Проблемы административного управления (стр. 11 )

·  создание в органах государственной власти и управления социальной и правовой среды, которая была бы привлекательной для служащих, испытывающих потребность самореализации в государственном деле и восприимчивых к инновациям в процессе административного реформирования. Раньше нами было показано, что сопряжение личных интересов субъектов со служебными образует своеобразный интерфейс, в котором структура раскрывает перед эффективном деятелем свои степени свобод, а деятель встречно раскрывает резервы своих способностей[18];

·  формирование в коллективах государственных служащих ситуационно действующих групп с целью решения задач, связанных с «неразрешаемыми» проблемами. Такая практика, с одной стороны, мобилизирует у членов этих групп их творческий потенциал (эффект неадаптивности), с другой стороны – позволит гласно поощрять их успешность значимым для них вознаграждением с ориентацией таким путем на «втягивание» в эту практику расширенного состава служащих;

·  организация в академиях государственной службы (вариант – по месту службы) специальной подготовки перспективных для «кадрового ядра» служащих по программе «Менеджер высших достижений»;

·  создание компьютерной сети дистанционного делового общения творчески ориентированных специалистов и руководителей государственной службы;

·  формирование в СМИ имиджа государственного деятеля XXI века, имея в виду привлечение на государственную службу гражданских лиц, имеющих склонность к реализации себя в этом виде труда.

Представленные ориентации - только примерные очертания ключевых составляющих проектных разработок программы кадровой политики в решении задач формирования кадрового корпуса системы государственного управления новой генерации. Сочетание такого рода работы с организационно-правовыми компонентами административной реформы предполагает создание основы для реализации идеи продвинутого административного реформирования с переходом в последующем на практику модернизации государственного кадрового корпуса, имея в виду непрерывное его развитие в соответствии с реальностью и возможным прогнозом изменений социальной потребности в регулировании общественных отношений.

3.3. Контуры модели проактивного государственного деятеля

Прежде всего о понятии «государственный деятель». Употребляемые в настоящее время официально и обыденно различные названия профессии и квалификации лица, исполняющего государственную должность, не отражают сущности профессионала этого сложного, социально значимого вида деятельности. Название «специалист» подразумевает подготовленность к должности в объеме требований профессии в какой-то узкопрофильной сфере (юрист, экономист, психолог и т. д.) «Советник» – лицо, советующее кому-то (на службе имеется в виду – старшему по должности) как что-то делать. «Менеджер» – представление о профессии координатора деятельности (какой, где?). «Чиновник» – явно устаревшее название, вызывающее ассоциацию с бюрократической деятельностью в иерархии чинов дореволюционной России. «Служащий» – связано с понятием «служба», т. е. исполнением чьих-то решений.

Разрабатывая модель профессионала, необходимо в первую очередь определиться с принадлежностью профессии к конкретному социальному институту. В нашем случае таким институтом является государство. Какую бы должность мы не обозначали, она является должностью государственной. Соответственно, деятельность, которой занимается лицо, исполняющее государственную должность, - государственная. Отсюда – «государственное дело». Общий признак любой должности, начиная с самой нижней до высшей, - государственная деятельность. Отсюда – «государственный деятель». Это понятие, традиционно в России ассоциирующееся с высокой миссией государственной деятельности, поднимает в сознании человека, исполняющего государственную должность, значимость его профессии, ориентирует на важность дела, которым он занят.

Понятие «проактивность» обсуждалось нами выше в связи с концепцией продвинутого административной реформирования, буквально: активность для (pro) будущего. В отношении к государственному деятелю оно означает ориентацию его деятельности на решение задач в предвидении изменений в предметной области и содержании государственного дела. Авторы книги «Менеджмент XXI века» определяют такого рода деятелей носителями «нового менталитета» (next mentality – досл. «следующего менталитета»)[19]. Работа на будущее - не значит изменять его по какому-то проекту. Это нереально, поскольку будущее определяет себя само по своим программам, которые оно согласовывает с прошлым и настоящим в развитии системы. Мы их в конкретном представлении можем не знать. Но вырабатывать в себе готовность к встрече с неожиданностями в современном быстро изменяющемся мире мы обязаны, если хотим не только выжить, но продвигаться в будущее вместе с ним. Для современного государственного деятеля это качество особенно важно, поскольку его деятельность связана с жизнью многих сотен, тысяч и миллионов людей страны не только в настоящем, но и в будущем – завтра, через месяц, год, десятилетие, в будущих поколениях. Отсюда – императив проактивности.

Фундаментальная основа проактивности – это осознанная потребность обеспечения устойчивости в жизнеустройстве и способность ее реализации в условиях неопределенности, которую несет будущее. В дореформенный период и у граждан СССР и у государственных деятелей такая потребность не была выражена, поскольку будущее представлялось предсказуемым. Новый тип отношений радикально изменил ситуацию и осознание субъектами не только будущего, но и настоящего. Те из них, которые не бояться риска, находят себя в предпринимательстве, создавая себе страховочный потенциал в погоне за прибылями. Лица с обостренной потребностью в достижении устойчивости и недостаточной способностью в самостоятельном ее удовлетворении стремятся ее обрести в структурах органов государственной власти, ориентируясь на их устойчивость и предоставляемые государством социальные гарантии. Их проактивность, как правило, исходно направляла на интерес благополучного жизнеустройства себя и своих близких Казалось бы, ожидать социальной проактивности таких деятелей не приходится. На самом деле это не совсем так.

Особенностью государства XXI века будет (и уже проявляется) отказ от регидности его структур и функций и переход к подвижным их конфигурациям, стимулируемый набирающей скорость социальной эволюцией. На смену классическому статическому порядку приходит динамическая организованность. Устойчивость в изменяющейся среде обретается и поддерживается только движением. Движение государственного кадрового корпуса в его качестве – это прежде всего непрерывное прогрессирующее развитие государственных деятелей. Одни из них, которым проактивность свойственна по складу их личности, будут источником формирования проактивного кадрового ядра. Другие, менее способные в этом отношении, будут по необходимости развивать в себе соответствующие качества и присоединяться к первым или следовать им в общем деле. Те же, которые не способны к такой сингрессии или не настроены на движение в общем потоке, окажутся отброшенными на берег, где их также не ожидает спокойная жизнь. Таким образом, социальная самоорганизация сделает своей дело. Однако для оптимизации этого процесса, придания ему необходимого для государственного дела качества, требуется разработка ориентиров, которым могут следовать деятели в развитии своей проактивности, а кадровые службы использовать их в своей работе по формированию кадрового корпуса.

Такие ориентиры можно представить как составляющие модели проактивного государственного деятеля. Содержательно они могут раскрываться в трех основных категориях: 1) мирочувствование, 2) знания, 3) умения. Каждая из этих категорий рассматривается в контексте развертывания движения от прошлого (потенциал) – через настоящее (реальность) – к будущему (виртуальность). Установка личности на устремление по этому маршруту выражается принятым им кредо.

Кредо - как девиз деятеля, выражающий внутреннюю установку, которой он следует в своей деятельности и поведении, имеет для принявшего его субъекта мобилизирующее и направляющее значение. Для проактивного деятеля важно вкладывание в него выражение сущности своего настроя на движение в будущее. При интервьюировании нами успешных в своем саморазвитии эффективных государственных деятелей (научный проект «Карьерная стратегия и служебная тактика») общим в их понимании источника своей успешности в саморазвитии выявлено видение ситуации в целостном ее выражении и способность ориентации в ее содержании на те процессы, которые вовлекают реальность в будущее. Включая себя в этот процесс, эти деятели развивали в себе качества, необходимые для своего устойчивого движения в потоке изменений среды деятельности. Часто неосознанное (потребностное) стремление этих деятелей не отставать от жизни вырабатывало у них сознательный настрой на эффективное взаимодействие с ситуацией и способность продвигаться в будущее с опережением проявления результатов ее «естественной» разрядки. Так неосознанное кредо «не отставать от жизни» трансформировалось в сознательное – «жить в будущем сегодня».

Целостное видение и сознательное взаимодействие с ситуацией доступно деятелю при развитии у него синергетического (нелинейного) мышления. Особенностью этого типа мышления является его синергийная и сингрессивная образность, когда формирующийся в сознании деятеля образ наиболее полно несет в себе все многообразие различных реальных и виртуальных характеристик ситуации в их нелинейно движущемся взаимоперемешивании и перемежении. При этом внимание в таком образе концентрируется на установлении непривычных, «невероятных» сочетаний имеющихся и производящихся в ситуации характеристик, формирующих образ будущего. Синергетический тип мышления продуцирует в деятеле способности мирочувствования, обретения знаний и умений, накопления опыта деятельности в условиях неопределенности, формирования отношений в изменяющейся среде в их синергийно-сингрессивном контексте, как внутри каждой из этих способностей, так и в их взаимообусловливании.

Мирочувствование – базисная основа модели проактивного деятеля. Традиционно рисуемые в индивидуальном и общественном сознании «картины мира» не более чем слепок с прошлого или с конкретного «стоп-кадра» действительности. Эти картины способствуют мировоззрению, формирующемуся в результате обобщения естественнонаучных, социальных, технических и философских знаний. Но эти знания в основе своей – продукт человеческого прошлого. Стремительно изменяющийся мир человека не только требует постоянной их корректировки, но и коренных парадигмальных трансформаций. Для познания такого мира и ориентации в векторах его движения необходимо его чувствование, которое предшествует знаниям, задает направленность их продукции в креативном значении и в единении их дифференциаций. Именно чувствование обеспечивает сигнальную функцию сознания, ориентированную на изменения среды жизнедеятельности и ее образ в будущем.