Ренат харис??м татар шигърияте (стр. 20 )

Перечисляет его достижения в области композиторского творчества и развитии татарского музыкального искусства. Указывает на наличие в списке сочинений Тимербулатова крупных симфонических жанров, большого количества камерно-инструментальных произведений, песен, романсов, детского вокального цикла и упоминает о том, что перу этого композитора принадлежит первый в татарской музыке концерт для баяна с оркестром. Вместе с тем Р. Харис обращает внимание и на то, что, несмотря на успехи Тимербулатова, его творчество находится в тени и объясняет это скромностью и крайней требовательностью композитора по отношению к себе.

Заслуживает внимания статья Рената Хариса «Муза и музыка рядом» в журнале «Казань» (1999 год, № 11), где он пишет о творческом содружестве с композиторами Татарстана М. Яруллиным, Н. Жигановым, Р. Яхиным, Л. Любовским, Р. Губайдуллиным. Ренат Харис совершает экскурс в историю Союза композиторов РТ, выделяя особую главенствующую роль в формировании СК и развитии татарского музыкального искусства в целом, основателя и первого председателя Союза композиторов РТ Н. Г.Жиганова.

Вспоминает годы правления М. З.Яруллина и оценивает нынешнее положение этой творческой организации во главе с Р. Ф.Калимуллиным. Представитель государственной власти - заместитель председателя госсовета РТ Р. Харис затрагивает проблему финансовой поддержки деятелей искусства Татарстана. Об интересе поэта и общественного деятеля к проблемам татарского музыкального искусства, его совместной работе с композиторами республики свидетельствует «Выступление на съезде композиторов Татарии» 13 ноября 1972 года.

В 2001 году Р. Харис пишет статью «Два сердца маэстро», посвященную 90-летию со дня рождения Н. Г.Жиганова, которая была опубликована 13 января в газете «Республика Татарстан». В этом издании Харис вспоминает годы общения с композитором, историю премьеры первого совместного с Жигановым произведения - песни «Сугыш турында сөйләшә картлар» в исполнении Р. Сахабиева, которая состоялась 24 апреля 1975 года, в день ее записи на радио.

Он описывает небезынтересный разговор Н. Жиганова с С. Садыковой в кабинете музыкальной редакции радиокомитета, свидетелем которого был, также вспоминает первое прослушивание оперы «Тукай» Э. Бакирова в 1975 году и ее последующее обсуждение Н. Жигановым, Б. Урманче, Н. Даутовым, С. Хакимом, С. Хабибуллиным, И. Нуруллиным. Эта публикация позволяет внести дополнительные штрихи к духовному портрету Жиганова и узнать в деталях некоторые события из прошлого татарской музыки.

В 2006 году Ренатом Харисом были подготовлены доклады для научных конференций, посвящённых творчеству Мусы Джалиля и Габдуллы Тукая. Они были восторженно встречены публикой. В докладе «О поэтическом мире Тукая и гениальном», прозвучавшем 24 апреля на международной научно-практической конференции, посвящённой 120-летию Габдуллы Тукая, Ренат Харис поднимает вопрос о важности адекватных оригиналам переводов стихотворений поэта на разные языки мира и прежде всего русский язык. По мнению Р. Хариса, необходимо создать «Центр стратегических изданий» на базе Татарского книжного издательства, который занимался бы переводами и популяризацией творчества классиков татарской поэзии.

В статье «О психологической основе подвига Мусы Джалиля» (опубликована в журнале «Татарстан», 2006.-№2) Ренат Магсумович впервые фокусирует внимание читателей на вопросе рассмотрения психологической основы гражданского и литературно-творческого подвига Мусы Джалиля, призывая учёных к более детальному исследованию данной проблематики.

Определенный интерес представляют собой статьи и высказывания Р. Хариса, в которых он рассказывает о себе и своем творчестве. Они позволяют дополнить творческий и личностный портрет поэта новыми, часто колоритными деталями. В этом же русле находятся и статьи, в которых автор делится воспоминаниями о композиторах, с которыми ему приходилось работать, описывая как собственный творческий метод, так и подробности, раскрывающие особенности творческого процесса его коллег. Относительно собственных принципов работы над музыкально-поэтическими жанрами, Р. Харис достаточно подробно высказывается как напрямую, так и опосредованно.

