 1948 года он в последний раз выезжает на лошади. Примерно в 75 лет прекращает плавать. Главным рекреационным занятием становится рисование. Представленные анонимно, две его работы были приняты Королевской академией в 1947 году, а еще три - в 1948 году.

С ранних дней кавалерийской карьеры и до лавров премьера Черчилль любил риск во всех его проявлениях - на поле брани и в палате общин. Пули были рядом много раз и он даже бравировал равнодушием к опасности, что создавало немалые проблемы его охране. Всем было ясно, что указанные возможности эфемерны. Но подлинным было мужество лидера.

Всю свою жизнь Черчилль вел бой с приступами тоски, депрессии и отчаяния. Черчилль, конечно, не единственный пример, когда великий человек страдает от периодически повторяющейся депрессии. У Гете был похожий темперамент, таким же был Шуман, Л. Толстой и многие другие. Соотношение между великими свершениями и склонным к депрессии темпераментом еще предстоит проанализировать, но почти нет сомнений в том, что, в некоторой степени, депрессия действует как катализатор.

В день, когда оборвалась нить женщин У. Черчилля, лорд Чендес сказал в клубе: "Его сила была в воображении, опыте и великодушии". Его самый тщательный и, наверное, лучший биограф - Мартин Гилберт говорит о "благородном духе, поддерживавшемся на протяжении долгой жизни верой в способность человека жить в мире, достигать благополучия и преодолевать все беды и опасности. Его любовь к собственной стране, его чувство справедливости, его вера в человеческую расу подкреплялась огромной работой, неутомимой мыслью и предвидением. Его дорога могла быть осложнена противоречиями, разочарованиями и излишествами, но это никогда не ослабляло его чувство долга и веру в английский народ".

24 января 1965 года весть о кончине Черчилля погрузила Британию в траур. И друзья, и враги склонили голову перед великим человеком. Триста тысяч человек прощались с
У. Черчиллем в палате общин, в нескольких шагах от того зала, который много лет слышал его голос. В морозный и ветреный январь весь Лондон вышел провожать катафалк, направившийся из Вестминстера в собор Святого Павла, где королева, нарушив обычай, встретила своего величайшего подданного. За нею стояли пятнадцать глав государств, четыре короля и королева Юлиана Нидерландская. Гроб перевезли на вокзал Ватерлоо, и люди, обнажив головы, стояли под январским ветром на виду у проходящего поезда. На одной из крыш дома стоял человек в поношенной форме летчика королевских военно-воздушных сил, а в поле фермер слез с грузовика, держа шапку в руке.

Уинстон Черчилль похоронен рядом с отцом, матерью и братом на маленьком церковном кладбище в Бладоне, откуда видны башни дворца Бленхейм, где он появился на свет.

Во всей английской истории У. Черчилль занимает особое место. Его историческими "конкурентами" могли бы быть, пожалуй, лишь Питт-старший и Гладстон. Но Гладстон, находясь дольше на министерском посту (51 год против 47 лет у Черчилля) был лидером страны в продолжительнейший период мира, ему не выпали на долю такие испытания, как две мировые войны. Питт обладал подобным Черчиллю складом ума, но он не был столь многообразен в политических и человеческих проявлениях своего таланта. В двадцатом веке реальным соперником по деяниям и славе может быть лишь Ллойд Джордж, достоинства которого Черчилль с готовностью признавал, у которого учился, которому подражал, которым восхищался. И все же в ходе Второй мировой войны Черчилль сказал представителю "Манчестер гардиан" о Ллойд Джордже: "Возможно, у него больше воображения и глубины в качестве премьер-министра, но мой опыт больше, и я знаю больше о войне".

Многие десятилетия он не получал признания. По мнению Р. Родса Джеймса, "на него всегда смотрели с подозрением, с которым посредственность всегда смотрит на гения". Трижды в своей жизни - в 1915, 1922 и в середине 30-х гг. ХХ в. Черчилль переживал политический и личный кризис, когда казалось, что способа восстановить репутацию и влияние на окружающих нет. Метод Черчилля был прост: решимость и настойчивость. При этом не приходило ожесточение, он всегда оставался другом, и проявлялось прекрасное качество - отвращение к интригам. Он никогда не старался нанести противнику удары как можно больнее, великодушие спасало его от фронта врагов, которого ему, при такой бурной деятельности и самоуверенности, было бы не избежать. У Черчилля были перепады в настроении, но откровенная злоба не владела им никогда. Ему было свойственно великодушие.

