Методика расследования преступлений (стр. 22 )

Прослушивание телефонных переговоров, как правило, сопровождается фиксацией получаемой информации на магнитные носители. Порядок проведения ПТП и оформление его результатов регламентируются специальными ведомственными и межведомственными нормативными актами. Магнитные носители информации с оригиналами записей контролируемых переговоров в случае необходимости использования в процессе доказывания могут передаваться органу расследования с разрешения исполнителя мероприятия. Фонограмма записи контролируемых переговоров направляется органу расследования с сопроводительным письмом или постановлением, утвержденным руководителем МВД (УВД) субъекта Российской Федерации.

Снятие информации с технических каналов связи - это оперативно-техническое мероприятие, заключающееся в перехвате с помощью специальных технических средств открытой (незашифрованной) информации, передаваемой проверяемыми лицами по техническим каналам связи.

Термин "технические каналы связи" в других законодательных актах, кроме Закона об ОРД, не встречается, поэтому его содержание весьма неопределенно. Согласно ведомственным инструкциям системы МВД России к техническим каналам отнесены телексные, факсимильные, селекторные, радиорелейные каналы передачи данных, линии абонентского телеграфирования и т. п. Правомерно отнести сюда компьютерные сети и различные радиопереговорные устройства, основанные на использовании радиоволн.

Данное мероприятие осуществляется только на основании соответствующего судебного решения с использованием оперативно-технических сил и средств органов внутренних дел и Федеральной службы безопасности. Порядок снятия информации с технических каналов связи и оформление их результатов регламентируются отдельными межведомственными и ведомственными нормативными актами.

Гласное снятие информации проводится непосредственно сотрудником оперативного подразделения с привлечением при необходимости лиц, оказывающих ему добровольное содействие, в том числе и специалистов.

Результаты снятия информации оформляются при проведении лично оперативным сотрудником справкой или рапортом, а в случае участия в проведении рассматриваемого мероприятия других лиц, в том числе специалистов, - актом. В случаях использования при снятии информации компьютерных дискет и иных физических носителей копированной информации это оформляется в виде приложения к вышеуказанным документам или отдельными документами (справками, актами и т. п.). Полученные носители информации могут быть впоследствии представлены следователю для использования в процессе доказывания по уголовным делам при отсутствии в них сведений, составляющих государственную тайну.

Оперативное внедрение - это способ получения информации путем легендированного ввода сотрудников оперативных подразделений и лиц, оказывающих им конфиденциальное содействие, в преступную группу в целях разведывательного сбора информации, необходимой для решения задач ОРД.

Субъектами оперативного внедрения могут быть: 1) штатные негласные оперативные сотрудники, принадлежность которых к органам внутренних дел зашифрована; 2) оперативные сотрудники, исполняющие свои должностные обязанности на гласной основе; 3) другие сотрудники органов внутренних дел; 4) лица, оказывающие конфиденциальное содействие органам, осуществляющим ОРД.

В процессе оперативного внедрения оперативными работниками могут в целях конспирации использоваться документы, зашифровывающие их личность, а также ведомственную принадлежность предприятий, помещений и используемых транспортных средств.

Лица, внедренные в преступную группу, могут имитировать преступную деятельность, в том числе путем причинения вреда правоохраняемым интересам других лиц при правомерном осуществлении служебного долга. Так, например, в соответствии со ст. 36 Федерального закона "О наркотических средствах и психотропных веществах" при проведении оперативного внедрения для имитации преступной деятельности разрешается безлицензионное использование наркотических средств и психотропных веществ.

Информация, полученная в результате оперативного внедрения, оформляется рапортом оперативного сотрудника или сообщением лиц, оказывающих конфиденциальное содействие.

Сотрудники оперативных аппаратов, исполняющие свои должностные обязанности на гласной основе, в случае необходимости могут выступать в качестве свидетелей в рамках уголовного дела.

Контролируемая поставка - способ получения информации о признаках преступной деятельности путем установления контроля за поставкой, покупкой продажей, перемещением предметов, веществ и продукции, свободная реализация которых запрещена либо оборот которых ограничен, а также являющихся объектами или орудиями преступных посягательств.

