Проблемы административного управления (стр. 3 )

Пространство, в котором образуются и действуют факторы, влияющие на эффективность административной реформы, определяется процессами, происходящими на трех уровнях социальной реальности. Мегауровень представлен сверхмедленными параметрами социального порядка (верования, культура, национальный характер, обычаи и т. п.) Макроуровень – долгоживущие переменные (конституции, базовые законы, парадигмы, традиции и др.) Микроуровень – короткоживущие параметры порядка (социальные и межличностные отношения, статусы, роли, установки, привычки и т. д.).

В соответствии с синергетическим принципом динамической иерархичности (основной принцип прохождения системой точек бифуркации и формирования нового порядка) возникновение нового качества системы происходит когда медленное изменение параметров порядка мегауровня приводит к бифуркации, неустойчивости системы на макроуровне и перестройке его структуры (вспомним “горбачевскую” перестройку в СССР) По достижении критического (предельного) значения неустойчивости параметры порядка макроуровня возвращают свои степени свободы в хаос микроуровня, растворяясь в нем. Результат – состояние, которое Э. Дюркгейм определил как “аномия”, когда прежние нормы перестали действовать, а новые не сформировались. Затем в неспосредственном взаимодействии мега – и микро – уровней возникают новые параметры порядка обновленного макроуровня. Смысловая формула этого процесса: “управляющие сверхмедленные параметры мегауровня” + “короткоживущие переменные микроуровня” = “параметры порядка, структурообразующие переменные макроуровня” Мгновение между прошлым и будущим – точка (область) бифуркации на микроуровне является целой эпохой перемен – трансформацией.[5] Именно здесь происходит выбор альтернатив развития макроуровня, формирование новой парадигмы, форм и методов социального, в т. ч. государственного управления, в котором административная компонента имеет существенное значение.

Несмотря на то, что содержание административной системы составляют долгоживущие (фиксированные в праве и управленческих структурах) параметры порядка, она подвижна в объеме своего прямого воздействия на социальную жизнь. Административное управление наиболее значимо в переходном периоде социально-организационных изменений. Его особенности, которые предполагают определенность и четкость решений, повышенную ответственность, исключительную исполнительность и субординацию действий отвечают на вызов социального кризиса или ситуации вхождения в него. По мере стабилизации общественных отношений вступают в действие и расширяют зону своего социально-организационного влияния продолжающие формироваться на микроуровне параметры порядка, не фиксируемые в правовых нормах и структурах государства. Согласуясь в своем генезисе и действиях со сверхмедленными параметрами мегауровня и не противореча сформировавшимся на макроуровне правовым нормам, самообразующиеся на микроуровне параметры порядка, выступают в значении факторов, с одной стороны, синергийно дополняющих механизм административного управления, поскольку компенсируют присущую ему жесткость, с другой стороны – в определенной части заменяющих собой административные регуляторы, сокращая тем самым поле действия административной системы.

“Согласованность”, “непротиворечивость” – понятие, характеризующее состояние порядка. Для сложных динамических (диссипативных) систем такое состояние не означает достижение некой статической стабильности, покоя. В синергетическом представлении – это состояние упорядоченного движения, в котором продолжают конкурентно взаимодействовать факторы организации и дезорганизации, но при этом синергийно сопрягаясь в общем движении к какой-то цели. Такой целью является устойчивость, но опять-таки - устойчивость не жесткой конструкции, которая может претерпеть катастрофу при определенном на нее воздействии, а устойчивость гибкого самообновляющегося образования. Целью государственной административной системы, формирующейся в современном нестабильном социальном мире, является правовое обеспечение именно такого порядка в обществе, но для этого она сама должна быть тем самым «гибким самообновляющимся образованием».

Ориентация на такое состояние административной системы относит ее к типу диссипативных систем, образующихся в условиях синтеза порядка и хаоса. «В понятии диссипативной структуры, - по утверждению , - есть два аспекта: а) «порядок» существует лишь за счет «хаоса», вносимого в среду; б) благодаря своему «порядку» она приобретает способность адекватно реагировать на хаотические воздействия среды и этим сохранять свою устойчивость; в ее упорядоченном поведении появляются «хаотические черты», но эти черты становятся необходимым условием ее «упорядоченного» существования»[6]. Добавим к этому – и эффективного функционирования. Синтез порядка и хаоса – результат особенного взаимодействия экстремальных (крайне выраженных) противоположностей: добро и зло, свет и тьма, жар и холод, активность – пассивность, и т. д. Абсолютного выражения одной крайности или другой, т. е. полного отрицания одной из них не бывает. Есть взаимные переходы, рождающие различные «оттенки» реальности. В кризисных ситуациях «оттенки» исчезают, взаимодействие приобретает экстремальный характер, а переходы развиваются по типу странных аттракторов, когда причинно-следственные связи становятся неразличимыми, поскольку траектории перемежающегося движения запутываются в процессе сложного скоростного перемешивания.

