Экономические аспекты зарубежного опыта предоставления образовательных услуг и возможности его использования в Российской Федерации (стр. 5 )

Как уже говорилось в предыдущем разделе, исследования, проводимые учеными экономистами, демонстрируют, что образование связано с повышением уровня жизни. По данным, полученным путем анализа различных стран и их систем образования, повышение доходов получивших образование в среднем составляет не менее 10%.

Если проиллюстрировать величину так называемых надбавок (к заработной плате) за образование и соотношение их с надбавками за предыдущий опыт работы на примере стран, в которых высоко ценится образование, например, Сингапура, то очевидным будет преобладание надбавок за образование над надбавками за опыт – диаграммы 2.1-а и 2.1-б.

Диаграмма 2.1-а. Надбавки за образование

Диаграмма 2.1-б Надбавки за опыт работы

Подсчитано по статистическим данным, приведенным Economic Policy Department, Monetary Authority of Singapore в Education for Growth: The Premium on Education and work Experience in Singapore. January, 2004.

Вполне очевидно, и иллюстрация подтверждает это, что надбавки за образование возрастают по мере усложнения труда и усиления требований к квалификации работников.

При этом по утверждению ряда исследователей, рост доходов особенно заметен в бедных странах, на уровне обучения в начальной школе и, зачастую, носит гендерную направленность – то есть такая отдача от обучения зачастую выше для представительниц женского пола.[43]

Последний феномен имеет, по нашему мнению, несколько объяснений. Во-первых, зачастую в бедных странах изначально отсутствуют возможности для получения женщинами образования и устройства женщин на работу по ряду социальных и культурных причин. В частности, само отношение к женщинам и их роли в семье и обществе может приводить к тому, что девочки вообще не отправляются семьей в школу. Даже во многих развитых странах женщины получили не только право, но и реальную возможность работать и получать собственный доход сравнительно недавно – ближе к середине 20-го столетия. Тем более это характерно было, а во многом и продолжает быть, для стран, где фактически отсутствуют рабочие места для женщин, а нормы общественной морали и часто религиозные нормы, приводят к тому, что женщинам отведена домашняя работа и уход за детьми. В настоящее время ситуация, безусловно, меняется и причем достатоно быстро. Причем скорость изменений значительно выше именно в развивающихся странах, где она увеличивается не только за счет внутренних изменений в общественных воззрениях и общественно-политической и экономической обстановки, но и под влиянием внешних факторов – влияния норм международного права (в частности, принимаемых в рамкох таких организаций, как ООН), влияния воззрений, превносимых извне – из развитых стран запада и т. д.

Именно это изменение в рассмотрении роли женщин в семье и обществе приводит, как полагает автор, к тому, что исследования ученых экономистов с использованием статистики сравнительно большого временного периода, приводят к столь значительному разрыву между мужчинами и женщинами в уровнях повышения доходов от получения образования и освоения необходимых для дальнейшей работы навыков. Например, исследования, проводимые группой экономистов Всемирного банка в странах Латинской америки, показали, что даже несмотря на спады в экономике в 1970-е – 1990-е годы тенденция к росту доли женщин в числе работающего населения, начавшаяся в середине-конце 1950-х годов, продолжала неуклонно усиливаться.

Однако, безусловно, у подобной тенденции имелась и имеется не только социально-общественные, но и экономические причины. С расширением сферы услуг в стране возникает, в том числе, и возможность определенные традиционные работы, выполняемые в доме, семье женщиной, включая бытовые, уход за детьми, «делегировать» сектору услуг, в том числе и за счет предоставления таких услуг государственными предприятиями. В итоге под влиянием экономических факторов – развития сектора услуг, происходит транфсормация и социальных факторов – изменение взглядов на роль женщины в семье и обществе, что, в свою очередь, влияет на экономику, позволяя женщинам стать частью работающего населения.

Описанные выше факторы могут повысить количество женщин, желающих работать, однако сами по себе они не могут обеспечить рост предложения работы для женщин, особенно работы, требующей определенных навыков и квалификации, и, как следствие, не могут обеспечить повышение реальных доходов женщин и ликвидировать разрыв между их доходами и доходами мужской части работающего населения. Такая диспропорция может быть ликвидирована или хотя бы уменьшена за счет: (1) повышения образовательного уровня женщин и освоения ими навыков, необходимых для более квалифицированного труда, (2) изменения правовых основ экономики, особенно сферы трудового законодательства.

