МИЛЗ. Очень, очень тронут! (Берет и долго трясет руку мистера Тейлора.)
ТЕЙЛОР. Не могу сказать того же про себя, мистер Милз!
МИЛЗ. Сейчас трудные времена…
Входит Берни Шон.
БЕРНИ. О! Джентльмены! Мадам! Кажется, я ничего не упустил.
МИЛЗ. Разрешите представить. Мистер Берни Шон. Из «Ист-энд Кроникал». Он будет освещать союз Аполлона и Меркурия.
ТЕЙЛОР. Кого? Чего?
БЕРНИ. Кем! Чем!
МИЗЛ. Искусства и Торговли!
ТЕЙЛОР. Тогда Меркурий думает, что ему уже давно пора в путь! (Хочет уходить.)
РОУЗ. Но дорогой! Ты еще не сказал своего слова!
ТЕЙЛОР. А надо?!
МИЛЗ. Это будет очень тяжелое слово! Надеюсь!
ТЕЙЛОР. Ну, хорошо… Пятьсот фунтов!
РОУЗ. Джеймс!
ТЕЙЛОР. А что?! Хороший вес!
РОУЗ. Ты хотел сказать, пять тысяч фунтов.
ТЕЙЛОР. Да, да. Моя жена лучше знает, что я хотел сказать.
МИЛЗ. Огромное спасибо, мистер Тейлор! Вы нас просто спасли!
БЕРНИ. Миссис Тейлор! Вы не могли бы уделить мне пару минут?
РОУЗ. В чем дело, мистер Шон?
БЕРНИ. Я бы хотел представить вам свое сочинение…
РОУЗ. Сделаем пару шагов в сторону, чтобы мистер Тейлор не смог нас услышать…
Роуз и Берни отходят. Мистер Тейлор ищет выход. Мистер Милз следует за ним.
ТЕЙЛОР. Где здесь выход? Я, кажется, заблудился…
МИЛЗ. Прошу сюда! Мистер Тейлор! Для меня честь принимать вас в нашем скромном…
ТЕЙЛОР. Балагане!
МИЛЗ. Ну почему же? Наш театр имеет свою репутацию.
ТЕЙЛОР. Репутацию ненадежного коммерческого предприятия…
МИЛЗ. Мы служим искусству. В годы войны это дело слишком затратное.
ТЕЙЛОР (наступает на директора, упираясь в него тростью). Сколько банков отказали вам в кредите? В этом месяце? А в прошлом? Говорите начистоту!
МИЛЗ. Вы очень хорошо осведомлены, мистер Тейлор, но позвольте…
ТЕЙЛОР. Не позволю! Я даю вам деньги. Но если премьера не понравится моей жене, я снесу ваш театр к чертовой матери и построю богадельню для вдовушек.
МИЛЗ. Конечно, за вами останется последнее слово.
ТЕЙЛОР. И вы должны еще кое-что мне обещать!
МИЛЗ. Да, сэр!
ТЕЙЛОР. Завезите в буфет пристойный виски!
МИЛЗ. Вы можете на меня положиться, сэр! Я найду лучший виски во всей Шотландии и доставлю его специально для вас!
ТЕЙЛОР (случайно находит забытый веер). А это что за перья? Дохлый страус? Из зоопарка? Его тоже разбомбили немцы?!
МИЛЗ. Нет! Это веер, сэр! Веер мисс Престон! С ним она играла Клеопатру, Елизавету Девственницу и жену одного мавра.
ТЕЙЛОР. Выглядит как чучело! Заведите новый! Из пластика!
МИЛЗ. Вы позволите? Я его уберу. Наверное, Лидия забыла.
Оба уходят вглубь сцены.
Выходят Берни и Роуз. У Роуз в руках рукопись.
БЕРНИ. Мадам! Вы чистый ангел! Вы воскрешаете меня к жизни!
РОУЗ. Вся наша жизнь – обеды и дебаты, дебаты и обеды. Другое дело у вас. Премьеры, цветы, аплодисменты. Признаюсь честно, в молодости я тоже хотела стать актрисой. Но исповедь меня удержала. Родители подыскали мне Джеймса. У него тогда не было ни гроша. Ни одного сахарного заводика. Это секрет! Теперь-то у него на уме только клуб и карты. Я даже боюсь предположить, что он скрывает!
БЕРНИ. Осмелюсь заметить, у вас чудесная шляпка, мадам.
РОУЗ. Теперь вся Англия носит хаки. Это ужасно! В магазинах не осталось приличных вещей.
БЕРНИ. Но, мадам! Военная встряска пошла нам на пользу. В армии миллионы людей стали получать регулярный доход…
Милз и Тейлор возвращаются.
МИЛЗ (Тейлору на ходу). Могу предложить вам тропический ром. У меня кое-что осталось. Из колониальных запасов.
РОУЗ. Дорогой, нам пора ехать! Ты вызвал кэб?
ТЕЙЛОР. Я твержу тебе об этом уже полчаса. Сегодня джентльмены из министерства будут обсуждать военный заказ. Я вернусь только за полночь…
РОУЗ. А я хотела тебе почитать рукопись мистера Шона…
ТЕЙЛОР. Пусть мистер Шон сам тебе почитает! Ха! Ха! Ха! Идем, дорогая!
Мистер и миссис Тейлор уходят. За ними семенит Милз. Входит Клэр. Идет к выходу.
БЕРНИ. Мисс Престон. У меня нет слов, чтобы выразить вам свое восхищение. Ваша игра достойна великой Сары Бернар.
КЛЭР. Не надо комплиментов. Я обычно беру цветами! Попробуйте хоть раз подарить!
БЕРНИ. Вы читали мою статью в «Ист-Энд Кроникал»?
КЛЭР. Это вы пишете под псевдонимом Шекспир?
БЕРНИ. Нет! Моя фамилия Шон. Не Бернард Шоу. А просто Шон. Вот уже пять лет я пишу репортажи и служу в Бюро пропаганды у мистера Чапмэна.
КЛЭР. Слово служба больше подходит для королевского флота. Не находите ли?
БЕРНИ. На войне каждый газетчик ценнее майора.
КЛЭР. А где же вы видели в Лондоне войну?
БЕРНИ (заговорщически). Война у нас за углом! Она всегда рядом. Спит, завернувшись в шинель.
КЛЭР. Тогда я выйду. На улицу!
Уходят.
Сцена шестая. Четверо на мосту
Ночной Лондон. Вдали виднеется мост Ватерлоо и здание парламента. Две пары прогуливаются по набережной Темзы и по Вестминстерскому мосту.
КЛЭР. Где стоит ваш полк?
ГАРОЛЬД. В Бельгии… У них отличное пиво… Смотри, какое серое небо.
КЛЭР… Серые шинели так утомляют. Солдаты в зале не знают куда смотреть. Некоторые даже спят. Им нужны панталоны и скабрезные шутки про кайзера. А я хотела играть Офелию…
ГАРОЛЬД. Отец пишет, что его пивоварня процветает. Все хотят забыть о войне. Кажется, Эдвин и Брилл нас догоняют…
КЛЭР. Правда, что Эдвин сын лорда?
ГАРОЛЬД. Да. У него такой длинный титул, что он и сам его до конца не помнит. Может стать пэром. Скакать во главе кирасирского полка. Но он предпочитает ползать на брюхе от одной мины до другой. На его счету уже 379 мин. В нашем полку его прозвали «Счастливчик Эд». Однажды он принес в блиндаж бочонок немецкого пива. До сих пор никто не знает, где он его взял.
КЛЭР. Его могли убить? Из-за этого бочонка?
ГАРОЛЬД. Да. Он воюет не чтобы убивать. Он воюет, чтобы кого-то спасти.
КЛЭР. Смотри. На мосту уже зажгли фонари…
Клэр и Гарольд проходят дальше. Входят Эд и Брилл.
ЭД. (позирует) Я богат, красив и молод! Что нужно еще человеку, чтобы отдать жизнь за Британию и короля!
БРИЛЛ. Любовь!
ЭД. Любовь? Возможно! А чем вы занимаетесь в Лондоне? Тоже актриса?
БРИЛЛ. Скорее риэлтор.
ЭД. И что же вы продаете?
БРИЛЛ. Не продаю. А сдаю в аренду.
ЭД. Даже так!
БРИЛЛ. Два квадратных метра. На мосту Ватерлоо.
ЭД. А я думал, это собственность Британской короны.
БРИЛЛ. Мы называем его Мост поцелуев.
ЭД. Это прибыльный бизнес?
БРИЛЛ. Да. Но только от заката и до восхода.
ЭД. И что, любой может арендовать?
БРИЛЛ. Если он мне самой нравится! И носит форму. Как вы с Гарольдом! (Смеется.)
ЭД. Вы, наверно, дочь хозяина мясной лавки?..
БРИЛЛ. Почему вы так решили?
ЭД. У вас отличная вырезка, мисс.
БРИЛЛ. Нет. Мой отец часто соблюдал пост. Он был священником. Смотрите! Там мост разводят.
ЭД. Да, вижу.
БРИЛЛ. Вчера одна из наших девочек, кажется, ее звали Эмма, упала с моста…
ЭД. Это был несчастный случай?