Например, немаловажным представляется неоднократно повторяющиеся слова о необходимости специального сотрудничества поэта и композитора при создании песни или музыкально-драматического произведения. «В довоенные годы у нас не было 140 писателей, наверное, и композиторов было не столько, сколько сейчас, а творческие контакты почему-то осуществлялись чаще и приносили хорошие плоды. Чего же в нас не хватает — таланта? Силы? Скорее всего, дерзаний, исканий, совместных усилий и личной ответственности перед искусством, которому мы служим!» - восклицает поэт в рамках выступления на II съезде Союза композиторов РТ.

Отмечая особенности собственной работы над либретто, Ренат Харис подчеркивает гибкость своего отношения к музыкальному замыслу и способность вносить существенные изменения в литературный план произведения, если того потребует музыкальный замысел.

Таким образом, обзор публицистического наследия Рената Магсумовича Хариса свидетельствует о неизменном интересе поэта к событиям культуры, современником которых он явился. Каждая публикация Рената Хариса представляет нам портрет общественного деятеля, живо заинтересованного в судьбе татарского искусства, в разрешении насущных задач и проблем, освещаемых на страницах СМИ.

Публикации поэта, как правило, всегда вызывают повышенный интерес общественности, поскольку отличаются, прежде всего актуальностью, точностью и остротой постановки обсуждаемой проблемы, яркостью изложения, и что представляется особо важным – автор всегда предлагает конкретные пути решения поставленных вопросов. Статьи и выступления Рената Хариса служат богатым источником для исследователей как жизни и творчества поэта, так и многих вопросов татарского музыкального искусства.

Айдар Галимуллин,

студент КФУ

Диалог культур в художественной интерпретации поэмы Кул Гали в балете Рената Хариса и Леонида Любовского «Сказание о Йусуфе»

Поставленный в 2001 году на сцене Татарского академического государственного театра оперы и балета имени Мусы Джалиля балет «Сказание о Йусуфе» стал заметным явлением не только в культурной жизни Республики Татарстан, но и всей России. «Добрым знаком перемен к лучшему», «качественным прорывом в XXI век», «маленькой эстетической революцией» назвали столичные критики постановку балета Рената Хариса и Леонида Любовского «Сказание о Йусуфе». Свидетельством признания стало присуждение Государственной премии РФ коллективу авторов, принимавших непосредственное участие в работе над балетом: автору либретто Ренату Харису, композитору Леониду Любовскому, исполнителю главной партии Нурлану Канетову. В многочисленных публикациях, посвященных премьере балета, отмечалось не только высокое исполнительское мастерство, но и своеобразие сценической интерпретации литературного источника.

Сценическая интерпретация в балете складывается из нескольких составляющих. Во-первых, это либретто – сюжетный план, схема сценария для балета: каждый из трех актов имеет свой подзаголовок: 1. «Йусуф и братья», 2. «Йусуф и Зулейха», 3. «Йусуф и Фараон» и отличается своей индивидуальной пластичностью и колоритом. Во-вторых, музыкальная интерпретация, в-третьих, хореография. Наконец, значимой частью интерпретации в балете является художественное оформление сцены: декорации, свет, костюмы, цветовая палитра.

Художественная интерпретация поэмы «Сказания о Йусуфе» Кул Гали в балете Леонида Любовского представляет собой философское произведение, основанное на взаимодействии, пересечении различных культурных традиций: мусульманской (коранической) и христианской (библейской). Кроме того, необходимо учитывать и влияние на авторов балета индивидуальных трактовок мифологического сюжета, в частности, неомифологического романа Т. Манна «Иосиф и его братья».

Поликультурность как концептуальная основа балета реализуется, в том числе, и на уровне художественной формы. В либретто – это сочетание внешнего (связанного с сюжетом поэмы Кул Гали) и внутреннего (символического) сюжетов. Символический сюжет выводит произведение к философской идее от субъективно-индивидуальной, обособленной позиции к объективно-индивидуальной: от противопоставления себя миру – к слиянию с ним». (Т. Манн)».

На уровне музыкальной интонации – это соединение различных музыкальных интонаций (прошлого, настоящего и будущего), призванная, очевидно, преодолеть привязанность произведения к определенному историческому времени, показать его вневременное значение.

На уровне постановки танцев: сложная и необычная для балета хореография: череда акробатических трюков, необычная пластика.