Между тем, как показывает практика, реальное снижение указанной диспропорции происходит достаточно медленно. Даже в конце 20-го века в странах Латинской Америки, не говоря уже о еще менее развитых странах, вознаграждение женщин за труд оставалось значительно более низким, чем мужчин. Даже при условии выполнения ими одних и тех же или схожих по уровню квалификации трудовых обязанностей. Причем это касается не только низкооплачиваемых слоев населения, но и квалифицированных работников, получивших среднее и даже высшее образование. Как, например, подчеркивают Дж. Псахаропулос и З. Тсанатос в работе «Доходы латиноамериканских женщин и участие их в составе трудовых ресурсов»[44] во всех странах региона, в которых экономисты проводили исследование, женщины получали более низкие заработные платы, чем мужчины, и подобные гендерные различия в обеспечении трудовых ресурсов являются результатом примерно трети полученной в ходе исследования разницы в доходах. Это наглядно демонстрирует наличие гендерной дискриминации в вопросах труда и заработной платы.

Задача государства – создание реальных возможностей для женщин реализовывать свои способности и свое право на труд и на получение достойного вознаграждения за труд, особенно в условиях, когда социально-общественные механизмы в этой сфере недостаточно развиты для обеспечения женщин работой и для недискриминационной оплаты их труда. Именно в таких условиях образование становится одним из главных факторов, которые могут оказывать реальное влияние на ситуацию с женским трудом и на уровень доходов женщин. В качестве другого действенного инструмента можно назвать развитие сектора государственных услуг по обеспечению ухода за детьми (ясли, детские сады и т. п.), а также совершенствование законодательства, прежде всего, законодтаельства по вопросам образования, трудового и семейного права. Использование таких рычагов позволит повысить и эффективность и снизить уровень бедности. Как показало вышеуказанное исследование экономистов Всемирного банка в латиноамериканских странах даже изменения в законодательство о налогах и сборах позволило многим странам ликвидировать излишние препятствия для фактического роста доходов женщин.

Таким образом, на примере положения отдельной категории жителей и на примере отдельных стран, как теоретически, так и эмпирически, явно прослеживается связь между образованием и повышением уровня доходов населения.

Экономическая статистика демонстрирует, что соотношение величины дохода, включающего надбавку на образование с уровнем образования выше в развитых технологически странах. Более того, наблюдается своеобразный скачок в надбавках на образование, и если среднюю величину надбавки получают большее количество людей без высшего образования, но с предпринимательской инициативой (малый и частный бизнес), то повышение надбавки меняет картину – на этом уровне явно преобладает число людей с высшим образованием, что было отмечено американскими учеными еще в начале 1990-х годов – см. таблицу 2.1.

Табл. 2.1. Годовой доход мужчин старше 25 лет

	Количество человек в тысячах
Доходы	Без высшего образования	Со степенью бакалавра
20.000-25.000 долларов США и выше	21.809	16.785
45.000-50.000 долларов СШЫ и выше	3.585	6.850

Источник: Дайджест статистки образования. Национальный Центр по Статистика в Сфере Образования США, 1992, 94-115.

В последние десятилетия значение образования явно возросло, и разрыв в доходах в зависимости от уровня образования увеличился – см. таблица 2.2.

Табл. 2.2. Годовой доход мужчин старше 25 лет

	Количество человек в тысячах
Доходы	Без высшего образования	Со степенью бакалавра
30.000 – 35.000	8.000	6.300
35.000 – 40.000	6.800	6.000
40.000-50.000 долларов	11.700	12.800
50.000-75.000 долларов	17.100	24.200
75.000-100.000 долларов	6.100	11.000
100.000 и более	7.500	17.100

Подсчитано по данным The National Center for Education Statistics (NCES), 2006 год.

Более полная статистика распределения доходов и среднего дохода лиц старше 25 лет по уровню образования и полу приведено в приложении 3.

Потребности человека не ограничиваются только материальными потребностями, а наоборот, расширяются и усложняются по мере удовлетворения последних. В первой главе, когда исследовалась сущность образовательной услуги как категории не только экономической, но и социальной, подчеркивалось, что образование ведет к трансформации и передаче обучаемому не только набора необходимых для практической экономической деятельности знаний и умений, но иных разнообразных знаний, необходимых для обустройства индивида в социуме, его культурного и духовного роста и т. д.

