Воздушная армия (стр. 27 )

Мы приходим к следующим выводам. Раз налицо имеется массовая наступательная армия, основная задача воздушной армии — содействие продвижению этой армии вперед, для чего должны быть сосредоточены все силы.

Раз ведется маневренная война, нужно выигрывать воздушно-земные сражения, которые завязываются в воздухе и кончаются на земле, что требует сосредоточения всех воздушных сил в данное время на данном фронте.

Опыт героической борьбы республиканских войск в Испании показал, что бомбардирование столицы не влечет за собой подавления воли к борьбе вооруженных масс. Только разгром вооруженных сил противника является залогам победы. Сторонникам подавления морального состояния населения страны противника путем бомбардирования незащищенных городов мы можем сказать, что потрясение морального состояния населения страны от проигранных на фронте сражений будет больше, чем от местных бомбардирований мирного населения.

Главное — победа на фронте массовых наступательных армий. [145]

Глава четвертая. Обеспечение наступательных действий воздушных сил

Никакие полеты невозможны без наличия аэродромов. Это, конечно, совершенно элементарно. Заботы о подготовке аэродромной сети никогда не будут чрезмерными. Современная фронтовая операция строится как сочетание главного удара нескольких ударных армий на важнейшем направлении и сковывающих действий на направлениях второстепенных. Так как действия на второстепенных направлениях ни в коем случае не могут выродиться в безрезультатные демонстрации, то не только главное, но и второстепенные направления должны обладать соответствующей аэродромной сетью. Подготовка аэродромной сети для обеспечения наступательной операции фронта имеет вполне конкретный характер, отвечая реальному плану войны.

Развиваемая еще в довоенное время аэродромная сеть не может быть скрыта от противника и потому является одним из демаскирующих признаков. Поэтому было бы наивно организовывать густую аэродромную сеть на фронте намеченного удара и оставлять необорудованным в аэродромном отношении фронт второстепенный. Количество намеченных площадок и полевых аэродромов в приграничных полосах в настоящее время таково, что оно во всех странах, имеющих авиацию, обеспечивает возможность сосредоточения крупных воздушных сил на любом возможном операционном направлении и соответствующее маневрирование авиацией по фронту. Отмечаемое увеличение аэродромной сети на том или другом фронте может быть и соответствующей «провокацией» маскировочного характера.

В довоенное время авиация располагается на своих постоянных аэродромах, хорошо известных противнику. Так как [146] государства теперь не будут объявлять войну, а будут «вползать» в нее, внезапные удары по постоянным аэродромам вполне возможны.

Это обязывает, во-первых, к постоянной бдительности, особенно в предшествующий войне реально осязаемый тревожный период, и, во-вторых, к соответствующему заблаговременному расположению средств ПВО, о котором мы говорили в главе I.

Так как нападение авиации осуществляется чрезвычайно быстро и на большую глубину, необходимо, чтобы вся авиация приграничных округов имела режим частей пограничной охраны.

Вместе с тем совершенно необходимо предусмотреть своевременный уход авиационных частей и соединений с постоянных аэродромов на аэродромы полевые. Когда полевых аэродромов намечено много, больше чем нужно для размещения данного количества авиации, противнику придется или выполнить разведку, чтобы знать, как расселась авиация, что требует времени, или предпринять сплошное бомбардирование всех площадок, что не может быть эффективным вследствие оборонительного положения, о котором мы говорили в главе I. Переход на полевые аэродромы должен, конечно, осуществляться в плановом порядке. Ни в коем случае не должно быть допущено размещение основных аэродромов ближе рубежа, на котором возможно дать противнику воздушный бой. Это касается равным образом и войсковой авиации. Зато широкое применение должны найти передовые аэродромы, выбор передовых аэродромов должен быть, конечно, не случайным, а строго согласованным с расположением пунктов, предназначенных для занятия их соответствующими штабами сухопутных войск. Число пригодных для аэродромов площадок всегда будет больше размещаемых соединений вследствие наличия, кроме основных, еще и передовых, тыловых и запасных аэродромов.

Для составления плана занятия полевых аэродромов авиации чрезвычайно важно знать тот рубеж, на котором образуется, согласно плану стратегического развертывания, фронт сухопутных войск. В частности для составления плана работы авиации с частями прикрытия необходимо знать план их действий: будут ли они удерживать государственную границу, продвигаться вперед или отходить назад. [147]

Воздушные силы должны заблаговременно получить соответствующие указания, чтобы, не трогая слишком рано частей и соединений с постоянных аэродромов, можно было выслать вперед комендатуры полевых аэродромов и соответствующие технические средства и чтобы, таким образом, самолеты не были связаны после перелета длительностью переброски земных хвостов.