В соединении этих составляющих спектакля важное значение приобретает основополагающая идея, концепция. В этой связи исследователи обращают внимание на то обстоятельство, что восточный колорит не ограничивается только арабо-мусульманскими компонентами. Значительное место, в частности, в художественном оформлении спектакля занимают египетские мотивы. Это обусловлено сюжетом самой поэмы: Йусуф был продан в рабство египетскому властителю Кытфиру, Зулейха, увидев во сне Йусуфа, просит отца выдать ее замуж за египетского владыку.

Стоит обратить внимание на те элементы в балете, в которых обнаруживается очевидное расхождение с текстом поэмы. В данном случае речь идет о соотнесении либретто с оригиналом. Автор либретто поэт Р. Харис стремился придать произведению татарского поэта средневековья философское звучание. Вот почему в балете многое строится на символических образах, которые отсутствуют в самом тексте. Примечательно в этом плане начало балета, в котором появляются жуки-скарабеи, плетущие нити судьбы. В танце жуков-скарабеев выражается идея человеческой судьбы, ее предопределенности, что является частью религиозного мировоззрения.

Представление о предопределенности судьбы характерны не только для исламской культуры, но и для христианства. В этой связи обращают на себя внимание слова Леонида Любовского на церемонии вручения Государственной премии. Композитор сказал о двух великих книгах человечества: Коране и Библии, в которых заключен исторический, моральный и духовных опыт народов. Подобного рода сопоставления не случайны, так же как и символический подтекст всего балета. Авторы стремились придать всему произведению общечеловеческое звучание, возникающее в точках пересечения, диалога разных национальных культурных традиций. Общеизвестно, что сюжет о Йусуфе во многом схож с историей Иосифа, библейского персонажа. Л. Любовский в своем сочинении «У истоков музыки», говоря о замысле балета, писал, что он усмотрел концепцию балета в библейском: «Будьте, как дети». Но окончательно уяснил себе, о чем будет писать, лишь познакомившись с либретто Р. Хариса, знающего богатейшие восточные традиции в трактовке этого сюжета. [Любовский 2006: 46]

Таким образом, балет «Сказание о Йусуфе» на уровне идеи, художественной концепции виделся авторами, как философское произведение, в основе которого диалог различных культур.

Концепция философского балета определила его форму. Говоря о музыке к балету, следует обратить внимание на «интонационную ауру» По замечанию Л. Любовского, он стремился избежать «псевдовосточной, орнаментальной экзотики.

Интонация, по мнению композитора, не должна быть искусственной, она должна быть сведена только к аллюзиям прошлого, в ней должны присутствовать ассоциации современной музыкальной жизни, она должна заглядывать в будущее. Иначе говоря, концепция музыкальной интонации Л. Любовского предполагает соединение (на интонационном уровне) трех времен: прошлого, настоящего, будущего, что позволяет говорить о балете как о модернистском произведении.

Модернизм обнаруживается и в хореографической части постановки. Музыка Л. Любовского требовала особой хореографии, выходящей за рамки классического танца: осложняет хореографию череда акробатических трюков, необычная пластика.

Концепция диалога культур обнаруживает себя в оформлении сцены и в цветовой палитре балета, в костюмах. Исследователи, изучавшие поэтику поэмы Кул Гали, обращают внимание на систему сравнений, отражающих особенности восточного художественного мышления. Йусуф выступает как идеальный герой, поэтому в его изображении преобладают такие определения как «солнцеликий» и «луноликий». Солярная символика объясняется тем, что в произведениях поэтов эпохи Ренессанса человек ставится наравне с природой и космосом. В поэме красота Йусуфа гиперболизирована в духе ренессансного гуманизма. Так, у Кул Гали солнце, луна и одиннадцать звезд спускаются с небес на землю, чтобы поклониться красоте Йусуфа:

Блеск солнца и луны увидел я во сне,

Одиннадцати звезд свет видел в вышине,

И все они земной поклон отдали мне...

С первых глав поэмы “Кысса-и Йусуф” Кул Гали рассматривает человека как вершину и венец существующего, ставит его красоту выше очеловеченного космоса – солнца, луны и звезд.

Исследователь Резеда Кадыровна Ганиева пишет о влиянии на художественную концепцию поэмы неоплатонической философии, отсюда очень часто красота Йусуфа мыслится в форме живой солнечной сущности, потока солнечных лучей, соединяющих землю с небесами.

Эти особенности поэтики в полной мере находят отражение в сценической постановке. Эпизоды, связанные с появлением Йусуфа сопровождаются ярким светом, свечением, а также цвето-световыми эффектами, подчеркивающими идею лучезарности.