В свою очередь, полученные индивидом знания отражаются на его жизни, экономической и социальной, на жизни окружающего его социума и в конечном итоге – на жизни всего общества. Из приведенной далее таблицы, в которой автор свел результаты исследования основных направлений, по которым происходит это подобное цепной реакции взаимодействие, виден тот набор выгод, который получают от повышения уровня образованности индивиды и общество (социум), причем выгоды эти сгруппированы на две большие категории – экономические и социальные.

Таблица 2.3.

	Матрица выгод, приносимых высшим образованием
	Общественные	Частные
Экономические выгоды	·  Увеличение объема налогов, поступающих в бюджет ·  Повышение производительности ·  Увеличение потребления ·  Повышение гибкости и адаптивности рабочей силы ·  Уменьшение нагрузки на фонды социального страхования и иные формы государственной поддержки	·  Более высокий уровень заработной платы и иных компенсаций ·  Востребованность на рынке труда и как следствие стабильная занятость ·  Повышение объема сбережений ·  Улучшение условий труда и отдыха ·  Повышение уровня жизни индивида ·  Профессиональная и личная мобильность
Социальные выгоды	·  Повышение уровня жизни населения ·  Социальная адаптивность населения ·  Улучшение демографической обстановки ·  Снижение уровня преступности ·  Повышение сплоченности общества ·  Уменьшение этнических и иных социальных конфликтов ·  Повышение пожертвований на благотворительность и на иные социально значимые цели ·  Повышение степени адаптивности к новым знаниям, технологиям, а также к их распространению в обеществе	·  Здоровье ·  Увеличение продолжительности жизни ·  Обеспечение определенного уровня жизни детей и внуков ·  Повышение личного социального статуса ·  Улучшение процесса принятия решений индивидом как потребителем как экономических, так и социальных благ ·  Возможность заниматься иными видами деятельности помимо работы, включая занятия спортом, хобби, т. е. обеспечение необходимой степени рекреации

Если снова обратиться к сопоставлению социальных и частных (индивидуальных) выгод от образования в разных странах в разбивке по уровням образования, то можно проследить следующую закономерность: если в технологически развитых странах высок уровень возрастания доходов, прежде всего, индивидуальных за счет повышения образовательного уровня выше среднего, то в странах, менее технологически развитых или развивающихся прослеживается противоположная тенденция – выгода в плане возрастание доходов значительно выше в сфере начального образования по сравнению со средним и высшим. Социальная же выгода выше от начального и среднего образовательных уровней по сравнению с социальной выгодой от высшего образования во всех странах, а выгода от среднего образования выше выгоды от высшего – см. таблицу 2.4.

Таблица 2.4.

	Социальные выгоды	Частные (индивидуальные) выгоды
	Начальное	Среднее	Высшее	Начальное	Среднее	Высшее
Страны Центральной Африки	24,3	18,2	11,2	41,3	26,6	27,8
Азия (страны, не входящие в ОЭСР)	19,9	13,3	11,7	39,0	18,9	19,9
Европа/Ближний Восток/Северная Африка (страны, не входящие в ОЭСР)	15,5	11,2	10,6	17,4	15,9	21,7
Латинская и Центральная Америка	17,9	12,8	12,3	26,2	16,8	19,7
Страны ОЭСР	Нет данных	10,2	8,7	Нет данных	12,4	12,3

Источник: Psacharopoulos G. Returns to Investment in Education. World Development, 22(9).

Между тем, возвращаясь к вопросу соотношения количественных и качественных параметров развития национальных систем образования и рынков образовательных услуг, еще раз, по мнению автора, следует подчеркнуть, что только учет обоих параметров позволит на практике реализовать теоретически возможное соотношение между образованием и ростом доходов.

Конечно, на развитии когнитивных навыков у подрастающих поколений сказывается не только само по себе качество школьного преподавания. Степень, в какой такие навыки прививаются школьникам равного возраста, разнится от страны к стране. Причин этому множество. Среди главных можно выделить различие в культуре в целом и в культуре образования и преподавания, в той роли, которую играют семьи в развитии таких навыков у детей. Не последнюю роль играет и уровень жизни учащихся. Недостаточное и лишенное всех необходимых для развития организма веществ питание, слабое здоровье, плохие жилищные условия – все это также напрямую сказывается и на степени и скорости усвоения учебного материала и овладения когнитивными навыками, и способности людей к обучению в целом.

