Психологические особенности агрессивного поведения подростков условия его коррекции (стр. 3 )

Прежде всего, далеко не всякая агрессия провоцируется фрустрацией. Агрессия может возникать, например, с «позиции силы» и является выражением властности, и тогда ни о какой фрустрации речи быть не может.

С другой стороны, фрустрация часто агрессией не сопро­вождается, она имеет многообразные проявления, в том числе и толерантность, при которой всякая мысль о нападении ис­ключается. Кстати сказать, агрессивная реакция на фрустратор часто не ослабляет, а усиливает состояние фрустрации.

10

Необходимо отметить, что наибольшее внимание сторонников фрустрационно-агрессивной гипотезы привлекает ис­следование условий, при которых ситуация фрустрации ведет к возникновению агрессивных действий. К важным выявленным ими переменным, влияющим как на возникновение, так и на торможение агрессии, можно отнести сходство-несходство аг­рессоров и жертвы, оправданность-неоправданность агрессии, а также собственно агрессивность как личностную характерис­тику испытуемых.

Недостатком данного подхода является, в первую очередь, отсутствие четкости в понимании фрустрации, вследствие чего акцент в экспериментальных исследованиях сместился с анали­за причин возникновения фрустрации, а затем и агрессии, на изучение переменных, способствующих возникновению или торможению агрессии.

В процессе своего развития фрустрационный подход к объяс­нению агрессии претерпел значительные изменения. В частно­сти, в конце тридцатых годов возникла концепция фрустрации С. Розенцвейга, обратившегося к анализу фрустрационных ситу­аций, классификации и типизации реакций на фрустрацию. Многие исследователи стали рассматривать агрессию лишь как один из возможных выходов из фрустрирующей ситуации. Более того, некоторые ученые пришли к выводу, что при фрустрации личность реагирует целым комплексом защитных реакций, одна из которых играет ведущую и структурирующую роль.

Мы так детально рассматриваем фрустрационный подход потому, что, несмотря на недостаточную объяснительную и предсказательную силу, он по-прежнему выступает в качестве основного соперника инстинктивистского биологизаторского подхода к изучению агрессии.

В отличие от психоаналитиков и этологов сторонники по­веденческого подхода (бихевиористы) опираются пре­имущественно на данные контролируемых лабораторных экс­периментов.

Наиболее известным представителем поведенческого подхо­да к агрессии является Арнольд Басс (Bass A., 1961). Он опреде­ляет фрустрацию как блокирование процесса инструментального поведения и вводит понятие атаки-акта, поставляющего орга­низму враждебные стимулы. При этом атака вызывает сильную агрессивную реакцию, а фрустрация — слабую.

Басс указал на ряд факторов, от которых зависит сила аг­рессивных привычек.

Во-первых, это частота и интенсивность случаев, в которых индивид был атакован, фрустрирован, раздражен. Индивиды,

12

которые получали много гневных стимулов, будут более веро­ятно реагировать агрессивно, чем те, которые получали мень­ше таких стимулов.

Во-вторых, это частое достижение успеха путем агрессии, которое, по мнению Басса, приводит к сильным атакующим привычкам. Успех может быть внутренним (резкое ослабление гнева) и внешним (устранение препятствия или достижение вознаграждения). Выработавшаяся тенденция к атаке может де­лать невозможным для индивида различение ситуаций, прово­цирующих и не провоцирующих агрессию.

В-третьих, это культурные и субкультурные нормы, усваи­ваемые человеком, которые могут облегчить развитие у него аг­рессивности. Однако этот фактор частично перекрывается вто­рым фактором.

Рассматривая агрессию, А. Басс особо останавливается на роли темперамента.

Определяя темперамент как «характеристики поведения, которые появляются в начале жизни и остаются относительно неизменными», Басс к переменным темперамента, влияющим на развитие агрессивности, относит импульсивность, интен­сивность реакций, уровень активности и независимость.

Если роль первых трех переменных относительно ясна, то четвертая требует некоторого пояснения. По Бассу неза­висимость имеет отношение к стремлению к самоуважению и защите от группового давления. Для таких индивидов существу­ет больше раздражителей в их ежедневных взаимодействиях. Важным компонентом независимости является тенденция к не­послушанию.

Басс считает, что нужно учитывать различия между отдель­ными видами агрессии. Для классификации агрессивного пове­дения он предлагает три дихотомии: физическое — вербальное, активное — пассивное, направленное — ненаправленное.

Необходимо заметить, что этим делением до сих пор пользуются многие психологи. И это не случайно, так как ряд положений Басса не потерял своего значения. В частности, пер­спективным является представление Басса о дифференциации агрессивности и враждебности. Враждебность выражается чув­ством возмущения, обиды и подозрительности. Причем враж­дебная личность не обязательно агрессивная, и наоборот.