БРИЛЛ. Думаю, нет. Она влюбилась в морского офицера.
ЭД. А он?
БРИЛЛ. Может, его вовсе и не было. Девушки любят сочинять о себе разное. Расскажите лучше мне о ваших подвигах. Я страшно люблю слушать о подвигах. Мужчины такие лгуны. Но всё равно очень интересно.
ЭД. Что же вам, мисс, такого рассказать?
БРИЛЛ. Как вы остались живы после обстрела. И про генерала Уизерспуна.
ЭД. Мина не взорвалась, и Гарольд стал капитаном.
БРИЛЛ. А вы?
ЭД. А я!.. А я получил хорошую шишку. Потрогайте, она всё еще на мне?
Брилл трогает шишку на голове.
БРИЛЛ. Еще больно? Она огорчит вашу мать.
ЭД. Моя матушка до сих пор думает, что я учусь в Эдинбурге. На электромеханика.
БРИЛЛ. Вы ничего не сказали родным?!
ЭД. Я отучился два курса. Теперь пересылаю письма через моих тетушек. Из Эдинбурга.
БРИЛЛ. Вы добровольно пошли воевать? Это же глупо!
Подходят Гарольд и Клэр.
ГАРОЛЬД. Эд ходит с нами в разведку. Вообще-то, его дело только очистить проход в минном поле. Но он отсылает саперов в тыл, а сам ползет с нами к немецким окопам.
КЛЭР. Что вы можете сказать о немцах? Они действительно такие противные, как об этом пишет мистер Шон?
ЭД. 1 января 15 года мы устроили перемирие. Вылезли из окопов и угощали немцев сигаретами. У них проблемы с табаком. Хотя турки им иногда присылают.
КЛЭР. И вы говорили с немцами прямо так?
ЭД. Да. Они были от меня не дальше… чем вы.
КЛЭР. Это неправда! Этого не может быть. В газетах об этом ничего не писали. Скажи, Гарольд, что это неправда! (Гарольд молчит.) Почему ты молчишь, Гарольд?
БРИЛЛ. Он хранит военную тайну!
ЭД. У меня есть Кодак. Осталась пара снимков. Как гансы и томми дали друг другу прикурить. А потом сыграли в футбол. Я всегда ношу Кодак с собой.
КЛЭР. Гарольд! Ну скажи, что это неправда!
ЭД. Это правда. Но… страшная тайна. Черчилль может потерять министерский портфель, если пресса поднимет шум.
БРИЛЛ. Я знала одного морского офицера. Он и не такое присочинял… А как глубоко нырял!
КЛЭР. Брилл!
БРИЛЛ. А что?
КЛЭР (Эду). Мы должны ненавидеть немцев и любить русских.
ЭД. О! Мне хочется делать всё наоборот. Из вредности!
КЛЭР. А как же принципы? Наш союзнический долг!
ЭД. Я ни у кого ничего в долг не брал. Мог бы и дальше учиться в Эдинбурге.
КЛЭР. Тогда зачем же вы полезли в окопы? Мобилизацию объявили только в шестнадцатом.
ЭД. Надоело играть на скачках и гулять по ночному Лондону.
БРИЛЛ. (Эду) Ночной Лондон я тебе гарантирую. Хотя бы на неделю.
КЛЭР. Похоже, Эдвин, вы уже пленили сердце моей сестры.
ГАРОЛЬД. Эд!
ЭД. Да, Гарольд! Ты что-то хотел нам сказать?
КЛЭР. Гарольд хотел сказать, что вы и Брилл слишком спешите жить. Это разрушает общественные приличия.
БРИЛЛ. А я не вижу в этом ничего особенного. Вот Гарольд всё время молчит и смотрит только на тебя.
КЛЭР. Это правда, Гарольд?
Гарольд отходит в сторону и закуривает.
КЛЭР. Покажете нам свой фотоаппарат?
БРИЛЛ. Я тоже хочу посмотреть на это чудо.
ЭД. Вот он! (Достает Кодак из подсумка.)
БРИЛЛ. Какой маленький. А вы можете нас сфотографировать?
ЭД. Конечно.
БРИЛЛ. Клэр! Гарольд! Встанем у парапета.
Все встают.
ЭД. Ближе! Теснее! Смотрите в камеру! Готово!
КЛЭР. Когда можно увидеть снимки?
ЭД. Думаю, через пару дней.
БРИЛЛ. Стало холодно. С Темзы дует мокрый ветер. Надеюсь, джентльмены не заставят меня здесь встречать восход? Да, я окончательно замерзла!
|
Из за большого объема этот материал размещен на нескольких страницах:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 |
Основные порталы (построено редакторами)