К сожалению, если информация о количестве проходящих обучение в различных странах мира собирается и достаточно доступна для ознакомления и оценки, в том числе и в рамках работы по достижению Целей развития Декларации тысячелетия ООН, то информации о реальном уровне получаемых знаний значительно меньше, а информация о качестве предлагаемых образовательных услуг и сравнительные характеристики систем образования разных стран по качественным параметрам практически недоступны.

Как уже говорилось в предыдущей главе, такие характеристики образовательных услуг, как их нематериальность, неосязаемость, несохраняемость затрудняют оценку их качества с точки зрения потребителей. То же самое можно сказать и об исследовании отдельных компонентов образовательных услуг и составляющих образовательного процесса, предоставляемого тем или иным образовательным учреждением. Поэтому в этой области больше эмпирического характера исследований, пытающихся на основе сопоставления ряда статистических данных выявить те или иные компоненты образовательных услуг, непосредственно влияющих на качество получаемых в результате оказания таких услуг результатов. Цель таких исследований – выявление тех или иных составляющих образовательного процесса, которые, сказываясь положительно или отрицательно на фактическом уровне освоения учащимися знаний, умений и навыков в ходе обучения, опосредованно являлись бы основой для дальнейшего обеспечения конкурентных преимуществ таких учащихся на рынке труда, а, значит, и роста их благосостояния и экономического роста общества.

Такие эмпирические исследования показали весьма интересную корреляцию между отдельными компонентами образовательного процесса и качество получаемого образования.

Еще в 1966 году группа ученых США провела исследование в средних школах страны. Исследование охватывало четыре тысячи школ и 575 тысяч учащихся[45]. Результаты явились своего рода неожиданностью как для ученых, так и для Комитета по образованию США. Ни один из стандартно относимых к качеству предоставления образовательных услуг параметров, таких как количественное соотношение между учениками и учителями, расходы на одного ученика, качество материальной базы, число книг в школьных библиотеках, не мог объяснить разницу в уровне знаний, фактически усвоенных учащимися. Уровень фактического усвоения учащимися знаний зависел практически полностью от семейных условий и условий формирования их преподавателей. Одним из основных выводов, сделанных в ходе исследования явилось то, что увеличение расходов на образование само по себе не обеспечивает повышение его качества.

Схожие по принципам исследования, проведенные учеными среди нескольких тысяч учащихся двенадцати средних школ Англии, показали, что материальные факторы напрямую не обуславливали различие в фактическом усвоении знаний учащимися. Ученые смогли выявить неосязаемые, как и сами знания, факторы, с которыми были напрямую связаны результаты в фактическом уровне подготовки учащихся. Комплекс этих факторов исследователи назвали «этос», под которым понималась организационная культура, свойственная данному образовательному учреждению. Лучшие показатели по фактическому уровню усвоения полученных в ходе образовательного процесса знаний и информации в тех типах «этоса», которые прививали учащимся представления о важной роли образования и дисциплинированность в обучении, а также активно использовали меры поощрения, отличались тщательно отработанными учебными планами и материалами к урокам, а также частотой домашних заданий[46].

В отличие от исследований Колемана, исследования английских ученых проводились в динамике – с учетом прогресса учеников в обучении за определенный промежуток времени, что подтверждало, что взаимосвязь между «этосом» и высоким уровнем фактического усвоения знаний – не просто случайное совпадение.

Разумеется, эти и им подобные исследования нельзя трактовать, как абсолютные. В последующие годы в разных странах проводилось множество исследований на эту же тему, результаты которых варьировались. В экономической литературе эти исследования также подвергались критике. Сам Колеман в последующих исследованиях в 1980-е годы пришел отчасти к противоречащим первому исследованию результатам, показав более высокие результаты в обучении учеников частных школ по сравнению с публичными (государственными). С другой стороны, семейные условия и отношение к обучению в семьях учеников частных школ могло отличаться от этих параметров у учеников публичных школ.

Что демонстрируют в итоге проиллюстрированные на перечисленных примерах исследования? Автор полагает, что ни в коем случае из них не следует вывод о незначительности факторов финансирования и материального обеспечения образовательного процесса для качества последнего и результатов его – то есть фактического уровня освоения обучающимися индивидами набора теоретических знаний и практических умений и навыков, способных повысить его экономический и социальный статус в будущей трудовой и общественной жизни. Речь идет скорее о том, что само по себе обеспечение материальной и финансовой базы образования не может дать качественного скачка в образовании.