Другим известным представителем поведенческого подхода является А. Бандура (Bandura A., 1961). Он утверждает, что для возникновения агрессии недостаточно того, чтобы субъект был фрустрирован и испытывал чувство неудовлетворенности. Субъект должен еще иметь перед собой некий агрессивный

13

пример для обучения и подражания. Модель является одновре­менно как источником готовности к специфическим (агрессив­ным) действиям, так и стимулятором агрессивного поведения.

Так, эмпирические данные свидетельствуют о том, что на­казание, например, может способствовать как подавлению аг­рессии, так и ее стимуляции, включая овладение формами аг­рессивных действий. Последнее подтверждается наблюдениями и анализом поведения детей в реальных жизненных ситуациях. Показано, например, что агрессивные мальчики воспитывались родителями, применявшими по отношению к ним физическое насилие. Кроме того, мальчики, родители которых, особенно отец, часто и сильно их били, ведут себя спокойно и даже по­корно дома, но по отношению к посторонним, в первую оче­редь, ровесникам, они проявляют больше агрессивности, чем их товарищи, у которых в семье была иная ситуация.

Именно поэтому ряд исследователей считает наказание мо­делью агрессивного поведения, передаваемого ребенку взрос­лыми.

Подобные наблюдения привели некоторых психологов к мысли, что наказание может быть эффективным только при со­блюдении таких условий, как позитивное отношение наказыва­ющего к наказываемому и принятие наказываемым норм нака­зывающего.

Эффективность наказания как способа устранения агрессив­ного поведения, кроме того, зависит от места агрессии в иерархии поведенческих реакций, интенсивности и времени наказания. Считается, что наказание, следующее сразу после возникновения деятельности, которая должна быть устранена, приводит к более сильному торможению неодобряемого пове­дения, чем наказание, наступающее после завершения деятель­ности.

Большое распространение взглядов, основанных на исследо­ваниях, выполненных в рамках бихевиористского подхода к изу­чению агрессии, во многом связано и с импонирующим ученым стремлением к строгому использованию понятийного аппарата и примату эмпирики, а как следствие этого — предпочтением экс­перимента. Однако именно эти сильные стороны поведенческого подхода содержат в себе и истоки его недостатков, связанных со слабой теоретической проработанностью проблемы.

Вместе с тем необходимо отметить содержащиеся в данном подходе следующие важные для дальнейших исследований по­ложения: учет различий между отдельными видами агрессии; разведение таких личностных свойств, как агрессивность и враждебность; роль негативной модели поведения, которая яв

ляется как источником, так и стимулятором агрессивного по­ведения; неоднозначность результатов применения наказания как способа подавления агрессии.

Необходимо отметить, что большинство исследователей аг­рессии вычленяют ее различные формы и типы. Так, Басс (Buss А., 1961) ввел последовательно деление на вербальную и фи­зическую агрессию, что указывает на использованную в каждом случае систему органов: с одной стороны, речевые средства, а с другой —остальная произвольная мускулатура, основное зве­но которой приходится у человека на группу мышц кисти и руки (Bricklin et al., 1962; Kunz, 1946).

Первоначально физическая агрессия человека, пожалуй, не так резко концентрировалась на кисти руки; топтание (Mandel, 1959) и кусание были основными возможностями проявления агрессивных тенденций, как это еще отчетливо видно на при­мере развития в онтогенезе. Только с изобретением оружия, на­чиная с простой дубинки и кончая современными видами атомного, биологического и химического оружия, рука стала играть особо важную роль (Зельг X., 1977).

Прямой целью физической агрессии может быть причи­нение боли или повреждения другому человеку. Цель агрессии может быть и косвенной, когда, например, воздвигается барь­ер, применяемый для притеснения другого. Кроме того, следу­ет учитывать (бессловесные) угрозы (например, кулаком) как символические физические агрессии.

Что касается определения интенсивности агрессии, то с тех пор, как появилось оружие, действующее по принципу «все или ничего» (пистолет или стреляет в полную силу, или совсем не стреляет), нельзя на основании затраченных сил делать вы­вод об интенсивности физической агрессии. Поэтому оценка интенсивности агрессии дается на основании того, насколько вероятно, что агрессия повлечет за собой ранение, и насколь­ко тяжелым оно может быть. Тот, кто стреляет в человека с близкого расстояния, агрессивнее того, кто дает ему пинка. Не случайно в Уголовных кодексах этот принцип был положен в основу разграничения между нарушением и преступлением (см., например, Уголовный кодекс РФ, § 223а, 250).

Важно заметить, что в то время, как, по меньшей мере, прямые физические агрессии почти всегда приводят к объ­ективным повреждениям или причинению боли, вербальные агрессии, которые в повседневной жизни также зачастую выс­тупают как болезненные или оскорбительные, реже влекут за собой однозначные повреждения, которые заметны для посто­роннего наблюдателя.

15

Поэтому многие авторы считают целесообразным давать оп­ределение агрессии преимущественно с точки зрения содержания высказывания и на основании этого решать, что можно считать вербальной агрессией: