Воздушная армия (стр. 10 )

13(4 — 1) = 39 км.

Если скорость неприятельского бомбардировщика будет 3 км/мин, то 39 км светового поля он пройдет в 39 : 3 = 13 минут.

Если же скорость неприятельского бомбардировщика будет 6 км/мин, то световое поле глубиной 39 км будет пройдено в 39 : 6 = 6,5 минуты. Таким образом, когда истребители поднимутся на нужную высоту, бомбардировщик противника успеет уже выйти из светового поля.

Для нашего условного 400-км фронта при интервалах между прожекторами 3 км нужно будет выставить:

400/3 +1 = 134 прожектора.

Если скорость неприятельских бомбардировщиков будет 360 км/час, или 6 км/мин, и мы желаем получить время для боя, например, 15 минут, нам нужна будет глубина светового поля 6 X 15 = 90 км.

При интервалах между линиями 13 км, как это было у англичан, нам понадобится:

90/13 + 1 = 8 линий прожекторов.

На 8 линий потребуется:

134X8=1072 прожектора.

Но этого мало, и нужно стремиться к тому, чтобы прожекторы могли летать и не выпускать из своих лучей [58] неприятельские самолеты. Это значит, что необходимы самолеты-прожекторы.

Световое поле будет иметь своей основной задачей наведение истребителей, а самолеты-прожекторы будут освещать бомбардировщиков противника и после их прорыва через световое поле. Эти самолеты-прожекторы могут не иметь большой вертикальной скорости, так как бой не является их задачей. Они будут освещать бомбардировщиков противника снизу. Их горизонтальная скорость должна быть не меньшей, чем скорость неприятельских бомбардировщиков. Луч их должен направляться вперед, так как опыт показывает, что атака истребителей возможна только по лучу, а не против луча (рис. 13).

Атака эта неотразима, так как истребитель стреляет из темноты по освещенной мишени, а бомбардировщик не видит в темноте своей цели вследствие слепящего действия луча.

Обратимся к аэростатам заграждения.

В облаках нельзя вырыть окопов, но заплести воздух проволокой можно, как об этом свидетельствует удачный опыт мировой войны. Об аэростатах заграждения я говорил во 2-й части моего труда «Бомбардировочная авиация». Аэростаты заграждения (франко-итальянские тандемы) во время мировой войны достигали высоты 3500 м. После войны высота [59] их была доведена до 5 000 м. Повидимому, можно ожидать, что высота их может быть доведена до 10 000 м. Это одно из сильнейших средств обороны. В Париже во время мировой войны аэростаты заграждения играли решающую роль.

Сделаем расчет для нашего условного фронта 400 км.

Аэростаты располагаются на интервалах 400 м.

Чтобы заплести воздух проволокой, нужно не меньше 2 линий аэростатных заграждений, причем аэростаты располагаются в шахматном порядке.

На одну линию аэростатов потребуется 400000/400=1000 аэростатов.

На две линии потребуется 2 000 аэростатов{6}.

Держать аэростаты все время в поднятом положении невозможно. Они поднимаются по тревоге с поля наблюдения. На высоту 5 000 м аэростаты поднимались в 10 минут. Следовательно, при скорости бомбардировщиков противника, например, 3 км/мин = 180 км/час аэростаты должны располагаться не ближе чем в 3 X 10 = 30 км от линии соприкосновения, если противник летит на высоте 5 000 м.

Если скорость современных бомбардировщиков будет, например, 360 км/час, т. е. 6 км/мин, для этой высоты полета бомбардировщиков аэростатные заграждения нужно располагать не ближе чем в 6 X 10 = 60 км.

Примем следующее условное время подъема аэростатных заграждений на различные высоты:

на 5000 м — 10 мин.

на 6000 м — 12 мин.

на 7000 м — 14 мин.

на 8000 м — 16 мин.

на 9000 м — 18 мин.

на 10000 м — 20 мин.

Сообразно этому удаление аэростатных заграждений от линии соприкосновения будет для потолка бомбардировщиков: в 5000 м 6Х10= 60 км

в 6000 м 6X12= 72 км

в 7000 м 6X14= 84 км

в 8000 м 6X16= 96 км

в 9000 м 6X18=108 км

в 10000 м 6X20=120 км [60]

Аэростаты, несомненно, полезно применять и в крупных пунктах. Как мы говорили выше, в обороне Парижа именно аэростаты играли главную роль.

Во время мировой войны аэростаты применялись ночью. Высота аэростатных заграждений 10000 м позволяет применять их и днем. Аэростаты на фронте и у тыловых пунктов будут находиться ее в одинаковых условиях. Дело в том, что аэростаты легко сбиваются зажигательными пулями, а попасть в цель размером 200 куб. м нетрудно. Но если высота аэростатных заграждений будет 10000 м, современные бомбардировщики не смогут сами расчистить себе путь, так как не имеют нужного для этого потолка. Да и не всякий истребитель сегодняшнего дня сможет сбить такую систему. Считаться с возможностью для истребителей сбивать аэростаты заграждения и на такой высоте, конечно, нужно; они это смогут делать на фронте, но сопровождать бомбардировщиков к глубоким тыловым пунктам они не смогут, так как им нехватит на это их радиуса действия. Задачей аэростатных заграждений у глубоких тыловых пунктов будет не допускать бомбардирования, а на фронте задерживать бомбардировочные группы.