С другой стороны общечеловеческое содержание поэмы, как борьбы Добра со Злом, отражено в столкновении светлого и темного цветов, не случайно, появление братьев Йусуфа сопровождается резкой сменой освещения сцены: свет сменяется мраком, красными тревожными тонами. Египетский колорит проявляется в декорациях второго действия, изображающего события, происходящие в Египте: праздник, устроенный Зулейхой для Фараона. В оформлении этой сцены преобладает золотой цвет. Таким образом, художественная интерпретация «Сказания о Йусуфе» Кул Гали представляет собой философское произведение, основанное на взаимодействии, пересечении различных культурных традиций: мусульманской (коранической) и христианской (библейской), египетской. Диалог культур как концептуальная основа балета реализуется, в том числе, и на уровне художественной формы. В либретто – это сочетание внешнего (связанного с сюжетом поэмы Кул Гали) и внутреннего (символического) сюжетов, придающих спектаклю универсальное значение.

На уровне музыкальной интонации – это соединение различных музыкальных интонаций (прошлого, настоящего и будущего), призванная, очевидно, преодолеть привязанность произведения к определенному историческому времени, показать его вневременное значение.

На уровне постановки танцев: сложная и необычная для балета хореография: череда акробатических трюков, необычная пластика. Театр, осиливший сложную музыку и проблематику, неизбежно совершает качественный прорыв.

«Сказание о Йусуфе» требует подготовленного зрителя, знакомого с историей интерпретации, начиная с древнего библейского и коранического сюжетов до наших дней, большая ответственность ложится на плечи актеров, воплощающих замысел автора на сцене. По мнению многих искусствоведов, превзойти в будущем Нурлата Канетова – исполнителя главной роли будет очень сложно. Особенные внешние данные: хрупкость и нежность облика героя, деликатность и утонченность его лирических партий, миндалевидные глаза напоминают библейские типажи. Канетов в танце передает сложные внутренние переживания Йусуфа, тело его как бы рисует, думает и чувствует. Причудлива и как бы нереальна пластика скарабеев, дуэты которых построены не только на сложных поддержках, но и на игре с шарами. Обобщенным символом духовного мрака и тупого садизма выступает коллективный образ братьев. Жестокость сцены побоев временами переходит эстетические границы. Забавен веселый «танец с хлопками», когда девочки танцуют с Йусуфом, ударяя в деревянные ладоши. Запоминаются «двойное» колесо придворных акробатов и вариация на тему Золотого божка с головоломной акробатикой и трюками. Прямым эротизмом дышит пластика вожделеющей Йусуфа Зулейхи, но уже в финале ее «монолог раскаяния» наполнен статуарностью и мощью греческой трагедии.

Таким образом, в балете Р. Хариса и Л. Любовского «Сказание о Йусуфе» реализуется полилог различных культурных традиций, которые обогащают и углубляют наше представление о поэме Кул Гали «Кысса-и-Йусуф», вписывая его в мировой культурный контекст, подчеркивая общечеловеческие проблемы поэмы.

Литература

Ганиева Р. К. Восточный Ренессанс и поэт Кул Гали/ Р. К.Ганиева – Казань: Изд-во КГУ, 1988. – 172 с.

Любовский Л. У истоков музыки. – М.: Композитор, 2006. – 90 с.

Хисамов Н. Ш. Поэма «Кысса-и Йусуф» Кул Али / Н. Ш.Хисамов // Средневековая татарская литература (VIII – XVIII вв.). – Казань: Фэн, 1999. – С. 50 – 62.

Хисамов Н. Ш. Поэма «Кысса-и Йусуф» Кул Али. Анализ источников сюжета и авторского творчества. – М., 1979. – С. 30-67.

Юзеев Н. Поэт-гуманист Кул Гали. – Казань, 1986.

Мадина Харисова,

учащаяся 9 класса

О моём дедушке – поэте Ренате Харисе

Ренат Магсумович Харисов является моим дедушкой по отцовской линии. На протяжении всей жизни Ренат Харис занимается литературной деятельностью, большую часть которой составляет поэзия и литературная критика. Каждое его стихотворение несет в себе огромную энергию. У него есть необычная способность – он может очень точно передать свои чувства, эмоции и сделать их понятными любому читателю.

В этой работе я хотела бы рассказать вам обо всех талантах моего дедушки, раскрыть его для вас не только как поэта, но и как художника, и как музыканта. Если бы вы встретились с ним лично, то эта встреча произвела бы на вас неизгладимое впечатление и обязательно оставила след в вашей жизни. Ренат Магсумович и его супруга (моя бабушка) Лилия Хидиатулловна удивили бы вас широтой своей души, обаянием и безграничной гостеприимностью.