Самым лучшим и самым быстрым средством для своевременной высылки вперед комендатур, средств связи, технического персонала, технического и расходно-эксплоатационного имущества для обеспечения боевой работы будут авиатранспортные части в составе соединений воздушных сил. Состав их должен быть рассчитан таким образом, чтобы соединения воздушных сил, перелетевшие при развертывании на полевые аэродромы, были обеспечены снабжением и технической помощью на время до прибытия дорожных эшелонов.

С продвижением земного фронта вперед будет захватываться аэродромная сеть противника, а с отходом назад противнику будет отдаваться своя аэродромная сеть. Это обстоятельство, конечно, необходимо учитывать.

Для того чтобы вернее оторваться от наступающего, отходящий разрушает свои дороги. Так же будет портить свои аэродромы и отходящая авиация. Но с аэродромами дело обстоит иначе, чем с дорогами. Занятие неприятельских аэродромов, покинутых противником, далеко не всегда будет целесообразно.

Чем стремительнее наступление сухопутных войск, тем меньше времени будет у противника для приведения в негодность оставляемых им аэродромов. Мировая война знает случаи захвата неприятельских аэродромов не только неиспорченных, но и с невывезенным техническим имуществом и горючим и даже с неуспевшими вылететь самолетами, как, например, это было в мартовском наступлении немцев в 1918 г. Теперь со скоростными системами самолетов, заставляющими относить гораздо глубже в тыл основные аэродромы, времени для порчи аэродромов будет значительно больше, и необходимо с этим считаться, ибо противник сможет не только разрушить свои аэродромы, но и устроить на них ловушки в виде закопанных бомб или мин с замедленным взрывом на различные сроки, что исключит возможность пользоваться ими.

Кроме того, необходимо принимать во внимание, что расположение оставляемых аэродромов отлично известно противнику [148] и что вследствие этого приходится ожидать бомбардирования их. К тому же аэродромы противника будут подвергаться систематическим бомбардировкам наступающего, что во многих случаях исключит возможность их последующего использования.

В силу этого в расчет на использование аэродромной сети противника должны вноситься соответствующие поправки. Обеспечение наступательной энергии своих воздушных сил потребует специальных инженерных частей как для обследования на первый взгляд нетронутых неприятельских аэродромов и для восстановительных работ на них, так и для выбора и разработки новой аэродромной сети.

Аэродромные части должны следовать впереди непосредственно за пехотой. Они должны выполнять работы со скоростью, позволяющей авиации не отрываться слишком далеко от продвигающегося вперед фронта. Это потребует крупных частей воздушно-инженерных войск, снабженных средствами механизации аэродромных работ.

Аэродромные работы со средствами механизации нетрудно обнаружить разведкой с воздуха, а вслед за разведкой последует их бомбардирование и отравление. Работы, которые не будут скрыты, будут сорваны противником. Скрыты же аэродромные работы могут быть двумя способами: во-первых, продвижением вперед воздушно-зенитного фронта и, во-вторых, маскировкой. Это значит, что средства воздушной обороны должны быть моторизованы, что маскировочные части должны входить в состав аэродромных войск и что средства воздушно-зенитного фронта и аэродромные соединения с маскировочными частями должны входить в состав воздушной армии.

Наступление как сухопутных, так и воздушных сил обеспечивается также своевременным подвозом пополнений и снабжения.

Сосредоточение крупных сухопутных и воздушных сил на активном фронте ставит вообще остро вопрос о снабжении. Особенно остро вопрос этот ставится сейчас в связи с наличием воздушных сил, имеющих возможность успешно разрушать железные дороги. Успешно выполняя задачу разрушения железной дороги, питающей какую-нибудь армию, авиация может держать эту армию, как на канате, не позволяя ей двигаться вперед. Не исключена возможность, что армии двух противников, базирующиеся на одну железную дорогу, [149] в определенный момент, когда они будут истощены сражением, должны будут разойтись, чтобы «пообедать», если и у той и у другой армии будет разрушена питающая их железная дорога.

Емкость современного наступательного фронта, быстрота и глубина операции тесно связаны с транспортом вообще и с железными дорогами в частности.

Уже мировая война, несмотря на густую железнодорожную сеть, потребовала крупного содействия в перевозках всякого рода со стороны автотранспорта и не потому, что автотранспорт был рентабельнее железных дорог, а потому, что даже густая железнодорожная сеть на Западе не справлялась с необходимым подвозом.

В странах с относительно редкой железнодорожной сетью вопрос о помощи железным дорогам другими видами транспорта, включая и воздушный транспорт, стоит во весь рост.

К задачам накапливания наступательных возможностей относится и задача нарушения подвоза противника при сохранении возможности этого подвоза за собой.

Вопрос этот, как и другие подобные вопросы, как мы говорили, никогда не решается абсолютно. Кто сохранит за собой большие возможности в этом отношении, тот будет иметь неоспоримое преимущество.