Россия в истории мировой цивилизации IX–XX вв (стр. 24 )

ГУЛАГ. В 1947 году были резко ужесточены наказания за хищения государственного и колхозного имущества - теперь по “закону о трех колосках” суды обязаны были давать виновным 20 лет лагеря, а за хищение заводских материалов - 25 лет[229]. По прежнему исправно лагерные бараки пополнялись осужденные за различные виды “антисоветской деятельности”.

В 1947-48 гг. заканчивался “стандартный” десятилетний срок у массы “зэков”, попавших в лагеря в 1937-38 гг. и сумевших там выжить. Возвращать их в общество сочли опасным. Части из них без лишней волокиты “оформили” новые приговоры (как правило, уже “четвертаки” - 25 лет), те же, кому повезло больше, отправлялись в отдаленные районы в пожизненную ссылку.

К концу 40-х гг. в распоряжении государства был даровой рабский труд 9 миллионов советских заключенных и 2 миллионов немецких и японских военнопленных[230].

Западное противодействие. Реальных сил для успешного противостояния сталинской экспансии в Европе не было. Оценив всю опасность складывавшейся обстановки, “в бой” ринулся отставной британский премьер Черчилль. С трудом, но он сумел убедить американского президента и общественное мнение страны начать активно противодействовать коммунистическому наступлению по всему миру.

Позорный опыт “умиротворения” тоталитарного диктатора в 30-е гг. закончился невиданной в истории человечества трагедией, - и западные лидеры извлекли уроки из недавней истории. Запоздалое отчаяние, что тогда мировую войну можно было предотвратить, придавало им теперь воли и решительности.

В Европу вернулись американские войска, на их базы стали завозиться атомные бомбы[231].

Вчера еще единый мир победителей раскололся - началась сорокалетняя эпоха “холодной войны”, временами прорывавшаяся военными столкновениями в самых различных районах мира.

И еще один исторический урок усвоили демократии: мщение побежденным - смертельно опасно для победителей, не надо жалеть сил и средств на то, чтобы они стали союзниками и друзьями. И победители, и побежденные вместе должны выстроить свои общества так, чтобы все проблемы в них (и между ними) решались бы только мирными способами.

На Западе возникло понимание того, что противодействовать тоталитаризму любого типа может только благополучное, демократическое общество с уверенным в своем будущем населением. Поэтому американцы вложили огромные деньги в послевоенное восстановление западноевропейской экономики - но помощь эта предоставлялась только при условии удаления из правительств министров-коммунистов.

Ñòðàøíåå âñåãî ïðîèãðàòü ìèð ïîñëå âñåõ íå÷åëîâå÷åñêèõ óñèëèé è æåðòâ. Ïðîèãðàòü ìèð ïîñëå ïîáåäû çíà÷èò î÷óòèòüñÿ îïÿòü ëèöîì ê ëèöó ñ õàîñîì, êàê ïîñëå 1918 ãîäà, íå ñïðàâèòüñÿ ñ äåìîíàìè, ðàçáóæåííûìè âîéíîé, è áåñïîìîùíî - è óæå áåçíàäåæíî - ïîïëûòü ïî òå÷åíèþ ê êîíå÷íîé ãèáåëè.

Георгий Федотов, философ, эмигрант, 1943г.

“Социалистический лагерь”. Один раз Сталин попробовал выполнить обязательства Советского Союза по проведению свободных демократических выборов в странах, вошедших в послевоенную советскую “зону ответственности”. В 1946 году такие выборы состоялись в Венгрии. Их результат был обескураживающим - абсолютное большинство мест в парламенте завоевала крестьянская партия, коммунисты набрали лишь 17% голосов. Больше таких “наивных глупостей”, как честные выборы, Сталин в Восточной Европе не допускал.

Самыми популярными политическими силами здесь были крестьянские партии, и расправа с ними была решительной. Руководители первого венгерского правительства были обвинены органами госбезопасности в “заговоре” и “национальной измене” и арестованы. Лидера болгарской крестьянской партии казнили по тому же “обвинению” еще до выборов. Руководитель польской крестьянской партии (и бывший глава эмигрантского правительства) сбежал из страны в период предвыборной кампании, ужаснувшись методам ее проведения.