Изучая жизнь и творчество Рената Хариса, я поняла, что о постороннем человеке писать намного легче, чем о своем родственнике, тем более, когда он твой родной дедушка и очень известный человек не только в Татарстане, но и во всей России.

Мой дедушка родился в селе Елховое Озеро (по-татарски – Кәшә) Цильнинского района Ульяновской области 29 апреля 1941 года, а в паспорте написано – 6 мая. Так что мы, родственники, поздравляем его именно в этот день, а 6 мая его поздравляют друзья, коллеги. У него ещё есть третий день рождения... Но об этом скажу чуть позже.

Его отец Харисов Магсум Харисович, мой прадед, был заслуженным учителем школы РСФСР, а мать - Фаизова Закия Камалетдиновна была одной из первых учительниц Татарстана, которая в 1939 году в Московском Кремле из рук М. И.Калинина получила медаль «За трудовое отличие».

Когда пришло время идти в школу, Рената Хариса отправили учиться в Чирки-Кощаковскую татарскую начальную школу Буинского района Республики Татарстан. А школа в то время находилась в одной половине бывшего дома прадеда моего деда, а другую половину этого дома занимал клуб деревни Чирки-Кощаково.

В эту пору он испытал первую влюбленность. Это и послужило началом его поэтического пути, тогда он написал свое первое стихотворение.

Во втором классе он уже учился в другой деревне в русской школе. В третьем классе - в татарской, в четвертом - снова в русской.

Однажды, в марте 1952 года, когда он шел в школу в соседнюю деревню, которая находилась на расстоянии около 4 км от дома, его дорогу преградила стая волков из шести особей. Один волк был ранен. Этот волк остановился в 15-20 метрах от него, но не напал и потом вся стая продолжила свой путь. И этот день мой дедушка считает своим третьим днём рождения. Впоследствии, через несколько десятков лет, это событие легло в основу его поэмы «Глаза волка».

В пятом классе ему пришлось учиться в смешанной школе (русско-татарско-чувашской) и там он подружился с чувашскими ребятами из деревни Тимяши Яльчицкого района Чувашии. Одна чувашская девочка и мальчик стали учить его чувашскому языку. И через несколько десятилетий, вспомнив об этих годах, мой дед написал поэму «По следам Нарспи». Нарспи – это имя героини одноименной поэмы классика чувашской поэзии Константина Иванова.

После седьмого класса у него внезапно появился дар к рисованию. Возможно, определенную роль сыграли гены, ведь мой прадед очень хорошо рисовал. Понаблюдав за увлечением Рената, его отец решил отдать сына в художественное училище. Когда они приехали в Казань, оказалось, что вступительные экзамены уже закончились, но, несмотря на это, директор училища Е. А.Зуев, посмотрев работы юного Рената Хариса, увидев талант, предложил им обязательно приехать на следующий год, и заранее пообещал, что его примут.

Но шло время, интересы Рената менялись, появились новые увлечения, и в восьмом классе он передумал поступать в художественное училище.

Как дедушка сам признается: «По сей день у него есть интересная привычка: глаза что-то видят, уши кого-то слушают, а рука в это время берет ручку или карандаш и начинает непроизвольно что-то чертить. Через некоторое время на бумаге возникают очертания деревьев, каменных глыб, травинок, тропинки, одинокого домика, берега речки».

Он не считает себя профессионалом, а просто самодеятельным рисовальщиком, хотя у него состоялась персональная художественная выставка в музее М. Горького в Казани, которая продолжалась около 4 месяцев. И посетили эту выставку самые знаменитые люди Казани и зарубежные гости. Впоследствии эту выставку целиком он подарил школе им. А. В.Луначарского г. Буинска, где он учился.

Спокойно проучившись до десятого класса, он окончил среднюю школу им. Луначарского города Буинска и приехал работать в Казань. Устроился слесарем СМУ-2 треста «Татсантехмонтаж», но родители, узнав об этом, пристыдили его словами: « Ты что, сынок, один останешься неучем?! Все твои родственники образованные, а ты…»

До начала приёмных экзаменов оставалась одна неделя, но, несмотря на это молодой Ренат Харис подает заявление, за два дня до окончания приема документов сдает документы и без особой подготовки идет поступать в педагогический институт на историко-филологический факультет. Несмотря на все трудности, он добился поставленной цели и поступил.

