Атланты (стр. 37 )

Так и поступили.

Примерно через такой же промежуток времени, после восстановления центросферической оси планеты, жизнь, наконец, обрела свои поистине гиганские размеры.

Те же черви приобрели вид пластообразных гадов с небольшими окончаниями на концах в виде маленьких и хрупких голов. Их размеры до­ходили до 20-25 см в длину и чуть более 16 мм в диаметре.

Разнокрыльчатые также изменили свою молекулярную массу и обрели размеры до 16-20 см размаха крыльев и до 5-6 см в длину.

Это был этап третичного воспроизведения живой материи.

Тем временем, сам экипаж претерпевал небольшие изменения. В связи с наступающим возрастом исследователей необходимо было вводить но­вые ресурсы и ознакамливать со всеми происходящими процессами.

Каждый член экипажа, в том числе и сам командир, подобрал себе смен­щика и обучал своей профессии.

Отбор был произведен по принципу внешнего и внутреннего голосова­ния на общем собрании всех представителей цивилизации.

Было понятно и так, что тот, кто обучался непосредственно на командира корабля автоматически в будущем становится их Старшим. И в этом не было ничего такого особенного, ибо каждый понимал, что такая должность сильно отягощает свою собственную жизнь. Но, избран­ный всеми и отданный в ученики, никогда не отказывался, ибо это было его призвание служить своему народу.

И, конечно же, это было одновременно со стороны всех безграничное доверие жизней, ибо командир такого корабля нес на себе их веру в будущее и общую существующую мораль жизни.

Процесс переподготовки включал в себя разного рода полеты, в том числе и за пределы самой Вселенной. Вместе с этим были в очередной раз заменены и те, кто находился на входе созвездия на модулях ор­битального типа станций наблюдения, время пребывания которых огра­ничивалось строго десятилетним периодом.

После очередного выполненного задания уже новым составом эки­пажа, в бортовой журнал корабля «Альфа-Светоцентавр 2» была внесена следущая запись:

"Мною, командиром корабля, астрологическим исследователем открытых космических глубин Э-Роном осущест­влена качественная подготовка нового состава и произведена контрольно-учебная заключительная часть воспроизводимых работ. Все бортовые системы корабля в норме, за исключением переохлаждения в результате экстермальных выбросов гелионовых потоков. Предлагаю видозаменить отдельную систему и обозначить на схеме общего модуля корабля.

В связи с существующими правилами о передачи должности и управле­ния прилагаю следующие метрологические и параметрические данные

борта..."

После перечисления всего необходимого, запись дополнилась следующим:

« На основании решения Общего Космического Совета, передаю корабль в распоряжение нового командира, избранного всеобщим собранием настоящей цивилизации.

Так же, вместе со мной передают должности все члены экипажа, о чем будут гласить наши подписи и прилагаемые печатные оттиски. За время нашего пребывания обосновались следующие фактические изменения...

Далее шел весь перечень проделанных за сорокалетний период работ. И к этому же прилагались все документы под  цифровыми именованиями.
И уже в самом конце сдающий командир записал:
"Думаю, что новое поколение не подведет и превзойдет нас в качестве применяемых нами ранее знаний. Счастливого  им  всем  труда. До свидания. Командир исследовательского борта, Э-Рон". 

Далее последовала запись уже нового командира.
"На основании всего вышеуказанного, сегодня 18 мая 46 года по местному летоисчислению, вхожу в должность командира и принимаю под свою опеку борт корабля.

Экипаж мною проверен, подготовлен и согласен в решении быть избранным. Вновь принявший корабль - командир Э-Волеор”.

Так были сменены экипажи, и так одно поколение предоставило дорогу другому. На этом их линии жизни больше не пересекались. Экипаж, отработавший свой срок до предельно максимального возраста, больше не возвращался к этому и уходил на заслуженный и достойный отдых.
Он становился таким же равноправным членом их сообщества, как и те, кто отработал свое в других условиях.

Атланты не делились на категории по рабочему и служащему персоналу. У них не было каких-то лично-тягостных претензий друг к другу.

Каждый, выполняя свою работу, делал для общего блага всех все, что мог. И даже находясь в самом предельном возрасте, они помогали молодым в их жизненно-растущем обучении и чем-то заполняли свое бытующее время отдыха, которое после окончания трудового пути становилось невыносимо длинным и тягостным.

Потому, они все время были в деле и оставались на виду среди всего рабочего населения.

Здесь не было советов старейшин или чего-то подобного. Их просто уважали за тот, отведенный в свое время участок работы, с честью и достоинством ими выполняемый. Ни честь, ни хвала не могли заменить воистину простого уважительного отношения.

Наверное, это и была та основная заслуженная награда, от которой живые умные существа по­лучают искреннее удовлетворение.

Так заканчивается работа прошлого экипажа и включается, как что-то неизменно происходящее, работа нового, который ни на миг, не забывая о достоинствах старших, становился все более увереннее и сильнее в своей собственно растущей единице ума. И со временем их знания обретали гораздо большую силу пропорцио­нальности настоящего ума.

ГЛАВА 21

СИЛА N – го порядка

Начав свою работу с обычного просмотра бортовых систем корабля, новый экипаж был заметно удивлен таким его состоянием.

Оно было отличное. Все профилактические работы уже проделаны прежним его составом, а указанная ранее бортовая система заменена.

Таким образом, им ничего не оставалось делать, как сразу браться за непосредственную работу. Что они и сделали.

Были проделаны многочисленные пробы грунтовых вод, анализы самих грунтов и качество воздухо-испаряемой среды. К этому времени гадов и разнокрыльчатых расплодилось достаточное количество, и пора было применять силу другого порядка.

- Но как ускорить этот процесс? - думал экипаж, анализируя все прежние умозаключения и произведенные осмотры.

Решения как-то пришли само собой. Пока все обдумывали и вполголоса обсуждали свои же предложения, командир напряженно думал, составляя свою умозаключающую концепцию

времени.

- Я понял, - неожиданно резко сказал он вслух,- дело здесь вовсе не во времени.

- А в чем тогда? - искренне удивились остальные.

- Мне кажется, что я нашел выход, - так и не ответив на их вопрос, сказал командир и куда-то вышел.

- Куда это он? - удивленно переглянулись все члены экипажа, находившиеся в кают-компании корабля.

Но вот, спустя несколько минут, Э-Волеор возвратился, держа в руках нечто схожее с обычной глинистой массой.

- Вот, что даст нам необыкновенную силу роста и пропорции, - и он протянул руку поближе к остальным.

- Как? - почти, возмутились они, - это же обыкновенные рабочие отходы.
Что от них проку?

- А то, - не согласился командир, - что в этой массе имеется одна единственная, так им нужная деталь – сублемирующая их молекулярный рост сила потенциального развития.

- И что же это за сила? - удивились снова члены экипажа.

- А вот, смотрите, - и Э-Волеор, взяв необходимую массу в руки снова, пошел в другой отсек.

За ним пошли и все остальные.

Они перешли в отсек лабораторного анализа и подвергли эту массу обычному просмотру.

- Вот, посмотрите, - сказал командир, показывая на стереоскопический прибор линз, - там видно, как внутри происходит процесс небольшой
статической разряженности материала вследствие соприкасания с моей рукой.

И действительно, в местах активного участия происходило некоторое, почти дрожжевое возрастание. Там, где энергия приложилась мало - процесс шел слабее.

- Видите, - снова сказал командир, - как работает это поле роста. Ему всего лишь надо дополучить необходимую жизненно-активную энергетическую основу. А это значит, что всему тому, что есть, необходимо ввести дезодолирующий элемент грунтово-механической подпитки в виде слоистого заложения отдельных геоединиц.

- Но не можем же мы переложить грунтовую основу, - ответил бортин­женер, - на это ушло бы довольно много времени.

- Согласен, - ответил Э-Волеор, - потому, мы поступим по-другому. Мы попробуем увеличить массу действительного давления атмосферы и заставим этого гада переделать это все самому, тоесть войти в грун­товую основу и найти необходимую подпитку. А для увеличения атмосфер­ного сопротивления предлагаю увеличить вынос наружу редких геосодержащихся в грунтах пород. Плотность даст необходимо-нужный результат.

На этом вопросы были исчерпаны, и экипаж приступил к работе по извлечению. Были проделаны соответствующе замеры с ис­пользованием средств определения редких минералов, а затем и пооче­редно состоялся вынос их наружу в открытом виде поражения окружа­ющей среды.

Вместе с первыми дождями в местах наносных сооружений, ползающие начали искать себе убежище в подгрунтовых слоях Земли.

Разнокрыльчатые в это время искали спасения в разных труднодос­тупных местах, тем самым создавая свои зоны определенного молеку­лярного роста.

По прохождению озоновых фронтов вся эта группа пыталась снова выйти на поверхность, но высокое атмосферное давление, поднявшееся вследствие уплотнения среды, заставило вновь войти обратно.

Так и определилась судьба ползающих и разнокрылых, которые больше не смогли передвигаться наруже, за очень редким исключением.

Нашим исследователям оставалось только ждать.

Прошло пять лет. Сила молекулярного роста возрастала по принципу геометрической прогрессии.

Длина населения Земли составляла уже несколько метров, а толщина до 8-10 см.

Что же касается равнокрыльчатых, то их масса достигла своего предела, и они начали приобретать вид огрубевшего летающего тела.

Крылья обрели более сложную и прочную перепончатость, а сами основы наполнились густой жидкостью ярко-оранжевого окраса.

Размах крыльев достигал 28-35 см, а длина до 10-12 см. Молекулярный рост не прекращался и на зимний период времени.

К лету  нового года эти  размеры увеличились почти  вдвое. Размно­жение же происходило строго по раннему принципу возложенной тео­рии. Потому, вскопнув грунт можно было обнаружить массу различных ползающих, разных по размеру и даже окрасу.