Коммунисты прибирали к рукам власть в разных странах поэтапно и синхронно, как по мановению палочки умелого “дирижера”, и к 1948 году этот процесс завершился во всех восточноевропейских государствах. Каждая из стран “народной демократии” становилась постепенно все более похожей на своего “старшего брата”.

“Остановка” в Европе и “наступление” на Дальнем Востоке. Коммунистическое восстание в Греции было подавлено. Готовых к восстанию итальянских коммунистов остановил сам советский вождь, справедливо указав, что их выступление будет раздавлено уже обосновавшимися в стране американскими войсками. С Ираном, откуда можно было держать “за горло” европейскую индустрию, также ничего не вышло - оккупационные советские дивизии под давлением США и Англии вернулись на свою территорию. Сталинская экспансия в Европе и в Средиземноморье была остановлена и ограничилась восточноевропейским “соцлагерем”.

Успешнее дела продвигались в Китае, где в 1949 году коммунистический вождь Мао Цзэдун наконец-то выиграл чуть ли не сорокалетнюю гражданскую войну. На следующий год наступила очередь Кореи, где в наступление пошли армии северокорейского диктатора Ким Ир Сена. Но стоившая моря крови, эта война окончилась практически безрезультатно - коммунистической диктатуре пришлось удовольствоваться лишь северной частью полуострова[232].

Уже во время корейской войны некоторые “горячие головы” в американском военном командовании требовали от президента разрешения остановить наступление коммунистических дивизий атомным ударом. Но с 1949 года с этим “козырем” надо было быть крайне осторожным - СССР провел свое первое ядерное испытание. “Бомба” появилась и у Сталина...

Итоги сталинской диктатуры. СССР в начале 50-х гг. представлял собой мощную военно-промышленную сверхдержаву. По общему объему производства он уже прочно удерживал второе место в мире, уступая (правда, довольно значительно) своему главному сопернику - США. Производство же на душу населения по-прежнему сильно отставало от всех развитых стран Запада.

Военное равенство с объединенными силами государств Запада после ужасающих потерь в недавней войне достигалось за счет невиданной в мире эксплуатации работников и крайне низкого уровня жизни всего населения. Отставание в уровне жизни советских людей от западноевропейцев нарастало с каждым годом, и никакой трудовой энтузиазм не мог вывести их из откровенной нищеты.

Фактически сохранялось бессрочное прикрепление работников к предприятиям и колхозам. Анкеты с вопросами о социальном происхождении, партийности, пребывании в заключении, в ссылке, в плену, в окружении, на оккупированной территории, за границей и т. д., и т. д. делили все население на “категории доверия” - миллионы граждан должны были чувствовать собственную неполноценность перед государством и окружающими (чаще всего, неизвестно за какие грехи).

В лагерях и ссылках сидел чуть ли не каждый пятнадцатый житель страны. Количество заключенных определялось не столько уровнем преступности, сколько потребностями государства в даровом, рабском труде миллионов заключенных - наличием для них фронта работ и посадочных мест в трудовых концлагерях[233].

Силы деревни были истощены, каждый урожай давался с огромным трудом. Никакие понукания чиновников, никакие наказания уже не могли сделать почти бесплатную работу на колхозных полях более продуктивной. Подневольный труд на земле исчерпал все свои возможности - дальше был тупик.

Застопорилась и внешняя экспансия — она была остановлена решительным отказом западных держав “умиротворять” Сталина, идти ему на уступки, поддаваться его шантажу. Компартии в развитых странах оказались в политической изоляции. Страны соцлагеря, проводившие у себя коллективизации и индустриализации по советскому образцу, требовали все большей и большей помощи “старшего брата”.

Сверхцентрализованный и жесткий режим в советской империи скреплялся железной волей, беспощадной жестокостью обожествленного “вождя всех народов” - Иосифа Сталина. За четверть века его безраздельной диктатуры выросли поколения, не знавшие и даже не представлявшие себе никакой иной жизни, иных ценностей, иного мира. Они знали, что в Кремле есть негаснущее ночи напролет окно, за которым работает мудрый и грозный, обожаемый и справедливый Хозяин - тот, кто взвалил на себя всю тяжесть ответственности за все, тот, кто думает и решает за всех, тот, кто никогда не ошибается и всегда побеждает. Казалось кощунством даже помыслить, что он смертен, что страна сможет жить без его недреманного отеческого пригляда. Но 5 марта 1953 года для всех этих людей кремлевское окно погасло - Сталин умер.