Институт изменил его жизнь. В голове его возникла мысль - научиться уму-разуму. И поставив цель, он шел к ней. Он учился исключительно на «отлично» и получал повышенную стипендию. Активно участвовал в общественной жизни института: был художником факультетской стенгазеты, которая завоевывала первые места в общегородских конкурсах; исполнял обязанности сменного редактора общеинститутской многотиражной газеты «За педагогические кадры»; посещал литературные кружки и кружки художественной самодеятельности.

В институте он встретил и свою судьбу, любовь всей жизни – Лилию Губайдуллину. Она училась на курс младше него на преподавателя английского языка. Её родители тоже были учителями. Ренат и Лилия поженились, когда он учился на последнем курсе, а она – на предпоследнем курсе института.

Окончив институт с красным дипломом, в 1963 году его отправили преподавать русский язык и литературу в Арское педагогическое училище. Он был интересным педагогом. Студенты ходили на его уроки с удовольствием и вслушивались в каждое слово, сказанное им. Случалось так, что когда он вел литературу, то под дверью сидели ученики, у которых он не преподавал и внимательно слушали. Но проработал он там недолго, так как уже был известным поэтом в Казани.

В Казани начинается журналистская деятельность Рената Хариса в газетах «Татарстан яшьляре» и «Яшь ленинчы». Там он занимает должности литературного сотрудника и ответственного секретаря. Но на этой должности он работал всего пять-шесть лет, после чего его пригласили работать ответственным секретарём правления Союза писателей Татарстана.

Тогда Ренату Харису было всего 28 лет, а в возрасте 32 лет его сделали заместителем министра культуры Республики Татарстан. Это были одни из самых тяжелых лет его жизни, но в то же время самых интересных и плодотворных. В течение 10 лет, которые он провел на этом посту, он сделал множество полезных дел: открыл огромное количество художественных и музыкальных школ.

Работа заместителя министра культуры была очень утомительна для Рената Хариса, и в 1982 году он ушел с этой должности в журнал «Казан утлары» главным редактором. Он добавил множество новшеств в этот журнал. Например, изменил обложку, ввел много интересных рубрик, которые существуют и по сей день.

Проработал он там примерно лет семь-восемь, пока в один прекрасный день его не пригласили в областной комитет партии и не сказали: «Мы будем выбирать тебя заведующим идеологическим отделом Республиканского областного комитета партии». Его избирали на эту должность на пленуме, в котором будущий первый президент Татарстана М. Ш.Шаймиев был избран первым секретарем.

Но наступили бурные 90-е годы, когда жизнь в стране начала меняться, а партия коммунистов рушиться, и он вновь вернулся к журналистской работе - организовал республиканскую газету «Татарстан хәбәрләре» и стал ее главным редактором. Эта газета сейчас выходит под названием «Мәдәни җомга» и является литературно-художественным еженедельником.

Находясь на этой должности, мой дедушка был избран депутатом Верховного Совета Республики Татарстан. Сейчас этот наш парламент называется Государственным Советом.

А в Государственном Совете он сначала возглавлял Мандатную комиссию, был включен в состав Конституционной комиссии.

На моего деда возлагалась организация работы по выработке Государственных символов Республики Татарстан: флага, герба, гимна. Как он рассказывает, эта работа была трудная, но очень интересная.

Когда объявили конкурс на проекты гос. символов в адрес рабочей группы поступало очень много различных проектов и предложений и от взрослых, и от детей. Например, он всегда с улыбкой рассказывает, как в качестве гимна предложили веселую народную песню «Мәк чәчәге», которая не при каких обстоятельствах на гимн не тянет.

Он очень гордится тем, что был организатором принятия государственных символов Татарстана, потом он лично сам написал закон, который охраняет флаг, герб и гимн от всевозможных надругательств. Этот закон был принят и он действует до сих пор.

А потом он написал и издал интересную книгу – «Символы Татарстана», которая охватывает историю нашего народа от булгарских времен до сегодняшних дней. Эта книга является библиографической редкостью.

Когда мой дед ушел на пенсию, он думал, что у него будет много свободного времени, однако, как он сам признается, у него совсем нет времени отдыхать. Его приглашают школы, города, республики и России. Он часто выезжает на литературные праздники, посвященные А. С. Пушкину, М. Ю.Лермонтову, С. Есенину, Р. Гамзатову, М. Кариму и других.

