Очерки по лексикологии (стр. 9 )

Язык и знание: на пути получения знаний о языке. Части речи с когнитивной точки зрения. Роль языка в познании мира: Языки славянской культуры, М., 2004

, , Г., Лузина словарь когнитивных терминов, М., 1996

Цыбова И. А. О вариантности и синонимии в словообразовании//I-е Фирсовские чтения. Современные проблемы межкультурной коммуникации: материалы докладов и сообщений международной научно-практической конференции, М, . 23-24 апреля 2014 г., с. 59-62

Dubois J. Étude sur la dérivation suffixale en français moderne et contemporain, P.: Larousse, 1962

Dubois J., Guilbert L., Mitterand H., Pignon J. Le mouvement général du vocabulaire de 1949 à 1960// Le français moderne, 1960,. N 2

Goosse A. La néologie française aujourd’hui : Observations et réflexions, P., 1975

Kleiber G. La sémantique du prototype: Catégories et sens lexical. P., 1990

Tasmowski - de Rych L. Tours –ment/ -age et génération morphologique// Studii și cercetări lingvistice, București, 1977, N 4, p. 405-416

О концептах и лакунах

Введение

Мысль о том, что язык не реализует все свои возможности, принадлежит ещё В. фон Гумбольдту[16]. Концептуальная картина мира не совпадает с языковой картиной мира [Серебренников 1988: 6]. Таким образом, не все концепты имеют вербальное выражение, то есть наблюдается явление лакунарности. Нереализованные единицы «составляют равноправную по отношению к реализованным часть описания» [Улуханов 2012: 213]. справедливо считает, что описание лакун «предполагает постановку и решение ряда проблем, не решенных или недостаточно разработанных в лингвистике» [там же], а именно: объяснение причин наличия/ отсутствия тех или иных клеток системы, в результате чего получаем описание всей системы со всеми её связями, постановку проблемы критериев определения границ между системными и несистемными, нормативными и ненормативными явлениями [там же: 214].

Типы лакун

Существуют межъязыковые и внутриязыковые лакуны. С первыми мы сталкиваемся при сопоставлении двух языков, при переводе, при обучении иностранным языкам. Таким образом, изучение межъязыковых лакун носило в основном практический характер [Гак 1977; Муравьев 1975; 1985; Рудников 1963]. При когнитивном подходе проблема лакунарности получает теоретическое обоснование [Быкова 2001; 2003; Попова, Стернин 2010; Сорокин 2003; Стернин, Быкова 1998; Стернин, Попова, Стернина 2003].

Наличие межъязыковых лакун может быть вызвано отсутствием «предмета, явления в самой действительности народа» и, следовательно, отсутствием концепта в ментальном лексиконе этого народа, Такие лакуны называются мотивированными. [Быкова 2001: 70]. Они входят в состав безъэквивалентной лексики, т. е. слов, «план содержания которых невозможно сопоставить с каким-либо иноязычным понятием» [Верещагин, Костомаров 1980: 17]. Эта лексика[17] отображает национальные реалии (например, национальные кушанья, напитки: щи, морс и т. п. во французском языке по отношению к русскому). Такие французские реалии как HLM, SMIC в русском языке транслитерируются и/ или объясняются. Существуют и немотивированные межъязыковые лакуны: белоручка, кипяток, одноклассник, однолюб, старшеклассник, сутки и др. не имеют аналогичных лексем во французском языке, а французские слова affichiste (художник, рисующий плакаты), bricoler (браться за случайную работу, заниматься поделками), éditorialiste (автор редакционной статьи в газете), encaisser (укладывать, упаковывать в ящик), grands-parents (дедушка и бабушка), английские afterthought (мысль, пришедшая в голову слишком поздно), blast (сильный порыв ветра), coproduction (совместное производство), dog-sleep (сон урывками), headwind (встречный ветер), немецкие Geschwister (брат и сестра; братья и сестры), hilfsbereit (готовый помочь), итальянские mangeria (крупная взятка), pulcesécca (сильный щипок), польские bratki (анютины глазки), brukselka (брюссельская капуста).

Все эти лакуны можно назвать абсолютными, а именно это «то, что в одних языках и культурах обозначаются как «отдельности», а в других не сигнализируются, т. е. не находят общественно закрепленного выражения» [Жельвис 1977: 137]. «Лакуны могут быть относительными, когда слово или словоформа, существующие в национальном языке, употребляются очень редко» [Степанов 2009 : 121]. Речь идет, следовательно, об архаизмах (выя, ланиты, вельми, choir, courroux, cure, déplaisir) историзмах (алебарда, камергер, arbalète, écuyer, haubert). Относительные лакуны могут быть как межъязыковыми, так и внутриязыковыми.

Имеются случаи отсутствия или несовпадения коннотаций в разных языках.[18] Так, сокол и журавль обладают оценочными положительными коннотациями: соколик, сокол ясный, журавушка, журавлик. В то же время во французском соответствующие им faucon и grue имеют отрицательные коннотации. В таких словах как бегемот, кролик, черепаха нет коннотаций, хотя они имеются у соответствующих французских слов hippopotame, lapin, tortue. В этих случаях можно говорить о частичных лакунах.