То, что происходило в эти дни, походило на массовый психоз: под траурные мелодии радио рыдали дети раскулаченных по его указам крестьян, родные и близкие тех, кого вождь стер в “лагерную пыль”, семьи солдат, брошенных генералиссимусом в 1941-м. В толпе, рвавшейся к его гробу, были задавлены и искалечены сотни людей. Все они - и живые, и мертвые - тоже были наследием диктатора.

”Понадобилась нам после войны Ливия. Сталин говорит: “Давай, нажимай!”... Аргументировать было трудно. На одном из заседаний совещания министров иностранных дел я заявил о том, что в Ливии возникло национально-освободительное движение. Но оно пока еще слабенькое, мы хотим поддержать его и построить там свою военную базу”...

“Да, Аляску неплохо бы вернуть.., - А мысли такие были? - Были, конечно... США - самая удобная страна для социализма. Коммунизм там наступит быстрее, чем в других странах.”

(из бесед с бывшим советским министром иностранных дел В. Молотовым).

ВОПРОСЫ и задания

1.  Какие силы угрожали независимости и территориальной целостности Советского Союза после окончания Второй мировой войны?

2.  Какие страны после мировой войны попали под контроль СССР?

3.  Какие территории стремился превратить в сферы своего влияния СССР?

4.  Как внутренняя политика руководства СССР соответствовала внешним целям государства?

5.  В каких странах во второй половине 40-х гг. вспыхнули или продолжились гражданские войны?

6.  Когда СССР провел первое испытание своей атомной бомбы?

7.  Как было остановлено расширение сфер влияния СССР в послевоенном мире?

8.  Как выглядела бы карта мира к середине 50-х гг., если бы сталинскому руководству удалось осуществить свои внешнеполитические замыслы?

Глава 2

“холодная война”

После разгрома блока фашистских держав во II мировой войне противостояние тоталитаризма и демократии приняло иную форму и продолжалось еще четыре десятилетия - вплоть до середины 80-х гг. Это долгое и напряженное противостояние было названо “холодной войной”, поскольку лидеры военно-политических блоков стремились не доводить дело до глобального столкновения с применением всех накопленных военных сил и средств.

Сталина расширить советские “сферы влияния” в Средиземноморье и на Дальнем Востоке были пресечены американской угрозой использовать против СССР атомное оружие. Ядерные боеприпасы стали поступать на вооружение советской армии уже после смерти диктатора. С монополией США на это сверхоружие было покончено, однако вплоть до 70-х гг. соотношение ядерных боезапасов и средств их доставки до целей было явно в пользу американцев. Когда же СССР удалось добиться общего равенства военных потенциалов с США, стало ясно, что взрыв накопленных соперниками ядерных арсеналов приведет к уничтожению на земле рода человеческого, - победа в современной глобальной войне по своим последствиям стала мало отличаться от поражения.

СССР и США вместе со своими союзниками предпочитали меряться силами в локальных конфликтах в странах, которые еще не определились - к какому из блоков примкнуть (как правило, советским и американским оружием сражались друг с другом соперничающие группировки в странах Азии, Африки и Латинской Америки).

Первоначально в составе советского блока оказались страны Восточной и Центральной Европы, занятые советской армией в ходе разгрома нацистской Германии. Вокруг США сплотились все остальные государства христианской цивилизации (этот блок взял под защиту также наиболее “европеизированные” из нехристианских стран - Турцию и Японию).

Рождение “третьего мира”. С конца 40-х гг. начался, наконец, тот процесс, которого так долго ждали коммунисты и которому так долго противились европейские метрополии - распад французской и английской (а также голландской и бельгийской) колониальных империй. За полтора десятка лет на политической карте мира появилось свыше сотни новых независимых государств.