Контролируемая поставка предметов, веществ, изделий и продукции, свободная реализация которых запрещена либо оборот которых ограничен, проводится на основании мотивированного постановления, которое утверждается руководителем органа, осуществляющего ОРД. Перед началом проведения такой поставки все участвующие в ней лица должны быть ознакомлены с данным постановлением. Оригинал постановления на период проведения контролируемой поставки должен находиться у одного из сотрудников оперативного подразделения, обеспечивающих контроль за перемещением объектов, и может при необходимости использоваться им для устранения возникающих при этом препятствий.

К предметам и веществам, свободная реализация которых запрещена либо оборот которых ограничен, относятся: имущество, добытое преступным путем (ст. 175 УК РФ); поддельные деньги и ценные бумаги (ст. 186 УК РФ); поддельные кредитные расчетные карты и расчетные документы (ст. 187 УК РФ); средства доставки оружия массового поражения, вооружение и военная техника, в отношении которых установлен специальный экспортный контроль (ст. 189 УК РФ); драгоценные металлы, природные драгоценные камни и жемчуг (ст. 191 УК РФ); радиоактивные материалы (ст. 220 УК РФ); оружие, боеприпасы или взрывчатые вещества (ст. 222 УК РФ); наркотические средства или психотропные вещества (ст. 228 УК РФ); сильнодействующие или ядовитые вещества (ст. 234 УК РФ); порнографическая продукция (ст. 242 УК РФ); официальные документы и государственные награды (ст. 324 УК РФ); поддельные документы, штампы, печати, бланки (ст. 327 УК РФ); оружие массового поражения (ст. 355 УК РФ).

Контролируемая поставка по своему содержанию включает в себя целый комплекс оперативно-розыскных мероприятий. В частности, при проведении контролируемой поставки могут опрашиваться лица, осведомленные о перемещаемом товаре, наводиться справки о документальном оформлении груза, собираться его образцы, осуществляться как физическое, так и электронное наблюдение за перемещением контролируемого объекта, прослушиваться телефонные переговоры участников незаконной операции и т. д.

Контролируемые поставки подразделяются на три основных вида:

внутренние - проводимые на территории Российской Федерации;

внешние - осуществляемые в установленном международными соглашениями и договорами порядке на территории иностранных государств;

транзитные - в отношении объектов, перемещаемых через территорию Российской Федерации по инициативе правоохранительных органов иностранных государств или международных правоохранительных организаций.

Внешние контролируемые поставки проводятся только с разрешения руководителей центральных аппаратов МВД, ФСБ, ГТК, ФПС России по согласованию с правоохранительными органами иностранных государств. Транзитные контролируемые поставки проводятся по поручению этих же руководителей на основании официальных запросов международных правоохранительных организаций.

Контролируемая поставка, как правило, проводится по плану, утверждаемому руководителем органа, являющегося ее инициатором, и согласованному с руководителями других органов и ведомств, привлекаемых к ее реализации. В плане указываются основания для ее проведения, поставленные цели и задачи, используемые силы и средства, предполагаемые финансовые расходы, мероприятия по документированию преступных действий, меры по обеспечению безопасности участников и порядок использования полученных результатов.

В планах и постановлениях на проведение контролируемой поставки запрещается указывать сведения о личности привлекаемых к ее реализации штатных негласных сотрудников и лиц, оказывающих конфиденциальное содействие.

Результаты контролируемой поставки оформляются различными документами в зависимости от достигнутых целей и задач: рапортом, справкой, приходно-расходными и другими документами, объяснениями граждан, актом контролируемой поставки, иными носителями информации, которые могут использоваться в процессе доказывания по уголовным делам.

Оперативный эксперимент - это способ получения информации путем воспроизведения негласно контролируемых условий и объектов для установления противоправных намерений лиц, обоснованно подозреваемых в подготовке или совершении тяжких и особо тяжких преступлений.

Оперативный эксперимент проводится на основании постановления, утвержденного руководителем органа, осуществляющего ОРД, и только в целях выявления, пресечения и раскрытия тяжких и особо тяжких преступлений, признаки которых определены в ст. 15 УК РФ.

Оперативный эксперимент может проводиться как в отношении конкретных лиц, обоснованно подозреваемых в преступной деятельности (получение взяток, торговля оружием, операции с наркотиками и т. п.), так и для выявления намерений неизвестных лиц, совершающих серийные преступления, путем применения различных "ловушек" и "приманок".

Если в ходе оперативного эксперимента подозреваемое лицо совершает действия, содержащие признаки преступления, то за содеянное оно привлекается к уголовной ответственности по действующему законодательству.

При проведении оперативного эксперимента допускается вынужденное причинение вреда правоохраняемым интересам личности и государства, совершаемое при правомерном выполнении лицом своего служебного или общественного долга. Как уже указывалось, в соответствии со ст. 36 Федерального закона "О наркотических средствах и психотропных веществах" при проведении оперативного эксперимента для имитации преступной деятельности разрешается безлицензионное использование наркотических средств и психотропных веществ.

Результаты оперативного эксперимента оформляются рапортом сотрудника оперативного подразделения, а в случае выявления преступлений или лиц, к ним причастных, - актом оперативного эксперимента, который по своей форме и содержанию в максимально допустимых пределах должен соответствовать требованиям, предъявляемым к составлению протокола следственного эксперимента, без указания в нем сведений, составляющих государственную тайну. К акту приобщаются физические носители информации, полученные в результате использования в процессе проведения оперативного эксперимента специальных технических и иных средств, которые могут использоваться в процессе доказывания.

В ходе осуществления оперативно-розыскных мероприятий используются информационные системы правоохранительных органов, создаваемые на основании ведомственных нормативных актов, а также технические средства. Последние могут быть как общего назначения (бытовые диктофоны, фотоаппараты, видеокамеры и др.), так и специально изготовленными для негласного получения информации. Перечень видов специальных технических средств, предназначенных (разработанных, приспособленных, запрограммированных) для негласного получения информации в процессе осуществления оперативно-розыскной деятельности, утвержден постановлением Правительства РФ от 1 июля 1996 г. N 770*(712). Данный нормативный акт к специальным техническим средствам, предназначенным для негласного получения информации, относит:

1) специальные технические средства для негласного получения и регистрации акустической информации;

2) специальные технические средства для негласного визуального наблюдения и документирования;

3) специальные технические средства для негласного прослушивания телефонных переговоров;

4) специальные технические средства для негласного перехвата и регистрации информации с технических каналов связи;

5) специальные технические средства для негласного контроля почтовых сообщений и отправлений;

6) специальные технические средства для негласного исследования предметов и документов;

7) специальные технические средства для негласного проникновения и обследования помещений, транспортных средств и других объектов;

8) специальные технические средства для негласного контроля за перемещением транспортных средств и других объектов;

9) специальные технические средства для негласного получения (изменения, уничтожения) информации с технических средств ее хранения, обработки и передачи;

10) специальные технические средства для негласной идентификации личности.

Порядок предоставления материалов, полученных в результате оперативно-розыскной деятельности органом расследования, определен инструкцией*(713), в соответствии с которой результаты ОРД, представляемые для решения вопроса о возбуждении уголовного дела, должны содержать достаточные данные, указывающие на признаки преступления, а именно: сведения о том, где, когда, какие признаки и какого именно преступления обнаружены, при каких обстоятельствах имело место обнаружение признаков преступления, сведения о лице (лицах), его совершившем (если оно известно), очевидцах преступления (если они известны), о местонахождении следов преступления, документов и предметов, которые могут стать вещественными доказательствами, о любых других фактах и обстоятельствах, имеющих значение для решения вопроса о возбуждении уголовного дела.

Результаты ОРД, предоставляемые для подготовки и осуществления следственных действий, должны содержать сведения о лицах, скрывающихся от органов расследования, о возможных источниках доказательств, лицах, которым известны обстоятельства и факты, имеющие значение для уголовного дела, о местонахождении орудий и средств совершения преступления, денег и ценностей, нажитых преступным путем, предметах и документах, связанных с обстоятельствами предмета доказывания, и о других фактах и обстоятельствах, позволяющих определить объем и последовательность проведения следственных действий, выбрать наиболее эффективную тактику их производства, выработать оптимальную методику расследования по конкретному уголовному делу.

Результаты ОРД, предоставляемые для использования в доказывании по уголовным делам, должны позволять формировать доказательства, удовлетворяющие требованиям уголовно-процессуального законодательства, предъявляемым к доказательствам в целом, к соответствующим видам доказательств, и содержать сведения, имеющие значение для установления обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу, указания на источник получения предполагаемого доказательства или предмета, который может стать доказательством, а также данные, позволяющие проверить в условиях судопроизводства доказательства, сформированные на их основе.