В прошлом, 2010-ом году, его пригласили в Польшу для участия в праздновании 600-летия Грюнвальдской битвы, в которой в 1410 году решающую роль в победе над Тевтонским орденом сыграла татарская конница.

Мой дедушка не является детским писателем, то есть не пишет специально для детей, однако он сделал в своем творчестве исключение, написав три книги для детей. Их он написал для своих трех внуков. Для старшего внука Аделя он написал книгу «Красивый дом», для младшего внука Карима – «Пятнашки», а для меня он написал книгу «Лап-лап». И эта книга стала очень популярной. Она была признана самой читаемой детской книгой года. Многие стихи этой книги стали песнями и звучат по радио.

Кроме того, он для нас, внуков, написал несколько пьес. Спектакли «Абай бабай аланы» («Поляна деда Абая») и «Кәкрүшкә» идут в кукольном театре, а спектакль «Ильдус&windows» идет в татарском театре юного зрителя им. Г. Кариева. Он, в основном, пишет для взрослых.

В оперном театре им. М. Джалиля с большим успехом идет опера «Любовь поэта», композитора Резеды Ахияровой по либретто Рената Хариса.

А за балет «Сказание о Йусуфе» композитора Л. Любовского мой дед как автор либретто получил высшую премию нашей страны – Государственную премию Российской Федерации, которую в 2006-ом году в Московском кремле вручил Президент В. В. Путин.

Такую премию из писателей России получили только 4 человека: Бэлла Ахмадуллина, Ренат Харис, Александр Солженицын и Евгений Евтушенко.

В настоящее время мой дедушка активно занимается творчеством и общественной деятельностью. Он является членом Геральдического Совета при Президенте Республики Татарстан, членом Главной редакционной коллегии Татарской энциклопедии, членом редколлегии журнала «Наш современник», секретарем Союза писателей Российской Федерации, президентом ассоциации выпускников Татарского государственного гуманитарно-педагогического университета.

На стихи моего деда композиторами Казани, Москвы, Уфы, Саратова и других городов написаны более 150 песен, романсов, вокально-симфонических поэм. Их исполняют ведущие певцы республики.

И все своё свободное время он и по сей день посвящает творчеству.

Гульнур Шайхутдинова,

кандидат педагогических наук

Проблемы передачи культурных особенностей при переводе

стихотворений Р. Хариса

на английский язык

Вопрос о верности и точности поэтического перевода был и остается одним из сложнейших в теории и практике перевода. Заново создать стихотворение средствами другого языка означает создать такое произведение, которое было бы максимально похоже на оригинал. Задача, стоявшая перед переводчиком стихотворений Рената Хариса (Р. Бухараевым), была сложной – сохранить оригинальную красочность, особую поэтическую технику и смысловое единство его стихов.

Переводы стихотворений Р. Хариса на английский язык были сделаны с татарского языка известным переводчиком Равилем Бухараевым, которые увидели свет в 1998 году в издательстве «Татарстан китап нәшрияты», и в сборнике переводов татарских произведений «Historical Anthology of Kazan Tatar Verse» (David J. Matthews, Ravil Bukharaev, Curzon Press, Great Britain, 2000).

Переводчик Р. Бухараев выполняет роль посредника между культурами, достоверно передавая информацию с одного иностранного языка на другой, при этом, не искажая ее смысл. Знание языка, культуры и истории татарского народа и личное отношение к нему помогает переводчику сохранить колорит и нюансы оригинала. Например это ярко выражается в следующем переводе:

Кече Манара... Уйларым

Җир астында җил куа.

Нурда коенган татарга

Болгар тузаны куна...

The small Minaret… My thoughts

are flown by the wind.

On me, the Tatar just bathed in daylight,

the ancient dust of Bolgar, descends.

Для выполнения своей профессиональной задачи переводчик с татарского на английский обязан не просто знать быт, ориентироваться в истории, в политике и философии Татарстана и англоязычных стран, но и хорошо знать реалии жизни.

Это в первую очередь относится к тем понятиям, которые в зарубежных странах отсутствуют и для которых в английском языке нет готовых эквивалентов. В таких случаях переводчик прибегает к употреблению кальки или описания. Например в стихотворении Р. Хариса фразеологизм «кәкре каен терәтү передается с помощью калькирования:

Кәкре каеннар терәтү!

Күп тапкыр булды ла ул...

Кәкре агач күргән саен

Канда кузгала давыл.

Trying to straighten up the bent birch – trees!