События, которые повсеместно разворачивались в освобождавшихся странах, подтверждали худшие опасения их бывших европейских управителей. Не помогли ни попытки создать по-европейски образованные местные элиты, сформировать политические партии для “цивилизованной” политической борьбы, ни проведение демократических выборов в новые органы власти накануне освобождения, ни территориальное размежевание враждующих между собой групп населения. Жесткий контроль “белого человека” на много десятилетий законсервировал внутренние противоречия среди населения подвластных территорий, подавлял вспышки насилия, не давал им разгораться до масштабов всеобщей гражданской войны. Сразу же после получения независимости в новорожденных государствах начиналась (и на десятилетия затягивалась) жестокая борьба за власть между различными местными кланами, в которой господствовал только один закон - “закон джунглей”, одно право - право силы. В Индокитае буддисты устраивали погромы соотечественникам-католикам, в Индии индуисты и мусульмане пролили реки крови во взаимной резне, в “черной” Африке враждующие языческие племена беспощадно расправлялись друг с другом, - и насилие рождало насилие: счет жертв шел на миллионы, беженцев - на десятки миллионов.

Внутренние распри в “третьем мире” затягивались и обострялись еще и потому, что молодые государства стали ареной соперничества двух группировок индустриальных держав, - “Запад” и “Восток” боролись за контроль над “Югом”. Займы, которые давали державы государствам “третьего мира”, обогащали, как правило, лишь коррумпированное местное чиновничество, продовольственная помощь часто не доходила до голодающих, но вот иностранное оружие всегда попадало в руки желавших воевать... Как только западные страны начинали помогать какой-либо группировке в Африке ли, Азии или Южной Америке, советский блок начинал активно поддерживать ее местных противников - и наоборот.

Государства “третьего мира”, где к власти прорывались просоветские группировки, назывались в СССР “странами социалистической ориентации”; если же власть там захватывалась с “западной” помощью, то США и их союзники пытались уверить себя в том, что подконтрольный им режим привержен идеалам демократии. Однако, в большинстве случаев идеалы индустриального мира (и демократические, и тоталитарные) в бедном, неустроенном “третьем мире” не приживались.

Китай. Своим безусловным успехом СССР считал присоединение к “соцлагерю” огромного Китая. В изнурительной сорокалетней гражданской войне победу одержала крестьянская армия, возглавляемая компартией, которой помогал Советский Союз. Прозападные силы были разгромлены и в 1949 году было провоглашено создание Китайской народной республики - страны, строящей социализм.

При содействии СССР Китай сумел создать собственную промышленность и мощную армию. “Великая дружба”, однако продолжалась недолго и уже в середине 50-х гг. дала заметную трещину. Китайский лидер Мао-Цзедун открыто настаивал на том, чтобы решить исторический спор между коммунизмом и капитализмом в глобальной ядерной войне - пусть погибнет половина человечества, зато оставшаяся его часть будет жить в царстве справедливости и изобилия.

Европейских коммунистов такие рассуждения и планы приводили в ужас. Но среди революционеров “третьего мира” идеи активных силовых методов борьбы, победы “мировой деревни” над “мировым городом” пользовались большим успехом. Мао-Цзедун подавил внутри страны всех, кто оказался “зараженным” европейскими ценностями, отправил китайскую интеллигенцию на “перевоспитание” в деревни, разорвал связи с просоветским “соцлагерем” и создал собственное коммунистическое движение, приспособив его для доиндустриальных народов.

Одна из выпестованных китайцами компартий сумела на несколько лет захватить власть в своей стране - в Камбодже. Итогом ее господства стало физическое истребление трети населения. В первую очередь погибли почти все жители городов[234].

Лишь после смерти “Председателя Мао” это движение стало сходить на нет, а в самом Китае начались постепенные, но последовательные экономические реформы либерального характера (возрождение свободного рынка, частной собственности, привлечение иностранного капитала и т. д.).