Предоставление оперативными подразделениями результатов ОРД органу расследования осуществляется на основании постановления руководителя этого органа и означает передачу в установленном законодательством Российской Федерации порядке конкретных оперативно-служебных документов, которые после определения их относимости и значимости для уголовного судопроизводства могут быть приобщены к уголовному делу.

При подготовке материалов необходимо учитывать, что сведения об используемых или использованных при проведении негласных ОРМ силах, средствах, источниках, методах, планах и результатах оперативно-розыскной деятельности, о лицах, внедренных в организованные преступные группы, о штатных негласных сотрудниках и о лицах, оказывающих (оказывавших) им содействие на конфиденциальной основе, а также об организации и тактике проведения ОРМ составляют государственную тайну.

Предоставление результатов включает в себя:

вынесение руководителем органа, осуществляющего ОРД, постановления о предоставлении результатов ОРД органу дознания, следователю, прокурору или в суд;

вынесение, при необходимости, постановления о рассекречивании отдельных оперативно-служебных документов, содержащих государственную тайну;

оформление сопроводительных документов и фактическую передачу материалов (пересылка по почте, передача с нарочным и т. п.).

Результаты ОРД могут быть представлены в виде обобщенного официального сообщения (справки-меморандума) или в виде подлинников соответствующих оперативно-служебных документов.

Степень секретности предоставляемых материалов, виды приложений и способ передачи определяются в соответствии с правилами ведения секретного делопроизводства в каждом конкретном случае отдельно, в том числе в зависимости от существа полученного запроса (поручения) и наличия сведений, подлежащих засекречиванию.

Предоставляемые материалы должна сопровождать информация о времени, месте и обстоятельствах изъятия в ходе оперативно-розыскной деятельности предметов и документов, получения видео - и аудиозаписей, кино - и фотоматериалов, копий и слепков, должно быть приведено описание индивидуальных признаков указанных предметов и документов.

Допускается предоставление материалов в копиях, в том числе с переносом наиболее важных моментов (разговоров, сюжетов) на единый носитель, что обязательно оговаривается в сопроводительных документах (протоколах).

Оформление результатов ОРД, полученных при проведении оперативно-технических мероприятий, осуществляется в соответствии с требованиями Инструкции "Об основах организации и тактики проведения оперативно-технических мероприятий", утвержденной совместным приказом ФСБ России, МВД России, СВР России, ФСО России, Службы безопасности Президента РФ, ФПС России, ФСНП России, ГТК России от 01.01.01 г.

Предоставление результатов ОРД, полученных при выполнении поручения органа расследования о производстве оперативно-розыскных мероприятий по находящимся в их производстве уголовным делам, осуществляется в соответствии с указанной Инструкцией.

При отсутствии возможностей для проведения оперативно-розыскных мероприятий по поручению органа расследования им в течение трех дней с момента получения поручения направляется мотивированное письмо за подписью руководителя органа, на который было возложено исполнение данного поручения.

Завершая исследование проблем тактических комплексов в качестве элемента пространственной структуры частных криминалистических методик рассмотрением процессуальных действий и ОРМ, следует отметить, что перечисленными действиями (мероприятиями) содержание данного элемента (средства, ресурса) не ограничено. В качестве тактических комплексов следует рассматривать комплексы тактических приемов, направленных на организацию и реализацию взаимодействия органа расследования с: 1) контролирующими и иными государственными органами; 2) различными предприятиями, учреждениями и организациями; 3) общественными объединениями; 4) другими правоохранительными органами и компетентными органами зарубежных стран, а также со специалистами и экспертами.

Вместо заключения

Проведенное исследование проблем методик расследования преступлений позволяет сформулировать следующие выводы.

Во-первых, кризис общей системы науки криминалистики в целом и криминалистической методики в частности позволяет предположить, что криминалистика находится в преддверии появления новой научной парадигмы. Именно с такой научной парадигмой связываются надежды не столько в связи с новым уровнем научных исследований (качественным уровнем развития криминалистики), сколько с ее преобразованием. Тем более в отечественной криминалистике тенденция к системным преобразованиям наблюдается на протяжении всей истории ее развития. Как известно, из криминалистики выделилась в самостоятельную отрасль знаний теория оперативно-розыскной деятельности, небезосновательно претендует на эту же роль теория судебных экспертиз. Таким образом, уже на современном этапе можно констатировать, что первоначальное содержание (структура) науки криминалистики "потеряло" ряд элементов, что не позволяет говорить о системе криминалистики как неизменной. В связи с этим необходимо ответить на основной вопрос: можно ли первоначальное название системы научных знаний использовать в дальнейшем? Следствием "потери" некоторых структурных элементов криминалистики, которые в совокупности с оставшимися составляли вполне определенное ее содержание (сущность), явилось изменение статуса данной области научных знаний.

Данный вопрос не так прост, как может показаться. Достаточно обратиться к зарубежному опыту развития науки криминалистики. Так, например, о современном понимании науки криминалистики немецкими учеными и практическими работниками можно судить по одному из наиболее популярных двухтомному учебнику "Криминалистическая компетенция", изданному коллективом из 25 авторов, в том числе ответственных практических работников немецкой полиции, под общей редакцией криминальдиректора . По мнению авторов, "криминалистика - это наука о стратегии и методике раскрытия преступлений и изобличения преступников с помощью оперативных, тактических и технических способов борьбы с преступностью". Кроме того, из структуры учебника по криминалистике можно судить о том, что наука криминалистика наряду с проблемами оперативно-розыскной деятельности (глава 1) также изучает и криминологические проблемы (глава 4) и проблемы предупреждения преступлений (глава 6)*(714). Таким образом, немецкая криминалистика продолжает изучать те аспекты раскрытия, расследования и предупреждения преступлений, которые, по существу, и определили данную область научных знаний в конце XIX - начале ХХ вв. Отечественная криминалистика, избрав свой путь развития, невольно сузила объект научного познания, что не может не породить следующий вопрос (о соответствии названия научной области знаний его содержанию): правомерно ли продолжать определять первоначальным названием науку, которая не исследует объект, предопределивший ее название? На этот вопрос необходимо дать ответ современным криминалистам.

Если даже допустить, что криминалистика как система научного знания себя изжила (хотя в настоящее время об этом говорить несколько преждевременно), то в такой постановке вопроса нет ничего трагичного. Любая система, а значит, и криминалистика, коль скоро она признается системой научных знаний, на определенном этапе своего развития имеет свойство к разрушению, прекращению своего существования. В то же время, следуя законам диалектики, на смену исчезающей системе должна прийти другая, а может быть, и несколько систем научных знаний.

Во-вторых, современная структура криминалистики в целом и криминалистической методики как ее раздела предполагает поиск новых путей разрешения таких проблем. При этом, как представляется, результаты поиска новых подходов к построению структуры криминалистики находятся в непосредственной связи с пониманием структуры и содержания методики расследования преступлений (частных криминалистических методик).

В-третьих, одной из ключевых проблем современной структуры криминалистики, по моему мнению, является правильное определение места организационных аспектов в системе криминалистики в целом и криминалистической методики (методиках расследования преступлений) в частности.

В-четвертых, рассмотрение истории криминалистической методики позволило выявить некоторые аспекты, обосновывающие возможность рассмотрения проблем методики расследования преступлений, как, впрочем, и всей науки криминалистики, с технологических позиций (используя технологический подход).

Значимость указанных и иных исследованных в настоящей работе проблем предопределила подробное изложение в заключительном разделе предлагаемый авторский вариант ее разрешения. Одновременно хотелось бы избежать распространенных в настоящее время издержек, коренящихся, как пишет , не в объективных потребностях обновления тех или иных понятий и терминов, а в заблуждениях или амбициях криминалистов, стремящихся таким нехитрым способом оставить свой след в науке*(715).

Обосновывая необходимость приведения науки криминалистики в стройную и непротиворечивую систему научных знаний, представляется возможным предложить внести в название ее разделов изменения, а именно: третий раздел именовать "Технология тактических комплексов", а четвертый - "Технология расследования преступлений" (оставив первые два раздела криминалистики с традиционными названиями).

На первый взгляд, каких-либо изменений системы криминалистики в связи с предлагаемыми изменениями названий ее разделов не произойдет. Тем более само предложение нельзя отнести к абсолютно новому. Так, в одном из учебников по криминалистике коллективом авторов уже осуществлена попытка ввести в название трех разделов криминалистики термин "технология"*(716). Но в отличие от этой попытки, которую, скорее, можно отнести к разряду научного эксперимента, в предлагаемом варианте содержится принципиально иной подход. Изменение названий разделов связано с изменением их структуры относительно действующих, в том числе и структуры учебника по криминалистике, в котором термин "технология" используется скорее в качестве "приставки" к традиционным названиям разделов и не несет никакой полезной нагрузки.

Во-первых, предлагается из разделов "Криминалистическая техника", "Технология тактических комплексов" и "Технология расследования преступлений" перенести общие положения в первый раздел, т. к. частные криминалистические теории в настоящее время "впитали" все аспекты этих положений. Таким образом, будет решена задача устранения дублирования многочисленных повторений и, как следствие, сама наука криминалистика будет отвечать принципу системности.

Во-вторых, все вопросы организации расследования преступлений, в том числе связанных с использованием криминалистической техники, предлагается излагать в самостоятельном подразделе первого раздела - "Общая теория криминалистики". Реализация общих положений организации расследования преступлений будет происходить предметно при рассмотрении (исследовании) проблем криминалистической техники, технологии тактических комплексов и технологии расследования преступлений.

В-третьих, предложенный подход к системе криминалистики позволит начать процедуру ликвидации (замены) условно-понятийного аппарата, как говорится, "с головы". При этом тактика и методика расследования преступлений будут рассматриваться в рамках соответствующих разделов как их необходимый элемент наряду с организацией тактических комплексов либо организацией расследования преступлений, соответственно.

В результате реализации перечисленных предложений система криминалистики приобретет более стройный характер, будет отвечать формально-логическому (логико-гносеологическому) принципу построения науки, а также учитывать исторические закономерности развития системы науки криминалистики.

Попытки определить новую науку как "техническая полиция" или "научная техника расследования преступлений" (), "уголовная техника" или "научно-технические приемы расследования преступлений" (, затем - Г. Шнейкерт, А. Ивенин, ), а несколько позже "полицейская техника" (Э. Локар) продиктованы подсознательным пониманием авторов техники (в широком значении этого слова) как формы проявления любой человеческой деятельности, которая может характеризоваться негативными или положительными свойствами. К первым свойствам сторонники так называемого технического подхода относили преступные деяния (технику преступлений), ко второй - деятельность следователя и суда по расследованию преступлений (технику расследования).

Дискуссия, носившая скорее заочный характер, разрешилась в пользу названия "Криминалистика". При этом отечественная наука стала искать собственный путь развития криминалистики, что было обусловлено политическими событиями в нашей стране, совпавшими с периодом становления науки.

Исследования, проведенные автором, показали, что поиск своего собственного пути развития привел советскую криминалистику к: 1) ее отмежеванию от криминологии, составной частью которой, по мнению Г. Гросса, она является; 2) компромиссу между авторами новой отрасли научных знаний, согласно которому "Уголовная техника" и "Уголовная тактика" наряду с "Методикой расследования" стали самостоятельными разделами науки криминалистики. По этому пути отечественная криминалистика и развивается до настоящего времени (несколько изменив названия указанных разделов и появился еще один раздел "Общая теория криминалистики").

Избрав собственный путь развития, советская криминалистика всячески "открещивалась" от технического (технологического) подхода, о чем свидетельствует критика в адрес зарубежных, а также некоторых советских криминалистов.

В криминалистике понятие "технология" впервые было использовано (1995 г.)*(717). В последующем данный термин все больше стал применяться в научно-криминалистических исследованиях*(718) и учебно-практической литературе*(719). Как представляется, данное понятие применяется криминалистами скорее интуитивно, по наитию, но не как научно обоснованная категория, используемая в целенаправленных криминалистических исследованиях.

Подчеркивая, что рассматриваемое понятие применяется криминалистами как в качестве самостоятельной категории, так и в конструкции с другими криминалистическими категориями (например, "технология расследования", "технология преступлений", "технология производства следственных действий", "экспертные технологии" и т. п.), автор попытался в своих работах проанализировать его гносеологию и онтологию*(720). Сформулировал свое определение технологии: это абстрактное научное понятие о функционально-информационной модели, дающей представление о целенаправленной и упорядоченной совокупности действий (деятельности), обеспеченных соответствующими ресурсами.