It happened to me all too often…

Each time I see deformed tree,

Gales rage up in my blood.

К удаче переводчика стихотворений Р. Хариса также нужно отнести переводы сравнений, метафор, где они сохраняют образную систему татарской речи или красочное татарское выражение. Например, в следующих переводах Р. Бухараеву удается передать их эквивалентными английскими оборотами, имеющими такую же экспрессию, что и в оригинале.

Шапшак хатын кебек шыксыз дөнья...

Ыспай хатын кебек матур таң...

Сез сорыйсыз: нигә әле моның

Һәрвакытта җаны авырта?..

The world is unsightly, like a slut

The sunrise is beautiful, like a young maiden!

And you ask, why is it,

That my soul is in constant pain?

Мин кешеләр арасында гына

уйныйм, көләм, җырлыйм, сөйләшәм.

Чукрак-телсез таш, агачлар белән

тынлык ямен татыйм, серләшәм.

It is only among men

that I play, laugh, sing and chat.

It is among deaf-mute trees and rocks that I enjoy

the beauty of silence, relaying secrets to them.

Таким образом, профессиональная деятельность переводчика была бы бессмысленным занятием, если бы в процессе поиска эквивалентов не «возводились новые мосты» между культурами стран. Стараясь хорошо выполнить свою работу на переводимом языке, переводчик каждый раз оказывается перед двуединой задачей, верно передать не только слова и идею какого-либо оратора (в данном случае Рената Хариса), но и колорит культурной жизни его народа. Решение этой задачи делает работу переводчика трудным, но поистине увлекательным и вместе с тем благородным делом.

Литература

1.  David J. Matthews, Ravil Bukharaev Historical Anthology of Kazan Tatar Verse. – Curzon Press, Great Britain, 2000, 209.

2.  Шайхутдинова Г. И. Перевод татарской речи. – Казань, 2007. – С. 47-49.

III бүлек

Мәктәп Укытучылары хезмәтләре

Ханә Сөләйманова.

Яр Чаллы шәһәре

Ренат Харис шигырьләрен – укучыларга...

Ренат Харис... Бу исемне әйтүгә, ирексездән, татар шигъриятенә бер чорда килгән Равил Фәйзуллин, Рәдиф Гатауллин, Рөстәм Мингалим, Гәрәй Рәхим кебек шагыйрьләр күңелгә килә. Күп гасырлык традицияләре булган шигъриятебезне үз иҗатлары белән яңа биеклекләргә күтәргән буын ул. Ләкин әдәбиятыбызда зур шигъри агым булсалар да, һәрберсенең иҗаты кабатланмас, үзенчәлекле аларның, ягъни һәрберсенең үз йөзе, үз шигъри мәктәбе бар.

Ренат Харис беренче шигырьләре белән үк поэзия сөючеләрнең күңелләрен җәлеп иткән, инде әдәбиятта үз юлын тапкан шагыйрь. Бүгенге көндә 30дан артык шигырьләр җыентыгы авторы. Җыентыктан – җыентыкка, шигырьдән – шигырьгә ул тулырак һәм күркәмрәк ачыла бара.

Әдәби тәнкыйтьтә Р. Харис әсәрләре турында олыдан кубып сөйләшү күптән килә. Әдипнең иҗатын төрле яклап тикшергән, аның үзенчәлекләрен ачкан мәкаләләрне шактый очратырга мөмкин. Аның хакында капма-каршы фикерләр дә күзгә ташлана. Бу исә Р. Харис иҗатының үзенчәлекле һәм кызыклы булуы турында сөйли.

Р. Харис – бүгенге көндә шигъри иҗат белән иң җитди шөгыльләнүче, сүзнең илаһи көченә, тылсымына ышанучы шагыйрьләребезнең берсе. Кызганычка каршы, әдипнең иҗаты мәктәп программасына аз кертелгән. 8 нче сыйныфта сыйныфтан тыш уку өчен укытучы һәм укучылар сайлавы буенча “Ант суы” яки “Борылышта” поэмасы бирелә. Әдип иҗатын өйрәнү өчен яңадан 11 нче сыйныфта гына 2 сәгать вакыт каралган. Шушы 2 сәгать эчендә өйрәнү өчен “Ат иярләү”, “Ант суы”, “Җәлилчеләр” поэмалары, “Кеше” ораториясе тәкъдим ителә. Ә бит Р. Харисның укучылар белән өйрәнердәй бик матур шигырьләре дә бар.