Вьетнамская война. В 60-е гг. “горячей точкой” “холодной войны” стала южная окраина Азии - Индокитай. Вооружаемый Советским Союзом Северный Вьетнам пытался присоединить к себе южную часть страны, где у власти находились проамерикански настроенные военные. Для обороны Южного Вьетнама Соединенные Штаты перебросили через океан свою полумиллионную армию, оснащенную всеми видами современного вооружения (кроме ядерного). Американские солдаты ожесточенно сражались в непроходимых джунглях против северных партизан и их южных помощников, на огромных площадях уничтожали ядохимикатами густую листву, скрывавшую неуловимого противника, нещадно бомбили партизанские районы, пытались “вбомбить в каменный век” и Северный Вьетнам, - все было напрасно. Вьетнамцы убили 50 тысяч американцев, американцы убили вьетнамцев во много раз больше - война становилась ожесточеннее год от года, а победа оказалась невозможной.

Ценности западной демократии, которые с оружием в руках насаждала здесь Америка, оказались чуждыми большинству населения, и оно предпочитало помогать “своим” коммунистам, чем заокеанским пришельцам. Огромная всесторонняя помощь СССР и Китая придавала силы националистическим и коммунистическим силам Индокитая, которые готовы были идти на любые жертвы и продолжать войну хоть до бесконечности.

С другой стороны, произошел поворот против продолжения войны в общественом мнении США (традиционно авторитетном для руководителей государства). Христианская цивилизация приучила людей относиться к человеческой жизни, как к одной из высших ценностей. Поэтому возрастающее количество погибающих во Вьетнаме американских граждан оказывалось для общества чрезмерной платой за торжество западных идей в доиндустриальной стране. Не меньше беспокоили американцев их соотечественники, возвращавшиеся из Вьетнама с душами, искалеченными многочисленными убийствами.

В 1973 г. американская армия покинула Индокитай. В государствах этого региона власть полностью перешла к силам, ориентирующимся на СССР и Китай.

Ближний Восток. В 1948 году по решению ООН было создано государство Израиль, который предстояло заселить евреям, рассеяным по всем континентам. Но в Палестине на месте древнего Израильского царства уже более тысячи лет жили арабы[235], так что этим двум народам предстояло научиться жить рядом, бок о бок. Это было нелегко, как для тех, так и для других, - отношения между мусульманами и иудеями всегда были сложными. Вооруженные столкновения между ними начались в первые же часы официального существования нового государства. Ситуация сложилась непростая, но не безвыходная, - мир мог быть установлен на пути взаимных компромиссов. Однако идти на уступки не желала ни та, ни другая сторона - у каждой из них появились могущественные покровители.

Всесторонняя поддержка арабских стран Советским Союзом давала им надежду на то, что им с помощью советского оружия удасться “сбросить Израиль в море”; Израиль же был уверен, что с помощью западного блока ему удасться продиктовать арабам условия мира силой. Враждебное противостояние сверхдержав привело к тому ближневосточный конфликт затянулся на полвека, оброс новыми обидами, накопил тяжелый счет обоюдных жертв и не разрешен до сих пор. Незначительные по военным меркам столкновения со временем превратились в войны многочисленных, оснащенных новейшим оружием армий, масштаб сражений которых был сравним с битвами II мировой войны[236].

[J. S.T1] 

“Соцлагерь”. На Ялтинской конференции (1945 г.) освобождавшие Европу союзники договорились о разделе “зон ответственности” каждого из них за послевоенное обустройство европейских стран. Со временем советская “зона” превратились в постоянную “сферу влияния” СССР. Ялтинские договоренности сохраняли свою силу вплоть до развала Советского Союза - его бывшие западные союзники по антигитлеровской коалиции не вмешивались в действия СССР по отношению к европейским странам “народной демократии. Сложности, с которыми советское руководство сталкивалось в контролируемой им Восточной Европе возникали прежде всего из-за недовольства в этих странах навязаными им тоталитарными порядками. Было ясно, что в “послеялтинской” обстановке открытые выступления против СССР обречены, но, тем не менее, такие вспышки имели место.

Известие о смерти Сталина вызвало в 1953 г. волну массовых забастовок и антиправительственных демонстраций в Восточной Германии (ГДР). Подавить их удалось только с помощью выведенных на улицы немецких городов советских танков. Выступлений, подобных этому больше в стране не было - люди предпочитали бежать на Запад. В ответ границу между Восточной и Западной Германией со стороны ГДР сделали “самой охраняемой границей в мире”.