Любые действия или совокупность действий характеризуют деятельность субъекта-человека. Такая деятельность может носить положительный или негативный характер. Так, в криминалистике деятельность такого субъекта как орган расследования носит выраженный положительный характер, а деятельность преступника (точнее, преступная деятельность субъекта) - негативный (отрицательный) характер. Но в любом случае такая деятельность является целенаправленной и, в большей или меньшей степени, упорядоченной.

Под ресурсами как элементом технологической модели предлагается рассматривать весь тот исходный "материал", который способствует целенаправленной деятельности субъекта-человека (техника, орудия, средства, оборудование или другие предметы материального мира, информация и т. п.). Кроме того, при различных видах человеческой деятельности к ресурсам могут относиться также управленческие, организационные, политические, административные мероприятия (процессы) и т. п.

Деятельность, которая проявляется в технологии, предполагает существование нечто такого, что связывает человека как субъекта деятельности с ресурсами такой деятельности. Это нечто принято называть взаимодействием (связями, взаимосвязями), выраженным в методе, т. е. в совокупности правил, требований, процедур, способов, принципов, предписаний и т. п., ведущем субъекта к достижению поставленной цели*(721). При этом методы в объективной реальности сами по себе не существуют, они являются продуктом человеческого творчества (находятся в сознании их творцов), возникают на основе знаний действительности, познания ее закономерностей, в том числе и на основе познания объективных закономерностей ее преобразования. Любой метод, как отмечает , создается человеком и представляет собой совокупность правил, требований, сформулированных на основе знания действительности, закономерностей ее познания и преобразования*(722). Из этого следует, что эффективность конкретного метода находится в непосредственной связи с объективными закономерностями.

Таким образом, о технологии можно говорить только тогда, когда человеческая деятельность сопряжена с методом (методикой), т. е. той совокупностью способов, правил, предписаний и т. п., которые характеризуют такую деятельность, представляющую собой систему повторяющихся действий, находящихся в определенной и необходимой связи.

Отмечая отсутствие в криминалистической литературе исследований, посвященных технологиям, напомним, что проблема деятельности в тех или иных аспектах и с различной полнотой рассматривалась в работах , , и других авторов. При этом позиции ученых по данной проблеме весьма противоречивы - от категорического отрицания теории криминалистической деятельности до возведения такой деятельности в ранг объекта науки криминалистики.

Так, например, настаивал на том, что не может быть деятельности криминалистической: "Ставшее популярным у криминалистов оперирование терминами "деятельность", "деятельностный подход" породило еще одну иллюзию - о существовании некоей криминалистической деятельности. Нет и не может быть никакой "криминалистической деятельности" в процессе расследования, помимо деятельности уголовно-процессуальной, оперативно-розыскной или административно-правовой. Но вот фантомная "криминалистическая деятельность" нет-нет да и упоминается."*(723).

Представляется, что ученый критикует не саму постановку вопроса о целесообразности исследования деятельности по раскрытию, расследованию и предупреждению преступлений, а возведение криминалистической деятельности в ранг научной теории (учения). И с этим нельзя не согласиться.

Противоположную  позицию занимают , и другие ученые. Так, в своих исследованиях пришел к выводу, что объектом криминалистики выступает криминалистическая деятельность, а предметом - закономерности указанной деятельности. При этом он исходит из того, что "деятельность по раскрытию, расследованию и предотвращению преступлений, также как и поисково- и/или информационно-познавательная деятельность, криминалистическое обеспечение, являются достаточно общими, широкими и в целом, отражая суть процесса, тем не менее не отражают специфики криминалистических аспектов его изучения"*(724).

Согласно законам логики позиция сводится к следующему: криминалистика - это наука о криминалистической деятельности. Такое определение науки криминалистики не вносит никакой ясности, а только запутывает и без того неоднозначные и противоречивые позиции в отношении объекта, предмета и системы криминалистики. К тому же до настоящего времени к объекту криминалистики относят не только закономерности деятельности по раскрытию, расследованию и предупреждению преступлений, но и закономерности преступной деятельности (закономерности механизма преступлений). Данный аспект современного понимания объекта криминалистики просто игнорирует и никак не комментирует.