Сложность перемешивания определяется специфической конфигурацией движения. Схематически эту конфигурацию можно изобразить в виде повернутой на бок восьмерки или бабочки, крылья которой представляют собой локализованные пространства, в которых происходит циркуляторное перемешивание факторных свойств, прорывающихся через «межу» в центре «восьмерки» (перемежающаяся циркуляция). Поскольку циркуляция активностей сторон происходит в условиях встречных сопротивлений (движение с трением), энергия перемещений рассеивается (диссипирует) и процесс перемешивания завершается формированием диссипативной структуры, отличающейся по качественным параметрам от сформировавших ее противоположностей и регулирующей их взаимодействие[7].Феномен возникновения в процессе экстремального взаимодействия двух с противоположными свойствами факторов третьего фактора в значении управляющего параметра фундаментально определяет тринитарный подход в исследовании динамики природных и общественных структур и процессов в отличие от классически сформировавшегося дихотомического (бинарного) подхода, который не смог раскрыть механизм действия диалектического закона единства и борьбы противоположностей. Синтез новых качеств административной системы происходит в результате экстремального взаимодействия, с одной стороны, власти как выражения силы подчинения и фактора жесткого порядка, с другой – фактора свободы, отрицающего подчинение. Оставаясь механизмом реализации государственной власти, новая административная система правовым действием смягчает ее жесткость, а регулируя общественные отношения, она способна тонко дифференцировать в хаосе рождаемых стремлением к свободе аномалий социально-конструктивные от социально-патологических.

Эффективность новой административной системы, предупреждение ее «окостенения» поддерживается действием в социальной среде не фиксированных в праве параметров порядка. Они формируются в культурном слое общества, в его сфере, определяемой способом деятельности людей. Ускоряющаяся в современном мире эволюция способа деятельности проявляется соответствующим ускорением изменений не только производственных технологий, но и отношений людей к способам реализации их потребностей и интересов. В этом контексте все отчетливее вступает на первый план стремление людей к получению «горячих» материальных ресурсов, в т. ч. противоправным путем. При этом вновь, но теперь уже локально происходит экстремальное столкновение фактора власти и фактора свободы ускоренного получения (любым путем) частной выгоды. Формирующиеся в этих условиях социально-позитивные «третьи факторы» одной частью пополняют арсенал административной системы, другой – становятся источником становления гражданственно ориентированного гражданского общества. Ко второй части относятся такие факторы как гражданский долг, социальная активность, социальная ответственность, патриотизм, духовное единство и другие. Самоорганизующиеся социальные структуры и институты, в основе функционирования которых лежат механизмы действия названных и других, этой же природы факторов, являются в совокупности той также диссипативной социальной системой, которая по мере своего становления может брать на себя решение значительной части задач государственной административной системы. Ориентация административной реформы на правовую поддержку самоформирования и функционирования этой системы – важнейшее направление в обеспечении ее социальной эффективности.

1.4. Физиология и основные области рисков административной реформы

Явление риска связано с фактором неопределенности в отношении последствий какого-либо действия. Классический вопрос: «Быть или не быть?» - можно отнести ко всему сущему в природе, несмотря на оптимистичное представление, что все происходящее взаимообусловлено, подчиненно непреходящим законам и познаваемо. Его Величество Случай и питающий его источник – Вероятность являются фундаментальной основой динамического многообразия мира. В жизни человека феномен риска приобретает особое значение в связи с присущей Homo sapiens способностью осознано преобразовывать себя и среду обитания, т. е. управлять процессами жизни. Но на каком бы уровне своего интеллектуального развития он не производил эти преобразования, действительность всегда многообразнее его знаний и опыта и может отвечать столь же многообразно, в т. ч. с непредсказуемой опасностью для нормального течения жизни. На этом основании и строится в самом общем представлении определение риска как категории, выражающей меру опасности ситуаций, в которых имеются потенциальные факторы, способные неблагоприятно воздействовать на человека, общество, природу[8].

Связь риска с категориями неопределенности, потенциальности, вероятности наделяет его виртуальными свойствами, определяя как сложнейшее явление, в которых будущее парадоксально взаимодействует с настоящим. С одной стороны, будущее, вторгаясь в настоящее, вовлекает его в движение к каким-то идеальным целям, с другой, - тормозит это движение, предостерегая возможной встречей с опасностью. В этом качестве риск предстает как регулятор продвижения. Одних субъектов он наделяет осторожностью («тише едешь, дальше будешь»), других, наоборот, возбуждает образом опасности и бросает на прорыв неопределенности. Однако, в скоростной динамике становления бытия, очень немногие «тихоедущие» оказываются далеко, поскольку попадают в зону риска быть отброшенными в прошлое, и немало «прорывных» истощают свой потенциал, сталкиваясь с реальной опасностью. Познание физиологии риска, обретение умения отличать виртуальную реальность риска от его кажимости могут помочь первым не затеряться в прошлом, а вторым с меньшими потерями энергии от трения с сопротивлениями и, следовательно, более динамично и в то же время устойчиво продвигаться в будущее, увлекая за собой «активизированных» первых.