ЗАДАНИЯ ДЛЯ САМОСТОЯТЕЛЬНОЙ РАБОТЫ

1.  Составьте логическую схему базы знаний по теме юниты:

2.  Заполните таблицу:

Карьерный рост У. Черчилля

Годы	Занимаемая должность

3.  Перечислите и проанализируйте основные заслуги У. Черчилля перед мировой общест-венностью:

____________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________

4.  Впишите недостающие приоритеты для Британской империи, созданные
У. Черчиллем 20 марта 1942 года:

1)  оборона Цейлона

2)  _______________________________________________________________________________

3)  _______________________________________________________________________________

4)  воздушное патрулирование в прибрежных водах Британии

5)  _______________________________________________________________________________

5.  Восстановите хронологию встреч У. Черчилля с Рузвельтом в течение Второй мировой войны:

____________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________

ГЛОССАРИЙ

№ п/п	Новое понятие	Содержание
1	1 сентября 1939 года	начало Второй мировой войны
2	1 января 1942 года	президент Рузвельт, премьер-министр Черчилль, посол СССР и китайский посол Т. Сунг подпи-сали в кабинете Ф. Рузвельта документ под названием Декларация Объединенных Наций
3	1953 год	вышла в свет "История Второй мировой войны", которая сделала Черчилля финансово независимым, дала ему Нобелевскую премию по литературе и признание, о котором он всегда мечтал
4	2 декабря 1942 года	физики лаборатории Чикагского университета осуществили первую в мире управляемую ядерную реакцию
5	24 января 1965 года	день смерти Черчилля
6	27 мая 1940 года	Черчилль выдвинул первый план достижения победы над Германией
7	30 ноября 1874 года	День рождения Уинстона Черчилля
8	5 марта 1946 года	Черчилль в присутствии президента США Г. Трумэна выступил в г. Фултоне с речью, благодаря которой широкое распространение получил термин «железный занавес»
9	Бленхейм	родовой дворец семьи Черчиллей
10	Герберт Асквит (1852–1928)	премьер-министр, который способствовал участию Черчилля в международных делах
11	Декабрь 1941 года	Британия объявила войну Финляндии, Венгрии и Румынии
12	Дэвид Ллойд Джордж (1863–1945)	блестящий радикальный либерал, великий политик своего времени, друг Черчилля
13	Конференция «Арджентия»	встреча в августе 1941 года Черчилля и президента Рузвельта
14	Май 1940 года	Черчилль был назначен премьер-министром Великобритании
15	Мюнхенское соглашение	соглашение, подписанное Чемберленом в Мюнхене в 1938 году, по которому Англия и Франция отдавали Судетскую область Чехословакии немцам, но отнюдь не ограничили германские притязания
16	Невилль Чемберлен (1869–1940)	политик, которому в мае 1937 года Стэнли Болдуин уступил пост премьер-министра
17	Операция «Пойнт бланк»	совместные англо-американские стратегические бомбар-дировки Германии
18	Операция «Торч»	высадка в Северной Африке 250 тыс. англо-американских войск
19	Операция «Юпитер»	высадка британских войск в Северной Норвегии
20	Операция «Хаски»	высадка в Сицилии западных союзников, начатая 9 июля 1943 года
21	Осень 1900 года	У. Черчилль избран в палату общин от консервативной партии
22	План «Следжхаммер»	экстренная высадка всеми наличными силами в Европе в случае коллапса СССР или Германии
23	«Саврола»	единственное художественное произведение Черчилля
24	Стэнли Болдуин (1867–1947)	премьер-министр консерваторов, предложивший в 1924 году Черчиллю пост министра финансов в его правительстве
25	Фельдмаршал Дилл (1881–1944)	британский представитель в Объединенном комитете начальников штабов в Вашингтоне

ПОЛИТИКИ XX СТОЛЕТИЯ: УИНСТОН ЧЕРЧИЛЛЬ

ГЛАВА 1

Примечание. Знаком (*) отмечены работы, на основе которых составлен тематический обзор.

* Полужирным шрифтом выделены новые понятия, которые необходимо усвоить. Знание этих понятий будет проверяться при тестировании.