Допустим, что истребители летят вперед с целью разведать аэростатные заграждения и проделать в них проходы. Но аэростаты против истребителей не поднимаются. Они будут подняты лишь тогда, когда посты наблюдения донесут, что летят бомбардировщики. Самолеты противника узнают о наличии аэростатных заграждений лишь в тот момент, когда подлетят к ним. Если истребители начнут сбивать обнаруженные аэростаты, бомбардировщики противника должны будут делать маневр задержки, что будет выгодно для истребителей обороны. Противник должен будет организовать целое воздушное сражение только для того, чтобы проникнуть через воздушно-зенитный фронт с прогрызанием аэростатных заграждений.

Мы приходим к следующей схеме воздушно-зенитного фронта (рис. 14).

Необходимо еще упомянуть о следующем. Потери в авиации очень велики. Воздушные силы постоянно требуют пополнения самолетами и летчиками. Эти пополнения должны быть активизированы.

На один самолет на фронте нужно эшелонировать в глубину по крайней мере 2 самолета. Если эти самолеты будут не на складах, а в боеспособном состоянии, готовыми вылететь на [62] фронт, они смогут при соответствующем расположении образовать 2-ю и 3-ю линии воздушного фронта, т. е. могут увеличить воздушную оборону в глубину.

Сделаем сводку средств, нужных для организации воздушно-зенитного фронта в 400 км.

Истребителей{7} — в зависимости от обстановки.

Пулеметов спаренных — 1 620.

Орудий — 3 024.

Прожекторов — 1 828 (в том числе по 3 прожектора на дивизион артиллерии).

Аэростатов заграждения — 2 000.

Мы привели схему. Но схема, конечно, всегда остается только схемой. Bo всяком случае, такая схема на фронте будет более действительной, чем схема ПВО с распылением средств по точкам фронтового и государственного тыла.

Глубокий тыл должен будет довольствоваться, главным образом, пассивными средствами обороны. Он может располагать таким решительным средством, как высотные аэростатные заграждения. Когда средств было мало, стремились защитить «хоть что-нибудь», искали наиболее важные объекты для обороны. Но решая какую-нибудь одну задачу, авиация во многих случаях обладает большим выбором объектов.

Например, если задачей авиации является нарушение движения по железнодорожной сети данного фронта, она может действовать и по узлам, и по мостам, и по перегонам, и по поездам. Оборона какого-нибудь важного узла при таких условиях не решит задачи перевозки войск или снабжения. Эта широкая возможность выбора авиацией объектов для нападения при решении данной задачи влечет за собой стремление защищать все большее количество объектов, и, по нашему мнению, уже сейчас настал момент, когда дальнейшая погоня за обороной все более многочисленных объектов становится нерентабельной, ибо количество средств дает возможность создать сплошной фронт обороны.

Но авиация ведет борьбу по вертикали, стремясь к большому потолку. Зенитная артиллерия пока не отставала, но уже начинает отставать от авиации. У нее еще остается надежда на стрельбу по звуку, так как она не может использовать потолка своей стрельбы вследствие того, что она не видит или плохо видит высоко летящие цели. [63]

Использование звука увеличит высоту зенитного барьера. Такова тенденция.

Истребители обладают потолком, превышающим потолок самолетов других назначений, но видимость с земли также ставит предел их возможностям. Поле сплошного наблюдения имеет тенденцию превратиться в поле сплошного подслушивания. Повидимому, оно даст значительную экономию в числе постов, так как зона слышимости с поста будет больше зоны видимости с него.

Как бы ни решался вопрос организации обороны, несомненно одно: скоростная и высотная авиация обгоняет средства ПВО и притом именно в своем стремлении к глубоким тылам, используя свои потолок и скорость. Поэтому старые взгляды на оборону постепенно должны уступить место новым. Совершенно нецелесообразно, чтобы истребители распылялись по тылам, покорно и бездеятельно ожидая случая, когда к ним изволят пожаловать самолеты противника для одного мощного бомбардирования на уничтожение.

Воздушные силы по самому своему существу не должны знать чисто оборонительного положения, они не должны связываться с кольцами и точками, они должны быть всегда свободными для разрешения наступательных задач в расположении противника и всегда должны быть в полной готовности выполнить чисто оборонительную задачу из любого боевого порядка на земле, предусматривающего решение задач наступательных.

Мы говорили уже о том, что вся авиация, включая и истребительную, является в настоящее время авиацией бомбардировочной, т. е. наступательной. В то же время, проводя большую часть своего времени не в полетах, а на аэродромах, вся авиация должна быть оборонительной и иметь возможность вылетать для отражения воздушного врага. К анализу наступательных задач авиации, включая и истребительную, мы обратимся позже, а сейчас остановимся еще на некоторых вопросах, связанных с воздушной обороной.

Мы приходим к заключению, что более выгодным является сосредоточивать все средства на фронте, предусматривая в то же время и оборону страны. Но с развитием скоростной и высотной систем воздушных вооружений, с одной стороны, и бронированной системы, с другой стороны, значение средств обороны будет падать. [64]