Развенчание Сталина в 1956 г. вызвало кризис в мировом коммунистическом движении: в западных компартиях начался массовый выход из их дотоле сплоченных рядов, зашаталась власть сталинских ставленников в странах “народной демократии”. В Польше на первые посты в партии и государстве были избраны коммунисты, только что вернувшиеся из гулаговских концлагерей, которые на демонстрацию военной мощи советских гарнизонов ответили раздачей оружия на заводах (эту страну удалось удержать от выхода из “социалистического содружества”, когда Хрущев пообещал не настаивать на дальнейшей коллективизации польского крестьянства). В Венгрии известия из СССР привели к восстанию против местных сталинистов, к выходу страны из союза со “старшим братом”, открытию границ на западе - на усмирение венгров были брошены советские танковые корпуса, жертвы исчислялись многими тысячами, беженцы на Запад - сотнями тысяч.

Карибский кризис. Настоящим “подарком судьбы” для СССР стала партизанская революция на Кубе, принявшая антиамериканский характер. Ее романтический лидер Фидель Кастро твердо решил, опираясь на советскую помощь, построить на своем острове социалистическое общество. Куба стала базой для национальных и коммунистических движений (в том числе и партизанских) во всей Латинской Америке прямо “под боком” у США.

Советское руководство не смогло удержаться от соблазна использовать выгоднейшее стратегическое положение “острова Свободы” для достижения военного преимущества над своим главным соперником. В 1962 году на Кубе начали тайное размещение советских ядерных ракет средней дальности, способных за несколько минут после пуска поразить любой город США в восточной части страны. Обнаружение их стартовых установок вызвало в США переполох - американские боевые корабли блокировали остров и начали досматривать все суда, направлявшиеся в кубинские порты. Страшно было представить, к каким последствиям могло привести задержание ими советских судов с ядерными ракетами на борту - весь мир замер в смертельной тревоге, готовясь к атомной катастрофе. Разум с обеих сторон возобладал буквально в последний момент: Хрущев согласился на вывод с Кубы советских ракет, а президент США Кеннеди дал обязательство не нападать на Кубу и в дальнейшем вывести американские ракетные базы с территории Турции.

Надежду на дальнейшую разрядку международной напряженности давал и заключенный в следующем году договор о запрещении испытательных ядерных взрывов в атмосфере, под водой и в космосе.

Мир, заглянувший в дни “карибского кризиса” в пропасть, вздохнул с облегчением

“Доктрина Брежнева”. Страны Восточной Европы, получившие в годы “оттепели” несколько больше автономии от СССР в своих внутренних делах (в частности, возможность самостоятельно формировать руководство правящих компартий), оставались под бдительным надзором “старшего брата”. Отношения с ними основывались на так называемой “доктрине Брежнева”: СССР оставляет за собой право применять силу, если в какой-нибудь из этих стран возникнет угроза “завоеваниям социализма”. На практике эта доктрина была применена в 1968 году в Чехословакии.

Сменившее ярых сталинистов новое руководство чехословацкой компартии во главе с Александром Дубчеком провозгласило своей целью “социализм с человеческим лицом”, отменило в стране цензуру и начало осторожную демократизацию в партии и обществе. Несмотря на то, что чехословацкие лидеры (учитывая печальный опыт венгерских событий 1956 года) настойчиво подчеркивали, что их дружба с СССР останется нерушимой, и не покушались на основу социализма - государственную собственность, советское руководство сразу начало проявлять сильную обеспокоенность их политикой. Резонно рассудив, что “человеческого лица” у социализма быть не может, и свободная страна рано или поздно выйдет из-под советского контроля (и, кроме того, опасаясь “заразительности” чехословацкого примера), оно в конце концов решилось “принять меры”. В августе 1968 года в Прагу вошли советские танки[237]. Тем самым всем народам Восточной Европы было наглядно продемонстрировано, где проходит граница их самостоятельности.

В 1980-81 годах, когда в Польше началось массовое рабочее движение против коммунистического режима под руководством независимого профсоюза “Солидарность”, только угроза советского военного вмешательства предотвратила его падение.

“Разрядка”. К концу 60-х годов СССР, наконец, достиг ядерного паритета (равенства сил) с США. Ядерных вооружений было накоплено столько, что можно было взорвать несколько таких планет, как Земля. Общественное мнение на Западе выражало все большую тревогу и требовало от правительств прекратить безумную ядерную гонку. Усталость американцев от затяжной и безнадежной войны во Вьетнаме сильно ослабила популярность идеи активного противостояния коммунизму. В США быстро набирали силу антивоенные движения, требовавшие от правительства снижения военных расходов и чисто оборонительной внешней политики. Вообще идеи ненасилия, пацифизма, разоружения переживали в конце 60-х годов настоящий “бум”[238].

Все это создавало исключительно благоприятную почву для провозглашенной советским руководством политики “разрядки международной напряженности”, и в отношениях между соперничающими сверхдержавами началось обнадеживающее потепление.

Были начаты переговоры об ограничении гонки ядерных вооружений. В 1972 году в Москву впервые прибыл с официальным визитом президент США (Ричард Никсон), и были подписаны договоры об ограничении систем противоракетной обороны и стратегических наступательных вооружений. Контакты и переговоры между лидерами сверхдержав продолжались и дальше.

Однако в целом переговоры об ограничении гонки вооружений в 70-е годы не увенчались большими успехами. Главным “камнем преткновения” оставался вопрос о практическом контроле за выполнением соглашений - советская сторона категорически отказывалась допускать на свои военные объекты иностранных контролеров, а верить СССР “на слово” американцы не собирались.

Более существенные сдвиги были достигнуты в урегулировании проблем, остававшихся со времен II мировой войны. В 1975 году в Хельсинки состоялось Совещание по безопасности и сотрудничеству в Европе, которое окончательно закрепило взаимный отказ от территориальных претензий - фактически был, наконец, подписан общий послевоенный “мирный договор”. Руководители всех европейских государств, а также США и Канады подписали Заключительный акт, в котором были сформулированы основные принципы международных отношений: взаимное уважение суверенитета, нерушимость границ и территориальная целостность, невмешательство во внутренние дела друг друга, неприменение силы и мирное урегулирование споров. СССР наряду с остальными обязался уважать права человека и основные гражданские свободы. Однако советские лидеры по-прежнему считали, что военная мощь государства избавляет их от необходимости строго соблюдать взятые на себя обязательства.

Ослабление напряженности не было использовано советским руководством для снижения военных расходов, и к концу 70-х годов СССР достиг некоторого превосходства над США в ядерных вооружениях (по ракетам средней дальности - примерно в 2 раза). “Миролюбивой” внешней политике на этом пришел конец.

В 1979 году советские спецслужбы совершили государственный переворот в Афганистане, а затем “по просьбе” созданного ими марионеточного правительства в страну ввели советские войска. Подобных внешнеполитических акций не проводилось со сталинских времен, и это грубое нарушение норм международного права похоронило “разрядку”.

Вдоль всей западной границы СССР, а также на территории ГДР и Чехословакии были размещены советские ядерные ракеты, нацеленные на страны Западной Европы. В ответ на это в Европе были размещены аналогичные американские ракеты, нацеленные на СССР. Президент США Рейган наложил эмбарго (запрет) на продажу зерна и высоких технологий в СССР, конгресс США дал “добро” на новые дорогостоящие военные программы... Начался новый виток гонки вооружений.

Возможности СССР в этой гонке ограничивались только состоянием советской экономики.

Вопросы и задания

1.  Почему сверхдержавы старались избегать прямых военных столкновений между собой?

2.  Что такое “третий мир”?

3.  Какие конфликты в “третьем мире” обострились и затянулись из-за соперничества сверхдержав?

4.  Что такое “доктрина Брежнева”?

5.  Как началась и как чем закончилась “разрядка”?

Глава 3

страны запада во второй половине хх века

По окончании II мировой войны западные союзники выполнили свои обязательства. В европейских странах, освобожденных от нацистской оккупации англо-американскими войсками, прошли референдумы, в которых население выбрало формы правления (повсеместно - демократические). Прошли и свободные выборы в органы власти.

Экономический “бум”. В годы войны американское оружие, продовольствие, автомобили, станки, ткани и т. д. были остро необходимы во всех воюющих странах антигитлеровской коалиции, - фирмы США получили для своих товаров почти неограниченный рынок сбыта. Экономическая депрессия сменилась бурным ростом производства, уровня жизни и общественного богатства. Большие налоговые поступления в казну позволили государству помочь устроиться в новой жизни десяти миллионам демобилизованный солдат, начать строительство большого количества дешевого жилья, увеличить все виды пособий нуждающимся. Часть заработанных на войне средств США предоставили разоренной Европе (“план Маршалла”).

Американские кредиты и огромная потребность населения в самых разнообразных товарах породили в западноевропейских странах невиданную деловую активность, - за несколько лет довоенный уровень производства был восстановлен. Дальнейший экономический рост вх гг. был просто феноменальным - самым быстрым за всю историю Европы[239].

“Государство всеобщего благосостояния”. Все это очеь напоминало “время процветания” 20-х гг., кончившееся, как все помнили, экономической катастрофой Великого кризиса, социальными потрясениями, ростом тоталитаризма и мировой войной. Но этот исторический урок был хорошо усвоен и повторения подобного сценария не допустили.

Великий кризис потряс западное общество до основания, перевернул многие представления о том, как должно быть организовано демократическое общество со свободным рынком.

Вплоть до 20-х гг. частное производство рассматривалось как личное дело предпринимателей и наемных работников и на попытки государства вмешиваться в дела экономики реагировали очень болезненно - бытовало мнение, что такое вмешательство ничего кроме вреда принести не может. Считалось, что успех и благосостояние человека зависят только от его индивидуальных способностей и усилий, а в жизненном крахе и разорении он может винить только самого себя.

Но во времена кризиса обанкротились все - и ловкие и неповоротливые, темные дельцы-авантюристы и основательные предприниматели, работу потеряли и малограмотные чернорабочие, и высококвалифицированные специалисты. Оказалось, что судьба каждого зависит еще и от того, как организовано общество в целом. Наладить перераспределение общественного богатства, ограничить сильных, помочь слабым и дать уверенность в завтрашнем дне всем, - такое под силу только государству.

В США государство начало регулировать объемы производства в различных отраслях, отношения между предпринимателями и наемными работниками, перераспределять общественное богатство в пользу малоимущих с 30-х гг. (“новый курс” президента Рузвельта). В послевоенные десятилетия такая политика возобладала во всех западных странах - государство стало активно контролировать частное предпринимательство и обеспечивать жизненный уровень всех своих граждан (такое государство стали называть “государством всеобщего благосостояния”).

Экономический “бум”, обильные налоговые сборы в казну позволили государствам создать во всех развитых странах системы социального обеспечения. Часть прибылей предпринимателей государство передавало малоимущим - в виде пенсий, пособий, различного рода льгот.

Для миллионов людей уходила в прошлое нищета, страх потерять заработок и каждодневная, изматывающая душу и нервы, забота о куске хлеба насущного. Мечты о сытости сменились новыми (и вполне достижимыми) желаниями - автомобиль, хороший дом, сложная и качественная бытовая техника, отдых, обазование... “Реальный социализм” СССР и Восточной Европы переставал манить достигнутой там “социальной справедливостью” на уровне бедности (по западным стандартам).

Даже потерявший работу человек, продолжал оставаться покупателем, - на товары был устойчивый и платежеспособный спрос. Всеобщие кризисы перепроизводства экономике, казалось, уже не грозили.

Перемены в экономике. 50-60-е гг. - время научно-технической революции (НТР). И крупные корпорации, и мелкие фирмы буквально гонялись за научными новинками и изобретениями, надеясь с их помощью выжить на рынке и побеждать в конкурентной борьбе. Новые технологии делали производство товаров более экономичным, дешевым, массовым. Они создавали и совершенно новые виды товаров и услуг. Теле - и радиоаппаратура, сложные бытовые приборы, все новые типы автомобилей и т. д., и т. д. - все это требовало рекламной “раскрутки”, ремонта, снабжения расходными материалами и пр. На базе новых товаров росла и система их обслуживания - число работающих в сфере услуг превысило число непосредственных производителей.